more...?

             Вообще, у Леи было несколько причин задуматься над тем, кто в «проклятой» компании является настоящим злом.              Например, то, что нападки продолжались даже тогда, когда Шайни не было в школе. Или то, что Кристалл оставалась глуха и к болезни брата и подавленному состоянию Линдси.              Но главной причиной была Конни.              Лея познакомилась с ней ещё до аварии — одним знойным летним днем, когда ещё ничего не предвещало беды. Конни с братом открыли музыкальный магазин в соседнем с лавкой миссис Коулман здании. Лея никогда не отличалась большой любовью к музыке, но бабушка испекла печенье с лавандой и настояла на том, чтобы внучка отнесла его ребятам в знак приветствия и пожелания удачи.              Майк Лее понравился сразу. Веселый, ненапыщенный (хотя на секундочку ещё пару месяцев назад он был самым популярным учеником в школе), с горящими азартом глазами. Он даже не испугался специфической начинки и попробовал печенье миссис Коулман, оставшись после дегустации довольным (и живым).              Правда, гостей в тот день было так много, что Майк не смог уделить Лее много времени. Он дважды поблагодарил её за посещение и, наградив широкой улыбкой, растворился в толпе.              А вот с Конни всё было по-другому. Потягивая сок из жестяной банки и оставаясь равнодушной ко всем остальным, она наблюдала за Леей издалека, но близко не подходила. Только вот радар Лею никогда не обманывал. Девушка сразу поняла, что им точно найдется о чём поговорить. Рыбак рыбака.              В магазине было слишком шумно, поэтому Конни пригласила девушку к себе — её жильё располагалось на втором этаже. Супермаленькая однокомнатная квартира, зато со всем необходимым. Здесь был стол, за которым спокойно могли поесть двое, кухня, небольшая ванная комната с душевой и полутороспальный диван. Довольно узкий для двоих — Лея чувствовала немного пьяное дыхание Конни на своей шее, когда они, лежа на нем, болтали обо всём и ни о чем одновременно.              Конни ей понравилась, и Лея девушке — тоже, только было одно но.              Джейд. Первую любовь не так просто выкинуть из головы, даже если она никогда не ответит тебе взаимностью.              Конни всё поняла и не давила. Они даже стали подругами. И только благодаря ей, когда Джейд не стало, Лея не сошла с ума.              А что касается их отношений сейчас… Всё сложно, и прямо сейчас Лея не хотела разбираться с этим, чтобы не усложнить их ещё больше. Ей было хорошо с Конни — и это главное. Хотя иногда, обычно перед сном, в голову закрадывался поразительно знакомый голос, нашептывающий ей то, что за обыденностью Лея отодвигала на второй план и старалась не вспоминать.              То, что она использует Конни. Что в их отношениях неправильная пропорция любви — 40 на 60 или даже 30 на 70, и большую часть забирает, но не отдаёт Лея. И что девушка пытается разглядеть в Конни то, за что когда-то полюбила Джейд, а это жестоко и несправедливо по отношению к подруге. И будет честно во всем ей признаться.              Но Лея не могла. Все, в том числе и эти, мысли куда-то девались, когда она встречалась с Конни. Обычно это происходило в музыкальном магазине, ближе к закрытию. Сначала они просто болтали, если, конечно, не надо было помочь посетителю. А потом — целовались. А ещё почти всегда Конни настаивала на том, чтобы они вместе поужинали. И если не сильно устала за день, играла Лее на скрипке.              Любуясь полетом смычка, но больше — движением изящных пальцев по грифу, Лее начинало казаться, что когда-нибудь она сможет по-настоящему полюбить этого человека. Если только Конни дождется…              Музыкальный магазин был уже закрыт. Лея бросила короткий взгляд на бабушкину лавку — там, за опущенными жалюзи тоже царил мрак, и постучала в дверь три раза, как они с Конни когда-то условились. Несколько секунд Лея вслушивалась в тишину. Её тело непроизвольно напряглось, когда уши уловили звук тихих шагов. Послышался лязг поворачивающихся в замке ключей. Ещё мгновение, и девушку утянули внутрь, прямиком в крепкие объятия.              Конни молчала, уткнувшись носом в обнаженный участок шеи между воротником куртки и забранными в хвост волосами. Лея не решалась разбить тишину между ними. Она закрыла глаза, чувствуя, как напряжение и злость, накопившиеся за день, наконец отпускают её. Мышцы расслабляются.              — Что-то случилось? — Конни отступила на шаг, безошибочно угадывая в полумраке черты лица подруги. Лея, выдавив слабую улыбку, покачала головой. — Обычно ты не просишь встретиться среди недели.       — Просто захотелось увидеться.              На улице был ужасный мороз. Но сейчас, когда Конни держала её за руку, Лея напрочь забыла об этом.              Конни раскладывала по полкам новый товар. Лея хотела помочь ей, но в принудительном порядке была отправлена на диванчик пить чай. Под прилавком даже нашлась пара печений, которые не успел умять Майки. Лея поняла, что это её первый прием пищи за весь день, только когда она откусила маленький кусочек. Желудок протестующе заныл, требуя горячего, и девушка попыталась успокоить его чаем.              Это не ускользнуло от внимания Конни. Девушка поставила последнюю пластинку на место и, обернувшись, скрестила руки на груди. На её лице читалось смешанное с волнением недовольство. Лея, глупо улыбнувшись, отправила остатки печенья в рот.              — Поднимемся ко мне? — ненавязчиво поинтересовалась Конни. Усаживаясь на диван, она привычно подогнула под себя одну ногу. — У меня есть суп.       — Если ты приглашаешь меня только за тем, чтобы накормить, то я пас, — всё ещё жуя, фыркнула Лея.       — Я же не твоя мама, — Конни грустно улыбнулась. — Но я волнуюсь.       — Я в порядке, — сделав глоток, Лея опустила чашку чая на журнальный столик и, поднявшись, потянула за собой подругу. Кончики её пальцев были немного шершавыми. Конни уже не так часто играла на скрипке, но мозоли остались с ней навсегда. — Но если тебе так будет спокойней, то пойдем, съем твой суп.              Конни в ответ лишь благодарно улыбнулась.              — Как Кристалл? — спросила она, когда девушки уже поднялись наверх. Поставив кастрюлю с супом разогреваться, Конни прошла в спальню и задернула шторы, пряча от глаз опустившуюся на улицу темноту. — Не спрашивала насчет Майки?       — Не-а, — Лея, устроившаяся за столом, задумчиво провела пальцами по его гладкой поверхности. — Наверное, убеждена, что всё вышло так, как она планировала.       — До сих пор не понимаю, зачем тебе понадобились уроки музыки, — отпустила смешок Конни, устраиваясь напротив. Лея, опустив глаза, неоднозначно пожала плечами.       — Ты ведь не считаешь её стервой? — вместо этого спросила она, вышагивая пальцами к краю стола, с которого сидела подруга. Конни посмотрела в сторону закипающего супа, давая себе отсрочку перед ответом.       — Если бы не знала тебя, — она прикусила губу, перехватывая пальцы Леи и накрывая их своей ладонью, — никогда бы не задумалась об этом. Мы были близки, — Конни выдержала обращенный на неё долгий испытующий взгляд и не дала руке, дрогнувшей под её собственной, отстраниться. — Я поняла, кто такая Кристалл на самом деле, только когда она наигралась мной. У неё ко всем потребительское отношение, даже к брату, хотя вряд ли у неё найдется человек ближе.       — Если Кристалл спросит, скажешь, что Майк отказал мне? — Конни равнодушно кивнула.       — Не знаю, что за вражда между вами, — она поставила перед Леей тарелку с супом и вернулась на место. — Но будь с ней осторожна. У Кристалл много влияния, просто она им не пользуется. Даже я почувствовала отвращение к девушке, которую она описывала, пока не услышала имя. Хотя Кристалл ничего осудительного о ней не говорила. Думаю, все дело в квинтэссенции слов, интонаций и мимики. Кристалл отлично умеет дать понять, что от человека нужно держаться подальше. Или избавиться.              Лея встретилась взглядами с Конни. Она не хотела, но события того вечера — последнего вечера с Джейд — всплыли в памяти. Слишком отчетливо. Слишком болезненно. Джейд говорила про Шайни — её имя в историях звучало лейтмотивом, остальные, скорее, были чем-то вроде фона. Линдси рассмеялась. Кристалл подлила масла в огонь. Леи не было рядом, когда девочки дразнили Джейд, а из рассказов она сделала вывод, что именно Шайни причинила ей больше всего боли.              Но вдруг всё было не так? Или не совсем так. Конечно, роли Шайни в случившемся это не умаляло, но, кажется, настоящим кукловодом была не она. Кристалл ловко манипулировала её ядом, большую часть времени оставаясь в тени. Но это она всегда добивала жертву.              И если Шайни просто злюка с тянущимися из детства комплексами, то Кристалл — настоящая психопатка. Неожиданно Лее стало страшно. Сглотнув, она подняла глаза на Конни.              Это было лишь её догадками, но почему-то девушке казалось, что всё именно так и есть. До этого пазл никак не складывался, но теперь всё встало на свои места. Это не Шайни натравила на Лею всю школу. Это сделала Кристалл. Это не Шайни подводила Джейд к самоубийству. Она издевалась над ней, да. Но именно Кристалл произносила слова, которые потом стали спусковым крючком.              — А Кристалл… — попыталась задать вопрос Лея, но запнулась. Конни непонимающе повела бровью, — … лесбиянка?       — Не знаю, — девушка в ответ задумчиво прикусила губу. — Иногда я чувствовала нечто такое, но Кристалл ничем не выдавала особого интереса к девушкам.       — А она может быть би? — Лея не знала, зачем спрашивает. Просто, если это так — то никакого толка от её проклятия не будет. Кристалл просто перестанет любить парней, но возможно она и раньше не испытывала к ним большой симпатии. Может она в принципе никого никогда не любила и не полюбит.       — Я не знаю, — с напором повторила Конни. — И вообще уже жалею, что решила поднять эту тему. Давай больше не будем говорить о Кристалл, хорошо?       — Ладно, — неохотно согласилась Лея.              Но ей всё ещё нужно было знать наверняка.