Do I have your attention?

***

Неужели это такая проблема — больше всего на свете хотеть, чтобы тебя трахнул партнёр из твоей группы? Действительно? Нил не ожидал такого, когда пришёл в группу, но тут появился Эндрю Миньярд. Горячий ублюдок, который в свободное время был главным вокалистом и гитаристом Devious Discipline. У него были мощные бёдра, широкие бицепсы, рельефное тело и всё внимание Нила. Он думал, что это чисто физическое влечение, которое угаснет, как только он получит от Эндрю то, что хочет, или просто не будет достаточно сильным, чтобы его это действительно интересовало. Так было до того дня, когда он впервые поговорил с Эндрю. Нил собирался в первый раз выйти на сцену с группой, и, пока он настраивал басовые струны, Эндрю подошёл к нему сзади. — Тебе лучше не пытаться контролировать выступления, Джостен. Мне не очень нравится делиться своей властью и контролем, — произнёс он. И то, что он был так близко, что его зубы почти царапали мочку уха Нила, или то, что его голос прозвучал так жёстко, не должно было быть настолько разрушительным, но это было так. Нил знал, именно в этот момент он знал, что Эндрю собирается трахнуть его до умопомрачения. (Хотя и не так, как он ожидал.) (Может быть, если ему повезет.) После этого у Нила было достаточно времени, чтобы представить себе всевозможные вещи, которые он хотел бы сделать с Эндрю, или что Эндрю бы сделал с ним. Была только одна проблема: он не был уверен, что их предпочтения сочетаются. Например, невозможно было сказать, согласится ли Эндрю дёргать Нила за волосы, заставлять его давиться яйцами или бёдрами, поворачивать его на спину, нагибать над любой поверхностью, выбивать из него всё дерьмо, сковывать его запястья так, чтобы Нил чувствовал только жжение веревок о кожу, и… ну. Этого было достаточно, верно? Поэтому он делал всё, что мог, и пытался привлечь внимание Эндрю каждый раз, когда они оказывались за пределами сцены. Группа была в туре, чёрт побери, и не должно быть так сложно заставить человека, который проводит с ним почти весь день, уделить ему немного внимания. Но он всё равно попытался, серьёзно. Обычный разговор был первым, потому что Эндрю почти ни с кем не разговаривал, особенно с Нилом, новичком. Он пытался дойти в одном полотенце до своего номера в отеле, притвориться, что спит на сиденье самолета, и стонать так громко, чтобы слышал только Эндрю, выкрикивать имя Эндрю, намочить рубашку под дождём, пока она совсем не прилипнет к телу, надеть обтягивающие шорты, сосать леденец, глядя ему в глаза… Ничего не получалось. Так было до того дня, когда Нил обнаружил то, что, возможно, должно было стать лучшим в его жизни. Он был в баре какого-то отеля, и было уже три часа ночи. Группа выступала в тот вечер и собиралась улететь в другой город, а он пил последние напитки перед тем, как отправиться в свой номер и уснуть. Упомянутый бар находился в холле у входа, поэтому он увидел, как блондин вошёл в здание. Но не это поразило его, а то, что Эндрю был одет в чёртовы кожаные штаны с чёртовым кожаным ремнём и чёртову кожаную куртку. И, о, никакой рубашки. Эндрю лишь слегка повернулся к нему, когда увидел на одном из барных стульев. Нил думал, что хуже уже быть не может, но всё же могло. Могло, потому что на нём был кожаный ошейник и цепочка, слегка выглядывающая из кармана Эндрю, но этого было достаточно, чтобы он увидел и внутренне испугался. — Ты что-то пропустил, Джостен? — спросил Эндрю. Нил лишь покачал головой. Он думал о чём-то, о том, чего ещё не пробовал, потому что не знал, стоит ли и может ли он. Но сейчас ему нужно было попробовать, хотя бы раз. — Иди в свою комнату и поспи, я не хочу, чтобы ты вырубился во время всего полёта и потом с трудом проснулся, — бесстрастно повторил Эндрю, прежде чем отвернуться и направиться к лифтам, чтобы добраться в свою комнату. И вот такая возможность представилась. — Да, сэр, — почти простонал Нил. И, наконец. Наконец-то он увидел это. Лёгкая дрожь в плечах Эндрю, едва заметная, но всё же заметная для внимательных глаз Нила. Именно в этот момент он понял, что Эндрю не делил с ним место в центре внимания, потому что хотел доминировать на сцене, как подсказывал ему инстинкт. И, конечно же, инстинкты Нила подсказали ему, что нужно украсть это место.

***

глава 1

— Чувак, стадион так полон, что ты сойдёшь с ума, — восклицал Ники на другом конце телефонной линии. Он находился в VIP-комнате, как и другие участники, и позвонил на телефон Эндрю, как только тот вошёл в неё. — Мы уже давно в туре, так что да, у нас уже есть кое-какие идеи, — закатил глаза Эндрю. — Но теперь это Лос-Анджелес, мать его! Это совершенно другое. — Я так не думаю. Нил пропустил остаток разговора, потому что пошёл в свою личную гримёрку одеваться. Он решил начать налегке, поэтому наряд, который он выбрал сегодня, был не самым худшим из возможных. Пока ещё нет. На нём были самые узкие виниловые брюки, которые он только смог найти, боди с длинными рукавами, образующими на руках перчатки без пальцев, в сочетании со свободным топом, так что, если он поднимет руки, будут видны соски, кожаные ботинки и ошейник. Всё было чёрным, потому что Нил считал, что этот цвет его очень ценит. Пока он смотрелся в зеркало, чтобы оценить, как одежда смотрится на каждой части его тела, в дверь постучали. — Нил? — позвала Рене. — Мы выходим через шесть минут, и Эндрю просит всех собраться в зале слева от входа на сцену. Нил почувствовал лёгкое головокружение и глубоко вздохнул, глядя на себя в зеркало и задерживая дыхание на две секунды. Он выдохнул и повторил процесс несколько раз. — Давай, я за тобой, — сказал он, вздыхая. В последний раз посмотрев в зеркало и проведя пальцем по волосам, Нил открыл дверь и вышел. Он подошёл к тому месту, куда указала Рене, и там действительно были все члены его группы. Эндрю что-то говорил Кевину, вероятно, объединяя их партии в шоу, поскольку они оба были гитаристами, и Нил, воспользовавшись тем, что его отвлекли, молча подошёл. — Охренеть, Нил, — возвысил себя Мэтт, стоя в углу с мобильным телефоном в руках. — Ты чертовски горяч. — Действительно, — хихикнула Рене. Нил улыбнулся и подвинулся, чтобы лучше разглядеть наряд. Этот стиль ему нравится больше, чем мешковатая одежда, которую он носил раньше. — Спасибо. Я понемногу переодеваюсь, чтобы найти то, что мне больше нравится, — сказал он. — Я думал, ты был в VIP-зоне с другими приглашёнными, Мэтт? — Да, но Рене подумала, что у тебя приступ паники, и позвала меня сюда. — С чего бы это? — Нил нахмурился. — Лос-Анджелес гораздо больше, чем мы привыкли, и ты был заперт в номере, немного громко дыша… Но я не должна была ничего предполагать, извини, — Рене извиняюще улыбнулась. — Трудно представить, чтобы он дышал без затруднений в этих штанах, так что вот вам ответ, — подключился к разговору Эндрю, скрестив руки. Нил отвернулся от него и окинул взглядом всё тело блондина. Эндрю был одет в свободную чёрную бархатную майку, рваные джинсы, кожаные повязки с шипами и ботинки. Он выглядел как человек, собственноручно изваянный всеми грёбаными божествами. А в такой позе, с напряжёнными бёдрами и бицепсами, он выглядел как причина гибели Нила. И Рене, и Кевин незаметно отошли, когда Эндрю и Нил столкнулись лицом к лицу. В конце концов они были партнёрами по группе, и было очевидно, что они уже заметили странную атмосферу между ними двумя. — Тебе нравится? — Нил ухмыльнулся и повернулся, чтобы продемонстрировать всем свою задницу в этих чрезвычайно обтягивающих брюках. — Нет. Это ужасно. — Я догадался. — Ты выглядишь как шлюха, — эта фраза прозвучала по-другому, что заставило Нила окончательно содрогнуться. — О, да, — прохрипел он, глядя на скучающее лицо Эндрю. — Разве это не невероятно? — Правда, потаскун? — Да, — Нил медленно, как кошка, подошёл к нему. — Особенно когда я двигаюсь, и штаны натягиваются, и становится больно. О, это так приятно. Эндрю напряжённо втянул щёки, а потом ничего не стал делать. Нил, честно говоря, не ожидал от него такой реакции. Эндрю вообще мало что позволял себе выражать. — Мы выходим на сцену, всем приготовиться, — сказал он, не сводя глаз с Нила. — Да, сэр, — прошептал Нил. Было совершенно неоспоримо, что Лос-Анджелес был самым большим из всех городов, через которые они проезжали до сих пор, и шум толпы снаружи был оглушительным для ушей всех четверых. Нил мог только представить, сколько людей ожидает их там. — Кевин, ты собираешься сегодня использовать платформу для старта? — спросил он. — Не думаю, — пожал плечами Кевин. — Нет. Сегодня ты отвечаешь только за гитару и бэк-вокал, — ответил Эндрю. Выступление Нила всегда менялось в зависимости от того, использовал Кевин пусковую установку или нет, поэтому было важно, чтобы он спрашивал заранее. Толпа ахнула, когда на экране в глубине сцены заиграло вступительное видео группы. Это была короткая вещь, просто чтобы привлечь внимание и создать суматошное настроение перед их выходом. Нил вздохнул и перекинул ремень гитары через плечо. — Удачи, — прошептала ему Рене. — Удачи не бывает, но спасибо, — ответил он, улыбаясь. Это был их нелепый и ненужный ритуал. С самого первого концерта Нила они обменивались одними и теми же словами перед выходом на сцену. Эндрю и Кевин, с другой стороны, просто обменивались со всеми колкостями. Толпа зашумела, когда сцена потемнела и из аппаратов пошёл дым. Рене вошла первой, воспользовавшись темнотой, чтобы остаться незамеченной, и расположилась на барабанах. Когда дым прекратился и на сцене стало совсем темно и тихо (за исключением зрителей, но и они постепенно затихали), раздались первые аккорды гитары Кевина и баса Нила. Эта песня была написана только для гитары, но Эндрю решил, что было бы интересно добавить бас, и вот они здесь. Они продолжали в том же темпе, играя по мере продвижения к центру сцены, пока Рене не собралась с силами. И теперь не хватало только одного. I'm gonna fight 'em all A seven nation army couldn't hold me back They're gonna rip it off Taking their time right behind my back And I'm talking to myself at night Because I can't forget Back and forth through my mind Behind a cigarette Голос Эндрю заполнил стены стадиона и поднялся в ночное небо. Он шёл к месту, где стояла микрофонная стойка, а освещение сцены было подстроено под барабанный бой Рене, заставляя красные огоньки появляться то тут, то там, пока она не отставала. Эндрю взял в руки гитару и запел ту часть, которая ускоряла песню, а когда дело дошло до припева, Нил и Кевин остановились, а Эндрю начал свою партию на гитаре вместе с барабанами Рене. Он пригнул голову, концентрируясь на нотах, а Нил и Кевин прошли через сцену, глядя на кричащую толпу, которая теперь выглядела как ничто, поскольку начала заряжаться энергией от выступления. Парень уже почти закончил, и Нил подошёл к нему, чтобы сменить гитару на бас, пока они находились рядом друг с другом. Это было не совсем запланировано, так как они могли делать на сцене всё, что хотели, и Нил рассчитывал на это, поэтому они обменялись несколькими взглядами, чтобы закрепить это. Don't wanna hear about it Every single one's got a story to tell Everyone knows about it From the Queen of England to the Hounds of Hell Эндрю снова запел, не сводя глаз с Нила, который сосредоточился на своём басе. Когда всё снова зашевелилось, гитара Кевина снова заработала. Нил поднял голову и встретился взглядом с Эндрю, после чего прикусил губу и сделал выражение удовольствия, как будто стонал. На это Эндрю лишь закатил глаза. Он продолжал сосредоточенно слушать текст, пока они снова не переключились, и Нил не оставил бас, чтобы присоединиться к гитаре и барабанам Эндрю и Рене. У него были другие планы. Нил подошёл к Эндрю сзади и посмотрел через его плечо на быстрые движения его пальцев и рук по струнам гитары. Дьявольски улыбаясь, Нил медленно поднял руки и положил их на талию Эндрю, расположив ладони по обе стороны от его тела. Несмотря на вздрагивание, которое, к счастью, Нил заметил, он никак не отреагировал на прикосновение. — С твоего позволения, сэр, — прошептал Нил очень тихо, не обращая внимания на громкий звук, и дыхнул на изгиб шеи Эндрю. Его руки медленно двинулись вверх по твёрдому животу, рельефной груди, упругим плечам и вниз по мускулистой спине к пояснице, где Нил очень легко провёл ногтями по небольшому участку кожи между майкой Эндрю и поясом его брюк. Когда с гитарой было покончено, Нил быстро и плавно взял бас и снова заиграл свою партию. Эндрю, задыхаясь, слегка повернул голову в его сторону. — Ублюдок, — прошептал он. Нил улыбнулся, и в спешке произошло то, чего он так ждал: Эндрю повернулся к нему лицом и медленно лизнул изгиб шеи Нила, вызвав дрожь, из-за которой тот чуть не пропустил ноту. Язык Эндрю был гладким, медленным и влажным на горячей коже, и, ох, у Нила пересохло во рту в считанные секунды. Он поднял голову, на его лице плясало удивлённое выражение, а Эндрю лишь пожал плечами, взяв микрофон, чтобы снова запеть. I'm going to Wichita Far from this opera forevermore I'm gonna work the straw Make the sweat drip out of every pore Внезапно Нил почувствовал, что зрители кричат и вопят больше обычного. Облизывание Эндрю его шеи всё ещё вызывало головокружительные ощущения, и он отодвинул всё на задний план, стараясь сосредоточиться только на музыке. Когда они вышли на последние строчки, Нил почти вздохнул с облегчением, но это была лишь одна песня из длинного сет-листа шоу. Толпа вокруг них звучала оглушительно. — Доброй ночи, Лос-Анджелес. Нам очень приятно быть здесь сегодня, в основном, потому, что это официально самый большой город, который мы посетили в рамках тура. Мы ждём, пока вы справитесь с шумом остальных, да? Люди зашумели, и Нил увидел, как на губах Эндрю заиграла улыбка. Но всё, о чём он мог думать, было: «Горячий сукин сын». Они выступали, как и планировали, песня за песней с небольшими перерывами, чтобы пообщаться с публикой или дать ей покричать, пока группа пила воду. Только после третьей песни Нил окончательно пришёл в себя после реакции Эндрю. А после четвёртой он начал стонать во время бэк-вокала. В первый раз Эндрю посмотрел на него с поднятыми бровями, на что Нил лишь улыбнулся и приблизил рот к микрофону, чтобы повторить. Вся аудитория молчала целых десять секунд, а затем начала кричать от восторга — определённо положительная реакция. В начале следующей песни Нил подошёл с басом к краю сцены и сел там, покачивая ногами, которые свисали с высоты. Он улыбнулся и помахал нескольким людям в первых рядах, которые начали выкрикивать в его адрес непонятные слова в то время, как он всё ещё мог разобрать довольно непристойные похвалы от некоторых из них. Он ухмыльнулся парню, который смотрел на него с открытым ртом из первого ряда, и беззастенчиво подмигнул ему. Нил исполнял песню со своего места на краю сцены, призывая зрителей подхватывать её голосом. Встав, он направился к месту, где находился Эндрю, и постепенно приближался к нему, пока тот разрушал ноты музыки своим басом, достигнув такой близости, что они почти полностью приклеились друг к другу. Закончив соло и получив тяжёлый взгляд от Эндрю, Нил подошёл к нему, провёл кончиком языка по губам и укусил Эндрю за шею, в то самое место, где тот его лизнул. Мозг чуть не взорвался, когда он услышал прерывистый вздох, вырвавшийся из чужого рта. В этот момент толпа людей, у которых от крика чуть не пересохло горло, была для них пустым звуком, и они продолжали обмениваться взглядами и двусмысленными жестами. — Итак, песня, которую мы сейчас сыграем, вроде как новая, и я всё ещё вношу в неё коррективы, прежде чем решить, что делать с результатом, так что я хочу знать ваше мнение, хорошо, Лос-Анджелес? — Эндрю заговорил в микрофон, за что получил в ответ аплодисменты. — Это немного отличается от того, что мы обычно презентуем, но, думаю, вам понравится. Он посмотрел на Рене и сделал вопросительное движение. Каким-то образом они общались, не обменявшись ни единым словом, и она кивнула. Кевин и Нил в равной степени потерянно смотрели на этих двоих. Отойдя от микрофона, чтобы слышали только те, кто находился на сцене, Эндрю сказал: — Дэй, обрати внимание на то, что я буду играть, и сделай то же самое во второй части песни. Джостен, твоя роль проста, смотри сюда. Он сыграл серию нот на гитаре, а Нил внимательно следил за ним, стараясь уловить как можно лучше. Вскоре после этого он попробовал сыграть на своём басу, посмотрев на Эндрю, когда закончил, и получил в ответ кивок. — Леди, джентльмены и коллеги-слушатели, это «My Strange Addiction». Он кивнул Нилу, который начал играть на басу, в то время как Эндрю начал петь. Don't ask questions, you don't wanna know Learned my lesson way too long ago На сцену вышли барабаны Рене, и Кевин следил за всем, постукивая ногой в такт, делая мысленные заметки. Если быть честным, то Нил действительно старался, потому что, чёрт возьми, голос Эндрю звучал глубоко и горячо. Вот и всё. Может, у Нила есть какие-то голосовые заморочки. Просто может быть. А может, это просто Эндрю, потому что очевидно, что всё в этом человеке абсолютно провокационно. Take what I want when I wanna And I want ya Bad, bad news One of us is gonna lose I'm the powder, you're the fuse Just add some friction Голос Рене был мягким и приятным, она затянула слово «you» прежде, чем Эндрю спел остальную часть предложения, и сделала это ещё два раза в припеве. Эндрю посмотрел на Кевина и поднял брови, получив в ответ кивок. Когда барабаны снова стихли, он попросил Нила повторить, и тот вернулся к игре на басу. Прошло всего несколько секунд, прежде чем голос Эндрю, глубокий и тягучий, заставив его несколько раз поцокать языком или приоткрыть рот во время пения, эхом разнёсся по стадиону. «Блядь, блядь, блядь, блядь, блядь, блядь», — думал Нил, изо всех сил стараясь не пропустить ноту. Deadly fever, please don't ever break Be my reliever 'cause I don't self medicate And it burns like a gin and I like it Put your lips on my skin and you might ignite it Hurts, but I know how to hide it, kinda like it Барабаны Рене снова заиграли, а Эндрю протянул сжатый кулак Кевину, давая понять, чтобы тот пока взял гитару в руки. А Нил? Ну, Нил был далеко не мёртв и не растянулся на полу только благодаря усилию воли, чтобы оставаться спокойным. Эндрю написал эту песню? Для кого? Был ли кто-то, о ком Нил не знал? Если песня была написана для этого человека, это могло осложнить ситуацию. Он прикусил нижнюю губу и сосредоточился на сцене, думая только о том, что ему нужно сделать, и оставляя все остальные темы на потом. Снова зазвучал припев, Эндрю опустил руку, и Кевин снова начал играть на гитаре. У них получалось очень хорошо, несмотря на то, что они никогда раньше не пробовали исполнять эту песню и даже не знали её шифра. Эндрю держал микрофонную стойку в обеих руках и, постукивая ногой в такт музыке, закрыл глаза. В конце припева он прервал Нила и Кевина, оставив только глубокий барабанный бой и негромкое бормотание бэк-вокала Рене. Bite my glass, set myself on fire Can't you tell I'm crass? Can't you tell I'm wired? Tell me «Nothing lasts» Like I don't know You could kiss my as-king about my motto На этот раз был только текст и лёгкие ударные, и Нил полностью разобрался, потому что эта песня была совершенно умопомрачительной, особенно с хриплым голосом Эндрю. Они снова исполнили припев, последний, и в итоге были встречены бурей возбуждённых криков и оглушительного шума. Конечно же, положительный ответ. Эндрю ухмыльнулся одной половиной рта, поблагодарил за шум, едва слышный в шуме толпы, и посмотрел на Нила, когда они, задыхаясь, закрыли глаза. — Сегодняшний вечер был совершенно невероятным, мы безмерно благодарны вам за ваш восторг, Лос-Анджелес, — сказал Эндрю, не отрывая взгляда от басиста. — Но сейчас, к сожалению, мы сыграем нашу последнюю песню на шоу. В зале раздался недовольный шум. — Мы надеемся, что скоро вернёмся сюда, — сказала Рене на этот раз. — Спасибо за всю любовь и поддержку. Свет на сцене полностью погас. Всё погрузилось в темноту, пока зрители успокаивались, а Эндрю воспользовался случаем, чтобы выпить воды. Когда на стадионе стало как можно тише, первые две строчки поплыли по ночному воздуху. No, I never say die No, I never say die Обычно эта песня исполнялась с помощью пусковой установки, но они уже несколько раз репетировали без неё, так что вполне могли справиться. Бас и барабаны поначалу играли медленно, просто чтобы обозначить ритм. I'm a journeyman I'm not the best but I'll fight until the end Not got the quickest of hands But watch them move when they come to my defence Кевин и Нил несколько раз напевали под голос Эндрю. Затем они снова утихомирили инструменты, за исключением короткого барабанного боя, который предшествовал припеву. I never give up, no As long as there's blood running through these veins I never give up, no For as long as the night follows the day I never give up, no, no Короткая тишина. И тут же взрыв инструментов плюс голос Эндрю. No, I never say die No, I never say die I'm gonna live with nothing left Know there's nothing after death So I never say die No, I never say die Они энергично двигались с припевом, и вторая часть была более живой, чем первая, как и должно быть. Нил любил исполнять эту песню, потому что это была его единственная законченная композиция в дискографии группы, и он всегда испытывал приятное чувство, когда слышал её в голосе Эндрю и тысяч других взволнованных людей в зале. Это были его слова, воплощённые в жизнь. Они повторяли куплеты до конца песни, чередуя Эндрю и бэк-вокал. Прощание группы было быстрым и состояло из почти бесконечной череды благодарностей, оставляя после себя толпу шумных фанатов. Они были потными и запыхавшимися, когда добрались до кулис, где их ждали все гости. Рене и Нил отстали от остальных, и парень подошёл к ней, когда она снимала кожаные перчатки, которые надевала на протяжении всего шоу, чтобы избежать мозолей и улучшить сцепление с поверхностью, и ещё кое-что, что она объяснила, но он не запомнил. В любом случае, это выглядело очень круто. — Привет, — сказал он. — Привет, Нил. Ты хорошо выступил сегодня на шоу, — сказала Рене и улыбнулась, как будто знала что-то ещё. — Конечно… Спасибо, ты тоже была великолепна, — коротко улыбнулся он. — Могу я задать тебе вопрос? — Конечно. — Эндрю написал эту песню довольно давно? Лицо Рене озарилось весельем, и она улыбнулась ему, определённо зная нечто большее, чем он мог себе представить. — Нет, через некоторое время после твоего прихода в группу, — пожала она плечами. — Совсем не похоже на его стиль, не так ли? Я тоже была потрясена, но в приятном смысле. Нил кивнул. Он собирался спросить, знает ли она, откуда пришло вдохновение, но к ним тут же подошла Элисон. — Детка, мне совершенно не понравилось сегодняшнее шоу, — сказала она. Нил тут же нахмурился, но Рене лишь терпеливо улыбнулась. — Да? И почему же? — её голос был нежным. — Невозможно представить, что ты была так абсурдно горяча, всего лишь стоя за барабанами. Рене рассмеялась, а Нил фыркнул и отошёл, чтобы оставить их наедине. Он поискал Мэтта и обнаружил его в углу с Дэн, наблюдающей за разговором между Эбби, Ваймаком, Кевином и двумя его парнями, Джереми и Жаном. Едва увидев его, Дэн обернулась, приподняв бровь. — Эта дерзость с Миньярдом была частью шоу или?.. — спросила она. Мэтт закрыл лицо руками и кивнул в знак согласия. Нил хихикнул. — Думаю, вы никогда не узнаете.