Злополучная авантюра Микасы Аккерман

Ранним утром мы прибыли в Гермину, у военных никто даже не проверял документы, и мы спокойно приехали в город. Разведчики подвезли нас до дома семейства Стокс, все так же стоявшего на широкой улице, скупо попрощались и уехали. — Как они отреагировали на это? — уточнила я, прежде чем постучаться. — Тетушка Хелла плакала всю дорогу назад, — Эрен смотрел на носки своих ботинок, — Когда Лауда пыталась что-то объяснить, тетушкам было до фонаря. Я начала сомневаться, что мы сейчас нужны, и собиралась уходить, как услышала грохот. Я резко дернула дверь, которая оказалась не закрыта. — Ты… ты что? — послышался непривычно тихий голос Ланы. — Заложила, — всхлипнула Хелла, — А что было делать? Нам нужно было закрыть заказы и выплатить компенсацию нашим клиенткам! После закупки материалов денег не осталось, а еще один займ в банке мне не дали. Снова что-то разбилось. — У тебя язык отвалился посоветоваться?! — воскликнула Лана, — Я спрашиваю тебя! Язык отвалился?! Всхлип превратился в рыдания. — Ты хоть вазы не разбивай, — попросила старшая, — они тоже денег стоят… — Когда твои ростовщики придут сюда, они не только вазы побьют! — на надрыве произнесла младшая, — И сколько мы им должны? — Если успеем выплатить долг до конца месяца, то не так и много. Они пообещали не брать проценты, я же вдова Артура… А я рассчитывала, что у нас на руках сейчас уже будут деньги… — Черт бы тебя побрал, пустоголовая ты дура! — упала на диван Лана, — Конец месяца завтра! Она схватилась за голову. — Какой там процент? — хмуро поинтересовалась младшая. — Три процента. — Это немного, — вдруг подняла голову Лана, но что-то ее тревожило. — Только не говори, что в день, а не в месяц. — В день… Зажмурившись со всей силы, девушка потерла лицо руками. — Черт. Я поеду к Рихтмайеру, попытаюсь уговорить его сдать нашу фабрику и получить предоплату. Вернусь вечером. До этого никуда не выходи, никому не открывай. Открой оба своих глаза и гляди в оба за детьми. Если кто-то придет, и начнет ломиться, молчи и спрячься. Пусть думают, что мы все еще в Митрасе. Девушка поднялась, и увидела меня в коридоре. — Вы… — нас она не ожидала встретить, — Так, вы тоже уходите, — Лана выпроводила нас на улицу, — Не приходите сюда и на фабрику, Кэт это же передайте и остальным – пускай сидят дома. Когда будет можно, я сама к вам приду. До тех пор не высовывайтесь. Она закрыла дверь на все ключи, и поспешила куда-то. — Они вляпались во что-то очень плохое, — с ужасом заметил Армин, — Я слышал про Рихтмайера от тетушки Кэт, он бандит. Из микрокредитов к какому-то сомнительному человеку. Как бы это еще хуже ни сделало. — Мы не можем помочь, — признала я, — идем домой, надо передать остальным слова тетушки. Мало ли что эти преступники задумают. Эрен напрягся. — Давай, — легонько толкнула я его в плечо, — нам надо идти. Беги домой к Финну, пускай расскажет остальным кожевенникам, кого знает. Я пойду к Мине, она на севере, и рядом живут другие швеи, а Армин – к Мари и остальным на западе. После этого бегом домой. Я поспешила к Мине. Мне повезло – она еще была дома. Мина с удивлением выслушала меня и пригласила на встречу с подругами. — Не сейчас, — отказалась я, — нужно спешить. Нужно передать это остальным. — Я с ними ведь и увижусь. Там и передам. Иди спокойно домой. Спускаясь по лестнице, я призадумалась. Тут неподалеку была и фабрика. Сегодня выходной, но и в выходные туда приходили люди. Лана сказала, что времени до завтра… Это немного. Стоит предупредить. — Хорошо, — и я попрощалась. На фабрике было пусто. В окна я ничего не смогла разглядеть. Но что-то мне подсказывало, что там что-то есть. Предчувствие, не оставляющее меня с самого Митраса, никак не отпускало. Я легонько толкнула дверь, и она оказалась открыта, чего никогда не было. Тут точно кто-то есть. Если я сейчас войду внутрь, это может быть опасно. Я сделала два шага назад и выдохнула. Надо бежать отсюда. Развернувшись, я наткнулась на двух конных, что заезжали в переулок. Черт! Как мало людей рядом! Надо сделать вид, что я просто прохожая, что забрела сюда какими-то своими тропами. Всадники спешились у фабрики, что-то оживленно обсуждая. Я шла вниз по улице, что вела к центральному тракту Гермины, пытаясь не прибавлять шаг. — Я ее помню, — услышала я вдруг, — Она с тем пиздюком здесь была. — Да… Я так испугалась, что не поняла, что это были полицейские! Это были те самые полицейские, которые приезжали на фабрику. Я обернулась, и увидела, как эти двое садятся на лошадей, но вместо понимания, что раз это полицейские, то сейчас они вмешаются в ситуацию с бандитами, меня накрыла паника, и я на рефлексах рванула со всех ног вперед. Думаю, это меня тогда и спасло. Я бежала, но улица все никак не кончалась, и я услышала выстрел в спину. Не попали. Этот выстрел как будто прибавил мне сил, а сомнений в том, на чьей они стороне, не осталось. Ноги сами несли меня в толпу, и я, обогнув угол, вписалась в какого-то дядьку, тут же пробираясь на другую сторону улицы. Недалеко был рынок, а за рынком – дом. Надеюсь, на рынке мне удастся затеряться. Лишь бы потом не пристрелили в темном углу. Полицейские как будто угадали мой план и тоже шли к рынку. Я быстрым шагом прошмыгнула в булочную, снимая приметную вязаную кофту и вставая за покупателем. Полицейские скрылись из виду, и я отвернулась от окон. Как только мы с пекарем остались одни, я протянула ему свою кофту. — Дяденька, — попросила я, — Можете оставить у себя на хранение? Я заберу, когда в следующий раз приду за хлебом. Мужчина, уловивший мой испуг, взял кофту и вручил мне хлеб. — Верну, когда придешь с оплатой за эту булку, — отчеканил он и убрал мою кофту под прилавок. Я поблагодарила пекаря и вышла, стараясь затеряться в толпе. Полицейских было не видно, и я вышла на соседнюю улицу. Идти ближе к воротам – идти к дому. А в противоположную сторону был дом Хеллы и Ланы. Я вздохнула и пошла размеренным шагом в сторону ворот, как вдруг увидела тех двоих со спины. Вцепившись в булку, чтобы как-то успокоить свои натянутые нервы, я скользнула в переулок и села за большую бочку, в которую капала дождевая вода. — Тьфу на тебя, — услышала я голос, — Пойдем обратно, нам еще фабрику надо поджечь. — А если она о нас расскажет? Нельзя поджигать. — Господин будет недоволен нами. Это из-за тебя нас отправили на фабрику. Сейчас бы прибрали к рукам пару побрякушек в доме Стоксов, если бы ты не прокололся с тем мальчишкой. — Ты ведь слышал, что он спиздел? — Как будто мне не поебать на этого ублюдка! — голоса удалялись, — Твой выговор - вот ... ! Они прошли мимо, даже не заметив меня. Как только те завернули на центральную улицу и пошли обратно к фабрике, я выскочила и со всех ног понеслась домой. Армин, увидев меня запыхавшуюся в дверях, втащил меня за шиворот в комнату и закрыл дверь. — Что случилось? — мальчик забрал у меня хлеб и положил тот на стол. Я вкратце пересказала свой побег от полицейских, пытаясь отдышаться. Все тело нервно потряхивало. Армин завернул меня в одеяло и попытался неловко обнять. — Мы будем тут сидеть, пока тетушка Лана не придет за нами, — сказал Армин, — даже полицейские так просто не найдут нас, если мы никуда не будем выходить. Я прикрыла глаза, выдыхая. Кажется, отлегло. Но стоило мне успокоиться, как в комнату влетел Эрен, захлопывая дверь и закрывая засов. — В доме тетушек целый отряд Военной Полиции! — пытаясь отдышаться произнес он, — Они выносили чей-то труп весь в крови! Черт, что там случилось? — Ты… — Я видел там кучу людей, и даже того полицейского, с которым мы повздорили. Но они вывели меня оттуда и проводили до дома, я не успел ничего разглядеть. Все внутри обвалилось. Они знают, где нас искать. Я выглянула в окно – те двое мне помахали. — Эти двое гнались за мной, — рассказала я Эрену, — Они собирались сжечь фабрику, а я увидела их. Йегер напрягся всем телом. — Те полицейские успокаивали тетушку Хеллу, — заметил он, — Я бы и не подумал, что это они пытались навредить тетушкам. — Да черт все это знает, — я упала на пол, приваливаясь к стене, — Надо что-то делать, пока и нам не перепало проблем. Ими кто-то заправляет, раз у них есть господин. Но они явно надеются скрыть произошедшее, и по крайней мере делают вид, что не на стороне преступников. Возможно, их главный послал полицейских как жест доброй воли, но стал бы тогда он посылать полицейских же поджигать фабрику… — Что тетушка Кэт рассказывала про того человека, к которому отправлялась Лана? — Он промышляет взятничеством, «прикармливает» чиновников, а потом занимается… — А полицейских? — Ты думаешь, это люди Рихтмайера? — догадался Армин, — у него есть свои бандиты для таких дел, зачем нанимать полицейских? — Если только он не рассчитывает скрыть свое участие в происходящем, — встрял Эрен, — Тогда он отправил полицейских поджечь фабрику, чтобы след не вывел на него, по крайней мере, сразу. — Тогда этим и воспользуемся, — вздохнула я, поднимаясь с пола, — Я поговорю с ними. Позовите на чай тетушку Кэт, и следите в окно. Если что-то пойдет не так, я побегу, и вы должны немедленно убраться в комнату тетушки, а потом скрыться из дома. Встречаемся перед воротами Гермины после полуночи. Я взяла монетку, чтобы в случае побега я могла снова забежать в булочную и вернуть свою кофту. До ночи нужно будет как-нибудь скрыться, и, по возможности, не замерзнуть. А теперь главное – собраться, и состроить самое воинственное выражение лица. Я спустилась вниз, важно вышагивая к полицейским. Оба выглядели так, будто владели ситуацией, но, к счастью, местные сплетни могут нас спасти сегодня. Нельзя подать виду, как меня пугает перспектива преследования и скорой смерти как свидетельницы. — Ну и что за представление вы устроили? — обратилась я к ним, будто это были дети малые, — Как можно было стрелять в кого-то возле такой толпы народа? А если бы вы промахнулись и убили кого-нибудь? Тот, что избил Эрена, состроил самую удивленную рожу, что мне доводилось видеть. По факту оба полицейских были младше моего реального возраста, и потому у меня вполне успешно получилось выдать реалистичные возмущения с претензией на отчитывание. Второй открыл рот, намереваясь что-то сказать, но я не дала ему такую возможность. — Теперь понятно, — махнула я рукой, — таких бездарей господину Рихтмайеру и бесплатно не надо. Жаль, что он об этом пока не знает. — Как!.. С чего ты взяла… — С чего? Да у вас на лице все написано! — усмехнулась я, — Думали, что вы под его защитой? Да он спустит вас в резервуар с жидкими отходами и глазом не моргнет, когда узнает, какой вред вы ему принесете своей безалаберностью. — Ты-то откуда знаешь? — Я бы тоже таких долбоебов пожелала бы поскорее сплавить, — сплюнула я, — Ну так что? Зачем приперлись сюда? Полицейские опешили от моего тона, и все никак не могли собраться – они действительно дилетанты, мне повезло. Я дождалась, пока кто-то из них соберется и ответит на мой вопрос. — Что ты видела на фабрике Стоксов? — Вас двоих, стрелявших в толпу людей, — ответила я, — Если вы думаете, что этим напугали меня до чертиков, и заставите меня молчать о произошедшем, то ошибаетесь. Мне плевать, каких бездарностей нанимает Рихтмайер, чтобы докучать госпоже Стокс или госпоже Гринберг. Но если я еще раз увижу ваши лица возле моего дома или возле моих друзей или знакомых, знайте, что Кенни-Потрошитель не поленится доложить вашему хозяину о том, как крупно вы обосрались с поджогом фабрики, и как нарушили покой его дорогой родственницы, чтобы скрыть свою некомпетентность. Для него это будет отличный повод кого-нибудь убить. Оценив побелевшие лица полицейских, я на пятках повернулась и так же важно зашагала в дом, картинно хлопнув дверью. Стоило мне скрыться на лестнице, как я рвано выдохнула и со всех сил зажмурилась. Строить из себя бандитку перед кем-то более разумным у меня бы уже не получилось. Тем более — столь долго. Надеюсь, эти болваны поведутся на мой блеф. И не растолкуют кому-то о внезапно найденной родственнице бандита, которую можно использовать как разменную монету. Эрен, встретивший меня у порога, кулаком хлопнул меня по плечу, выражая свое восхищение. — Как ты их! Не знаю, что ты им сказала, но они до сих пор стоят, отойти не могут! Ну пусть стоят. Мое представление на сегодня закончилось. Сев за стол, я неловко улыбнулась гостье, рассказывая о погоне, которую сегодня устроили за мной. Меня все еще тревожило незнание того, кто мог быть убит в доме Стоксов, но Эрен не разглядел ни размеров трупа, ни каких-то еще опознавательных знаков. Сказать, что это был кто-то дорогой тетушке Хелле – назвать все семейство, и заодно работников фабрики. В конце концов, это мог быть и кто-то незнакомый – сомневаюсь, что Хелле доводилось видеть трупы и насильные убийства, а тут, похоже, оно произошло прямо на ее глазах. И тут до меня дошло. С учетом того, что в доме уже находятся полицейские, можно зайти внутрь, не опасаясь ножа под ребром. Я подговорила Эрена и Армина к закату сходить навестить тетушек. Дверь в дом Стоксов была открыта, но полицейских у них было. Из дома раздавались всхлипы, и мы осторожно вошли внутрь. — Госпожа Гринберг! — позвала я, — Госпожа Стокс! Из кухни вывернула Лана со скорбным выражением лица. — Мы видели тут полицейских, — вышел вперед Эрен, — Вы в порядке? Всхлипы переросли в рыдания, и я взяла названного брата за руку, надеясь, что он поймет, что лучше не продолжать эту тему. — Мы все передали, как вы сказали, — отчиталась я, — но есть кое-что важное, что вы должны знать. Полицейские пытались поджечь фабрику, надеясь перевесить поджог на кого-то другого. Судя по всему, они действовали по указке господина Рихтмайера. Не знаю, что вы будете делать с этой информацией, вам лучше знать. Женщина прикрыла глаза, стискивая зубы. — Спасибо, — сказала она, — К счастью, фабрика пока цела, а господин Рихтмайер с удовольствием согласился ее сдавать от моего имени и выплатить долг Хеллы. Кого-нибудь из вас видели? — Меня, — призналась я, — к сожалению, эти полицейские знают нас троих. — Тогда уезжайте подальше. Я постараюсь собрать те деньги, что мы не успели выплатить, в течение дня. Но лучше езжайте прямо сейчас, а ваши деньги я пошлю мистеру Арлерту. У вас получится? — К-куда нам ехать? — выпалила я, — В Трост? — Хотя бы туда. Попроситесь к мистеру Арлерту, может быть вас пустят поработать там… Или пока он не может писать приглашения… Я не знаю, честно. К разведчикам, которые вас увозили. Мы в большой беде, и я не хочу думать о том, что если вы останетесь тут, то и вас заодно могут убить. И без этого бед хватает. — Кого сегодня выносили из дома, чей труп? — севшим голосом спросил Эрен, — Я видел… — Я не знаю, кого именно ты видел, — Лана толкнула нас к выходу, — сюда ворвались бандиты, а потом полицейские, и в этом хаосе перестрелки Бермана затоптали… лошади. Трупов было много. Хелла вышла из кухни, все ее платье было перепачкано в крови, а на лице, опухшем от слез, был огромный синяк. — Уходите, скорее, — сказала она. Мы даже не смогли высказать соболезнования. Лана вызвала нам повозку, и вручила возничему деньги. Он обернулся, спрашивая, куда нас везти. Я уставилась на мальчишек, не в силах вымолвить слова. Трост или попытаться дождаться приглашения и уехать к дедушке Армина? Можем ли мы позволить себе вольность ехать к разведчикам? Йегер, понимая мою растерянность, взял решение на себя. — В Трост, — сказал Эрен, и мы тронулись.