Огни большого города
13 декабря 2023 г., 14:40
Ночь уже безраздельно властвовала над Тейватом, когда подруги, взбодрившиеся после кофе, вышли прогуляться по всё ещё шумным улицам столицы.
Им повезло: вскоре на пути встретилась молодая девушка-жандарм с длинными светло-каштановыми волосами в эффектной сложной укладке. На её форме простой патрульной с сильно укороченным подолом, особенно выделялся белый платок с электро Глазом бога. За окружающими «модница» не следила, переживая о чём-то своём.
— Извините, мадмуазель, можно вас побеспокоить? — первой к ней обратилась общительная Эваль.
— Ох! Мелюзины? Ну… да, — она выглядела не то настороженной, не то растерянной.
— Нам нужна помощь. Сегодня вечером на моём аквабусе прибыла целая толпа пустынников. И они выглядели очень подозрительно! Может быть я зря беспокоюсь, но предупредить — мой долг.
— Понятно, пустынники, — девушка достала блокнот и карандаш. — Вы кто и с какого аквабуса?
— Это же ведь логично, могла бы и догадаться, — тихонько заворчала Эльфан.
— Я — Эваль, гид на линии Клементина.
— Понятно. Как, по-вашему, на аквабус попали эти подозрительные лица?
— Ох, Элинас! Да тут всё серьёзно! Я бы глаза закатила, но мелюзины этого не умеют.
— Наставница Эльфан, пожалуйста, обойдёмся без критики. Мадмуазель, я уверена, что они пришли с юга, из пустыни. Вы же ведь в курсе, что линия Клементина идёт прямо на юг?
— Понятно. Сколько их было?
— Ой, — воскликнула ошарашенная Эваль. — Я не знаю, я ведь их не сосчитала! Какой кошмар! Так, надо подумать: точно больше двух, но меньше тридцати, потому что максимальное число мест — тридцать. А некоторые оставались свободными, когда мы тронулись.
— От 2 до 30. Понятно. Я сообщу, что бы за ними понаблюдали.
— Надо бы сохранить этот «блестящий» диалог для потомков. — Пробурчала Эльфан себе под нос.
— Наставница, ваша очередь!
— Моя?
— Ну да. Теперь вы расскажите, о той странной певице-Фатуи! Она же беспокоит вас.
— Нет. Ни капли. Наоборот, я хорошо выспалась.
— Певица из Фатуи? — вдруг оживилась девушка-жандарм. — Посмотрите сюда, пожалуйста.
Она повела мелюзин к ближайшей доске объявлений и показала на огромный чёрный плакат. На нём была изображена девушка с холодными розовато-белыми волосами, боковые пряди которых сверкали сапфировым оттенком и блёстками. Но сильнее всего удивляли — волчьи ушки. Её верхнюю часть лица скрывала пурпурная маска Фатуи, в прорези которой были видны жёлтые звериные глаза. Крупная надпись на плакате интриговала: «Только один концерт!».
— Ну… если принять за точку отсчёта чисто человеческий взгляд, то можно согласиться, что встретившаяся мне на аквабусе женщина похожа на эту, с плаката. — Пригляделась Эльфан. — Но я не уверена. Не забывайте, что у мелюзин очень особенное зрение. А тут даже не натура, а просто чей-то рисунок.
— Октябрина… Волковна… оперная дива из Снежной впервые выступает за пределами Родины, — читала объявление Эваль.
— Значит, она всё-таки приехала! Ура! — патрульная была в восторге. — Столько ходило разговоров после всех этих событий. Говорили, что её концерт отменят. Но он всё-таки состоится! Я не зря разорилась на билеты.
— А что такого особенного в этой певице? — Недоумевала Эваль, глядя на чересчур эмоциональную реакцию патрульной. — У нас своих мало что ли?
— Много или мало — это не важно! У Октябрины Волковны совершенно уникальный голос из-за необычного строения её связок. Звучание её песен совершенно отличается от любого человеческого исполнения. Дело в том, что она человек лишь наполовину. Её отцом был серебристый северный волк.
— Чего?! — синхронно воскликнули мелюзины.
— Ну, я точно не знаю, говорят, что это народность человекоподобных зверей живущих на бескрайних ледяных просторах. Раньше они служили Крио-Архонту и помогали путешествовать по холоднейшим и опаснейшим регионам Снежной, так как сами прекрасно переносят холод, даже жить без него не могут.
— Стойте, — прервала неуверенное разъяснение Эльфан. — Я, кажется, слышала о них. Это может быть связано с Восстанием ездовых собак?
— Да-да.
— Тогда всё понятно.
— А что вам понятно, наставница? Расскажите! Мне же интересно.
— Позвольте мне, — патрульная заметила, что у Эльфан нет ни малейшего желания рассказывать эту долгую историю. — Сперва уточню: называть их ездовыми собаками — оскорбительно. В Снежной их называют Серебряной стаей, и они гораздо больше похожи на людей чем на животных, наподобие кацлейнов (Я слышала совсем другое — комментировала Эльфан). Когда в Снежной началась массовая индустриализация, волки Серебряной стаи испугались, что останутся без работы, а выжить в ледяных пустошах и диких бескрайних лесах сильно разросшейся популяции было бы тяжело. Тогда они подняли мятеж, произошло несколько столкновений, но потом вмешались лично Царица. Она уравняла Серебряную стаю в правах с людьми и доверила им службу по охране границ.
— А почему они никогда не покидают Снежную?
— Вот этого я уже не знаю. Говорят, что им нужна постоянная подпитка Крио-элементом.
— Вы так много про эту оперную диву знаете. Явно фанатка, — покачала головой Эльфан.
— Мне просто ужасно нравятся волки, — девушка словно пыталась оправдаться. — А это, по сути, поющая волчица. Просто прелесть, разве нет?
— Как скажете. Рада, что проблема разрешилась сама собой. Спасибо за помощь, офицер. Идём, Эваль.
— Подождите меня, наставница.
Мелюзины продолжили прогулку, оставив патрульную наедине с её радостными мыслями и предвкушением грандиозного концерта.
Город пел и танцевал. Радостно подмигивали многочисленные огоньки. Нежно укутывали неповторимые ароматы парфюма, цветов и деликатесов. Чарующая атмосфера быстро развеяла подозрения и тревоги Эваль. Но эти последние так просто сдаваться не собирались и вернулись при первом же удобном случае. Произошло это сразу, как только мелюзинам на глаза попался агент Фатуи. Мужчина в длинном чёрном плаще сорвал с доски объявлений, неподалёку от «Дебор Отеля», афишу певицы из Снежной, в одной руке он нёс уже целую пачку таких плакатов.
— Ой, а что случилось? Неужели концерт всё-таки отменят?
— Эваль, ты так беспокоишься, будто сама на него собиралась.
— Извините, месье, а почему вы убираете афиши?
— А это ты их малевала? — грубо спросил у подбежавшей мелюзины агент.
— Нет, конечно, я — гид…
— Тогда это не твоё дело. — Устало прорычал он и пошёл дальше, не обращая внимания на Эваль.
— Прошу не обижайтесь, пока все бюрократически проволочки будут улажены — зима наступит. Проще всё сделать самим, — бодрый и энергичный голос раздался у мелюзин за спиной.
— Ой, это же Лини!
— Доброго вам вечера, очаровательные мелюзины! — молодой фокусник возник словно из воздуха, учтиво поклонился и доброжелательно улыбнулся им.
— И вам того же, — хмуро ответила Эльфан.
— Скажите, почему снимают афиши? Выступления не будет?
— Последнее зависит от настроя товарища Октябрины, но я бы на чудеса не рассчитывал. Она очень расстроена — её имя напечатали неправильно. Она не Волковна, она — Валкановна. Это отчество. Имя её папы — Валкан. Уточняю: ударение в имени на первый слог, в отчестве на второй. И смотрите не перепутайте иначе… Ох, — он театрально прикрыл глаза ладонью, — её тётя Анна будет в ярости, когда узнает.
— Понимаю, — вздохнула Эваль. — Я тоже расстраиваюсь, когда пассажиры не могут запомнить моё имя.
— Просто из любопытства: а достать билеты… — намекнула Эльфан.
— Ох, как не хочется расстраивать моих маленьких мелюзин, но боюсь, вы опоздали где-то… на полгода.
— Жаль, я так хорошо выспалась под её пение.
— Эй, «артист», хорош отлынивать, — гаркнул на Лини тот самый мужчина из Фатуи, который срывал объявления.
— Грубиян, — тихонько возмутилась Эваль.
— Не судите столь поверхностно. Его упрёк справедлив. Во-первых, он старше по званию. А во-вторых, технически я и правда отлыниваю. Мне пора. И помните жизнь она, как фокус — всё не то чем кажется. Приятного вечера, очаровашки, — Лини снял перед ними шляпу и быстро исчез за поворотом.
— Хм… целую партию плакатов напечатали неправильно и даже успели развесить по всему городу. Первое, долгожданное выступление… ошибку совершать нельзя. Что же случилось? — изредка профессионализм Эльфан давал о себе знать. — Вроде бы мелочь, но замешаны Фатуи…
— Надеюсь, она не сильно обиделась, — а вот Эваль больше переживала за саму девушку.
— И если концерт отменят, наверняка, будет много жалоб, скандалов. Всё это слишком подозрительно. А если… слушай, Эваль, хочешь поучаствовать в настоящем расследовании?
