Благословение свыше

(Lana Del Rey — Living legend) Время лечит — самая лживая фраза из тех, что Эбигейл доводилось слышать в своей жизни. Не лечит, сколько бы его не прошло. Она — молодая вдова, которая полна жизни и не растраченного желания. Могла бы найти себе достойного партнёра, жить дальше, и оставить прошлое там, где ему надлежит быть. Однако на деле возвращаться в жизнь без траура оказалось сложнее, чем думалось первое время. Альберт Росс был для Эбигейл первым во всём, что касалось отношений с противоположным полом. Первое объятие, первый поцелуй, первая ночь... И множество ночей после. Когда человек занимает такую важную роль в вашей жизни, хотите или нет, но вы становитесь связаны. И до того крепко, что простая случайность не разорвёт ту связь, как не старайтесь. Единственный выход — вырезать всё из собственной груди, души, сознания. Тогда есть надежда на освобождение. Или же другой вариант, более вероятный — найти того, кто заполнит собой брешь в груди. Займёт место отравленного участка, чтобы излечить и создать новые воспоминания. Чтобы показать, что жизнь не стоит на месте, и можно нужно шагать дальше. В одну из ночей девушка долгое время не могла заснуть и всерьёз задалась вопросами о том, правильно ли поступает. Волосы разметались по подушке, пальцы комкали край одеяла. Как думаешь, Господи, я готова к чему-то новому? Имею ли право отпустить Альберта? Ведь я... ведь это из-за меня... От сильного ветра в окно застучала ветка одинокой вишни. Коллинз вздрогнула, поднялась на подушке. Сердце застучало быстро-быстро, а в мыслях пробежал страх о том, что это безмолвный знак. Нет, она не имела права на свободу. И без того беспокойная от недосыпа, девушка уткнулась в подушку, из последних сил сдерживая поток горьких слёз. В утро воскресенье она вновь пошла с Лилиан на службу. Подруга смотрела на неё с проблеском радости в глазах, искренней и чистой. — Как считаешь, уже пора пополнять список наших географических точек? Эбигейл глянула на неё с непониманием. Ах да. Магазин, аптека, парк, совсем забыла. Однако уже три недели она регулярно посещала новую локацию. Прежде ни одному месту не удавалось продержаться так долго. На лице невольно распустилась улыбка. Эбигейл покрепче сжала пальцы спутницы. — Думаю, пора. Хотя бы попробуем. — Ура! — девушка от радости взвизгнула. Иногда Коллинз забывала об их разнице в возрасте, но такие моменты служили любезным напоминанием. Оставшуюся дорогу они обсуждали, как прошла неделя. Придя в дом молитвы, заняли места на балконе. Его уединённость дарила желанное спокойствие, и Эбигейл не переживала о множестве взглядов, которые будто были направлены на неё, хотя на деле никто не смотрел. Появилась нежданная паранойя. Девушка не знала, что могло её спровоцировать, но мысли то и дело сводились к неприятной ночной сцене. Она с трудом заснула через полчаса нервных попыток найти удобную позу. Темой проповеди стал поиск хорошего даже в, казалось бы, безвыходных ситуациях. И что стоит не забывать обращаться к свету. Светом, конечно, был представлен сам Господь и его любовь к простым смертным. Эбигейл слушала, как никогда внимательно. Голос мужчины пронизывал до самых дальних глубин, о существовании которых девушка не подозревала. Она могла лишь с упоением слушать его возвышенные речи и искренне надеяться, что найдёт спасение в Боге. Очень хотелось проникнуться вере к нему, чтобы стать ближе к пастору. Служение закончилось в обед. Прихожане делились своими впечатлениями об услышанном, провожали друг друга по домам. Эбигейл ждала, пока Ривз обмолвится парой слов с приятелями. Не обратила внимание, как на соседней скамье расположилась рыжеволосая женщина. Та самая, которая не давала ей покоя вот уже не первый день. Незнакомка поддела короткую нитку, что показалась из выреза юбки и с силой потянула на себя. Послышался треск ткани. Руки рефлекторно прикрыли открывшийся участок кожи. — У вас что-то с одеждой, мисс, — сказала с показным сожалением и ткнула пальцем в место конфуза. Щёки стали пунцоветь, Коллинз лихорадочно пыталась сообразить, как выйти из ситуации. Кофту она с собой не брала, а Лилиан была слишком далеко, чтобы идти к ней в таком виде. Тогда внимательных глаз избежать не получится. От досады подбородок начал дрожать, как вдруг с трибуны к ним двинулся пастор. Его широкие шаги ускорили спасение девушки, в то же время став причиной унижения. Ну почему так? Почему сейчас? Она мигом опустила глаза в пол, страшась чужой реакции. — Что произошло? — У мисс Коллинз проблема с юбкой, пастор Хилл. Заметив реакцию девушки, мужчина недолго раздумывал над решением. Глянул по сторонам, снял пиджак и, спросив разрешения, обмотал его вокруг талии Эбигейл. Рыжеволосая прихожанка, глядя на это, возмущённо задрала голову и поспешила уйти. Лицо мужчины находилось очень близко, а руки так бережно касались спины, что кончики пальцев стали неметь. На короткий миг Коллинз потеряла связь с реальностью. Пока рядом не прозвучал вопрос: — Мисс Хардвик постаралась? — Почему вы спрашиваете? — Мы знакомы не первый день, и порой эта женщина не вполне контролирует свои действия. — С контролем взглядов тоже проблемы, — пробубнила она. Но Ричард услышал. Посмотрел удивлённо, ожидая деталей. — Я не должна говорить о таком, простите. — Нет, Эбигейл, расскажите. Если она вам докучает, нельзя оставлять на самотёк. Девушка жалела, что начала жаловаться. Но прямой взгляд зелёных очей напротив обезоруживал, и рот открылся будто по чужому велению. — В те дни, когда мы занимались готовкой, мисс Хардвик смотрела на меня. Но то был необычный взгляд. В нём плескалась... ревность. — Ревность? Вы уверены? — Она смотрела на меня, после того как я смотрела на вас. Сложно ошибиться, что она питает к вам чувства. — ... вы смотрели на меня? Снова прямой взгляд, но на вопрос она не ответила. Иначе бы точно сболтнула какую-то глупость. Вместо того опустила глаза, поправляя пиджак на талии. С улицы донёсся протяжный сигнал автомобиля. Нет, только не он. Сердце подпрыгнуло к горлу и упало к пяткам. Коллинз бросила лихорадочный взгляд в сторону выхода церкви, с трудом присела на край скамьи. Она следила за дыханием, пыталась не вызвать лишнего беспокойства со стороны пастора. Нужно его отвлечь. — Спасибо, что выручили, Ричард. Если б не вы, не избежать мне позора. Он обворожительно улыбнулся. — Рад помочь. Вы зовите, если надо будет ещё спасти вашу одежду. — Не посмею пользоваться ситуацией. Я жду Лилиан, так что когда она придёт, ваш пиджак вернётся на родину. — Тогда подождём вместе. Девушка хотела возразить, но собеседник занял место рядом. Они сидели в тишине добрых минут пять, каждый поглощённый своими мыслями, не видели необходимости в словах. Когда мысленный счёт сбился окончательно, в проходе показалась виновница задержки. — Эбигейл, готова идти? — Конечно, только дай мне свою кофту. — А что не?... Вместо ответа девушка встала, показав, как чужая вещь обвила её фигуру. Лилиан с трудом сдерживала рвущуюся улыбку, прикидывая, как же подруге хорошо в таком виде. Но затем поспешила снять свою кофту и помогла спрятать недоразумение. Они направились к выходу. Прежде, чем успели переступить порог, пастор обратился: — Мисс Коллинз. — Да, пастор? — Не переживайте о мисс Хардвик. Я улажу непонимание. Одарив на прощание благодарной улыбкой, девушка догнала подругу. *** "Эбигейл лежала в кровати, перебирала воспоминания о прошедшем дне. Сегодня на работе было совещание, которое она с радостью пропустила бы. Но директор и без того недобро на неё посматривал, потому выбора не осталось. Придя поздним вечером, она приготовила полуфабрикат на ужин, без особого желания поела. Знала, что муж будет ругаться, однако не могла найти в себе силы для кулинарных свершений. А он не заставил себя ждать. Пришёл всего на час позже, переоделся. Сквозь неокрепшую дремоту девушка пыталась прислушаться к звукам. С кухни не доносился звон посуды, как и из ванной — струя воды. Брови нахмурились, пришлось открыть глаза. Мужской силуэт замер прямо напротив кровати. Сердце от страха сжалось, но Эбигейл быстро успокоила нервозность. — Ты напугал меня, дорогой. Почему так поздно? — Я же говорил, что получил новую должность. Теперь всегда буду возвращаться позже. — Жаль. Мне тебя не хватает. — Поэтому вместо нормальной еды купила замороженное убожество? Интонация и формулировка сквозили пассивной агрессией. Неожиданная перемена в поведении заставила девушку сменить положение. Теперь она полусидела, прислонившись спиной к подушке, и старалась поймать взгляд супруга. Тот избегал смотреть в глаза, больше заинтересованный ночным видом из окна. — Прости, я пришла с работы поздно, очень устала. Завтра сделаю что-то из твоего любимого. — Поздно? С чего вдруг? — Проводили совещание. Я должна была присутствовать. Альфред сделал несколько шагов вперёд с правой стороны кровати. Впервые посмотрел жене в глаза. — А может это священник отвлёк тебя от обязанностей любящей жены, а? — Ч-что? О ком ты говоришь? — Тот, кто занимает твои мысли уже не первый день. И даже ночь... Девушка вжалась сильнее в подушку, натянула одеяло выше, скрывая тело в одной лишь ночнушке. — Милый, ты переутомился. В моей жизни нет других мужчин, кроме тебя, — голос дрожал, кончики пальцев начали неметь. — Врёшь! Рывок — одеяло отлетело в сторону. Полностью одетый мужчина навис над полуголой девушкой, его дыхание вдруг стало рваным и глубоким. Широкая ладонь дотронулась нежной щеки, провела пальцами вдоль скулы. — Я знаю, что ты неверна мне. Знаю, как мечтаешь, чтоб он овладел тобой. Как коленки трясутся, стоит ему мельком взглянуть на тебя в церкви. Грязная жёнушка. Эбигейл сдерживала подступающие слёзы изо всех сил. Раньше её муж не позволял себе таких слов. Что изменилось? Неужели новая должность могла так сильно изменить человека? А если да, то какого чёрта он продолжал работать в таком странном месте? Пока голову полнили разные вопросы, свободной рукой мужчина обхватил её талию и уложил обратно на кровать. Он был почти вдвое больше супруги, что придавало дополнительное преимущество. Девушка казалась такой слабой, крошечной, что переломить её пополам не составило бы труда. Лицо мистера Коллинза исказила недобрая ухмылка. — На самом деле, мне плевать, кто он и что из себя представляет. А знаешь, почему? Пальцы ухватили лямку сорочки, потянули вниз. Часть бюста оголилась в тот же миг. Снизу послышался жалобный всхлип. — Не надо, Альфред. Прошу, я не хочу сегодня. Но он не слышал. Ему было всё равно, потому просьба осталась без ответа. Вместо него мужчина продолжил: — Потому что как бы сильно твои коленки не тряслись, как бы сердце не заходилось в бешеном ритме, ты — именно моя грязная жёнушка. Моя, слышишь? Ноги разводишь только для меня и мокнешь, приглашая в себя исключительно мой член. Это стоит всех неприятностей, которые ты приносишь, Эбби-бейби... Рука потянулась ко второй лямке. На шее горел медленный поцелуй. Девушка с силой зажмурила глаза, выпуская первую слезу куда-то в подушку". Проснулась в холодном поту в собственной постели. Вторую ночь подряд не спала спокойно. Но если вчера просто было сложно заснуть, то сегодня её вовсе посетил кошмар. С участием того, кого она хотела изгнать из мыслей уже не первый день, и даже месяц. Лёгкие жадно хватали кислород, пока глаза лихорадочно бегали по комнате. В ней действительно была только она, никаких призраков прошлого и — уж тем более — реальных людей. Всё это походило на жестокую шутку сознания. Почему в дневное время Коллинз чувствовала себя нормально, даже отлично, но с наступлением ночи всё скатывалось в пропасть? Это такая плата за кратковременное счастье? Не зря Альфред упоминал пастора. Всё из-за их сближения в последние недели. Пазл потихоньку складывался, и с каждой секундой думать об этом становилось больнее. Боже, помнишь я спрашивала у тебя, готова ли к чему-то новому? Вместо того, чтобы ответить самому, ты подослал Сатану? Думала, ты милосердный. Но как может милосердный отец так изнываться над своими чадами? Лучше бы мне ничего не снилось, чем видеть его даже в сновидениях. Разве я недостаточно мирилась с ним при жизни? Прошу, Господи, помоги мне освободиться от этого кошмара наяву. Умоляю тебя от всего сердца. Ладони сами сложились, как в молитве, а глаза наполнились слезами. На сей раз девушка не держала всё в себе. Она позволила усталости выйти через солёную влагу. А для себя приняла решение, что хватит пока социальной жизни. Сейчас самое время побыть наедине с мыслями, принять новый порядок вещей и думать, как действовать дальше. Разумеется, в ту ночь даже беглая надежда на сон не посетила Эбигейл. (Lana Del Rey — Beautiful) На следующих выходных она пропустила воскресную службу. Не только утреннюю, но и молитвенное общение, которое проводили раз в несколько недель. Некоторые прихожане, что запомнили новенькую, задавались вопросами об её отсутствии, но напрямую спрашивать не решались. Мало ли, что случилось. А может бедняжка просто потеряла интерес и больше не вернётся? Тогда интересоваться ещё более неловко. Однако кто точно не стеснялся спрашивать, так это Ривз. Она всерьёз беспокоилась за подругу, так что без лишних предисловий написала сообщение. Лили: Привет. Всё в порядке? Ответ пришёл почти сразу. Би: Приветик. Чувствую себя не очень. Наверное, заразилась в школе от учеников. Лили: Сочувствую, милая. Давай я навещу, принесу фруктов и ещё чего? Би: Нет-нет, не стоит. Не хочу и тебя заразить. Тем более, сейчас я не в настроении. Лили: Ладно уж, вредина. Я всё равно что-нибудь придумаю. *хитрый смайлик* Би: Ахах, не сомневаюсь. *сердечко* Несколько следующих дней прошли в умиротворении и бесконечном потоке мыслей. Кошмары больше не посещали сон Коллинз, но снотворное на всякий случай выпивалось. Благо, всю неделю на работу можно было приходить позже обычного — спасибо пересменкам — так что даже сложное пробуждение после таблеток не стало проблемой. Из-за пропуска субботнего похода в супермаркет, в магазин пришлось идти среди недели. Девушка не любила выбиваться из типичного ритма жизни, но желудок просил еды и даже для мысленных нагрузок требовалась энергия. Когда она уже оделась и стояла на пороге дома, дверной звонок оповестил о появлении гостя. Брови сошлись к переносице. Упрямая Лилиан решила всё-таки прийти? Из-за уверенности не стала смотреть в глазок, сразу открыв дверь. Однако вместо невысокой подруги обнаружила статного мужчину в идеальном, как всегда, костюме. — Пастор? То есть... Ричард? Что вы здесь делаете? Она не подумала о неловкости разговора на пороге. Почему-то пригласить его в дом казалось ещё более нелепой идеей. Запрещённой. — Простите, что без предупреждения. Вы не пришли на воскресную службу, и Лилиан сказала, что вам не здоровится. — Правда? То есть, кхе-кхе, да. — Постаралась изобразить кашель, но получилось скверно. Поплотнее закрыла ворот пальто, растирая шею. — Но почему вы здесь? — Я, как и всякий пастырь, должен заботиться о своей пастве. Вот, принёс вам немного. Это не от меня лично, от всех, так что не отказывайтесь, прошу. Только сейчас Коллинз заметила довольно крупную корзину, которую мужчина уткнул в своё колено. Сверху на ней лежал платок, а из-под него задорно выглядывала пара апельсин. Хилл передал корзинку, и девушка приоткрыла гостинец. Кроме множества фруктов, перед глазами красовались хлебные изделия, несколько сыров и свежие овощи. Такого количества еды ей бы хватило на неделю вперёд. В голову закрался почти забытый поход в магазин. — Ричард, это так щедро с вашей стороны. Не стоило беспокоиться. — Уверяю, никакой проблемы нет. В церкви мы все заботимся друг о друге. Все? То есть никакого особого отношения в поступке нет? Он каждому прихожанину носит гостинцы, когда те болеют? Почему-то сердце отозвалось печалью. Корзинка опустилась на тумбочку в коридоре, и девушка глядела немигающим взглядом в сторону улицы. — Вы собирались куда-то, Эбигейл? Вопрос вырвал из мыслей. Теперь их взгляды встретились. — Вообще, хотела в магазин сходить, но благодаря вашей заботе обойдусь без лишних прогулок. — Надеюсь, выздоровеете в ближайшее время. Болезнь ещё никому не приносила удовольствия. — Вы правы. Несколько секунд смотрели друг на друга, чувствуя, как нарастала неловкость. Мужчина сделал шаг назад, намереваясь уйти. — Быть может, зайдёте на чай? Совсем сдурела?! На каких основаниях ты зовёшь его в гости? Как это будет выглядеть со стороны? Предложение вырвалось будто само собой, и вскоре девушка жалела о том, что озвучила первое, что крутилось в голове. Сознание лихорадочно молилось высшим силам, чтобы у пастора оказались другие, более важные занятия. Вот он сделал шаг обратно к двери — сердце замерло. Наверное, в серых глазах отразился форменный страх, потому что в следующую секунду Ричард улыбнулся и не решился идти дальше. — Спасибо за приглашение, но не хочу беспокоить. Поправляйтесь, Эбигейл. Он покинул её крыльцо, а вскоре и вовсе исчез из виду. В глубине души Коллинз — где-то очень глубоко — надеялась, что Хилл разделит с ней одиночество дома. Пустоту, которую можно потрогать на ощупь. Впрочем, никогда не призналась бы в том ни себе, ни пастору. *** На выходных в одном из городских парков завязался нешуточный разговор. — Ты сказала ему мой адрес! — Да. Разве сделала что-то ужасное? — Лилиан округлила глаза, выставив руки для защиты. — Нет. Но могла предупредить, я бы хоть подготовилась, сыграла убедительно. — Зачем? — Затем, дорогуша, что он пришёл вечером на порог моего дома с корзинкой разной еды и пожеланиями скорейшего выздоровления. — Ну вот видишь, как здорово. Погоди... Пришёл к тебе? Сам?! — Представь себе. — Странно. — Что именно? — Обычно пастор просит кого-то из церкви позаботиться, но чтобы лично навещал — это что-то новенькое. Ну, либо я не так давно в церкви, чтобы говорить с уверенностью. Но... ведь это невозможно. "Уверяю, никакой проблемы нет. В церкви мы все заботимся друг о друге" — так он сказал в нашу встречу. А сегодня я узнаю от Лили, что сам Ричард никого не навещает. В таком случае это правда подозрительно. Ривз продолжительно выдохнула, собрала решительность. — Беря во внимание вышесказанное, хочу задать вопрос. Что у тебя с нашим пастором? — А что у меня с ним? — вернула вопрос с поднятой бровью. — В церкви стали замечать, что между вами какая-то связь. Пастор Хилл заботится о всех нас, как о своей пастве, и всё же к тебе у него малость иное отношение. Вспомнить хотя бы ваши игры с именами, его пиджак на твоей талии, а теперь гостинцы. — Ты преувеличиваешь. Дело только в том, что я недавно в вашем обществе. Он старается не спугнуть меня, проявить участие. Тем более, что всего этого я не просила. Коллинз глянула на деревья, ветви которых энергично шевелил ветер. Листва на многих окрасилась в цвета осени, и сам воздух изменил свою температуру, влажность. Появился приятный аромат, что ассоциировался с переходом сезона. А вместе с ним менялись обстоятельства жизни. Как оказалось, не только школьников и студентов, но и взрослых людей. Эбигейл ощущала радость, что наконец поделилась своими мыслями с близким человеком. А Лилиан меж тем, как настоящий друг, не осуждала и не стремилась дать непрошенный совет. Она слушала и слышала, что в разы ценнее. После недолгой паузы погладила холодные пальцы. — Как бы там ни было, я рада, что в твоей жизни появилось что-то интереснее похода в магазин и чтения книг в одинокой квартире. А видела бы ты взгляд мисс Хардвик, когда пастор снял свой пиджак, чтобы спасти тебя от неловкости. — Так ты всё видела? На долю секунды девушка обиделать, что Ривз не пришла на помощь. Однако быстро смекнула, что хитрая лиса просто ждала, как развернутся события. Отыгрывала роль стороннего наблюдателя-сводника, что готов в любой момент выручить. В этом была вся Лилиан. В качестве наказания Эбигейл сжала маленькую ладонь чуть сильнее, вызвав жалобный писк со стороны. Сразу за ним последовал виноватый взгляд. — Хах, с моей стороны вышел отличный ракурс. Я, конечно, смотрела и умилялась с той почти рыцарской сценки, но бедняжка Джен так ревновала, что у неё из ушей едва пар не шёл. Они обменялись взглядами, и в следующую секунду негромко засмеялись. Синхронно, как в старые-добрые, когда жизнь наполняли простые радости вроде прогулки в парке и незлобные сплетни о прошедшем дне.