the truth is out there

Представьте, что на кон игры поставлено абсолютно всё: деньги, слава, власть, статус. И ваша жизнь. Вы делаете первый ход и осознаёте, что удача на вашей стороне. Бешено бьющееся от азарта сердце немного успокаивается, кровь, застывшая в жилах от ожидания худшего исхода, кажется, снова начинает течь. Тем временем начинается новый отсчёт — отсчёт до хода вашего противника. У него не больше десяти минут, все лидирующие позиции уже заняты вами — они с самого начала были заняты вами. Да что уж там говорить, даже удача на вашей стороне — вам обеспечена победа. Противник ходит. Вы с замиранием сердца смотрите на карту и понимаете — он проиграл. Ха! Это было так ожидаемо, этот человек такой глупец. Наступает очередь второго хода. Лёгким движением руки вы берёте карту — на ней нарисована шахматная доска. Ситуация: мат. Белые поставили вам мат. Что это такое, этой карты никогда не было в колоде, неужели её подложил туда ваш противник?! Возмущённо вы решаете бросить ему эту карту, как вдруг она оборачивается шестёркой и уже лежит на игральном столе. Ваш противник бросает туз, но козырная шестёрка бьёт его. Вы снова выигрываете. Следующая карта — ничего необычного, но тут со стороны соперника раздается смешок. — Вы забыли, во что мы играли? Поднимая глаза, вы видите перед собой шахматную доску. Ситуация: шах. Вы поставили шах своему противнику. Да что тут происходит? То эта странная карта, то теперь шахматная доска, а ведь изначально вы вообще играли в «Дурака». Играли и думали, что «дураком» окажется именно ваш противник. — Кажется, вы в замешательстве, позвольте мне вам всё объяснить. Нет. Нет, не может быть. Почему с его лица не сходит эта странная улыбка? Он слишком самонадеян! В один момент ваш противник пропадает. Что происходит, вы во сне? Попробуйте проснуться. Если не получится, попробуйте найти выход отсюда, вам поможет ваша удача и карта, которую вы сейчас сжимаете в своей руке. Вы вспоминаете про карту и совершенно внезапно осознаёте, что карта уже давно является осколком зеркала, по вашей руке медленно начинает стекать кровь. Не волнуйтесь, удача всё ещё на вашей стороне, вам удастся выбраться отсюда. Или нет? О, смотрите, это же ваш противник. Может, спросите у него что произошло, и куда же пропал игральный стол, вы ведь выигрываете, наверняка он захочет завершить партию, чтобы хотя бы попытаться отыграться. Шах и мат. Шах и мат. Шах и мат. Вы снова оказались в «дураках». Словно тиканье часов, повторяющаяся фраза раздаётся у вас в голове. Лицо злодея размыто, слышен лишь его злорадный голос: — Удача изначально была на моей стороне. *** Звук равномерного постукивания пальцами постепенно заполнял собой всю просторную комнату. Длинные бархатные шторы скрывали посетителей от уличных обывателей, а кресла с рельефными деревянными ножками и вставками придавали комнате атмосферу роскоши. Стены здесь были повсеместно украшены дорогими картинами, из-за чего у человека, что впервые оказался в таком месте, могло создаться ощущение попадания в самый настоящий музей с собранием лучших творений великолепнейших художников истории. Но она была здесь не в первый, не во второй и даже не в третий раз. Её это никак не могло удивить. — Ну что, вы уже сдаётесь, господин управляющий? — наконец раздался низкий женский голос. Мужчина, явно проигрывающий в ещё не успевшей принять широкий оборот игре, поднял взгляд на обладательницу этого голоса, ища её снисходительнительности, но встретился лишь с леденящим кровь стальным взором, словно готовым в любом момент проткнуть его насквозь. Девушка напротив него сидела в одном из здешних мягких кресел, через игральный столик, обтянутый красным бархатом. Длинные черные волосы спадали на её изящные плечи, закрывая вид на выпирающие ключицы. Черное бархатное платье обрамляло её стройную аристократичную фигуру, заканчиваясь чуть выше колен. В пальцах одной руки, украшенных множественными золотыми кольцами различной формы, она держала наполовину опустошенный бокал вина, покачивая его перед собой, а вторую положила на ручку кресла, мелодично постукивая по дереву. — Госпожа Шин очень редко приходит в наше заведение, но с каждым разом показывает всё больше и больше своего уникального мастерства. «Это самая банальная игра в карты, кретин» — хотела бы сказать Рюджин, но вместо этого лишь коротко цокнула, поморщившись и отвернувшись от неприятного ей собеседника. Пусть девушка и сама не пренебрегала лицемерием в общении с другими, но бывали в её жизни такие ситуации, когда её чуть ли не тошнило от лести, которую ей говорили другие люди. Она чувствовала, как злоба внутри постепенно доходила до критической отметки и начинала бурлить, забирая контроль над её дальнейшими поступками. — А ты, как я погляжу, хорош в плане лести. Наверное, девушки от тебя без ума, да, мальчик? Тоном, в котором не было и капельки уважения к человеку старше неё, проговорила Юна прямо над ухом мужчины. Стоя справа от его кресла, девушка крепко взяла его за подбородок и заставила повернуть голову в её сторону. Он же легко поддался ей, прекрасно зная, что могла сотворить с ним эта особа. И не важно, на глазах у кого бы это произошло. — Твоя госпожа Шин не любит, когда ей льстят такие мерзкие мужчины как ты, уж запомни это, — она сжала пальцы на его лице чуть сильнее. — Ты же не хочешь стать бывшим управляющим этого заведения, верно? Теперь её голос звучал угрожающе, брови были приподняты, а на лице не было и тени улыбки. Однако, получив удовлетворительный, пусть и немного дрожащий, кивок, Юна отпустила его и улыбнулась. — Не пугайся так сильно, — Шин наклонилась над ним и, протерев руку об его идеально выглаженную рубашку, добавила, — мы не будем тебя убивать. Похоже, госпоже Шин всё же пришлось по вкусу это местечко. Легким движением руки она убрала длинные волнистые волосы насыщенного черного цвета за спину и, грациозно вышагивая, словно кошка, направилась в сторону третьей девушки, сидевшей рядом. Облокотившись на ручки её кресла обеими руками, она нависла над ней и, состроив притворно грустное личико, проговорила: — Лия, ты за весь день так и не сказала ни слова про моё новое платье, неужели тебе оно не понравилось? Она надула губки, ожидая ответа от светловолосой девушки, которая через несколько мгновений наконец-то подняла взгляд на Юну. — Думаю, если этот мужчина, что чуть более хорош в лести, чем все предыдущие, покинет комнату, то я обязательно отвечу тебе, — улыбнулась она, сказав это так, чтобы управляющий точно услышал её слова. Рюджин в это время просто наблюдала за тем, как парой фраз девушки выставили противного управляющего за дверь. Сейчас у неё не было желания и сил участвовать в их диалоге, особенно — после скучной игры с тем мужчиной. Несмотря на всё хорошее, случившееся за этот день, у неё совсем пропало настроение. Сегодня они втроем праздновали день рождения младшей — Юны, и Рюджин постаралась организовать так, чтобы её подруги как следует повеселились и отдохнули от своих ежедневных забот. Сначала она сводила их в дорогой ресторан, а затем — в это место. Конечно, её средства могли бы позволить ей большее, но она не могла светить лицом где попало. Всё-таки в преступном мире двадцатипятилетняя Шин Рюджин, больше известная как «принцесса», была одной из главных криминальных авторитетов Кореи. «Принцессой» ей прозвали потому, что она была единственной дочерью бывшего "короля" нынешней преступной организации «R», ну а одной из главных авторитетов она стала уже благодаря собственным усилиям. Девушку с самого раннего детства приучали к тому, что она должна в будущем стать изысканной преступницей, умеющей руководить другими и убивать, если это потребуется. В раннем возрасте она уже познала все реалии мира, в котором жила. «Не доверяй никому, рассчитывай только на себя и не бойся идти по головам, чтобы достичь верхушки». Всю свою жизнь Рюджин беспрекословно следовала этим правилам, ну а Лия и Юна стали исключением из них. Девушка росла как идеальная замена своему отцу, амбиции которой могли даже стать более многообещающими, чем его собственные. Она могла стать и стала тем человеком, с которым «R» получила заслуженное признание. Но уже без своего отца. А потеряв его, Шин Рюджин потеряла и свою прежнюю идеальность. После инцидента, связанного со смертью отца, девушка перестала распознавать лица. Даже те люди, которые провели с ней большую часть её детства, в каждую их новую встречу были для неё незнакомцами. Первый раз она осознала это, когда ей пришлось вспоминать своего учителя и по совместительству близкого друга её отца по голосу. Помнится, тогда она была жутко напугана, казалось, что незнакомцы разговаривают голосами близких ей людей. Но какой бы ужас тогда она не испытывала, никто так и не узнал об этой новой особенности Рюджин. Она попросту никому не рассказала об этом. Всё и дальше продолжали считать её идеальной наследницей своего отца, не ведающей страха и пощады, и это было выгодно Рюджин. Собственно, со временем она именно такой и стала, поняв, как она может жить дальше со своей болезнью. Девушка стала запоминать голос абсолютно каждого человека, с котором она когда-либо контактировала. У неё с детства была отличная память, а когда, так скажем, появилось небольшое психическое отклонение в «зрении», у неё обострился слух. Именно это позволяло ей запоминать всё — от тона голоса до манеры речи каждого человека. Помимо голосов Лии и Юны она также хорошо могла отличить голос ещё одного человека — своей безымянной помощницы. Однажды девушке пришла в голову идея разработать уникальную маску, по которой она смогла бы отличать её от остальных даже без разговора с ней. Она прекрасно помнила каждую деталь собственноручно разработанной маски и поэтому могла узнать её издалека. — Рюджин, почему ты молчишь весь вечер? — неожиданный голос Лии, обращённый к девушке, заставил её вернуться к реальности. Она перевела взгляд в сторону подруг и, выдержав недолгую паузу, сказала: — Не хочу портить вам атмосферу своим плохим настроением. То, что она говорила сейчас, было исключительной правдой, как и эмоции на её лице — они были настоящими. Девушки прекрасно знали, что подобное случалось очень редко, а если и случалось, то обязательно предвещало что-то очень нехорошее. Лия и Юна переглянулись между собой, молча подумав об одном и том же, но не успели сказать и слова, как Рюджин поставила пустой бокал на деревянный столик рядом с её креслом и поднялась с места. — Я скоро вернусь. Всю свою жизнь Рюджин была человеком, постоянно носящим маски перед другими людьми, и сейчас одна из её сотни таких же масок раскололась на кусочки перед Лией и Юной, став непригодной к использованию. От этого осознания Рюджин чувствовала себя ещё более паршиво. Хотелось что-нибудь сломать, но, как назло, под руку в коридоре ничего не попадалось. От этого злость в её груди разгоралась ещё сильнее. Дойдя до нужной двери и зайдя в просторную уборную с несколькими отделёнными друг от друга кабинками, она прежде всего планировала подойти к зеркалу, чтобы взглянуть на своё отражение. Но то, что она увидела там, заставило её застыть в смешанных чувствах. Перед ней стояла девушка в маске, той самой уникальной белой маске, которую она делала точно под черты лица своей безымянной помощницы. — Что ты здесь делаешь? — твёрдым голосом спросила она, нахмурив брови. — Госпожа Шин, — сказала ей маска в ответ и тут же оказалась впечатана в стену. Это был чужой голос. Чужой голос постороннего человека, каким-то образом узнавшего, что сегодня Рюджин была именно в этом заведении. Одной рукой прижимая шею незнакомки к стене, второй она попыталась снять маску с её лица, как неожиданно та со всей силы пнула её в живот, повалив на землю. Теперь уже она сжимала шею девушки, ногтями впиваясь в белоснежную кожу. — Так значит, ты пришла сюда, чтобы избавиться от меня, — Шин усмехнулась и, ловко перехватив руки незнакомки, использовала на ней её же приём. Быстро вскочив на ноги, девушка оценила обстановку: у незнакомки, по видимому, не было с собой холодного оружия, а ещё — её противница была немного выше Рюджин. В свою очередь маска, недолго корчась от боли, следом за Шин подскочила на ноги. — Ну слушай, так даже неинтересно, — вновь начала Рюджин, — если мы так и продолжим валить друг друга по очереди на пол, в конечном итоге никто из нас не умрёт. Злость, до этого бушевавшая в груди девушки, постепенно начинала перерастать в удовольствие, которое она получала от этого своеобразного поединка. Жажда крови вспыхнула у неё в глазах, которыми она чуть ли не впилась в девушку, стоящую напротив. Медленно, рассчитывая шаги, Шин начала подходить к незнакомке, одаривая её новыми сладостными речами: — Раз пришла убить меня, следовало взять с собой хотя бы пистолет или нож. Или тебе настолько мало заплатили, и ты, было, решила, что цель самостоятельно прыгнет в распростертые объятия смерти? — К тому же, что может сделать обычная девушка вроде тебя той, на кого заказные убийства прилетают чуть ли не каждый день, м? В один самый неожиданный момент она просто выставила перед собой руку с ножом, приставив его прямо к горлу незнакомки. — Ну что, сработал эффект неожиданности? Эх, — девушка разочарованно вздохнула, — а ведь такой грандиозный план мог бы осуществиться, — она подошла к незнакомке почти вплотную, продолжая держать нож у её шеи. Рюджин могла ощущать аромат её парфюма и слышать сбивчивое дыхание жертвы в ожидании скорого конца. — Но как же глупо ты облажалась. Девушка уже хотела было завершить начатое, как внезапно раздавшийся звук звонка в телефоне прервал её. Она чуть отошла от незнакомки, всё ещё продолжая держать нож наготове, и быстро достала из сумки телефон, на экране которого высвечивалось имя Юны. — Рюджин, нам надо срочно уезжать, недавно к нам заходил управляющий и сказал, что кто-то вызвал сюда полицию… Блять, они уже здесь. Рюджин, ты слышишь, они уже приехали! Мы с Лией уже стоим у чёрного выхода, давай быстрее! «Вот чёрт». — Уезжайте без меня, — коротко ответила девушка, сбросив звонок и кинув телефон в сумку. Затем она обратилась к незнакомке: — Ну а тебе придётся хорошо себя вести, если не хочешь, чтобы полиция поймала нас обеих.