the truth is out there

— Единственный способ выжить в этом мире — это заставить их бояться тебя. Серьёзный тяжёлый взгляд мужчины, по которому можно было сразу понять, что он был человеком, познавшим многое, блуждал по стенам кабинета. Обстановка здесь не менялась уже долгие десятки лет, как если бы тут никто и не жил. Старомодная мебель и обшарпанные обои создавали ощущение нахождения в заброшенном особняке из прошлого. Солнечному свету путь преграждали красные бархатные шторы — пожалуй, они были единственной вещью в комнате, ещё не покрывшейся пылью. — Если не сумеешь понять, как добиться этого, непременно погибнешь, Рюджин. Даже я не смогу помочь тебе, если ты сама не поймёшь этого. Два больших заплаканных детских глаза напротив отчаянно пытались поймать отцовский взгляд. Маленькая девочка, сжав руки в дрожащие кулачки, стояла посреди этой комнаты, пытаясь вслушиваться в слова отца. Ужасно хотелось разрыдаться и плакать, не переставая, всю ночь напролет. Перед глазами всё ещё стояла картина направленного на неё окровавленного ножа и отца, спасшего её в самую последнюю минуту. Человек, совершивший покушение на маленькую «принцессу», подвергся каре «короля», но какой ценой? На измятой футболке всё ещё проступали следы крови того незнакомца, от которого отец избавился прямо на её глазах. Вместе со страхом в душу постепенно прокрадывалось чувство отвращения ко всему произошедшему. Господин Шин делал это ради блага своей дочери и, разумеется, иначе и поступить бы не смог, но разве могло в сознании пятилетнего ребёнка уложиться то, что она видела? То, как глаза человека постепенно закатываются, становясь стеклянными и безжизненными, его тело неестественно выгибается, а из-под разбитого затылка начинает растекаться лужа тёмно-алой крови. Вспоминая это, она чувствовала, как к глазам подступал очередной водопад из слёз. — Рюджин, — позвал мужчина, возвращая девочку в происходящее сейчас, — тот человек хотел убить тебя, понимаешь? — Убить? — тоненьким дрожащим голоском переспросила она. Да разве могла та пятилетняя девочка понять это? Она понимала только то, что сейчас невероятно боится человека, который ведёт с ней разговор. Если он сделал такое с тем мужчиной, то наверняка на неё ему хватит одного лишь щелчка пальцев. Она также упадёт на пол и будет уже от первого лица наблюдать, что происходит с человеком в момент смерти. По всему телу пробежал табун неприятно колющих мурашек. Слёзы, до этого момента кое-как сдерживаемые, предательски начали стекать по щекам, выдавая её страх. Послышался звук отодвигающегося стула. Мужчина, что до этого сидел на нём, скрестив пальцы рук и облокотившись на них подбородком, направился к дрожащей девочке, инстинктивно сделавшей несколько шагов в противоположную от него сторону. Ранее блуждающий безэмоциональный взгляд мужчины сейчас был обращён к ней, а в глазах даже виднелись проблески теплоты. И сожаления. — Прости меня, Рюджин, — тихо проговорил он, садясь на корточки рядом с девочкой и обнимая её за плечи. — У меня не было другого выбора. *** — Так значит, она ненавидела его? — нахмурившись, спросила девушка. — Я знаю только о том, как господин относился к дочери, но что до неё… — мужчина, сделав недолгую паузу и прокашлявшись продолжил, — по поведению госпожи Шин никогда нельзя было точно определить её отношение к отцу. Йеджи лишь хмыкнула в ответ, при этом что-то обдумывая. Информация, которую передал ей Со Мин поначалу казалось совершенно бесполезной, но что может произойти, если она найдёт ей правильное применение? Остаётся только попробовать. — А что насчёт того инцидента? — наконец решила спросить Хван. — Что ты можешь рассказать мне про день, когда семья Шин лишилась главаря? Лицо мужчины, что был прикован к столу напротив, побледнело ещё сильнее, чем до этого. Он словно пытался что-то сказать, но осёкся, и с его губ сорвался лишь короткий хрип. Глаза забегали по сторонам, а всё тело начало утопать в дрожи, усиливающейся с каждой секундой. За время его разговора с Йеджи он будто успел постареть на несколько десятков лет. Складки на лице проступили сильнее, а бледная кожа в сочетании с ними создавала действительно ужасную картину. — Похоже, на этом с тебя хватит, — девушка поднялась со стула. В последний раз подойдя к мужчине, она прижала к его рту ладонь, заставляя его проглотить оставшуюся дозу белого порошка. — Как следует насладись своим товаром перед смертью, ублюдок. А меня ждут дела поважнее. Ухмыльнувшись, она зашагала к выходу из комнаты пыток для допросов. Образ Рюджин, застывший в сознании девушки, никак не хотел уходить, заставляя мысли смешиваться и петлять между собой. Йеджи хватило одной лишь встречи, чтобы её интерес к этой особе взлетел до высшей отметки. Кусая губы, уже начинавшие кровоточить, она словно блуждала в совсем другой реальности, но при этом её глаза не отражали ни единой эмоции. Но глаза Рюджин… Она прекрасно помнила её выражение лица и то, как та из последних сил пыталась скрыть от неё свои настоящие мысли. Ей невероятно хотелось вернуться в тот день и содрать эту невероятно нелепую маску с лица Шин, чтобы как следует насладиться её настоящим личиком. Хван знала, что «настоящая» Рюджин не стала бы убивать её просто так, и именно поэтому тогда инстинкт самосохранения словно покинул её. Йеджи хотелось сделать всё что угодно, лишь бы у девушки напротив появилась причина, по которой она стала бы ненавидеть её и вспоминать об их встрече. Хотелось сделать всё что угодно, чтобы она запомнила её. Облокотившись на серую стену в мрачном коридоре, девушка закурила сигарету, выпуская изо рта дым. Даже никотин, проникающий глубоко в лёгкие, не мог засесть в душе девушки глубже, чем госпожа Шин. Та, что завораживала своей неоднозначностью и невероятно манила. Металлический привкус крови от прокушенной губы тем временем смешивался со вкусом дыма во рту. Странное ощущение. Но страннее было лишь то, что прямо сейчас девушка была готова распасться даже на сотни самых мелких атомов, чтобы хотя бы на секунду вновь оказаться рядом с ней. — Йеджи, ты уже всё? В тёмном коридоре постепенно отчётливее проявлялись очертания женской фигуры, спрятавшей руки в карманы чёрного кожаного пальто. Фигура девушки на каблуках казалась аристократично высокой и ярко контрастировала со здешней обстановкой, но прекрасно сочеталась с Йеджи, бросившей короткий взгляд в её сторону. — Позднее в этот раз, — безразличным тоном бросила Хван. — Ты добыла нужную информацию? — снимая черные очки и убирая их в карман, спросила вторая. Девушка остановилась прямо перед Йеджи, делающей очередную затяжку. — Не волнуйся, Черён, я узнала обо всём, о чём ты просила, — ответила она, выдыхая дым прямо в лицо персоне напротив. — Наши догадки подтвердились? — Дай-ка подумать, — пока Йеджи выставила руку в сторону, обдумывая ответ, Черён без раздумий перехватила сигарету, вдыхая едкий дым. — Да, но лишь наполовину, — никак не отреагировав на поступок со стороны Черён, наконец ответила Хван, — она не стала бы убивать своего отца, как бы сильно ни ненавидела его. *** Протерев точку между бровей, Рюджин тяжело выдохнула. Потеря одного из главных поставщиков спустя несколько дней начала ощущаться чуть ли не физически. Недовольные клиенты и резко большие убытки — две главные проблемы, которые сейчас тревожили девушку и с которыми было необходимо непременно разобраться. И если проблему денег ещё как-то можно было перекрыть, открыв новый филиал в одном из предприятий или устроив что либо более грандиозное, то репутацию на преступном рынке восстановить было крайне сложно. То, что строилось годами под непрерывными и пристальными всеобщими взглядами было подобно Титанику в необъятном океане. Единственная ошибка, и все вокруг, только и ждавшие момента, когда подвернется возможность подставить Шин подножку, поскорее попытаются занять её место. Как говорится, чем больше твоя сила, тем больше у тебя врагов. Внезапно раздался щелчок переключателя, и просторная столовая залилась ярким светом. Рюджин, которая в принципе не очень любила свет и сейчас привыкла к темноте за задернутыми шторами, поморщилась, протерев глаза. — Не сиди в темноте, — сказала вошедшая в комнату Лия и поставила перед Шин чашку с кофе. Сев рядом с девушкой, она откинулась на спинку стула и, скрестив ноги, некоторое время разглядывала мебель вокруг. Нужно сказать, что тут было очень много свободного места, которое создавало ощущение некой пустоты, но общая обстановка и цветовая гамма этой комнаты разительно отличалась от кабинета Шин. Здесь не было блеклых цветов почти одинаковых оттенков, но зато была белая мебель, контрастирующая с синими акцентами, выбранными Лией и Юной. Сама Рюджин, если бы могла, весь дом оставила бы таким же, как её кабинет. — Юна решила приготовить завтрак сегодня, думаю, где-то через десять минут будет готово, — произнесла девушка, обращаясь к Шин. Вздохнув, та уже собиралась отказаться и встать с места, но, прежде чем она это сделала, Лия успела добавить: — И не отказывайся в этот раз, — её голос и выражение лица были совершенно спокойными, как и всегда. — Я знаю, почему ты приходишь на кухню раньше нас и уходишь, когда мы просыпаемся, — добавила она. — Питание воздухом ничего хорошего тебе не принесёт, и ты это прекрасно знаешь. Шин ничего не ответила, но мысленно поддержала слова Лии. Она и вправду в последнее время стала заранее просыпаться, чтобы прийти на кухню, пока Лия и Юна спят, и создать видимость того, что она уже завтракала. На самом же деле Рюджин не ела ничего, только пила кофе, который уже и вовсе начал ей надоедать. У неё попросту не было желания есть, хотя при этом она имела доступ к личному шеф повару и возможность в любое время посещать самые дорогие рестораны города. Раз-другой пропустив приёмы пищи из-за собственной работы и накопившегося стресса, который девушка всегда держала в себе, она осознала, что перестала нуждаться в еде, со временем и вовсе ставшей казаться ей чем-то ужасным. Рюджин понимала, какие последствия могли возникнуть после этой довольно своеобразной диеты, но сама не смогла бы заставить себя есть. Ей было не до себя этого. Дверь открылась, и за ней показалась Юна в сопровождении пары девушек, несущих тарелки со свежеприготовленной едой. На её лице сияла радостная улыбка, а сама она пританцовывала, напевая какую-то мелодию. Подойдя к окну, она распахнула шторы, впуская в комнату солнечный свет. — Опять ты отвлекаешь моих людей от работы, — сказала Лия, взглянув на девушек, накрывающих им на стол. Они были одними из её личных помощниц, а Юна очень любила привлекать их к работе, о которой они и подозревать не могли, когда подписывала договор с Лией. Сопровождение Юны на шоппинге, совместная готовка с ней, накрывание на стол и при всём этом ещё и выполнение своих главных обязанностей — они были действительно стойкими, раз успевали справляться сразу со всем. — Именно потому что они твои, — ухмыльнулась Юна, повернувшись в сторону Лии, закатившей глаза. А затем обратилась к Рюджин: — Доброе утро, Рюджин. Перебарывая противоречивые чувства в груди, Шин заставила себя улыбнуться ей в ответ, в очередной раз не желая портить хорошую атмосферу. Если бы сейчас у неё была возможность взглянуть на себя со стороны, то она наверняка бы сказала, что улыбка вышла довольно естественной. И пусть она и доверяла девушкам, но всё ещё не хотела, чтобы те видели её слабые стороны, а уж тем более — жалели. Трапеза началась в обычном темпе, вот только Шин не могла положить и ложки в рот, несмотря на то, что всё было приготовлено именно так, как она когда-то любила. По-крайней мере Рюджин могла представлять себе вкус еды именно таким, когда на самом деле она считала, что у блюда и вовсе не будет никакого вкуса. Она знала, что и Лия, и Юна заметили её поведение, но при этом промолчали, и даже в какой-то степени была благодарна им за такую реакцию. — Бал будет в начале следующей недели, — начала Шин, решив отпить немного кофе из чашки. Нужно было отвлечься от размышлений о еде, и Рюджин сделала это, вернувшись к одной из тем, беспокоящих её всё утро и последние несколько дней. Замкнутый круг получается. Приподняв левый уголок губ, Рюджин перевела взгляд сначала на Юну, а потом на Лию, полностью осмотрев их. — Помимо него у нас будет очень важное дело, подготовка к которому может занять несколько суток, поэтому предлагаю завершить все приготовления к балу прямо сегодня. — Как я понимаю, в этом году мы идём на него втроем? — поинтересовалась Лия, подняв глаза на Шин. Обычно Рюджин не приглашала Юну и Лию на этот бал, не желая, чтобы те лишний раз светились в преступном обществе по её собственной инициативе. Но сейчас Шин решила поступить иначе и опробовать некую новую тактику, следуя по которой она бы рассчитывала на то, что единственным, кто знал её подруг в лицо был Со Мин, но сейчас он находился в полиции под постоянным присмотром, а поэтому точно не смог бы присутствовать на бале. Даже если бы его пригласили, что тоже очень маловероятно. В итоге получается, что никто из присутствующих там не должен их узнать, а значит, они могут притвориться абсолютно кем угодно. Кивнув, Шин прикрыла глаза и допила уже немного остывший кофе. — Тогда я предлагаю поскорее поехать в торговый центр, чтобы купить нам новые платья, — улыбаясь, проговорила Юна. Со стороны Лии послышался короткий смешок, который она тут же скрыла, допивая свой кофе. — Эй! Лия, ты уже забыла, что ты всё ещё должна мне новый подарок на день рождения? — приподняв одну бровь и устремив пристальный взгляд на подругу, произнесла Юна. — Не советую тебе смеяться надо мной. — Я просто хотела сказать, что это хорошая идея, угу, — закивав и подняв брови, сказала Лия в своё оправдание под недоверчивым взглядом Юны. Сегодняшнее небо было необычайно чистым. Девушки вышли на улицу, пока солнце ещё не успело взойти, и видели проблески далёких звёзд над головой. В такое время езда на машине доставляла настоящее удовольствие. Вокруг не было почти ни единой души, а сквозь всепоглощающую тишину был слышен только ветер. Открыв окно и запустив во внутрь мёрзлый воздух, щекочущим холодом проникающий в лёгкие, Рюджин позволила себе немного насладиться этим моментом. В целом всю эту прогулку Шин могла использовать как способ отвлечься от накопившихся дел, и это даже слегка радовало. В сознание девушки постепенно пробиралось свежее дыхание чувства свободы, которое она хотела бы ощущать всегда. — Рюджин, ты забыла, что ты не из железа сделана? — недовольно заметила Лия, сидящая за рулём. — Возможно, — усмехнулась Шин в ответ, продолжая вдыхать свежий воздух. Теперь смешок послышался со стороны Юны, на что Лия лишь также недовольно цокнула и закатила глаза. Иногда ей казалось, что люди рядом с ней — старшеклассницы, сбежавшие с уроков и решившие, что их призвание — как следует посмеяться над ней, а она — бедная учительница, которой приходится учить их жизни. Пока машина приближалась к торговому центру, солнце успело подняться и осветить всё вокруг. Утро постепенно начало сменяться днём, а подруги тем временем уже были на входе в просторный холл. Оказавшись внутри, девушки разделились, решив подобрать себе образы в разных отделах, а затем встретиться в одном из них. Рюджин, недолго думая, отправилась в то место, где привыкла заказывать себе пошив и готовую одежду, если того требовал случай. За стеклянной витриной стояли десятки вариантов платьев, и, судя по ценникам, большинство из них были выполнены вручную и точно не одним человеком. В этом магазине её уже знали как VIP-клиента, а потому по приходе Шин тут же встретили её массой комплиментов и предложений о кофе и закусках и пригласили пройти сразу в просторную примерочную. — Подскажите, что бы могло прийтись вам по вкусу в этот раз, госпожа Шин? — склонив голову, спрашивала одна из консультанток. — Чёрное, — бросила Рюджин, даже не повернув головы в сторону женщины, — она рассматривала своё отражение в зеркале, вновь понимая, что все черты её собственного лица были ей незнакомы. Консультантка удалилась и через несколько минут принесла несколько платьев на выбор, аккуратно развесив их на стойке перед Рюджин, сидящей на кожаном кресле. — Можешь идти, — Шин махнула в её сторону рукой и, поднявшись, подошла ближе к предложенным платьям. Как она и просила, цвет платьев был одним и тем же — чёрным, погружённым в изысканный бархат, отличались они только фасоном. Ничего слишком примечательного, и это именно то, что было нужно Рюджин. Она знала, что на неё и так будет обращено слишком много глаз, но, чтобы не привлекать излишнего внимания, девушка всегда выбирала именно такой цвет платья. Перебрав пару штук, Шин поняла, что одно из них сильно отличалось от остальных. Черная бархатная ткань была вышита сотней переливающихся на свету алых камней, длинные рукава были сделаны из полупрозрачной красной ткани весьма насыщенного цвета, а юбка украшена акцентами того же цвета. Как ни странно, Рюджин решила первым рассмотреть на себе именно его. Она точно не собиралась брать его для бала, но сейчас не могла отказать себе в возможности примерить такую уникальную роскошь. — В этом платье вы выглядите ещё более невероятно, госпожа Шин, — раздался голос непрошенного гостя. В отражении зеркала за спиной Рюджин стояла девушка в маске, рыжие волосы которой спадали ей на плечи. Пусть Шин и не видела, но она могла точно определить, что Йеджи говорила со своей неизменной ухмылкой, играющей на её губах. Не поворачиваясь, она саркастично проговорила: — Так ты теперь не убийца, а консультант в магазине? Похоже, после проваленного заказа на меня у тебя совсем жизнь перестала складываться, да, Хван Йеджи? Усмехнувшись, Йеджи сняла маску безымянной помощницы Рюджин и бросила её на кожаный кофейный столик, стоящий рядом с креслом того же бежевого цвета. — Ты всё ещё считаешь, что я просто наёмница, Рюджин? После того, как девушка назвала её по имени, Шин резко развернулась в сторону Хван, бросив на неё ледяной взгляд. — А ты как думаешь? — улыбнулась она в ответ, наклонив голову набок и приподняв одну бровь. — Ты считаешь, что я психопатка, — выплюнула Йеджи, сделав несколько шагов навстречу Рюджин, — но я предпочитаю другое слово — «артистка». — При этом я всё ещё считаю, что ты больная психопатка со старомодной манерой речи и желанием угодить мне, — обойдя кресло со стороны, Шин стала наблюдать за Йеджи в отражении. — Знаешь, а это ведь именно то, что я больше всего ненавижу в людях. Ну как, чувствуется ирония? — Что ж, тогда я могу отбросить это желание. Тогда ты не будешь ненавидеть меня? — Опять же, ты делаешь это, чтобы соответствовать моим ожиданиям. Это ли не очередная попытка угодить? — А так? Быстро оказавшись за спиной девушки, она схватила её за плечо и, развернув её на сто восемьдесят градусов, вжала в кресло, при этом нависнув над ней. — Ты всё ещё ненавидишь меня?