Ё ма харт ё ма сол

Через полгода после освобождения Кащей и Вова переехали в столицу. Еще в тюрьме Кащей успел найти полезные знакомства и предложение сотрудничества. Вова тоже был не против — он как раз хотел поступать в магистратуру, и перспектива учиться в каком-нибудь МГИМО или МГУ ему очень даже нравилась. Первое время в столице было сложно. Квартиру в родном городе пришлось продать, на эти деньги снимали жилье в Москве. Дорого было, конечно, зато квартира светлая и в самом центре почти. Машину новую купили. Место в ВУЗе Вове тоже купили. Кащей, конечно, ходил и бухтел, что Вова, вообще-то, сам по себе талантливый юрист и его могли бы и по экзаменам принять. Ему не денег было жалко, он просто Вову как-то подбодрить хотел. Но омега глупым не был и понимал, что в такие учебные заведения с улицы не попадешь, так что покупка места его вполне устраивала. В конце концов, на качестве получаемых знаний это никак не отразится же. С работой первое время было туговато. Приятель Кащея того все обещаниями кормил и никак не давал ясности ситуации. Кащей сам пытался крутиться, с людьми знакомиться, к наперсткам даже на какое-то время вернулся. Но хотелось большего размаха, как в Казани было. В конце концов удача ему улыбнулась. Устав ждать от кого-то помощи, он собрал вокруг себя несколько человек-спортсменов, готовых ради наживы на все, и начал делать дела сам. Выцепил ресторанчик, который только недавно открылся и еще ни от кого крыши не получил. Припугнул владельца и за плату стал крышевать сам. Потом и другое заведение нашел — и по той же схеме. Через три месяца под ним было несколько дорогих ресторанов и пара кафешек. Люди с ним сотрудничать начали, московские бандиты про него узнали. После пары разборок заработал уважение, опять же — знакомства полезные. Жизнь стала налаживаться. Квартиру уже не снимали, а купили свою. Кащей и Турбо с Зимой из Казани к себе перетащил, когда стал собирать свою личную охрану. Те ребята были не только толковые, но и проверенные. Так что им можно было и жизнь свою доверить. Еще через какое-то время Кащей почувствовал, что просто деньги с рестораторов ему забирать не интересно, и один ресторан полностью отжал себе. Поразбираться, поиграться. И втянулся. Так Вова стал подающим надежды юристом и супругом набирающего обороты ресторатора. Те заведения, что были под крышей, полностью перешли под контроль Зимы и деньги с этого шли на обеспечение охраны. Кащей же полностью погрузился в ресторанное дело. Открыл второе заведение, к нему и братки ходили, и чиновники, и звезды заглядывали. Оба заведения в Москве были достаточно известными, так что приходилось постоянно быть начеку и не сдавать позиции. Официанты у него были вымуштрованы и обучены сервису, поваров со временем из Европы привез, продукты доставал хорошие. Живая музыка у него была иногда — причем выступали известные музыканты, на которые братва любила приходить посмотреть. Чем больше у Кащея появлялось денег, тем лучше они с Вовой жили — и тем больше приходилось следить за безопасностью. Но омега в этом плане Кащею доверял полностью и не беспокоился. Даже смирился с тем, что к концу года за ним постоянно тенью ходил телохранитель. С ним даже поговорить порой можно было о чем-нибудь, если уж совсем скучно становилось. А еще у Вовы появился новый загон — детей захотел. И Кащею на мозги капал, мол, пора уже. Деньги есть, на ногах крепко стоят. Когда, если не сейчас? Кащей же энтузиазма Вовы не разделял и даже стал тщательнее следить за защитой во время секса. — Зай, поужинать едем сегодня куда? — спросил с порога Кащей, — если да, то одевайся, я тебя тут подожду, в коридоре. — А ты где был-то? Я собираюсь, — крикнул из глубины квартиры Вова. — С поставщиками общался. Если все хорошо пойдет, из Италии сыры возить начнут. — А что, твоя братва в сырах начала разбираться? — Они нет, но вот другим людям должно понравиться. Плохо что ли, там и накрутку по цене можно будет хорошую сделать. Месяцок попробуем, если пойдет — то продлим контракт. А нет так нет, поищу еще чего-нибудь интересного. Вова надел свою любимую белую рубашку и джинсы и вышел к Кащею. — Пиздец ты у меня красивый, конечно, — хмыкнул Кащей, разглядывая омегу. — Не без этого, — хитро и смущенно ответил Вова, — мы в твой ресторан поедем, или еще куда-то? — Не, к Академику. У него там меню обновилось, ознакомиться хочется. И ром какой-то хороший из Кубы завезли. — Ого. Конкуренция, Никит. — Да я знаю. Потому к нему и идем, оценить масштабы. — А если масштабы окажутся значительными? — Тогда думать буду. Вова накинул свою новую шубку и подошел к Кащею, уложил руки на его груди. — Только без мокрухи, ладно? — Вов, я же не беспредельщик, — хмыкнул Кащей, — просто поговорю в случае чего. Вова расслабленно улыбнулся. Впрочем, по ресторану Академика было сразу видно, что конкурировать смысла нет. Здесь было неплохо, но по-другому. Упор больше шел на классическую французскую кухню, разнообразия не было толком. Хотя стоило признать — готовили очень и очень вкусно. И ром из Кубы оказался вкусным, Вова от него быстро захмелел. Академик и сам посидел с ними с полчаса, планами поделился, Кащея про его бизнес порасспрашивал. Тоже почву прощупывал. Но под конец беседы руки друг другу пожали и распрощались мирно. — Можно не париться, — резюмировал Кащей, ковыряя десерт. — Ну, хорошо, если ты так думаешь. Не люблю, когда ты париться начинаешь. — Почему? — Потому что уходишь с головой в работу и все, не достучишься до тебя. А мне, может, хочется с тобой времени больше проводить. — Ну ты и сам не лучше, в книгах своих сидишь постоянно. — Вот я в следующем году свое агенство юридическое открою — будешь знать. И завидовать, — фыркнул омега. — Ну зачем же завидовать — я сотрудничать с тобой буду. Мне же скидки какие-то будут полагаться, да? — На поведение твое посмотрим, — хитро подмигнул Кащею Вова. Заодно и оценил степень опьянения Кащея — еще не достаточно, нужно еще ром взять. У Вовы был свой хитрый замысел. Когда Кащей был уже пьян и расслаблен, Вова домой его потащил. Уже в такси начал с поцелуями лезть и заводить своего альфу, а тот и рад стараться. Дома с порога раздел Вову до трусов, обцеловал и в спальню отправил. Вова вошел в спальню и все проверил — презервативы были надежно спрятаны, можно было не беспокоиться. А то так если Кащея слушать, то можно до старости лет просидеть, пока рожать уже поздно не станет. Альфа в спальне сразу же сунул руку в тумбочку и завис. — Вчера же покупал, — пробормотал он, пытаясь нашарить презервативы рукой в ящике. — Значит, проебал где-то, пока домой ехал, — Вова уже без белья разлегся на кровати и чуть расставил ноги в стороны, — или на кого-то потратил? — Вов, я дурак что ли размениваться на других омег, когда у меня дома такое сокровище. Ладно, похуй. Кащей разделся сам и навис над Вовой. — И что у нас сегодня в программе? — А чего бы ты хотел? — Вова обвил ногами поясницу Кащея. — Ну во-первых, — Кащей провел кончиком носа по шее омеги, собирая его сладковатый запах, — кого-то точно стоит наказать за то, что берет чужие вещи без спроса. — О каких вещах речь? — Вова запрокинул голову, подставляя свою шею. — О презервативах, которые ты где-то спрятал. Я ж не дурак, Вов, — альфа прикусил шею и провел широко языком по месту укуса. — Никит, я же… ах… ты же знаешь, что мне нравится без них… Кащей хмыкнул и принялся зацеловывать подставленную шейку, опустился ниже к ключицам и чувствительным, твердым соскам. Грудь у Вовы всегда была очень чувствительная, Кащею до дрожи нравилось ласкать его соски, покусывать и сжимать их и слышать, как Вова тяжело дышит от таких ласк, чувствовать, как тот выгибается всем телом, а запах его смазки становится все сильнее. Он обязательно накажет Вову, но потом. отшлепает до красных ягодиц и руки завяжет, а может и вообще наручники достанет из шкафа и к изголовью кровати прикует. Потом, когда будет для этого настроение. Сейчас ему хотелось сладко изводить Вову, чтобы тот нежился в его руках, желал большего, просил — и не получал. Руки Кащея скользили по гибкому телу, сам он мягко касался губами шеи и груди Вовы, но не губ. Ему нравилось смотреть, как Вова сам жмурится, облизывает и кусает свои губы. Как вскидывает бедра, чтобы потереться стоящим членом о живот Кащея. — А я, может, не люблю без резинок, — выдохнул Кащей, — может, у меня без них не встает. Вова провел рукой по животу Кащея вниз и обхватил пальцами его напряженный ствол. — Врешь же… — Немного совсем… Кащей мягко убрал руку Вовы, завел обе его руки над головой и прижал запястья к кровати. — Так что тебе сегодня придется быть послушным котиком, чтобы я тебя простил. — Издеваешься! — Вова нетерпеливо двинул бедрами. Ему нравилось и бесило, он таял от дразнящих прикосновений Кащея и желал большего, но альфа старательно избегал самых чувствительных мест омеги. Запах пропитал всю комнату — терпкий мускусный запах альфы и сладковатый возбужденный омежий. Кащей крепко сжал зубы и выдохнул, считая до десяти. Нужно было как-то угомониться и самому, но не получалось. С Вовой невозможно было долго играть, долго его изводить, потому что самого Кащея от его запаха вело, откатывая все настройки к первобытным инстинктами подмять под себя, овладеть, сцепиться. — Я уже весь мокрый, — шепнул Вова, — хватит меня вылизывать, Никит… Кащей усмехнулся и провел пальцами между ягодиц, где смазки было уже так много, что влажными были и ягодицы, и кровать под омегой. Хватило одной мысли о том, насколько сильно Вова хочет его, Кащея, чтобы с громким животным рыком отпустить руки омеги и закинуть себе на плечи его ноги. — Сука ты, Вова, — рыкнул Кащей, одним толчком проникая внутрь. — Да… — удовлетворенно выдохнул Вова. Кащей совсем потерял разум — во всем виноват запах в комнате, распластанный под ним податливый Вова и алкоголь. Его движения были грубыми, рваными, нетерпеливыми. Он кусался и оставлял засосы, а Вова громко стонал в ответ и оставлял глубокие царапины на спине Кащея. Омега был готов кончить, мышцы внутри него начали сокращаться, а сам Вова напрягся и крепко обхватил Кащея, не отпуская его от себя. И Кащей настолько растворился в этом моменте, что не успел вытащить — с тихим стоном излился в Вову и обмяк, позволяя узлу набухать внутри. — Вов, — выдохнул Кащей, сгребая омегу в охапку. — А? — Ты же пьешь таблетки, да? — Какие таблетки? Кащей мутно посмотрел на омегу, потом покачал головой и уложил их двоих на бок, чтобы было удобнее дожидаться, когда узел спадет. — Мы же обсуждали, Вов, — нахмурился Кащей, — ну куда нам сейчас детей. — Неужели ты думаешь, что я вот так просто залечу от одного раза? Никит, расслабься. Раньше же все обходилось. — Угу. Вове было обидно, что Кащей совсем не хотел детей. Ему казалось, что он не хочет детей от него, Вовы, и это грызло его изнутри. — Ты же любишь меня? — прошептал Вова, прижимаясь ближе и пытаясь унять нарастающую в груди тревогу. — Конечно люблю, мой хороший. Просто время сейчас неспокойное. Я боюсь, правда, что может случиться что-то нехорошее. — но у нас же есть охрана, у тебя нет ни с кем серьезных терок. — Это да. Но все равно. Переживаю я, Вов. Всю следующую неделю Вова прислушивался к себе, но никаких симптомов не было. И весь месяц скупал тесты — но ничего. Хитрить с презервативами он больше не пытался. В словах Кащея была доля правды, глупо было отрицать. Но так хотелось уже свою семью, настоящую семью с ребенком и вот всей этой суетой. Кащей не был глупым, он все прекрасно видел, но пересилить себя не мог. — Вов, давай договоримся, — произнес однажды альфа, положив на стол найденный в туалете отрицательный тест, — ты меня сейчас выслушаешь, перебивать не будешь. Вова, сидевший на кровати с книгой, поджал губы и уставился на Кащея. — Вов, я кое-что проверил. Сделаем тебе гражданство какой-нибудь страны другой. США или еще какое, чтобы ты мог в любой момент уехать отсюда. Чтобы ребенок мог расти и учиться в стране, где получше, поспокойнее. И тогда мы обязательно заведем ребенка. Когда я буду уверен, что смогу вас защитить и в случае чего вы будете в безопасности, хорошо? Вова смерил Кащея подозрительным взглядом. — У тебя проблемы? — Сейчас — нет. Но всякое бывает. Вов, ты услышал меня? — Да, хорошо. Наверное, так и правда будет лучше. Вова слабо улыбнулся и протянул руки, прося Никиту, чтобы тот обнял его. Тот сел рядом и сжал Вову в своих объятиях. На самом деле проблемы были и серьезные. Деятели одни настойчиво предлагали сбывать наркоты через рестораны Кащея, а тот не знал, как спровадить этих надоедливых «партнеров». Наркотики, по мнению Кащея, — это путь в никуда. В плане ведения бизнеса, конечно. Чуть что не так — и пуля в спину обеспечена. Или, если не пуля, — то арест и большой срок. Если нет крыши серьезной в правоохранительных органах, то с этим лучше не связываться, а у Кащея такой крыши не было. Но Вове об этом всем знать совсем не обязательно. Вова просто получит гражданство штатов и уедет, будет где-нибудь под пальмами растить их ребенка, пить свежевыжатый сок и каждый день купаться в бассейне в их с Кащеем вилле. А Кащей разберется как-нибудь, в первый раз что ли.