Глава: Знакомое место в строю
12 января 2026 г., 08:51
Их путь домой лежал через старые дренажные тоннели, вонючие, полузатопленные, но безопасные. Они шли молча, согнувшись под низкими сводами, и только хлюпающая под ногами вода и тяжёлое дыхание нарушали тишину. Гарик шёл первым, его фонарь выхватывал из мрака граффити на стенах чьи-то имена, даты, крики отчаяния, оставленные здесь за долгие годы. Райа шла за ним, её плечи всё ещё вздрагивали от подавленных рыданий. Серёга и Арха несли на импровизированных носилках из плаща и палок тело Патрика. Гоги замыкал колонну, его шаги были бесшумными, но его рука всё время лежала на рукояти магнума за поясом. Боль от ушиба в боку тупо ныла с каждым движением.
Они шли несколько часов, пока не упёрлись в знакомую решётку выход в их родной сектор, в заброшенную подстанцию в трёхстах метрах от входа в их базу. Здесь, казалось, можно было выдохнуть. Гарик(останавливаясь у решётки, с облегчением выдыхая): - Почти добрались. Серёга, открой. Серёга молча принялся за замок. Арха опустил свой конец носилок, вытирая пот со лба. Он смотрел на этих людей, измождённых, в крови и пыли, но всё ещё держащихся вместе. Райа прислонилась к стене, закрыв глаза. Она почти не слышала их. В ушах у неё всё ещё стоял грохот выстрелов и тот приглушённый хлопок... Серёга справился с замком. Решётка с скрипом отъехала в сторону. Они вышли на поверхность в сумеречный, серый мир промзоны. Воздух, хотя и загрязнённый, казался сладким после подземной вони. До базы пару часов бегом через пустырь. Именно тогда, когда они уже почти поверили в спасение, с неба обрушился ад. Сперва резкий, нарастающий вой сирен, раздавшийся не из одной точки, а со всех сторон, будто завыл сам город. Потом тяжёлый, низкий гул, от которого задрожала земля под ногами. Сверху, из-за гребня руин завода, показались они. Это были транспортники, вылетевшие из ближайшего Нексуса, чёрные, угловатые, с вращающимися турелями под брюхом. Их было четыре. Они не просто прилетели они окружили пустырь, отрезав все пути. Гарик(в ужасе обводя взглядом небо, кричит): - В укрытие! Обратно в тоннель! Но было поздно. С катеров, даже не приземляясь, на тросах спустились бойцы. "Молоты". В тяжёлых штурмовых комплектах, с приглушённым гулом экзоскелетов. Они приземлялись тактически, блокируя отход к подстанции, к тоннелю, в любые развалины. Серёга рванул, но шоковая граната угодила ему под ноги. Яркая вспышка, оглушительный хлопок и его отбросило взрывной волной, он ударился головой о бетонную плиту и затих. Райа вскинула оружие, но её тут же сбили с ног точным ударом электрошокера в грудь. Конвульсии сковали тело, из горла вырвался беззвучный стон. Арха попытался отступить, но луч лазерного целеуказателя упёрся ему прямо в лицо. Голос из транспортника(безразличный и громкий): - Прекратить сопротивление. Следующее движение будет последним. Гарик стоял, сжимая в руке пустой автомат. Он видел, как бойцы поднимают бесчувственное тело Серёги, как тащат дергающуюся в конвульсиях Райу, как окружают Арху. Он видел лицо Патрика, обращённое к серому небу. Он опустил оружие. Его пальцы разжались. Он не сказал ни слова. В его глазах горело только ледяное, беспомощное пламя ярости. Их скрутили, надели ошейники-глушители, натянули мешки на головы. Подняли и понесли к транспортникам. Гарику, перед тем как мешок поглотил свет, удалось бросить последний взгляд на край развалин, где он мельком видел тень, мгновенно скрывшуюся за обломком. Гоги. Он не успел. Или… не стал. Люки транспортников захлопнулись. Магнитные двигатели взвыли, поднимая машины в воздух. Через минуту пустырь был пуст. Гоги наблюдал за всем из-под груды ржавых барабанов, в пятидесяти метрах. Он видел каждую деталь. Его пальцы впились в холодный металл так, что чуть не сломали ногти. Но он не выстрелил. Не крикнул. Выйти означало умереть, не изменив ничего. Он затаился, пока транспортники не скрылись, пока вой сирен не перешёл в отдалённое завывание. Только тогда он вылез. Потом подошёл к тому месту, где упал Гарик. В пыли, рядом с отпечатком тела, лежал магнум. Выбитый из руки при ударе или брошенный в последний миг. Гоги поднял его. Проверил барабан. Пять патронов. Он сунул его за пояс. Вечером, в укрытии, он поймал трансляцию. Публичная казнь. Площадь Единства. C45. Сердце его сжалось, но разум уже работал, вычисляя маршруты, время, слабые места. Беги, Гоги по крышам, Толпа ревет, ты слышишь? Площадь кипела, как гигантский котёл. Тысячи людей, согнанных под дулами автоматов или пришедших за пайком. Гоги двигался по верхам, как призрак. Карнизы, лестницы, крыши. Ветер выл, но под ним, снизу, накатывал тот самый рёв, низкий, нетерпеливый, голодный. Он слышал его кожей. Он умрет, и перед смертью так часто дышит. На эшафоте. Пятеро. Гарик, Серёга, Райа, Арха и Патрик. Гарик стоял, выпрямившись. Рядом Райа её плечи мелко дрожали даже отсюда, видно было, как часто, прерывисто вздымается её грудь. Она дышала, как зверь в ловушке, перед смертью. Давай еще немного, быстрее, ради бога! Крыши Сити доведут тебя до порога! Он прыгнул с последней крыши на навес склада. Боль в боку вспыхнула огнём. Он проигнорировал её. Спрыгнул вниз, в толпу. Стал частью моря запахов и звуков. Пробивался к передним рядам. Вот она, площадь смерти, Рычит новой жертве. Офицер. Слова. Приговор. Гоги выхватил магнум и выстрелил в трансформатор. Останови дело адской круговерти! Грохот. Тьма. Паника. Рёв. Он рванул вперёд, ломая оцепление. Выскочил на открытую плитку. И увидел, как солдат стреляет Патрику в затылок. Его плазменный клинок зашипел, прожигая броню. Пистолет с глушителем хлопал, как дверь в пустоте. Он добрался до эшафота. Выстрелом из магнула сорвал замки с Гарика. Он создал им коридор. Прикрывал отход. Пуля ударила его в спину, но бронепластина взяла удар, хотя ребра треснули от силы. Он упал в люк последним. В коллекторе, в темноте, они лежали, слушая, как наверху воют сирены, грохочет броня, кричат люди. Химический светлячок в руках у Серёги освещал их окровавленные, искажённые лица. Серёга(шепотом, трогая окровавленную повязку на голове): - Я... я думал, всё. Райа(сидя, обхватив колени, всё ещё дрожит, смотрит на Гоги): - Они... они убили Патрика... Арха молча перевязывал рваную рану на руке, его лицо было бледным от боли и шока. Арха: - И что теперь? Гоги(смотрит в темноту тоннеля): Я отвлеку их. Отведу подальше от туннеля. Райа резко подняла голову. Райа: - Ты же ранен! Это самоубийство! Гоги: - Это долг. Я должен за Патрика. Гарик медленно поднялся. Подошёл к Гоги. Молча протянул руку. Гоги, после паузы, пожал её. Рукопожатие было крепким, кратким. Гарик: - Возвращайся. Ты часть команды. Слышишь? Гоги(кивает, отводя взгляд): - Постараюсь. Идите на базу, Гарик. Без света. И... берегите друг друга. Он отстегнул от пояса пустой теперь магнум Гарика и протянул ему обратно. Гоги: - Твой магнум. Он ещё пригодится. Потом он развернулся и, не оглядываясь, зашагал вглубь тоннеля, в ту сторону, откуда доносился отдалённый гул города и погони. Его фигура растворилась во тьме, как тень. Остальные смотрели ему вслед. Арха покачал головой. Арха: - Странные вы все. Живёте долгами и смертями. Гарик(сжимая в руке свой магнум): - По-другому здесь не выжить. Пошли.И они поплелись по темному тоннелю, оставляя за спиной гул площади, вой сирен и память о смерти Патрика. С пустым местом в строю и новой раной в душе, которая будет болеть куда сильнее, чем любая пуля.
