Нероли

Сингапур, Чайна-таун       — Почему ты отклонился от плана?       — Разве это имеет значение? Миссия выполнена, карта памяти у нас, вся информация уже обрабатывается спецслужбами, мы в безопасности, — хмыкнул Чайльд, садясь на кровать и упираясь локтями о широко расставленые колени. Чтобы выбраться из Марокко им пришлось изрядно попотеть. На границе их долго не хотели пропускать, ссылаясь на внутренние распорядки и указы таможенной службы. Арлекино еле-еле сдерживала тихую ярость на сей счёт, поскольку ей пришлось обратиться за помощью к Капитано, который и без того не упускал ни единого повода подметить недостатки своих коллег. Теперь об этом скорее всего доложат самой Царице. Неприятно, но всё же лучше чем торчать сутки напролёт в аэропорту или того хуже в чужой тюрьме.       После нескольких пересадок они с Чайльдом ступили на землю маленького островного государства с одноимённой столицей — Сингапур. Затеряться здесь было проще простого — ежедневно сюда съезжались люди со всех стран мира так что чужая славянская моська тут уже мало кого удивляла. Молодой человек радостно представлял себе, как после душного и жаркого номера в мароканнском отеле сможет с полным комфортом расслабиться в одном из фешенебельных отелей Орчард-роуд или Колониального района, но нет, им же обязательно нужно корчить из себя великих мучеников и страдать. По итогу они с Арлекино заселились в какой-то убогой дыре на окраине территории китайской диаспоры. Гостиница не внушала особого доверия, так ещё и хозяйка подсунула им номер для молодожёнов. Зато, как заверяла напарница, в такой развалюхе их навряд ли смогут быстро найти, можно более-менее перевести дух.       — Чайльд, это не ответ. У тебя были две задачи: добыть информацию и убрать свидетеля, — с нажимом проговорила Арлекино, стоя у окна и глядя сквозь жалюзи на улицу.       — Технически тот мужчина не свидетель, а скорее потерпевший так что я со своей работой справился блестяще. Даже по времени уложился тютелька в тютельку. Всё ведь хорошо, — усмехнувшись, проговорил юноша, закидывая ногу на ногу. Пусть его лучше считают самодовольным юнцом, нежели подозревают в игре на два лагеря. Принцип, что Чайльд усвоил для себя давно и чётко: никогда не показывай никому насколько умным ты можешь быть — не раз спасал его из сложных ситуаций. Арлекино выдохнула и разом задёрнула жалюзи.       — Да как сказать. Я тебя больше покрывать не буду, когда с тебя спросят Царица или Капитано — сам будешь вертеться, как уж на сковородке. Хотя и это, пожалуй, ещё не самое страшное.       — Что же в таком случае тебя волнует?       — Тот, чью флешку ты угнал, — Арлекино двумя пальцами брезгливо подняла сложенного из полотенец лебедя и с презрением отбросила его в сторону. Хорошо хоть свои с собой есть. После всех этих проблем с таможней, перелётами и заселением девушка отчаяно нуждалась как минимум, в душе, а, как максимум — в горячей ванной. Чайльд хмыкнул и махнул рукой.       — Разведки часто крадут друг у друга сведения.       — Я говорю не столько о структуре, сколько о человеке, — пояснила Арлекино, — Тебе просто ещё не попадались такие агенты, перебежав дорогу которым, не отделаешься от них по гроб жизни. Я пару раз по молодости тоже на таких нарывалась, и после этого поняла, что церемониться с ними не стоит.       Судя по тому, что Арлекино упомянула этих людей в прошедшем времени, на свете их больше уже нет. Чайльд не воспринял её слова всерьёз. Почти всегда такие нравоучения утрируются, дабы вызвать у слушателя больший воспитательный эффект. Юноша закатил глаза.       — В любом случае у нас ещё есть время подумать над этим. С похищения прошло всего три дня, не думаю, что он сможет так быстро вычислить нас, — Арлекино махнула на него рукой. Уже который раз её ставят в пару с Чайльдом для исполнения миссии. Она ему нянька что ли? — Кстати, я так и не понял, почему Панталоне велел нам отсиживаться не дома, а за границей. Разве так безопаснее?       — А ты хотел, чтобы мы сразу весь шпионский хвост с собой на базу дотащили? Пока что мы были на виду, и нас непременно видели и запомнили. К тому же у Царицы могут возникнуть к нам дополнительные поручения, поэтому пока лучше лишний раз не пороть горячку, — Арлекино сняла с крючка на вешалке куртку и, надев её подошла к двери, — Мне нужно встретиться со своими людьми здесь. Я уйду на час, может, чуть больше. Если случится хоть малейшая нестандартная ситуация, звони или пиши мне. А если произойдёт, что-то крайне экстраординарное…       — Разделяемся и улетаем в разные страны. Помню, я инструкцию, помню.       «Кто бы её ещё соблюдал» — вздохнула девушка, закрывая за собой дверь.       Чайльд поднялся с кровати и подошёл к раскрытому чемодану со своими немногочисленными вещами. Раскладывать их не было смысла, так как нынешнее убежище не предполагало долгосрочного пребывания. Молодой человек достал из верхнего отсека рабочий ноутбук и вставил в разъём похищенную у Чжун Ли карту памяти. На пустом стартовом экране всплыло окно с множеством различных архивов. Все данные уже были благополучно перенаправлены в центральное отделение внешней разведки, так что его миссию на этом можно было считать законченной. Чайльд отформатировал жёсткий диск, безжалостно стирая с карты данные.       В перспективе вся та информация, к которой Чайльд когда-либо имел доступ, могла бы принести ему миллионы и миллиарды, но ещё быстрее юноша мог схлопотать пулю в лоб от кого-то из своих нынешних коллег. Такая полная взаимного контроля жизнь вполне устраивала Чайльда, во всяком случае он не бедствовал, а при должном подходе умудрялся и кое-что выигрывать. Маленькая карта памяти легко разломилась на две части и в неизвестном направлении улетела в водосток.       Сидеть в номере без какого-либо развлечения было неописуемо скучно, хотелось выйти и немного прогуляться по району в заодно и перекусить, в конце концов в последний раз ему приходилось употреблять в пищу разве что кофе из аэропорта. Чайльд сменил свитер на чёрную рубашку. Пока он стоял перед зеркалом и застёгивал пуговицы, на глаза то и дело попадались оставленные на шее полумесяц укусов и красные пятна засосов. За несколько дней они потеряли былую вызывающую яркость, но всё ещё не сошли с его кожи, напоминая о том, кого Чайльд сумел обмануть. Хотя, разве можно назвать это обманом? Всё же для юноши это была работа. Чайльд коснулся бледно-розовой метки под кадыком и прочертил пальцами линию до ключицы.       — Нужно будет запомнить, что ты плохо переносишь алкоголь, — проговорил Чайльд, переводя взгляд с зеркала на часы. Без пятнадцати шесть, — Отлично, надеюсь, я дал тебе достаточно времени, чтобы можно было найти меня.

***

      Первый гнев сменился холодной рассчётливой решительностью. Чжун Ли всегда полагал, что свои ошибки нужно признавать и решать, а не прятать их под ковёр. Правда, до этого с ним не случалось таких крупных промахов. Кажется за эти дни мужчина пересмотрел десятки часов записей с камер наблюдения, проверил все электронные системы регистраций, и тяжкий кропотливый труд дал свои плоды. За Чайльдом тянулся призрачный, еле уловимый след из различных маленьких деталей: где-то можно было заметить его лицо на записях, где-то он неправильно расписывался на таможенных бланках, а у себя в номере мужчина и вовсе обнаружил отрывную часть от посадочного талона.       Первоначально можно было предположить, что Чайльд проявляет чудеса халатности при работе. Однако этот вывод лишь доказал бы полную деградацию Чжун Ли, как высококлассного агента. Пришлось копнуть ещё глубже и обнаружить весьма неприятную для себя правду. Пока сам Чжун Ли работал над поиском сведений о контрабанде, на него самого собирали досье. Чайльд или тот, кто стоял за ним проделал действительно филигранную работу, однако теперь первостепенным для мужчины вопросом стало то, кто именно всё это время пас его, и как много этим людям известно о нём.       Оставленный нероли след привёл Чжун Ли в Сингапур, где ему удалось встретиться со своей старой подругой. Нынешнее жилище вполне соответствовало духу Ху Тао: на первом этаже арендуемого ею здания располагалось её похоронное бюро, а на втором — светлая, уютная квартира, без единого намёка на мрачную гнетущую атмосферу смерти, с которой у девушки были особые отношения. Самое то для бывшего штатного киллера. Чжун Ли пришёл без предупреждения и застал её как раз за работой.       — Лучшая акция перед Новым годом! Покупаете один гроб, а второй получаете в подарок, — напирала Ху Тао, пытаясь убедить сомневающихся клиентов совершить покупку. Чжун Ли решил не вмешиваться процесс, а, сложив руки на груди, молча наблюдал за ходом дела с еле заметной улыбкой на лице.       — Девушка, но зачем нам два, если покойник только один?       — Второй гроб не обязательно забирать сразу, — покачала головой Ху Тао, — Поверьте моему опыту, рано или поздно он пригождается каждому.       Несмотря на сомнительный маркетинг, через пару минут дальнейших увещеваний девушке всё же удалось дожать потенциальных клиентов. Покупатели ушли, а довольная совершившейся сделкой Ху Тао со всем радушием встретила своего бывшего коллегу.       — Время идёт, а ты не меняешься, — Чжун Ли приветственно кивнул, снимая с себя пиджак и проходя вглубь бюро.       — Не так-то просто привыкнуть к обычной жизни, но я справляюсь.       — Здесь довольно мило, — проговорил мужчина, обходят стенд с различными венками из искусственных растений.       — Можешь даже не пытаться, тебя я к себе на работу не возьму, — усмехнулась Ху Тао. Сегодня похоронное бюро закрылось раньше обычного, однако никто этого не заметил. Чжун Ли поднялся за хозяйкой на верхний этаж. Здесь уже всё было готово к встрече нового года: на стенах висела мишура, мигали яркими огнями лампочки на окнах, а в углу примостилась маленькая ёлочка. Ху Тао предложила чай, и мужчина не нашёл поводов отказываться от её гостеприимства.       Пожалуй, только этому человеку Чжун Ли мог доверить историю своего вопиющего безрассудства. За годы работы бок о бок, они успели узнать друг о друге много того, что могло бы утопить их обоих. И тем не менее никто не спешил раскрывать профессиональных тайн своего компаньона. На этом проверенном годами доверии и держалась их дружба. Когда история была рассказано, а чай выпит, комната погрузилась в нерушиемое глубокое молчание. Ху Тао задумчиво откинулась на спинку стула и с озорство взглянула на Чжун Ли.       — Стареешь. Может, тебе пора, как и мне на заслуженный отдых? — мужчина одарил её таким тяжёлым нечитаемым взглядом, что девушка не выдержала и прыснула от смеха, — Ну извини, извини, оно случайно вырвалось.       — У меня была надежда получить от тебя какой-то более конструктивный совет. Я пока не сообщал об утечке сведений в Цисин.       — И не нужно. Всё равно информация рано или поздно переползает из рук в руки, такое случается. Куда важнее, почему ты приехал сюда. Говоришь, этот Чайльд оставил за собой след?       — Не явный, но достаточно красноречивый. У меня возникают на этот счёт некоторые подозрения.       — Думаешь, он это специально?       — Я этого не исключаю, — осторожно заметил Чжун Ли, поднимаясь с места.        — Как по мне, это напоминает ловушку, — проговорила Ху Тао, — Я могу что-то для тебя сделать?       — Есть у меня одна идея…

***

      — Мне вот эти, эти, и вон те штуки. Лишь бы оно не было острым, — проговорил. Чайльд, откладывая меню, в котором из понятного ему были разве что картинки. У местном китайском ресторанчике царила своя атмосфера. Под потолком висели уже весьма потрёпанные и несколько выцветшие фонарики, по стенам тянулась потрескавшаяся фреска дракона, а за столами в основном сидели местные и что-то шумно обсуждали. До Чайльда тут никому не было дела, по крайней мере, так ему казалось. Даже официанта пришлось вылавливать собственными силами, иначе его бы так и продолжили игнорировать. Юноша отвлёкся лишь на пару мгновений, залипая в телефон в ожидании своего заказа. А когда в следующий раз он оторвал взгляд от экрана, то перед ним за столиком сидел столь ожидаемый гость.       — Привет, — глупо улыбнулся парень. Чайльд, конечно, ожидал, что Чжун Ли рано или поздно придёт за ним, но тихое появление мужчины всё равно смогло застать его врасплох. Вместо ответного приветствия молодой человек почувствовал, как в его ногу что-то упёрлось. Опустив глаза, Чайльд заметил приставленный к своему колену пистолет, — Ух ты, у дяди появилась крутая пушка.       — Лучше бы тебе не совершать лишних движений. С простреленным коленом ты далеко не убежишь, — даже по завершении карьеры у Ху Тао ещё можно было найти впечатляющий арсенал её бывших «игрушек», чем не применул воспользоваться Чжун Ли. Своё оружие после миссии пришлось сдать, а практика показала, что одними руками этого коварного нероли нагнуть не получится. Но и Чайльд в долгу не остался Чжун Ли услышал характерный щелчок снятого с предохранителя и осторожно подвинулся на стуле.       — Смотри-ка, у меня тоже есть пара тузов в рукаве, — второй пистолет также упирался в колено Чжун Ли. Круг угроз замкнулся. Ху Тао была права, это — ловушка. И все же он сознательно вляпался в эту паутину, желая встретиться с парнем.       На лице Чжун Ли отражалось напряжённое сосредоточение на противника, в то время как Чайльд, подперев щёку рукой, мило улыбался, время от времени поглядывая под стол. За этим странным немым диалогов их и застал принесший закуски официант. Нет, ну как прикажете это понимать: сидят двое мужчин, у обоих одна рука под столом, один лыбится, а у второго на лице написана вселенская серьёзность. Официант молча выставил на стол все блюда и удалился, не желая случайно стать свидетелем того, что ему видеть не стоит.       — Я тут назаказывал всякого, угощайся, — свободной рукой Чайльд подобрал металлические палочки для еды и, как ни в чём не бывало, подцепил ими вонтон. Чжун Ли не спешил притрагиваться к еде. Во-первых, сложно думать о чём-то постороннем, когда тебе в ногу упирается огнестрел девятнадцатого калибра. Во-вторых, неизвестно, что крутится в мыслях у этого парня. Вчера он тебя соблазняет и крадёт жёсткий диск, а сегодня накормит отравой и бросит помирать на отшибе мира. Возможно, своим поведением Чайльд хочет усыпить его бдительность и лишь выживает момента, чтобы напасть…       — Ну так чего не ешь? Мне одному это всё не осилить, — проговорил Чайльд, а потом что-то вспомнил, — Ах да, палочки. Уж извини, дали только одни. Молодой человек не растерялся и, взяв палочками баоцзи, поднёс угощение к Чжун Ли, ожидая, что тот непременно попробует. Мужчина всё меньше понимал мотивы действий чужеземного шпиона. Хочет застрелить — так пусть стреляет, а не проворачивает с ним… Чжун Ли замялся. Как это вообще назвать?       — Прекрати этот фарс. Раз уж мы здесь, то ответь на вопрос: на кого ты работаешь? МИ-6? Комиссия Тэнрё? Ордо Фавониус?       — Вот скушаешь пельмешку, тогда и скажу, — хитро прищурился Чайльд, будто издеваясь над собеседником. Несколько секунд Чжун Ли сомневался, стоит ли игра свеч. Уйти отсюда просто так он уже не сможет а узнать о своём потенциальном противнике больше никогда не помешает. Тем более, что он зачем-то и сам пожелал с ним увидеться. Сжимая рукой оружие под столом, мужчина всё же откусил предложенное ему блюдо, — Ну как?       — Миндалём не пахнет, язык не немеет — на яд не похоже, — заключил Чжун Ли, чуть успокаиваясь, — Невкусно. Мои баоцзы намного лучше.       — Ловлю на слове, — у Чайльда уже был некоторый план действий, однако ему слишком нравилось стебать этого угрюмого недотрогу. Однако пора было подумать и о деле, в конце концов на некоторые тонкие вопросы Чайльд мог получить ответ исключительно от Чжун Ли, — Итак, по поводу алмазов… Тебе известно, кому принадлежат корабли, которые будут перевозить контрабанду?       — Что, не удалось расшифровать все данные с карты? — на этом настала очередь Чжун Ли злорадствовать. Естественно он, как никто другой, был посвещён во все детали этого дела. Мужчина месяцами по крупицам выбирал информацию и планомерно отправлял её Цисин, так что неудивительно, что его рыжеволосому нероли не были понятны некоторые ключевые детали, — Скажи на кого работаешь.       — Словосочетание «четырнадцать предвестников» тебе что-то говорит? — судя по нахмурившимся бровями и кинутому в сторону непонятному слову, Чжун Ли только что выругался.       — Фатуи, — из его уст это звучало как оскорбление. Мужчина корил себя за то, что не удосужился узнать о Чайльде эту подробность заранее. Если бы он знал, кем является этот нероли, он бы пришёл на встречу не с пистолетом, а с гранатомётом. Угораздило же так вляпаться…       — А я знаю, что ты из Цисин, можно считать мы в расчёте, — улыбнулся Чайльд, — Так как там с кораблями?       — Барбадос, Панама и Малави.       — Опять посредники. Что ж, этого стоило ожидать, — вздохнул юноша, понимая, что на этом расшифровка информации только начинается. Чайльд уловил еле заметную перемену в поведении Чжун Ли. Он все также держал себя холодно и отстранённо, однако теперь его плечи были напряжены, а вторая рука осторожно и медленно опускалась под стол. Ох, и не к добру это.       Чайльд оказался чертовски прав. Фатуи ненавидели все, и это было вполне понятным фактом. Молодой человек совершил настоящий прыжок веры, раскрыв Чжун Ли свою подлинную сущность. Однако надежда на понимание разбилась о скалы реальности, как не успевшая вовремя расправиться крылья чайка. Вероятно, он выбрал не самое подходящее время для установления контакта с мужчиной.       «Ну началось…» — подумал про себя Чайльд и закатил глаза. Юноша решил не ждать, когда Чжун Ли подключит к делу второй, спрятанный над голенью пистолет. Свободной ногой он подцепил ножку стула Чжун Ли и резко дёрнул её на себя, заставляя опрокинуться. Мужчина упал на пол и еле-еле успел увернуться от повалившегося следом стола. Послышался звук разбивающейся посуды. Если это, в целом, более-менее укладывалось в атмосферу заведения, то последовавшие вслед за этим выстрелы заставили посетителей ресторанчика порядком струхнуть. Люди начали прятаться под столы. Чайльд не понял, что именно, но Чжун Ли выкрикнул приказным тоном несколько слов, после чего посетители заведения начали опасливо двигаться в сторону выхода. Мужчина выпустил несколько пуль, которые с характерным треском врезались в деревянную подпорку, за которой успел укрыться юноша. Чайльд буквально чувствовал каждый шаг Чжун Ли, когда он обходил его, стараясь двигаться как можно тише.       Подгадав момент, юноша сделал отвлекающий выстрел в сторону, а сам выскочил из-за укрытия и рванул прямо на Чжун Ли. Первый пистолет ему удалось выбить из рук исключительно благодаря эффекту неожиданности, а вот со вторым было сложнее. Из дальнего бой резко перерос в ближний. Руки двигались столь стремительно, что наблюдатели со стороны могло бы показаться, будто Чайльд и Чжун Ли танцуют какой-то странный неритмичный танец. На обдумывание каждого движения уходили доли секунды. Противник словно заранее читал чужие мысли. Для них обоих это стало в некотором роде приятным сюрпризом. Чжун Ли уже давно не встречался с достойным оппонентом, а Чайльду нетерпелось опробовать все свои вырученные до автоматизма навыки в деле.       Юноша несколько раз получил по рёбрам и в ответ пнул мужчину в самое уязвимое место. Оба повалились на пол, продолжая борьбу за доминирование и катаясь по ламинату. В какой-то момент Чжун Ли так шарахнул Чайльда головой о доски пола, что у того из глаз посыпались искры. Защищая себя, он вцепился мёртвой хваткой в горло мужчины. Перекувыркнувшись в очередной раз, Чайльд оказался сверху. Он все же отпустил шею Чжун Ли, но их руки сцепились в замок. Борьба зашла в тупик: ни у кого из них не хватало сил, чтобы в полной мере одолеть своего противника.       — Перерыв две минуты, — выдохнул запыхавшийся Чайльд, от усталости садясь прямо на бёдра Чжун Ли. Из носа начала течь кровь.       — Поддерживаю, — хрипло проговорил не менее уставший мужчина, к которому было жизненно необходимо отдышаться. Оказывается, у Чайльда не только противоречивые характер и скверное место работы, но и очень крепкая хватка… — Хороший удар с ноги, а над левой рукой нужно поработать, слишком сильно заворачиваешь, так и запястье сломать можно.       — Это ты меня сейчас так хвалишь или отчитываешь? — усмехнулся Чайльд, облизывая губы. Напряжение в руках пропало, и теперь вложенные друг в друга ладони больше не сдерживали друг друга, но и отпустить их было боязно. Чайльд предпринял осторожную попытку, и ему удалось завести руки Чжун Ли за голову, — Что ж, а тебе стоит походить в тир. Первые два выстрела были ничего, но последний… Ты вообще целился?       Чайльд навис сверху: взъерошенные рыжие локоны, торчали во все стороны, лицо покрылось алым лихорадочным румянцем, а в глазах блестел дух озорства. Несмотря на кровоточащий нос и разбитую губу, было в нём что-то зверино-прекрасное. Как у гладиатора, который входил во вкус с развитием битвы на арене.       — Когда-нибудь мы над этим посмеёмся, — Чайльд изучал распластавшегося на полу Чжун Ли, как насаженную на иглу бабочку. Эти холодные черты лица напоминали ему высеченную из мрамора статую какого-то увиденного им в музее божества. «Где ж вас таких делают…» — украдкой подумал Чайльд склоняясь над лицо мужчины.       Поцелуй вышел хищным, лишенным какой-либо нежности и с кровавым привкусом. Как будто даже тут этим двоим было необходимо устроить меж собой соревнование. Чайльд углубил поцелуй, принимая языком в чужой рот и глядя на Чжун Ли сквозь подрагивающие ресницы.       Несмотря на боль во всем теле и колотящееся в груди сердце, Чжун Ли это нравилось. В это же самое время интуиция и разум вопили об обратном.       «Чёрт его подери, да ведь он же Фатуи!» — пытался взывать к порядку внутренний голос, — «Естественно, он сделает все, чтобы выиграть время. Если сейчас сюда за валятся его подлельники — это сильно усугубит позиции Чжун Ли. Один в поле не воин. Да и судя по тому, что они тут устроили, скоро сюда нагрянет полиция…       Согнув ноги в коленях, Чжун Ли лягнул Чайльда, и сбросил его с себя. И без того хрупкое перемирие подошло к концу. Оба молодых человека отчаянно заметались, пытаясь подобрать выроненное оружие. Оба они, встав на ноги, первым делом навели друг на друга прицелы пистолетов.       — Неужели опять? — фыркнул Чжун Ли изо всех сил стараясь делать так, чтобы пушка в его руке не дрожала, — Для каких целей Фатуи понадобились контрабандные алмазы? Не пытайся блефовать, судя по количеству выстрелов, у тебя в обойме остался последний патрон. Отвечай, иначе выстрелю.       Чайльд сам загнал себя в ловушку. Бесцельно стреляя по сторонам и по Чжун Ли, он мало того, что не достиг своей цели, так ещё и стал заложником последнего выстрела. Запас времени был сильно ограничен, учитывая тот факт, что посетители уже давно покинули ресторанчик, они уже скорее всего трезвонили по всем экстренных службам. Однако тут случилось то, чего сам Чжун Ли мог ожидать меньше всего. Вместо того, чтобы целиться в него, юноша поднял курок и приставил дуло пистолета к собственному подбородку. На мгновение самообладание изменило Чжун Ли, и на его лице отразилось беспокойство.       — Давай, стреляй. Без меня ты ведь ничего не узнаешь, а представь, что с тобой сделает Цисин, когда узнает, как легко ты потерял карту с информацией, — оскалился Чайльд и вместе с тем от безумной улыбки на его щеках появились милые ямочки.       «Анна-Мари Орсини первой в Европе ввела в моду цветы апельсина. По названию городка, где она проживала, (итальянская Нерола) в дальнейшем и стали наименовать соцветия этого растения. В свое время маркиза Орсини была не только миловидной законодательницей мод, но и фактическим правителем Испании, имея огромную власть над тамошней монархией…» — Чжун Ли вспомнился отрывок статьи, которую он читал, летя на самолёте.       — Опусти пистолет, и никто не пострадает. Мы просто поговорим, — произнёс мужчина, уже чувствуя фальшь, как в своём голосе, так и в самих словах. Разговор у них мог получиться минут пять назад, когда в ресторане ещё были другие люди, а они сидели за столиком. Кто его знает, что у Чайльда в голове? Может он и правда сейчас решит выстрелить в себя, подобно камикадзе, который бесстрашно идёт на смерть во славу своей империи.       С другой стороны, как не посмотри, а от гибели юноши Чжун Ли получает одни плюсы: хвосты подчищены, информация об утечке навсегда останется в памяти лишь двух людей и никто не посмеет шантажировать его этим. Однако не хотелось бы так скоро потерять кого-то столь яркого и в то же время сумасбродного, как этот молодой человек, во всяком случае таким был нынешний порыв Чжун Ли.       — Только после тебя. Опусти пушку, — на выдохе проговорил Чайльд облизывая губы. «Нет, это какое-то личное издевательство» — пронеслось в мыслях у мужчины. Всё ещё продолжая пристально следить за оппонентом, Чжун Ли начал медленно опускать оружие вниз, словно загипнотизированный. Чайльд перевёл взгляд в сторону и удивлённо уставился за спину мужчины.       — А вы тут что делаете?       Чжун Ли, повинуясь чисто инстинктивновному желанию и, позабыв о всякой бдительность, обернулся, ожидая увидеть кого угодно: от Ху Тао, до подлельников Чайльда. Однако позади него не было совершенно никого. Из его руки резкого выбили пистолет, а в бок упёрлось что-то холодное и твёрдое.       Раздался выстрел.