Ложь плюс танец

Я закинул ногу на ногу, выдувая дым. Он сидел передо мной, натянув свою фирменную улыбку. Как же я ненавидел это лицо. Несколько секунд погодя повторил мою позу, чуть приподняв бровь мёртвого глаза. Ждал, что я заговорю первым, я же предпочёл оставить эту честь за ним, в конце концов это Он провинился и должен извиниться. В конце концов… Игрался моим наступившим раздражением от бессмысленного ожидания, хоть и прекрасно понимал, что ТЕПЕРЬ это не сработает. Я улыбнулся ему, кивнув на бутылку коньяка. План «спои и выпроси извинения» шёл по швам из-за нежелания этого заядлого любителя вина и пива пить коньяк. Он, между прочим, дорогой. — Я скучал. — наконец сдался он, в своей голове я победно запел. — И волновался. — А если без твоего сладкого вранья? — я открыл коньяк, разлил по стаканам и добавил лёд, который уже успел подтаять. — Я боялся, что с поезда сойдёт не мой Аякс. Ты взял второе имя? Так? — Так. — Почему? — Почему нет? — я ненавидел настоящее, оно было пропитано гнилью и грязью. — Твои опасения оправдались, я не твой Аякс. Почему ты вообще решил, что Он когда-то был твоим? — В самом деле. — усмехнулся он, отводя взгляд. — Чайльд, так? — кратко засмеялся, потом прикусил ноготь, смотря, как я отпиваю коньяк. — Чайльд не мой, а Аякс был моим. Не отрицай очевидного. — Я тебя ненавижу. — Знаю. Люблю тебя. Он улыбнулся, а я захотел его задушить. И сейчас я завидовал Аяксу. Он был его, я же чужой. Мысли заполняли и дурманили голову. Хотелось разрыдаться, надавить на жалость чтобы вновь почувствовать его руки на своей голове. Чтобы длинные пальцы вновь прошлись по кудрявым волосам, распутывая спутанные локоны. Кэйа на такое не купится, слишком дешёвая манипуляция. Я это знал, поэтому просто устало вздохнул. — Ты в отношениях? — я указал на большой палец правой руки, который украшали два серебряных кольца с чёрным и голубым самоцветом. — В эксперименте. — он улыбнулся и снял оба, пряча их в карман полупрозрачной рубашки. — Третий лишний, так сказать. А что? — Просто интересно. — я поджал губу, выдавая свою полуложь. Альберих видел меня насквозь, знал мои привычки. Как открытая книга, где подробно расписаны все мои мысли. И сейчас она в его руках. — Не снимай, тебе очень идёт. — Я вижу, как ты загрустил. — он прищурился, сладко улыбнувшись. — Чайльд. — проговорил, потом повторил ещё несколько раз, подбирая нужный тон. Это было похоже на дегустацию сыра к вину. В конце концов он остановился на чуть сладком, резком, с точным звучанием каждого звука. У меня прошлись мурашки, тело передёрнуло, а проконтролировать это я не смог. — Тебе нравится такое? Чайльд? — кажется я стал только ещё более слабым перед ним. Гадкий привкус детских воспоминаний дал о себе знать: сердце пропустило удар, а спина на секунду стала болеть так, будто мне её разломали на части. — Замолчи, прошу. — Ты же хотел, чтобы я говорил. — Теперь не хочу. Пей! — я налил коньяк в стакан, кинул лёд и протянул Кэйе, агрессивно настаивая. — Я для кого покупал? — У меня мероприятие через пару часов, я не хочу приходить уже пьяным, прости. — он отодвинул мою руку, невинно опуская глаза. Даже с незрящим он управлялся вполне хорошо, и не скажешь, что он не в рабочем состоянии. — И куда? — К ним. — он тыкнул в полупрозрачный карман, в котором бились два кольца. Я натянул улыбку, после быстро опустошил коньяк, кривясь после. На самом деле это просто был ход, чтобы не показывать Альбериху лицо, полное раздражения и отчаяния. — Чайльд действительно не мой. — проговорил Кэйа, вставая с места, отряхивая брюки клёш. — Я вижу твой несчастный взгляд, но у нас не получится. Прошу, найди себе партнёра, который сможет излечить твои раны, будет милым и заботливым. Чтобы от его голоса не бросало в испуганную дрожь. Аякс заслуживает именно этого. Насчёт Чайльда не знаю, надеюсь он тоже. — он вышел из-за стола, прошёл к двери. — Если хочешь, пошли со мной. — Буду четвёртым? — Дурак, там не только мы будем. — он засмеялся, выходя из комнаты. Мне захотелось умереть.