Если тебе нужно

— Ты рассказываешь нам не все, — упрекнул Ньют. — Конечно, я не рассказываю вам всего, я никогда никому всего не рассказываю, так гораздо проще сохранить всем жизнь, — сказал Томас, отмахиваясь от неодобрения Ньюта. — Это говорит шанк, связанного адом и решившего рассказать всем, что мы из кровавого будущего. Томас пожал плечами в знак согласия и подождал реакции остальных. Он прекрасно выспался ночью, проснулся самостоятельно, без каких-либо катастроф или необходимости отправляться в путь, оторвав его от подушки. Он смог провести несколько драгоценных мгновений, лежа без сна с Ньютом — свет с улицы мягко падал на них и освещал то, как тихое дыхание Ньюта было синхронизировано с дыханием Томаса. Они оба были готовы к этому, проснулись и бесцельно водили кончиками пальцев по коже друг друга, но ни один из них не произнес ни слова. Томас хранил бы память об этом до конца своей жизни. Все они сидели за столом на кухне Фрайпана: Томас, Минхо, Ньют, Клинт, Зарт, Галли, Бен, Рейчел, Харриет, Арис, Бренда, Хорхе, Мийо, Рианна и сам Фрайпан. Стол, мягко говоря, тесноват, но Фрай наотрез отказался позволять кому бы то ни было садиться на его стол. Его друг вернулся в свою стихию, в свое счастливое место, в свое маленькое королевство. Кухня работала без остановки, чтобы накормить большое количество людей, которые внезапно обрушились на нее. Многие люди настаивали, что могут постоять за себя, некоторые из них сами отвечали за еду в своих лабиринтах, но он ничего этого не хотел. Никто не остался голодным на кухне Фрайпана, и, насколько он был обеспокоен, это касалось всех на Поляне. Томас даже застукал его за тем, как он тайком приносил еду Клайду и нескольким менее враждебным ученым, которые, очевидно, не спали всю ночь, исследуя способы смешать всю кровь с кровью Томаса для достижения наилучшего эффекта. — Прежде чем мы начнем разбираться в том, чего он нам не говорит, — сказал Зарт, — Может быть, нам стоит поработать с тем, что у него есть. Например, сколько точно человек мы ожидаем отправить на бой? Мне нужны цифры, если я собираюсь составить для них группы. — На этот раз мы все можем взять на себя больше, теперь, когда мы не пытаемся держать это в секрете, но у нас недостаточно ресурсов, чтобы изготовить комплект для каждого, — согласно кивнули Клинт и Фрайпан. — Особенно, если с нами остается слишком много людей. Томас откусил еще один кусок от своего сэндвича и не спеша прожевал, прежде чем ответить. — У меня нет цифр, и не будет их до тех пор, пока мы не соберем всех вместе и не предоставим им возможность выбора, — сказал он. — Некоторые из них — выбор, — добавил Ньют. — Многие из них слишком молоды для этого, приятель. И Джо уходит. Я не буду хоронить его снова, если смогу этому помочь. — Ты не можешь украсть у человека выбор, хермано. Если он хочет драться… — сказал Хорхе, но Томас покачал головой. — В этом я согласен с Ньютом. В прошлой временной шкале Джо был рядом уже некоторое время. Он был заинтересован и уже обладал навыками, которые нам были нужны. Хотя его работа на радио окажет нам огромную помощь, если мы сможем связаться с кем-нибудь, у него нет ничего настолько особенного, что ему не следовало бы пойти и побыть со своим новорожденным ребенком. — И я не буду хоронить его снова, — повторил Ньют с нажимом. — И это тоже. — Я все еще не понимаю, как вы планируете превратить этих детей в армию — у них вообще нет боевого опыта, — фыркнула Бренда. Именно Рианна метнула свой нож через стол, чтобы пригвоздить Бренду к стулу за рукав ее рубашки. — То, что мы не сражались с людьми, за исключением тех случаев, когда мы это делали, не означает, что мы не научились драться. Мы сражались с монстрами, малышка. Я хотел бы увидеть, как вы лицом к лицу столкнетесь с тем, с чем наши младшенькие учились справляться каждый день. — Никаких метаний ножей на моей кухне, — Фрайпан протянул руку, взял нож со стула и помахал им. — Вы их затупите. Минхо фыркнул. — Итак, мы выбираем тех, кто сядет на берг и полетит в Хейвен, а тех, кто останется здесь, мы тренируем их, пока Ньют и Томас разбираются с остальными? — спросил Галли. — Мне кажется, все достаточно просто, почему мы все еще сидим здесь и разговариваем? — А как насчет тех из нас, в ком есть лекарство? — впервые за утро заговорил Бен, нарушая тишину. — Ты удержишь нас от драки? — Было бы немного лицемерно делать это, тебе не кажется? — ответил Томас. — Да, и лицемерие — это плохо, — услужливо добавил Минхо. — Это твоя кровь, твой выбор, что ты с ней делаешь, — Томас закатил глаза. — Так должно было быть всегда. — Тогда я иду с тобой, — кивнул Бен. Каким-то образом это заявление принесло тепло наряду с ямой страха, заполнившей его желудок. Один за другим люди за столом встали рядом с Беном и кивнули Томасу — они последуют за Томасом, несмотря на то, что не знали масштабов того, что он планировал, какой бы ни была цель. Переполненный эмоциями, Томас посмотрел на Ньюта, который все еще сидел. — Я однажды сказал тебе, что знаю, что последую за тобой куда угодно, — усмехнулся он. — Это неизменно, любимый. — Тогда давайте привлечем всеобщее внимание и отделим больших героев от тех, у кого есть половина мозгов. — Просто чтобы нам было ясно, те, у кого нет половины мозга, тоже, черт возьми, большие герои? Томас посмотрел слева от него, где как всегда, стоял Бен. В его глазах был блеск, который Томас не знал, как описать; это похоже не столько на радость жизни, сколько на вызов вселенной уничтожить его. Томасу не понравился этот вызов, вселенная уже однажды справилась с этим, он не мог смириться с потерей Бена во второй раз. Он не мог смириться с потерей кого-либо из них во второй раз. Как по команде, справа от него заговорил Ньют. — Ну, видите ли, если у нас слишком много мозгов, там недостаточно места для того, что говорит нам бежать навстречу самому страшному. Томас фыркнул на них обоих и оставил их подшучивать, вместо этого обратив внимание на большую толпу, растущую перед ним. Им удалось оторвать всех от их дел или блужданий гораздо быстрее, чем ожидал Томас — он все еще понятия не имел, что должен был сказать. Что было прервано? По правде говоря, Томас чувствовал, что даже он был слишком молод для того, что должно было произойти. Никто из них больше не был ребенком. Громкий вопль из задних рядов толпы поправил Томаса, и он с улыбкой покачал головой. Йен, конечно, все еще ребенок. Как он мог забыть? Два пальца образовали сплошную линию на правом предплечье Томаса в безмолвном вопросе, и Томас ответил кивком. Толпа наконец успокоилась той гнетущей тишиной, которую можно найти только в большой группе людей, и Томас обнаружил, что задыхается от тяжести дежавю и страха. Сколько раз ему приходилось приглашать людей умереть вместе с ним? Его нога дрожала от нервов, которые замолкали при двух постукиваниях костяшками пальцев — постукиваниях, которые доносились с двух сторон. В шоке Томас перевел взгляд с Ньюта на Бена, который ухмылялся, как кот, которому достались сливки. Он вызывающе поднял бровь, прежде чем повторить жест. Томас посмотрел на Ньюта, который пожал плечами и сделал то же самое. Мы здесь. Мы с тобой. Томас глубоко вздохнул, а затем заговорил. — Чуть громче, чувак, мы тебя сзади не слышим! — крикнул кто-то. Томас смущенно откашлялся, прежде чем попробовать снова. — Доброе утро! — крикнул он громче, и на этот раз все вокруг закивали. — Я буду краток, чтобы мы все могли двигаться дальше, но вот оно. Не все добрались сюда благополучно. В Последнем городе все еще есть люди, которых Джэнсон держит в плену, я не знаю, сколько. Единственные, кого я точно знаю, что у него есть друзья, но могут быть и другие. Когда он молчал, на Поляне стояла такая густая тишина, какой он никогда раньше не слышал. Все их внимание было приковано к нему; вдалеке он увидел фигуру в белом, вышедшую из здания, чтобы посмотреть, что происходит. Ладно, пусть она послушает. — Возможно, важнее этого, хотя и не очень, тот факт, что Джэнсон тоже оттуда, откуда мы с Ньютом, и он знает, что лекарство существует. Чего он не знает, так это того, что я больше не единственный человек, способный это обеспечить. Это дает нам преимущество, но не очень большое. Джэнсон никогда не перестанет причинять нам боль, охотиться на нас, убивать нас, пока он либо не убьет нас всех, либо не заполучит в свои руки лекарство. Я не могу позволить этому случиться, — Томас сделал паузу, чтобы прочистить горло и собраться с мыслями, прежде чем продолжить. — Я предлагаю ему бой, и пока он думает, что готов? Он этого не предвидит. Легкое дуновение воздуха справа от него подсказало Томасу, что Ньюта это позабавило, и Томасу понравилось, что он может прочитать его мысли даже в этом: «Конечно, он этого не заметит, даже мы не знаем, о чем ты». Момент легкомыслия позволил Томасу закончить все, что ему еще нужно было сказать. — Я здесь не для того, чтобы просить вас драться со мной. Я здесь, чтобы сообщить вам, что бой будет, и после этого вы сможете принимать собственные решения. Ну, почти все вы. Если тебе явно не исполнилось 15 лет, ты отправишься с Джастином и Джо в Безопасное убежище раньше всех нас, — раздался взрыв ворчания и несколько очень сердитых лиц, но Томас поднял руку, призывая их замолчать. — Я не говорю, что вы не способны, но у нас просто нет ресурсов, чтобы всем вместе пойти маршем на Город. Кроме того, мой хороший друг однажды сказал, что иметь запасной план время от времени — это неплохо. Человечество должно выжить, и будущее за нами. Итак, вот как это бывает. Если вы направляетесь в Хейвен, подойдите к лифту, где вас ждет Джастин, и даст вам дополнительные инструкции. Вы останетесь сражаться? Иди к кострищу, где Зарт и Галли начнут приводить тебя в порядок. А пока тренируйтесь, и тренируйтесь усердно. Это все, что у меня есть. Томас кивнул и отступил назад, чтобы взять чашку с водой, которую ему подал Фрайпан, старательно держась спиной к толпе, чтобы не видеть, как толпа расходует воду. — Неплохо, любимый. — Не знаю, — вздохнул Минхо со своего места у ближайшего дерева. — Думаю, я мог бы сделать лучше. — ’Будь осторожен и не умри’ — это не совсем речь, Мин, — фыркнул Томас. — Не тот Минхо, приятель, — Минхо склонил голову набок и, прищурившись, посмотрел на Томаса. — Он, однако, гений. Коротко, прямо по существу, передает как полезный совет, так и конечную цель. Он забыл. Всего на мгновение он забыл; стыд свернулся кольцом глубоко в его животе, холодный и скользкий. Он никогда не хотел случайно объединять людей, обесчещивать тех, кого потерял, притворяясь, что они рядом с ним. Томас зажмурил глаза и отвернулся, одновременно выражая горе и извиняясь. — Прости, — прошептал он. Два нажатия на костяшки пальцев, и Томас снова смог дышать. — Ты шутишь? Мне нравится слушать о другом себе! — воскликнул Минхо, хлопнув Томаса по плечу. — Но с историей, стоящей за его небольшой речью, придется подождать, похоже, у тебя появилась компания. Томас поднял глаза и увидел Джо и Еву, девушку-пилота из прошлого, о которой Томас даже не подозревал, что она была среди них, быстро приближающихся. Ева добралась до них первой. — Пожалуйста, не стреляйте в меня, — начала она. Томас вздохнул. — Вопреки распространенному мнению, я на самом деле не стреляю в людей просто ради удовольствия, — сказал он. Он также демонстративно проигнорировал количество поднятых бровей, направленных в его сторону. — Как скажешь, приятель. Послушай, ты хочешь, чтобы я была пилотом, который доставит этих детей в безопасное место, — сказала Ева, уперев руки в бедра. Томас воспользовался моментом, чтобы изучить девушку; она среднего телосложения, среднего роста, но в уголках ее рта чувствовалось упрямство, а наклон головы говорил ему о ней больше, чем ей, вероятно, когда-либо было бы удобно. Если они действительно собирались спасти мир, Томас предполагал, что в конце концов ему придется начать доверять людям. — Почему? — спросил Ньют, пока Томас погружался в свои мысли. — Ну, во-первых, я действительно знаю, как туда добраться. Во-вторых, другие ваши пилоты пока недостаточно опытны, чтобы совершить это путешествие. Дэн, да, но он, вероятно, будет основным пилотом для вас, ребята. Вашим остальным нужно больше опыта, прежде чем посылать их так далеко. Томасу не нужно оглядывать группу, чтобы увидеть, что все они согласны с ее доводами. — Хорошо, но если ты сделаешь что-нибудь темное? На берге будут люди, которые убьют тебя. Ева кивнула и глазом не моргнув в ответ на угрозу; Томас кивнул сам себе по поводу своего решения попытаться немного довериться ей, хотя и приставил дополнительных людей следить за каждым ее шагом. На всякий случай. — Бренда? Не могла бы ты отвести ее туда, где Джастин, и, возможно, точно объяснить, как мы ожидаем поведения людей, которые работают с нами? — спросил Томас. Приятно было видеть ответную улыбку Бренды; после их разговора у Стены имен она замкнулась в себе, и у Томаса не было времени посидеть с ней и посмотреть, что у нее в голове. Одной из первых вещей, над которыми он планировал поработать, когда у него будет время, были его отношения с ней, Бренда была его сестрой во всех отношениях, это имело значение. Его сердце болело из-за потери ее близости. Когда они ушли, Томас повернулся, чтобы поговорить с Джо, только чтобы обнаружить, что Ньют, казалось, смотрит в сторону вместе с ним. Томас заколебался и посмотрел на Бена и Минхо, которые пожали плечами и абсолютно ничем не могли помочь. Должен ли он прерывать? Пусть они продолжают? Это было похоже на то, что прямо у него на глазах происходила битва воль, и у Томаса не было никакого желания оказаться втянутым в ответную реакцию. — Итак… — рискнул Томас, но ни один из них не отреагировал. Томас в отчаянии провел руками по лицу; в такие моменты он чуть не пропускал бой, по крайней мере, тогда он знал, что должен делать. — Послушай, Джо, — снова попытался Томас, на этот раз он говорил сквозь тишину. — Ты принесешь больше пользы Фрэн и Йену, помогая организовать всех, когда доберешься до пляжа. — Ты хочешь сказать, что там я буду в безопасности, — возразил Джо, не прерывая зрительного контакта с Ньютом. Томас выдохнул и сделал руками пустой жест, но не знал, что сказать. — Я пообещал Фрэн и Йену, что сделаю все возможное, чтобы ты вернулся к ним, — сказал Ньют мягким, но твердым голосом. — Я проделал дерьмовую работу, чтобы сохранить это раньше. Я не подведу снова. Томас в шоке повернулся и уставился на Ньюта; он не знал об обещании. — Ньют, я понимаю. Но ты не можешь лишить меня… — Следи за мной. Снова воцарилось молчание, но оно утратило свою остроту. Томас знал Джо; он мог сказать, что его проблема заключалась в том, что за него приняли решение, а не в самом решении. Томас смог увидеть точный момент, когда Джо сдался, и позволил себе вздохнуть с облегчением. — Что ж, если я уезжаю утром, полагаю, нам следует разобраться с радиосигналом, который я принял, скорее раньше, чем позже, — сказал Джо. Сердце Томаса подпрыгнуло в груди, и он, не раздумывая, бросился к столику с радио. --истина. Можно… -катион изменен. Найдите на пять пять — даже три. Томас не мог в это поверить. Они нашли их, они нашли их. Сигнал был грубым и нуждался в некоторой очистке, а координаты явно были каким-то кодом, но суть не в этом. Сопротивление все еще существовало, все еще сражалось, все еще живо. Каким-то образом Джэнсону удалось заполучить не всех. Томас радостно улыбнулся Ньюту и Минхо, когда они наконец догнали его. Когда Ньют услышал сообщение и в его глазах зажегся огонек узнавания, Томас не смог удержаться и притянул его к себе для победного поцелуя. Они не одни.