Если тебе нужно

Его нога не переставала дрожать. Винс, Мэри и Крейг уставились на Томаса с выражениями, представляющими собой нечто среднее между гневом и недоверием, Ньют выглядел так, словно в нескольких секундах от того, чтобы либо задохнуться, либо воткнуть во что-нибудь нож, и, честно говоря, Томас немного устал от постоянной необходимости объяснять всю эту историю с путешествиями во времени. Особенно когда у него не было способов доказать это. — Итак, ты говоришь мне… — О, черт возьми, ну вот опять. Голова Ньюта безвольно свисает между ног, плечи обреченно сгорблены. Томас точно знал, что он чувствовал, они занимались этим, как ему показалось, часами; жаркое солнце обжигало его кожу, а песок, который постоянно дул на ветру, совершенно измотал его. Они сидели на камнях и самодельных табуретках (Они отказались входить в берги, потому что, очевидно, подростки способны преследовать гнусные цели. Что, хотя и верно, не имело значения) и были окружены вооруженными повстанцами и глэйдерами, которые продолжали смотреть друг на друга с недоверием. — Вы не можете винить нас за то, что нам трудно в это поверить, — сказала Мэри. — Говорит женщина, которая убила гребаный мир и обрекла свою дочь на роль лабораторной крысы за то, что она доверилась женщине, которой действительно не следовало доверять, — протянул Ньют. Нога Томаса задрожала сильнее, но он воздержался от комментариев. В основном потому, что не знал, что сказать. Для человека, которому удалось, возможно, восстать из мертвых, Томасу было трудно смириться с тем фактом, что люди, которых он считал мертвыми, на самом деле таковыми не были. Ему нужен был Винс. Ему не просто нужно было, чтобы Винс доверял ему и работал с ним, нет, ему нужно было, чтобы Винс снова поверил в него. Он действительно не знал, что бы он делал, если бы этого не произошло. — Что ты только что сказал? Потрясенный голос Мэри вернул Томаса к реальности, где Ньют испытывал нечто, с чем Томас был более знаком: то щемящее чувство, когда высказываешь свое мнение и посылаешь все прямиком к черту. Он хотел почувствовать хоть какое-то оправдание, но в основном он был просто на взводе. — Э-э, извините. К какой части я обращаюсь в первую очередь? Томас вздохнул. Арис? Ммм? Ты, наконец, собираешься рассказать нам, что там происходит? Тебе придется выпустить Рианну через минуту. …это та часть, где я могу задавать вопросы? Нет. Пожалуйста? Просто скажи ей, чтобы тащила свою задницу отсюда. Тьфу, прекрасно. В каком-то уголке своего сознания Томас задавался вопросом, что случилось с Арисом, называющим его ‘боссом’, и кто оказал негативное влияние, научившее его непочтительности. — Винс, я никому о ней не рассказывала, — объяснила Мэри голосом, наполненным болью и благоговением. — Они должны быть теми, за кого себя выдают, другого объяснения нет. Томас открыл рот, чтобы поправить ее, сказать, что на этот раз они получили только эту информацию, когда почувствовал, как глаза Ньюта впились в его макушку. Вместо этого Томас осторожно пожал плечами и откашлялся, почувствовав, что взгляд Ньюта ослабел. Ему не нравилось лгать Винсу, но Ньют прав. Им нужно было все, что только можно было раздобыть, чтобы убедить их в том, что они говорят правду; кого волнует, если им приходилось делать это ложью? Цель оправдывает средства или что-то в этом роде. — Мы многое знаем, еще больше — нет, но все сводится к тому, что мы отстаиваем свою позицию. Мы бы хотели, чтобы вы присоединились к нам, но честно? Мы готовы справиться с этим без тебя, — Томас смерил Винса взглядом, которому научился у самого Винса. — Однажды ты последовал за мной. Научил меня руководить, пока сам этим занимался. Для меня было бы честью, если бы вы снова прикротили мою спину, но если нет? Вам, ребята, нужно убираться отсюда. Весь этот район вот-вот превратится в зону боевых действий. — Больше похоже на зону боевых действий, чем этот город уже есть? — Винс поднял бровь. — Что там произошло? На окраине? — спросил Галли, впервые заговорив. — Последний раз, когда я это видел… это было некрасиво. — Когда ты в последний раз это видели? — спросил Крейг. — Трудно вести счет дням, — Галли пожал плечами и отвел глаза. — Но я был там, когда… ну. Когда произошло нападение. — Черт возьми, малыш. Ты выбрался оттуда? — Да. — И мы собираемся вернуться обратно, — добавил Томас. Все трое взрослых вздрогнули; даже Мэри, которая была погружена в свои мысли с тех пор, как упомянули ее дочь. — Это было бы самоубийством, Томас, — сказала она. — Это не в первый раз, — Томас обменялся долгим взглядом с Ньютом. Все молчали, пока они переваривали эту забавную крупицу информации, и Томас уже собирался сказать «к черту все» и уйти, когда дверь на крайнем левом айсберге открылась, и все охранники Северного отряда вступили в бой. — Прекратите, я послал за ней, — устало сказал Томас, махнув рукой на недоверчивые взгляды на их лицах. — Значит, они все-таки решили продолжить работу с нейропередатчиками. Томас встретился с задумчивым взглядом Мэри своим собственным и кивнул. — У Рианны его нет, но она была с кем-то, у кого он есть, так что. Я подумал, что так будет проще. — …Рианна? — спросила Мэри, подозрение застыло у нее на языке. В качестве ответа Томас встал со своего неудобного места и указал на похожий на беспризорника шар ярости и негодования, который они все узнали и полюбили. И страх. За исключением Бренды, но Томас не прикасался к ней 10-футовым шестом. У него и так было достаточно забот. Ньют тоже встал, и каждый из них отошел в сторону, чтобы у Рианны было защищенное место, когда она доберется туда — только когда она приблизилась, Томас понял, что, возможно, ему следовало подготовить ее к тому, что должно было произойти. Ньют, всегда наблюдательный, заметил панику Томаса и закатил глаза. — Ты ей не сказал?! — Я об этом не подумал! — О, черт возьми. Когда она ударит тебя? Я не собираюсь ее останавливать, ты это заслужил. Рианна подошла достаточно близко, чтобы ее можно было услышать, и, по-видимому, чувствовала себя комфортно, крича на него. — Ладно, Бэмби, — проворчала Рианна. При первых звуках ее голоса Мэри вскочила на ноги. — Только потому, что я сказала, что соглашусь с твоим идиотским и самоубийственным планом, не означает, что ты можешь вызвать меня, как собаку. Какого черта тебе нужно? Она остановилась между ним и Ньютом, уперев руки в бедра и выжидающе глядя на лицо. — Итак, э—э… — Кристина? Мягкое вмешательство Мэри заставило Томаса съежиться. Сталь в глазах Райан заставила его долго и упорно думать, чтобы вспомнить, что технически за все отвечает он. Его нога снова начала дергаться. — Меня зовут Риана, а ты, черт возьми, кто такая? — внимание Рианны переключилось на женщину, которая стояла перед ней, и она прищурила глаза. Губы Мэри беззвучно проследили за словом «Рианна»; она выглядела такой потерянной. Возможно, Томасу не стоило вмешиваться. — Ава сказала, что смоделировала ее новое имя в честь твоего. Что это был последний подарок, который она могла сделать, — сказал Томас. Рианна резко повернулась к Томасу, в ее глазах читалось обвинение. — Ты сказал мне, что она мертва, что Джэнсон убил ее и всех твоих друзей-повстанцев после того, как они похитили Харриет. — Очевидно, я был неправ. Рианна взглядом отпустила Томаса и с любопытством посмотрела на Мэри; Мэри явно потребовалось все самообладание, чтобы не протянуть руку и не прикоснуться к дочери, которая ничего о ней не помнила. — Итак. Ты — она. Моя мама. Мэри кивнула. — У меня есть вопросы. — Что угодно, я отвечу на что угодно. Томас поймал взгляд Ньюта и дернул головой назад, к их айсбергу — пришло время дать им немного пространства. — Ты идешь? — Томас жестом указал на Винса, прежде чем они ушли. То, как Винс шагнул вперед, было очень похоже на надежду. — Когда упали бомбы, я думал, что нам всем конец, но они были неаккуратны. Они не учитывали то, как мы разбежались, туннели, которые мы нашли, ничего из этого. Они просто отменили постановление и исчезли, — объяснил Винс. — Дальше оставалось только найти средство передвижения и связаться с другими группами повстанцев, которые, как я знал, были там. В тот день мы потеряли около 75% наших, но наше предупреждение дошло до Крейга до того, как ПОРОК двинулся, чтобы уничтожить и их базовый лагерь. — Появился Винс примерно с 30 людьми, кое-каким снаряжением и оружием, — Крейг утвердительно кивнул и продолжил рассказ об их выживании. — Благодаря их грузовикам и лошадям мы смогли эвакуироваться достаточно быстро, чтобы еще оставалась операция по спасению. Голова Томаса дернулась так быстро, что он что-то сломал. — Лошади? Ты только что сказал, что у тебя есть лошади? — Ты, должно быть, шутишь. Они провели прошедшее время, обмениваясь историями после того, как Ньют и Томас закончили пересказывать столько своего плана, сколько были готовы поделиться, и Томас в основном отключился от разговора. Их две группы смешивались, учились, айсберги теперь открыты для людей, перемещающихся между ними. Первое, что сделал Клинт, это начал делиться запасными флаконами с лекарством, которые были у них под рукой; Томас, Бен и Рианна ежедневно делали пожертвования своей медицинской команде, чтобы их хватило на случай, если случится худшее. Минхо, Галли, Фрайпан, и Зарт все обсуждения оружия и тактики все на привезенные с ними — они даже не попытался спрятать свое облегчение получить доступ к самим оружием более чем копья и ножи, неважно как хорошо они все были с ними. Всем было интересно узнать о сосновых шишках. — Что такого захватывающего в лошадях? — спросил Винс. — Во-первых, как они все еще живы посреди пустыни? — спросила Рейчел. Они с Арисом блуждали некоторое время между тем, как Харриет начала практиковаться с дробовиком, и тем, как лидеры из других лабиринтов, которые были рядом, подробно рассказали, что делать, если план пойдет наперекосяк. — Наша база располагалась рядом с чем-то вроде оазиса. Много зелени, много воды, много ресурсов, — объяснил Крейг. — Единственное, что я могу понять, это то, что когда все пошло ко дну, все стада собрались там, где была вода, и больше никуда не двигались. Вокруг нас было много дикой природы, которая помогала прокормить всех. О, Томас вспомнил оазис и воду. Водопады. Он протянул руку, чтобы похлопать Ньюта по костяшкам пальцев несколько раз, только чтобы получить то же самое в ответ. В один из немногих раз они почувствовали счастье, прежде чем потеряли Мэтта. Прежде чем все снова пошло наперекосяк, они посмеялись над этим. Оглядываясь назад на листву вокруг, он не удивился, что там была настоящая дикая природа. Во всяком случае, до того, как все это заразилось. — Но вы сейчас не там, как они справляются? — Мы, конечно, привезли с собой корм для них, и они привыкли обходиться легкой пищей. Жара невыносимая; мы нашли небольшой ручей в туннеле, где разбили лагерь, и носили для них воду. Было тяжело, но они помогают нам двигаться. Винс пристально смотрел на Томаса, размышляя, и попал в самую точку относительно того, где у Томаса находились мозги. — Держу пари, что ворваться в город верхом было бы чертовски менее устрашающе, чем пешком. Томас кивнул в ответ. — Томми, ты, должно быть, шутишь. Никто из нас никогда раньше не ездил верхом на лошади, ты же не можешь всерьез думать, что мы должны бросаться с ними в бой! — воскликнул Ньют. — Мы могли бы попрактиковаться! — Тем не менее, босс прав. Продолжайте, команда, спускающаяся в яму, сможет добраться туда быстрее, и ей придется меньше сражаться, — сказал Арис. — Они не очень хорошо бегают по песку, так что мы все равно не могли набрать скорость, пока не добрались до самого города, — сказал Крейг. Томас видел, как Ньют ухватился за это ‘мы’; они в деле! Или настолько, насколько они могли быть без явного благословения Винса. — Жара была бы проблемой. Я знаю, вы хотели провести это в дневное время, поэтому вы не будете делать все это снова ночью, но у ночи есть еще несколько преимуществ с лошадьми. Рианна заговорила прямо у них за спиной, и это было все предупреждение, которое он получил, прежде чем Томас почувствовал, как мать всех дурацких ударов обрушилась прямо на его плечо. Он закусил губу в знак протеста и повернулся к ней лицом. Лицо Рианны было каменным, оно ничего не выдавало, а Мэри нигде не было видно. Но Томаса не ударили ножом, поэтому он мог только предполагать, что все прошло хорошо. — Мэри просила передать вам, что она отправилась в ваш лагерь, чтобы сообщить им, чтобы они были готовы выступить в любой момент. Я рассказала ей все, что знала о плане, чтобы они могли подготовиться. Она предполагала, что ты присоединишься к Бэмби и его Хранителю? — все это было адресовано Винсу. Ньют никак не прокомментировал свое новое прозвище, а Томас был слишком занят, с тревогой ожидая ответа Винса, чтобы обидеться на это. — Мы сделаем это. Когда ты сделаешь свой ход? Его сердцебиение отдавалось в ушах, и им овладела паника. Все взгляды обратились к нему, но он не смог. Он просто не смог, когда в последний раз… Он протянул руку и коснулся пальцами запястья Ньюта, позволяя ему взять инициативу в свои руки. Все, кто знал этот жест, были шокированы, не больше, чем сам Ньют. — Томми любимый, это твой план. Ты вложил в него все, я не могу просто… — Когда я в последний раз привело нас в этот город, ты умер. Все пошло не так, каждое решение было слишком много, и ты умер, — Томас глотнул воздух на мгновение. — Слишком многое зависит от этого или от меня, чтобы снова все испортить. Мы ведем вместе, но ты решаешь, когда мы сделаем свой ход. На этот раз я следую твоему примеру. Было тихо. Все, очевидно, подслушивали и уделили этому моменту свое пристальное внимание, взрослые не понимали всего, что происходило, а все остальные могли только высказать свои наилучшие предположения, но затем Ньют кивнул. — Через три ночи. Мы прячемся, мы практикуемся в езде на чертовых лошадях, пусть наши люди узнают друг друга получше. На третью ночь мы нападаем. К его чести, его голос ни разу не дрогнул. Томас никогда не был так горд.