Вечность пахнет страстью

Сет наблюдал за охотниками издалека. Так, чтобы эпистат не смог почувствовать его присутствие. Бог войны не был до конца уверен, что это за человек. Не знал, способен ли главарь охотников почувствовать его с расстояния, поэтому приближаться пока не решался. Рано еще. Нужно больше деталей о нем выведать, чтобы знать, куда бить. И для этого у него есть вовремя появившаяся шезму. Охотники пили, веселились. Напади Сет на них сейчас, они бы вряд ли смогли ему долго противостоять. Настолько беззащитными в этот момент были. Однако ему хотелось действовать тихо, аккуратно. Ведь его стихия — война — это не только про бой и кровь, но и про разведку. Облокотившись плечом на пальму, бог ждал присоединения эпистата к своим подчинённым. Однако мужчина долго засиживался в своем жилище, активно что-то выводя на папирусе. Наверно, писал об удачной поимке шезму. «То же мне. Поймал неопытную девчонку и радуется. Думал, ты выше этого, верховный эпистат», — подумал Сет, скептически закатив глаза. Спустя какое-то время Амен все-таки вышел к другим охотникам и благодарно принял кружку из рук Тизиана, до краев наполненную хеком. Мужчины пили, громко смеялись, пели песни. Некоторые потихоньку начали расходиться по домам из-за количества выпитого, ведь алкоголь лился рекой. Не каждую казнь шезму так отмечали, и вряд ли бы отмечали смерть Дии будь другие обстоятельства. Факт непонятной болезни давил на охотников. Они частично винили в этом себя. Ведь ее причиной считались черномаги, отлавливать которых была их работа. Раз болезнь продолжает распространяться, значит выполняют свое дело плохо. Поэтому, по их мнению, каждая смерть шезму приближала на шаг ближе к победе над проклятой хворью. — Давай, эпистат, выпей еще да побольше, — шептал себе под нос Сет, вперив взгляд в спину Амена. Несмотря на то, что бог находился на довольно большом расстоянии, фигура главаря охотников все равно выглядела массивной. Особенно на фоне других. Его сложно было перепутать с кем-то. К несчастью Сета, верховный эпистат пил медленно, маленькими глотками. Даже сейчас не хотел терять контроль. Вдруг трое из оставшихся в лагере черномагов как-то решат проявить себя. Амен не мог упустить такой подарок судьбы. Он особо не слушал, о чем болтают его подчиненные. Ему куда было приятнее представлять как он ловит Эву, как пытает Рэймсса и как казнит Реммао. Но несмотря на такие размышления, эпистат в большей степени был расслаблен и доволен собой. Вряд ли сегодня ночью его могло что-то побеспокоить. Если у этих шезму остались мозги, то они ночью запрутся и шага не сделают из своего жилища. Сет, умудренный опытом, уже по языку тела понял, что Амен собирался сегодня ночью отдохнуть. Он точно не планировал допоздна засиживаться за свитками и отчетами. Богу войны нравилось как пока разворачивается ситуация. Сегодня прекрасный шанс расплатиться Эве по долгам, а ему узнать — своего врага. — Вот и подходящий момент, шезмочка, — сказал он, прекрасно зная, что она услышит его, как далеко бы ни находилась. И она не сможет ему отказать. Начнет продумывать план действий, чтобы все прошло гладко, наивно полагая, что так поступить было полностью ее решением. Сет понимал, что она не сможет противиться его воле. Особенно сейчас, когда ему так не терпится узнать, кто именно снится верховному эпистату. Примерно через полтора часа Амен все же осушил свою кружку и, попрощавшись с другими охотниками, направился в свою хижину. Сету уже изрядно надоело ждать. Он несколько раз сменил позу и сейчас сидел на песке, облокотившись спиной на ствол дерева. Эпистат в скором времени лег спать, а его подчиненные все чаще начали зевать и тоже отходить на боковую. Они оставили самого молодого, но больше всех рвавшегося на дежурство, охотника. В силу опьянения никто не понял, что он такой же подвыпивший, как и все остальные, и вряд ли сможет внимательно патрулировать территорию поселения. Вдруг Сет увидел чью-то тень, отбрасываемую на стену небольшого дома. Кто-то осторожно крался, внимательно оглядываясь по сторонам. Человек делал это довольно проворно, будто уже не раз прокладывал себе маршрут в опасной местности. Богу не составило труда догадаться кто это. «О, вот и моя шезмочка!» — воодушевился Сет, наблюдая теперь за Эвой с большей внимательностью. После нескольких часов скучного бдения за охотниками, попытки шезму прокрасться незамеченной стали для бога интереснейшим зрелищем. Он наблюдал за каждым ее действием. Уголки его губ немного приподнимались, когда у Эвтиды получалось задуманное: будь то внимательная оценка округи на предмет опасности или успешная кража какой-то вещи со стола эпистата. «А она небезнадежна», — оценивающе подумал мужчина. Занятно следить за человеком, который умеет выполнять свою работу. Особенно богам, которые зачастую так далеки от реальной жизни людей и их проблем. Сет долго странствовал, а потом водоворот событий привел его сюда. Он не хотел с кем-то общаться, сближаться тем более. Он вовсе не представлял, что встретит ту, кем ему уплатили долг. Хотя прекрасно понимал, что рано или поздно их сведет судьба. Когда они случайно познакомились, у него даже сомнений не возникло, что это была именно она. Девушка, которой расплатились ему, богу войны и песчаных бурь. В тот момент он понял, что его странствие возможно придется с кем-то разделить, пусть и ненадолго. Но почему бы и нет? Его это не напрягало. По правде говоря, он даже об этом особо не думал. Подобная мысль была для него слишком малозначительна и никак не относилась к его главной цели — разобраться с тем, что происходит вокруг. А если боги начинают сновать среди людей, то ничего хорошего ждать не остается. Смотря за Эвой, находившейся во сне эпистата, Сет заметил, что девчонка хорошо справляется и, возможно, предчувствие впервые за долгое время его подвело. Он встал в надежде немного прогуляться у воды, прежде чем заглянуть к молодой шезму за новостями. Ему нравилось гулять ночью, когда дневной шум не мешает наслаждаться красотой природы и тишиной. Хоть он и был богом войны, ярости и хаоса — полной противоположностью спокойствия, — за долгие годы своей жизни он научился ценить не только музыку битв и реки крови, но и уединение с умиротворением. Когда-то давно он бы с предубеждением усмехнулся, если ему сказали бы как он начнет ценить тишину. Ведь тогда он упивался насилием, гневом и властью. Ему важно было полное повиновение и абсолютное владение чем или даже кем он захочет. Прошло много лет, он также остался яростным богом войны и хаоса, но к предыдущим методам он прибегал редко или вовсе по-другому добивался желаемого. Раскаивался ли он за свое прошлое? Конечно же нет. Его суть не изменилась, просто предыдущие способы ему наскучили. Хаос не может быть статичным, постоянным. Он всегда видоизменяется, принимает новые вариации и формы. А Сет — его владыка. Сама его суть не могла быть неизменной и последовательной. Мужчина направился к воде, погруженный в свои мысли. Резкий звук вдали вырвал его из раздумий и заставил его обернуться. Не будь у Сета обострено восприятие, то он вряд ли бы услышал. Это был звук захлопывающейся двери. Перед ним предстала картина, где Эва поспешно пытается сбежать в никуда. Затем кто-то прокричал что-то и в поселении началась суматоха. Несколько охотников поспешно выбежали из своих жилищ и присоединились к Амену. В попытках убежать от преследования девушка упала, но быстро среагировала и, поднявшись, побежала дальше. Верила ли она, что сможет сбежать? Нет. Куда ей бежать? Она просто растягивала игру в кошки-мышки, где исход был уже предрешен. — Все-таки я никогда не ошибаюсь, — самодовольно заключил Сет. Оценив ситуацию, бог понял, что девушке нужно отбежать подальше. Охотники смаковали каждый свой шаг и не торопились ее поймать. Просто шли и усмехались. Они даже представить себе не могли, что шезму может куда-то сбежать. Сет проложил примерный вектор движения и увидел небольшую дюну. В его голове сразу созрел план, как спасти Эву, не задействовав свои божественные силы. В противном случае он привлечет к себе много внимания, и не только со стороны людей. Он начал бежать к тому самому песчаному холму, чтобы перехватить девушку там. С нечеловеческой скоростью добравшись до него, Сет лег на песок и укрылся своей накидкой, полностью закрывая и лицо, и тело. Его мантия создала иллюзию, и если бы кто-нибудь посмотрел со стороны, то не смог бы увидеть ничего необычного — только песок. Девушка бежала со всех ног, даже не представляя, что она может так быстро это делать. Песок попадал в сандалии и больно тер кожу, но это было сейчас мелочью. Эвтиде хотелось сделать еще хотя бы пару шагов, пару последних вздохов на свободе. Она не собиралась сдаваться, пока ее не схватят. Хоть это было глупо, ведь ее конец уже был предопределен. Будь она наблюдательницей со стороны, то точно посчитала себя дурой, которой стоит остановиться и принять свою участь. Но перед смертью не надышишься, поэтому она продолжала бежать. Несмотря на ее рвение и использование всех своих физических ресурсов в полную силу, воздуха постепенно становилось все меньше и меньше. Хотелось остановиться и отдышаться, но было нельзя. Слезы проступили на глазах девушки. Неужели все закончится так? Тело от стресса и усталости начало давать осечки — Эва запиналась, но не останавливалась. Впереди девушка заприметила небольшой песчаный холм, и в голове сразу созрела идея. Ей немного оставалось добежать до этой дюны, с другой стороны которой она могла бы скатиться вниз. «Скачусь по ней и останусь там. Отдышусь хотя бы. Смысла бежать дальше все равно нет», — обреченно подумала она. Добежав до вершины дюны, Эвтида на секунду обернулась. Охотники находились в метрах пятнадцати от нее. «Что ж, у меня есть немного времени отдышаться. На свободе…» — сказала себе Эва и скатилась вниз. Песок попадал под мантию и платье, царапая кожу. Будь шезму в другой ситуации, то сразу начала бы дергаться и вертеться от неудобства, однако сейчас ее это совершенно не волновало. Прокатившись пару метров вниз, из песка высунулась рука и резким движением притянула Эву к себе. От неожиданности девушка даже пискнуть не успела. Ее будто затащили в какую-то секретную комнату. Она не могла поверить взаправду ли все происходит. — Совсем без меня не справиться, шезмочка? — прозвучал язвительный голос над ухом Эвтиды, когда ее полностью втянули в странное пространство. — Сет?! — спросила она хрипло от сбившегося дыхания. Эва не могла поверить ни своим глазам, ни ушам. — Собственной персоной! — ухмыльнулся он и прижал девушку ближе к себе, что она уткнулась носом в его шею. В другой ситуации Эва начала бы к нему принюхиваться, в надежде распознать его аромат, но сейчас она даже не подумала это сделать — совсем было не до этого. Мужчина оценивающе посмотрел на нее, проверив полностью ли она находится под его накидкой. Эва лишь сильнее уткнулась в Сета, аккуратно взяв его за предплечье. Слезы бесконтрольно текли из глаз, не останавливаясь, но ни всхлипов, ни рыданий не было — не осталось на них сил. — Тихо-тихо-тихо, — прошептал на ухо мужчина, отчего у Эвтиды по спине пробежались мурашки, и аккуратно приобнял ее за талию. Его прикосновения были такими невесомыми и одновременно такими простыми, но в этот момент для девушки это стало именно тем, чего ей так не хватало — опоры. Если о необходимости предыдущего спасения ее из ибу можно было поспорить, то сейчас Эве нечего было сказать. Если бы не Сет, охотники бы скоро тащили ее под локти в поселение. — Ты же не хочешь, чтобы нас нашли? В ответ девушка немного качнула головой в сторону, показывая отрицание, и продолжила бесшумно плакать. Она не оставляла попыток успокоиться. Эва не была плаксой, но сейчас ей требовались огромные усилия, чтобы слезы перестали бесконтрольно катиться из глаз. Ей не хотелось показаться перед Сетом слабачкой. Объяснить причину этого желания девушка не могла, ей просто хотелось, чтобы с ней считались и не думали о ней, как о размазне. Только вот богу сейчас было абсолютно не до ее слез. Ему было все равно, что она делает, главное — не создает лишних звуков. Не хотелось использовать свои силы и выдавать себя заранее. Сет даже не собирался говорить Эве, что в случае их обнаружения, он похоронил бы охотников глубоко под песками. Молодой шезму знать об этом было совершенно необязательно. — Куда она делась? — прозвучало откуда-то сверху. — Ищите! Она не могла далеко убежать, — грубо раздался голос эпистата, словно пасмурное небо прорезало молнией. Услышав его голос, Эва резко перестала плакать. Ей до жути было страшно. Боялась, что он услышит даже случайный тихий всхлип. Чувство ее страха было настолько всеобъемлющим и в то же время абсурдным, что она сильнее вжалась в Сета — в бога, который мог за пару секунд уничтожить всех мужчин. Рядом с ним ей точно нечего было бояться, но ужас, который внушал ей Амен не прошел. Пока что не прошел. — Непонятно, куда убежала, — подал голос еще один охотник, — следов совсем не видно. Они не могли так быстро пропасть: ветра толком нет. Будто сквозь землю провалилась. Верховный эпистат задумался. Неужели у черномагов появились новые способы исчезновения? Вряд ли. Он бы об этом уже давно знал. Не могла молодая, не закончившая свое обучение, шезму испариться в воздухе. Такое под силу даже не всем богам. — Проворная, — заключил Амен, добавив: — Вас трое. Пойдите в три разные стороны и отыщите мне ее. Она не могла пропасть. Я вернусь в поселение и прикажу седлать лошадей. Прискачем к вам на помощь. Далеко не убежит. Эпистат развернулся и пошел обратно. Для него было непонятно, как практически выдохшаяся от бега по песку и страха девушка смогла куда-то пропасть. На его опыте такого ни разу не было. Тут либо ей кто-то помог, либо она не была человеком. Если в первый вариант Амен мог хоть как-то поверить. Более того, он даже представлял, кто именно мог ей помочь — мужчина в длинной мантии, убивший Ёрана. Только кем он был, эпистат пока понять не мог, теряясь в догадках. Ясно было одно: это очень могущественный человек, если человек вообще. Но вторая версия, что Эва является богиней, просто его смешила и пришла в голову только из-за безысходности ситуации. Конечно, боги нередко ведут себя противоречиво и странно, но точно не так глупо и по-детски. К тому же, от нее не исходило никакой необычной ауры. Эпистат часто находился с ней рядом. Точно за это время заметил бы. Хотя, кто этих богов знает… Притворяться они очень хорошо умеют.

***

Сет и Эвтида пролежали под волшебной мантией несколько часов. Охотники время от времени шныряли поблизости и, каким-то магическим для Эвы способом, ни разу на них не наступили. Один раз к ним подошли очень близко, но развернулись в паре сантиметров и прошли мимо. «Наверно, это их Сет как-то отваживает», — сделала такой вывод девушка. Она уже давно поняла, что рядом с богом войны ничего не случается просто так. Всему всегда нужно искать объяснение, которое с огромной вероятностью будет иметь какое-то мистическое, божественное происхождение. Начало светать. В Фивах рассветы были поистине волшебными. Солнце, взошедшее над горизонтом, золотым светом озаряло все вокруг и отражалось в спокойных водах Нила. Это был свет, дарящий надежду, которая была так необходима Эве сейчас. Пусть девушка и скучала по спокойным временам в Гермополе, она не могла отрицать, что восходы и закаты были здесь куда более красочны. При восходе солнца, небеса стали полотном, на котором играли все оттенки пурпурного, золотого и оранжевого, создавая шедевр, достойный искусного художника. Сету уже надоело лежать. Особенно его угнетала необходимость хранить молчание. Он не был слишком разговорчив, но молчать несколько часов просто ради того, чтобы их не раскрыли, было не столько тяжело для него, сколько унизительно. Будто он боится эпистата и его щенков. Для бога войны и песчаных бурь было несложно похоронить всех охотников под песками и пойти с Эвой навстречу рассвету. Однако ситуация была непростая и нужно было действовать аккуратно и незаметно. Хотя бы ему, раз у шезму не получилось действовать скрытно. Но Сет не винил ее. Понимал, что, скорее всего, произошло что-то в сновидении эпистата, и ему жутко хотелось узнать что именно. Он распахнул свою мантию и стал медленно подниматься, осматриваясь. Охотников пока не было поблизости. Эва поняла, насколько его накидка огромна, хоть и выглядит на нем уместно. До этого она не обращала на это внимания. Теперь же ей казалось, что Сет на себе носит огромную простыню. Бог подал ей руку и помог встать. Попавший в одежду девушке песок доставлял неприятные ощущения. Эва попыталась вытряхнуть его, немного подпрыгивая. Не очень помогло. Бог все это время с интересом наблюдал за ней. «Чуднáя», — подумал Сет. — Спасибо, что снова спас, — начала Эвтида, отряхивая свою черную накидку. Почти сразу она поняла, что эта затея бесполезна. Вещи нужно было стирать, а самой девушке — помыться. Только так она сможет избавиться от песка, — и прости, что так вышло. — «Прости, что так вышло»? Что ты имеешь в виду? — удивился Сет. Почему-то в этот момент он подумал, что ничего полезного она не узнала. Его на секунду кольнуло чувство разочарования. — С охотниками, с эпистатом, — шезму начала перечислять. — Не думала, что так все обернется. Начиналось все спокойно. Думала, что узнаю все и тихо уйду. — Так ты узнала, что мне было нужно? — спросил бог. — Да, — кивнула Эва. — Думаю, да. — И замечательно. Значит, не зря тебя спасал, — ухмыльнулся Сет. Осмотревшись вокруг, он продолжил: — Снимай свою мантию. В город пойдем. Там найдем тихое место и поговорим. Сейчас не время для разговоров. — В город? Тихое место? Там же сейчас опасно, господин. — Опасно, — мужчина согласился. — Но разве не ты хотела узнать, что случилось с тем утопленником? Хочу дать тебе возможность узнать самой. — Хотела, конечно. Только охотники там будут. Вдруг попадемся. — Пока ты со мной, не попадемся. Очень они предсказуемые, — недовольно парировал Сет. Его начало немного раздражать, что они тратят драгоценное время. — Давай, без лишних пререканий, Эва. Снимай мантию и пошли в город. Или ты хочешь попасться охотникам здесь? Эвтида поняла, говорить что-то еще бесполезно, как и просить его отвернуться, пока она стягивает с себя мантию черномага. Благо, в этот раз она надела накидку на платье, поэтому разворачиваться мужчине было не нужно. Девушка немного нагнулась, чтобы подхватить полы своей накидки и потянуть наверх. — Что, даже не попросишь меня отвернуться? — с усмешкой спросил Сет. — А ты бы отвернулся? — Нет. Эва немного дернула плечами, как бы отвечая, что именно поэтому она и не потребовала это сделать. Бог удовлетворенно улыбнулся и сказал: — Умница. Быстро схватываешь. Сняв с себя мантию, девушка увидела, что у нее порвалась лямка платья. Бусины, из которых она была сделана, почти все разлетелись и безвозвратно потерялись. Видимо порвала, когда вставала после падения. Прижала коленом ткань платья, а сама вытянулась, чтобы встать — вот и тоненькая лямка из бусин не выдержала натяжения. — Исфет! — выругалась девушка, осматривая испорченный элемент одежды. Его после такого либо ткачихе нести, которая осталась в поселении, полном охотников, либо выкидывать. Сама шить Эва особо не умела, а такие мелкие детали и подавно. Теперь ей придется постоянно его поддерживать, если не хочет, чтобы ее грудь увидели. Сет заметил причину ее негодования. Обидно, симпатичное платьишко было. — В городе новое купим, — сказал он, понимая, что такая вещь уже не для носки и, тем более, не для бега, если им придется вдруг скрываться от охотников. — Конечно, купим! У меня все, чем я могла бы расплатиться, в поселении осталось! — раздраженно прыснула Эва. Рассмеявшись, бог сказал: — Ты думаешь, я оставлю свою шезмочку в рванье? «Своя шезмочка». Он сказал эти слова властно, но при этом мягко, как нечто само собой разумеющееся. У него была абсолютная уверенность в том, что она принадлежит ему и никуда не убежит. В чём-то Сет был определенно прав — бежать ей было некуда. Особенно теперь. — Я потом верну, — сказала Эва. Она абсолютно не зная, как и чем она это сделает. — Конечно вернешь, только монеты твои мне не нужны. — А что тогда вам нужно, господин? — с опаской спросила девушка. — Придумаю, — Сет ответил совершенно без пошлости и намека на то, в чем у девушки совсем не было опыта. Он даже не посмотрел в ее сторону. Эва не поняла: обрадовал ее этот ответ или нет. Однако от его сухой реплики чувство разочарования немного кольнуло ее сердце. Объяснить свою реакцию девушка не могла, поэтому предпочла просто не думать об этом. Между тем, мужчина продолжил: — А теперь пойдем, пока снова охотники не нагрянули. Они двинулись в город. Идти от поселения было недолго, но в силу того, что им нужно было быть бдительными и стараться не попасться охотникам, Эва и Сет сделали крюк, чтобы зайти в город с западной стороны. Меры по проходу в город ужесточились из-за болезни, всех стали дотошнее проверять. Однако человеческие законы Сету были не писаны, ему было все равно как пройти в город, главное пройти. Выставив руку перед Эвтидой, чтобы остановить ее, бог осмотрелся. — Дойдем до дальних ворот. Там как раз по времени у дозорных должна быть пересменка. В этот момент мы и проникнем в город. Девушка кивнула. Откуда он был в курсе о пересменке охраны, Эва не знала и точно не хотела этим забивать голову. Пусть ведет, раз знает. Вряд ли бы она смогла придумать план получше. Ее все еще время от времени потряхивало от произошедшего. А ведь она правда думала, что ей конец. Авантюра была очень опасная, и практика показала, что она не смогла бы закончиться хорошо. Если бы не бог, то она бы уже давно сидела в темнице в ожидании пыток. «А вообще, если бы не Сет, мне бы не пришлось выполнять это дурацкое поручение!» — раздраженно подумала Эва. Ее компаньон будто услышал ее мысли. Он повернулся к ней и, усмехнувшись, сказал: — Что свое прекрасное личико сморщила? Тебе не идет дуться. «Он что, мысли еще читать умеет?!» — отвела взгляд девушка, ничего не ответив. Спустя некоторое время они подобрались к нужному входу. Держались на расстоянии, перемешавшись со снующими туда-сюда людьми из близлежащих поселений. Никто из стоявших на дежурстве даже не посмотрел. Они вообще мало на кого обращали внимание, сильно зевали и валились с ног. Один вообще облокотился плечом на стену и время от времени дремал. Тяжело было стоять после ночной. Немного погодя, второй пихнул локтем уснувшего собрата и махнул головой в сторону города. Это могло обозначать только одно — пересменка. Мужчины развернулись и вскоре растворились в городе. Сет резко потянул Эву за руку и быстро направился в сторону оставленных без присмотра ворот. Многие сразу захотели воспользоваться возможностью забежать в город. Однако много кого потом бы вышвырнули, если у них не получилось бы спрятаться от меджаев. Бог ловко лавировал между людьми, словно змея. Он был высоким, но это никак не умаляло его проворность и изворотливость. Девушка просто послушно поспевала за ним. Попав в город, мужчина быстро свернул направо, чтобы спрятаться между домами. Удостоверившись, что их никто не преследует, он сказал Эвтиде: — Пройдешь сейчас прямо и потом свернешь у следующего дома направо. Там будет улица с несколькими торговцами. Найдешь себе одежду там. Мне нужно ненадолго тебя покинуть. — А ты куда пойдешь? — испуганно спросила Эва. Ей совсем не хотелось оставаться одной. Она помнила, что вчера говорила Агния: Амен хочет отправить нескольких охотников в город. Они бы без труда узнали ее. — Мне нужно кое-что сделать, после вернусь к тебе. Не переживай, Эва, это ненадолго. Не брошу тебя, — успокоил ее Сет. — И отдай мне сумку. Вдруг кто-то любопытный взглянуть туда захочет. Мужчина, не дождавшись ее ответа, взял сумку и повесил себе на плечо, прикрыв своей накидкой. Эва резко встрепенулась. Ручка сумки служила ей своеобразной заменой лямки, придерживая отходящую часть платья. Быстро среагировав, девушка прижала к плечу отходящий кусочек ткани, чтобы Сет не увидел ничего лишнего. Эвтида натянула платье повыше и перекинула волосы на место порванной лямки. К счастью, ее волосы были длинные и пышные, и могли скрыть испорченную деталь. Бог внимательно наблюдал за ее действиями. Заметив пристальный взгляд Сета и его ухмылку, щеки Эвы окрасились легким румянцем, а сама она смущенно отвела взгляд вниз. Ее стеснительность казалась ему забавной и абсолютно несоответствующей девушке ее возраста. Во взгляде бога было что-то пугающее и при этом очень притягательное. Сложно было не засмущаться, тем более неопытной в деле соблазнения Неферут. — Иди, шезмочка, выбирай наряд. Я скоро подойду, — вкрадчиво и с ухмылкой сказал Сет, подталкивая ее в нужную сторону. Эвтида, неловко кивнув, поспешила ретироваться. Уж больно эта ситуация была для нее волнительной. И тут загвоздка была не столько в порванном платье, сколько в мужчине с его пронзающим и лукавым взглядом. «Так, вроде сейчас нужно идти прямо. Потом у следующего дома направо», — пыталась отвлечься шезму от произошедшей неловкости, прокручивая в голове маршрут к лавке одежды. Свернув у нужного строения направо, Эва увидела небольшой закуток, где была вывешена одежда. Издалека наряды уже казались качественными, что не могло не обрадовать. Посильнее взлохматив волосы на месте порванной лямки, девушка подошла поближе к лавке и поздоровалась с торговкой. Ей оказалась милая женщина в возрасте с легкой сединой в каштановых волосах. Она добродушно улыбнулась новой клиентке, сразу оценив ее внешнюю привлекательность и платье, в которое Эва была одета. Торговка даже не заметила порванной лямки, но обратила внимание на хорошее качество ткани. Смекнув, что молодая девушка любит баловать себя вещами из добротных материалов, решила показать ей платья подороже. Когда женщина принесла несколько вариантов, взгляд Эвтиды упал на красный раздельный наряд, состоящий из длинной юбки с высоким разрезом и укороченного верха с пышными полупрозрачными рукавами и украшенным золотыми узорами вырезом. Девушка давно хотела себе купить что-то красное, но то фасон не нравился, то оттенок, а сейчас ее устроило и то, и другое. «Дорогое, наверно», — подумала Эва. — «Ладно, все равно Сет пока не пришел. Примерю просто». Девушка указала торговке на красный наряд и простенькое коричневое платье, которое увидела, быстро пробежавшись глазами по прочим товарам. — Конечно, красавица. Бери, проходи мерить, — торговка рукой указала на угол ее лавки, занавешенный тканью. Эва взяла наряды и направилась туда, куда ей показала хозяйка, попутно оценив, что дела идут у женщины хорошо, хоть лавка и не очень большая. Много красивой одежды на любой вкус и доход. Занавесив за собой шторку, шезму принялась переодеваться. На теле еще оставался песок, как и в волосах. Эва снова попыталась немного вытрясти из волос оставшиеся песчинки. Безрезультатно. В этом деле ей поможет только мытье головы, которое ближайшее время ей точно не светит. Примерив на себя красный наряд, девушке не захотелось его снимать. Она с восхищением рассматривала себя в бронзовое зеркало — показатель неплохого дохода владелицы лавки. — Надень, — раздался властный шепот. Через ткань занавески пролезла рука, протягивая какой-то кусок из темно-синей ткани. Девушке не составило труда понять, что это был Сет. Эва аккуратно забрала сложенную ткань из рук мужчины. «На ощупь приятная, дорогая, видно. Интересно, что там?» — подумала девушка и развернула сложенный кусочек полотна. Там лежало красивое золотое кольцо в форме змеи, проглатывающей свой хвост. На месте глаз у нее красовалось по маленькому красному опалу. Эва опешила: — «Обручальное кольцо?!» — Быстрее, дорогая, — подал голос из-за занавески Сет. По интонации стало ясно, что он почувствовал замешательство Эвтиды. Девушка решила оставить все вопросы на потом. Раз дал кольцо, значит у него есть какой-то план. Сейчас нужно было быстро разобраться с одеждой и спрятаться в каком-нибудь безопасном месте. Надев согласно традициям кольцо на безымянный палец левой руки, Эва отодвинула шторку и многозначительно посмотрела на Сета. Она совсем не понимала, что происходит, и это ее пугало. Сделал ли он это потому, что она ему была обещана или здесь какая-то другая причина? Она на секунду перевела взгляд на руку, где красовалось обручальное кольцо, и с легким испугом осознала с какой непосредственностью его надела. Ей было непонятно: хотела ли она по своей воле надеть украшение или сделала это под полностью обволакивающим влиянием Сета. «Его власть надо мной так велика, что я без особых раздумий делаю такие вещи?..» — задумалась девушка. — Ну хороша, — протянул новоиспеченный муж, оценивая Эвтиду с головы до ног. Эва бросила быстрый взгляд на его левую руку. На безымянном пальце красовалось такое же кольцо только потолще. — У вас очень красивая жена, господин, — заметила торговка. — Знаю-знаю, — удовлетворенно ухмыльнулся Сет, и перевел взгляд на женщину. Он сначала подумал запугать ее, чтобы она просто отдала наряд, но в последний момент передумал. — «Напугается, еще всем расскажет», — подумал он. Поэтому достал из-за пояса мешочек и отсыпал часть монет, обратившись после к Эве: — Пойдем. Глаза женщины сначала округлились от пробирающего до костей взгляда мужчины. Почему он так на нее посмотрел, она не знала. Интересно, насколько бы она испугалась, увидев его красные глаза? Затем торговка была шокирована количеством монет. Красный наряд хоть и был недешевым, но все равно стоил в два раза меньше. Она не успела ничего сказать, а странная пара уже скрылась из виду. — Что это было?! — начала Эва, нахмурившись. — И это твоя благодарность за новый наряд, женушка? — ухмыльнулся Сет, выгнув бровь. Он сделал акцент на последнем слове. Ему хотелось увидеть растерянное и недовольное личико девушки. Уж больно мило она злилась. — Я что, теперь твоя жена? Это было предложение? — растерянно спросила Эвтида и, не выдержав его пронзительного взгляда, посмотрела куда-то в сторону. — Хочешь женой моей стать, шезмочка? — вкрадчиво прошептал ей на ухо Сет, отчего спина девушки предательски покрылась мурашками. Эва совсем потеряла тот боевой задор, с которым задавала первый вопрос. Мужчина продолжил, рассмеявшись: — Ты правда думала, что если я тебе и сделаю предложение, как своей возлюбленной, то это будет за занавесками торговой лавки? Такого плохого обо мне мнения? Девушке стало неловко, но всегда, когда ее загоняли в угол, она начинала защищаться. — Вот именно, что нет, господин, — Эва решила ответить в игривой манере ее собеседника. — Поэтому и удивляюсь, что это вообще было тогда? Сет внимательно посмотрел ей в глаза и, поймав ее взгляд, рассмеялся. До этого Эва никогда не обращала внимания на его смех. Иногда даже думала, что смеяться просто ему несвойственно. Максимум, на что способен бог, так это ухмыляться и язвить. Сейчас его смех стал для нее приятным открытием. Он был низким, мелодичным, тягучим и оставлял после себя теплое, немного острое послевкусие. — Тебе нужно где-то залечь на дно, а мне с тобой спокойно поговорить. Тут не место. Много лишних ушей, — серьезно заговорил Сет, — в центре города есть довольно благоустроенный и большой постоялый двор. Там и остановимся. Представимся супругами — подозрений меньше будет. Этот эпистат точно не остановится, пока не найдет тебя. Начнет искать с окраин, а в центр, где побогаче, вряд ли пойдет. Шезму редко выбирают богатые районы, чтобы спрятаться. Эвтида оценила план. Оставалось только накинуть на него пару деталей для правдивости. Зная фантазию и хитрость девушки, с этим проблем не было бы. Назовет другое имя, придумает какую-то пресловутую историю любви, притянет за уши причину приезда в город с непонятной болезнью — и новая биография готова. Многие шезму жили, постоянно придумывая себе новую предысторию. Вот и ее черед настал. Погрузившись в свои мысли, девушка совсем перестала обращать внимание на окружающую ее действительность. Она просто шла за Сетом, который вел ее витиеватыми путями, чтобы не привлекать лишнего внимания. Однако остаться незамеченными им было сложно: широкоплечий высокий мужчина в мантии с накинутым капюшоном и ярко одетая девушка, идущая походкой от бедра. Такая эффектная пара не могла остаться без внимания. Из омута мыслей Эву вырвало неожиданное столкновение с каким-то мужчиной. Поймав равновесие, девушка разглядела его получше. Это был какой-то пьяница, еле державшийся на ногах. Он пробежался по ней липким оценивающим взглядом. — Какая… кра…сивая Не-фе-рут… — с трудом сказал он, борясь с икотой. — Почему одна?.. Не успел пьяница сказать что-то еще, как его перебили. Грозный голос раздался за его спиной. — Не одна, — сказал Сет, нависнув над пьяницей. Его выражение лица было враждебным. Он ждал, когда мужчина, столкнувшийся с Эвой, повернется. Тот это и сделал, испытывая огромное моральное давление. Глаза бога стали огненно-красными и он продолжил: — Беги отсюда, если жизнь дорога. Считаю до трех. Раз… Пьяница, сильно испугавшись, моментально дал деру. Бежал, спотыкался, но не оборачивался — умирать не хотелось, ведь еще не все вино в Фивах выпито. Сет даже не посмотрел ему в след. Что ему вообще смотреть на такое ничтожество? Вместо этого он сказал Эве: — Возьми меня за руку. Так, может, внимательнее будешь. Эвтида послушалась и встала от него с правой стороны. Взяла его под руку, подтянув немного наверх левый рукав своего наряда, чтобы ничего не стесняло ее движений. Пока поправляла одежду, взгляд ее зацепился за кольцо. Она снова начала его рассматривать. Каждая чешуйка змейки была аккуратно вырезана. Над этим творением точно трудился какой-то искусный ювелир. — Нравится? — спросил Сет. — Очень. Делал его точно настоящий знаток своего дела, — ответила Эва, продолжая любоваться временным подарком. — Дорогое, наверно… — Творение ювелиров Птаха. Все, что они делают, изыскано и прекрасно. Оставь себе, если хочешь. Девушка посмотрела на Сета круглыми глазами. Он подарил ей кольцо, сделанное карликами самого Птаха, покровителя мастеров и ремесленников. Оставить, конечно же, хотелось. Это была драгоценность, которую она вряд ли еще раз увидит и, тем более получит, в своей жизни. Однако быть должной не хотелось. Девушка думала, что ей непременно придется как-то выплачивать очередной долг. — Знаешь, — начала Эва, но Сет ее перебил. — Если ты думаешь, что я заставлю тебя как-то расплачиваться за него, выполняя мои просьбы, то сильно ошибаешься. Я разве не могу просто так сделать подарок своей шезмочке? — вкрадчиво сказав это с его особой усмешкой, бог выгнул бровь и посмотрел Эве в глаза. — Не называй меня так! — насупилась девушка. — Почему? Я что-то неправильно сказал? Эва ничего не ответила — не смогла ничего придумать. Она ведь правда была его. Ее очень это угнетало. Сет, конечно, особо не перегибал. По крайней мере, пока что. Самой сути Эвтиды было противно кому-то принадлежать. Но единственное, что ей оставалось, это проклинать мать, что дала ей такое имя. Точнее вступила в какую-то сделку с Сетом, уплатив за это живым человеком — своим ребенком. Через пару минут они пришли в тот самый постоялый двор, про который говорил ее спутник. Уже с улицы место вызывало восхищение. Сразу было видно, что здесь останавливался не каждый приезжий, а только тот, у кого при себе был тяжелый мешочек монет. Это было длинное двухэтажное здание, зайдя внутрь которого, взор Эвы сразу зацепился за расписные квадратные колонны. Они были небольшими по сравнению с храмовыми, но всем своим видом показывали, что ничем не хуже своих собратьев повыше. Парадная зала была заставлена цветами и красивыми вазами. На полу лежала дорогая плитка из качественно ограненного камня. В конце комнаты стоял большой стол, за которым сидела статная женщина с пышными формами в дорогом бордовом платье. Ее тугие черные кудри царски ниспадали на плечи. Она выглядела так величественно, что ни морщинки, ни небольшая седина не умаляли ее красоту. По ней было видно, что с каждым годом она раскрывалась только сильнее как дорогое вино. Рядом с ней стояла очень на нее похожая молодая девушка в красном платье с черными вставками на талии. Любой сразу бы понял, что это мать и дочь. Женщина что-то объясняла своему ребенку, параллельно выводя иероглифы на папирусе, листами которого был закидан весь стол на пару с множеством свитков. Главная комната была не такой уж большой, но из-за монументальности ее убранств и видных женщин пространство вокруг казалось внушительным. — Доброго утра! — тепло улыбнулась женщина, — Комнатку снять хотите? Сет начал говорить, очаровательно улыбаясь попеременно то матери, то дочери. Эва даже его не узнала сначала. — Доброго! — учтиво поздоровался он. — Мы с моей супругой приехали из Карнака навестить ее родителей, но они захворали. Болезнь какая-то у вас тут непонятная ходит. Не обошла она стороной и наших родственников. Поэтому пока они не поправятся, хотим остановиться у вас. У вас же есть свободные комнаты? Закончив свою реплику, он из-под накидки вытащил увесистый мешок с деньгами и кинул на стол. Оценив увесистость мешка, мать с дочерью многозначительно переглянулись. Первая взяла свиток, лежавший на краю стола, и попросила назвать имена. Кем приходятся друг другу спрашивать не стала, они ей уже все сообщили, а заметив кольцо на руке Эвтиды, она только убедилась сказанном. Шезму до сих пор держала под руку Сета, отчего заметить украшение было несложно. — Меня зовут Кеймнизет, а мою прекрасную супругу — Мескэнет. — Темный царь и его судьба. Как мило, — прокомментировала дочь управляющей постоялого двора. Бог в ответ ей широко улыбнулся. Эве сразу стало понятно, что натура она тонкая и романтичная, раз так хорошо в значениях разбирается. А выбор имен вызвал лишь улыбку. Она не ожидала чего-то простого от Сета. — Прекрасно, — сказала женщина, записав имена. — Меня зовут Уосерит, я хозяйка этого прекрасного места. После смерти мужа взяла все управление в свои руки. А это моя дочь — Шерити. Она проводит вас в вашу комнату. Уосерит подошла к большому шкафу. Открыв его, она пару секунд постояла, выбирая что-то на полке. Эва не видела, что женщина там делает, потому что дверь шкафа перекрывала ей обзор. — Вот этот, — заключила хозяйка и взяла какой-то предмет. Через секунду Эвтида увидела, что это был ключ. Он был сделан из дерева, но зазубрины были из какого-то металла. Шезму не смогла распознать из какого именно — она в этом не разбиралась. Однако поняла, что дела у этого постоялого двора идут довольно хорошо, если они себе могут позволить и двери на замках, и дорогое убранство. Шерити взяла ключ из рук матери и пригласила новоприбывших гостей проследовать за ней. Немного поодаль с правой стороны от стола, за которым сидела хозяйка заведения, был проход в другие комнаты. Эва внимательно и с интересом все осматривала. Она никогда прежде не бывала в таких местах. Все было чисто и со вкусом украшено. Хозяйская дочка начала рассказывать про их заведение. Оказалось, что на первом этаже комнат для гостей нет. — За этой дверью будет проход в баню, а за этой — столовая, — поясняла Шерити, — дальняя дверь приведет вас в конюшню. Комнаты расположены на втором этаже. А вот лестница, ведущая к ним. Лестница находилась слева от трех дверей. Поднявшись по ней, хозяйская дочка прошла в конец коридора и открыла дальнюю дверь, впустив гостей. Перед Эвой открылась довольно просторная, чистая и хорошо украшенная комната. Она состояла из двух частей, разделенных небольшой перегородкой. В первой половине помещения справа от двери стоял большой стол, окруженный четырьмя стульями; напротив, у окон, находились продолговатые тумбы, на которых были расставлены статуэтки богов. А во второй части комнаты, за ширмой, располагалась огромная кровать. Эва сразу представила, как будет спать на ней, вытянув руки и ноги в разные стороны. Мысль была настолько приятная, что шезму начало немного клонить в сон. — Вас все устраивает? — уточнила Шерити. — Да! — резко ответила Эва, сама не ожидая от себя такой реакции. Сет на это лишь усмехнулся. — Тогда хорошего отдыха, — улыбнулась девушка и оставила гостей наедине, закрыв за собой дверь. Прежде чем уйти, она положила ключ от комнаты на стол. Мужчина сразу скинул сумку Эвы на ближайший стул. Подойдя к окну, Сет оценил ситуацию в городе — в центре спокойно. По крайней мере, пока. Затем он повернулся к девушке и спросил: — И что же произошло во сне эпистата? Эва пересказала все от начала до конца, стараясь не упустить ни малейшей детали. Пока она рассказывала, Сет внимательно слушал, а после спросил ее предположения о том, кто это мог быть. По лицу бога девушка сразу поняла, что он знает того, с кем разговаривал Амен. Ему просто было интересно проверить догадливость девушки. «Уаджет на Амене, светящийся как солнце кто-то… Охота была создана для борьбы с Сетом и его приспешниками… Только один бог мог приложить свою руку к подобному», — задумалась Эва, вспоминая различные факты. Теперь у нее для этого время было, — «Светящийся как солнце! Так, он предупреждал эпистата о каком-то могущественном враге у него по близости». Не до конца собравшись с мыслями, но полностью доверяя своей интуиции, Эвтида выпалила: — Гор! Это был Гор! Он предупреждал Амена насчет тебя. — Сообразительная, — протянул Сет, улыбаясь. Эва улыбнулась. Приятно было слышать похвалу. Особенно, когда она думала, что не справилась, ведь ее обнаружили. Девушка была очень требовательна к себе. Насчет этого даже строгий Реммао делал ей замечания, прося быть к себе лояльнее. Но молодая шезму никогда его не слушала, продолжая поднимать свою планку требований все выше и выше. Она считала, что будучи черномагом не стоит расслабляться. Однако иногда все-таки давала себе поблажки. Например, решив попить пива с Рэймссом в библиотеке, а не тренировать свои навыки письма. Конечно, потом это аукнулось, но сейчас вспоминала девушка об этом с теплотой. «Интересно, как там Рэйм?» — задумалась Эва. — «Вряд ли хорошо. Они либо убежали, либо их с братом схватили. Скорее всего, второе. Молодец, Эвтида, повела себя как истинный черномаг. Подставила друзей. Хотя, ты просто выполняла задание Сета, которому никак не могла противиться…» — Насчет того утопленника, — начал Сет, вырвав девушку из ее переживаний. — Завтра пойдем в дом Анубиса. Спросишь у него все, что захочется, а я заодно посмотрю как ты с мертвыми работаешь. Уж больно интересно. — Почему не сегодня? — оживилась Эва. Она боялась, что завтра, если не сегодня, лекари или охотники могут куда-то унести тело друга из ибу, и причина его смерти навсегда останется покрытой тайной. — Завтра может быть слишком поздно! Мне нужно сегодня, господин. Сама пойду, если не сможешь туда меня повести! Сет закатил глаза. Не любил, когда его не слушаются, а эта девчонка нередко этим грешила. Он понять не мог: отважная она или слабоумная. Хотя, вроде, неглупая, смекалистая. И как только эпистат не повесил ее хотя бы за упрямство?.. — То молчит, словно немая, то спорит и шумит, словно петух. То рвется куда-то, сломя голову, то стоит, словно умалишенная, — раздраженно вздохнул мужчина, потерев переносицу. — Ужас! Хаос, а не девушка! — саркастично подыграла ему Эвтида, демонстративно скрестив руки на груди. — Хаос, а не девушка, — повторил за ней Сет. Только медленно, вдумчиво, будто пробуя каждое слово на вкус. Ему понравилось это сравнение. Он посмотрел на нее по-другому, не так, как раньше. А ведь в ней правда есть что-то от него — от хаоса. И почему он не заметил этого раньше? Неужели Сет сдает позиции? Эва стояла перед ним, словно львица, готовая напасть. Руки скрещенные на груди, взгляд исподлобья, опора на одну ногу и отведенная немного в сторону другая. Она готова была порвать любого, чтобы узнать о причине смерти названого брата. Сет смотрел с ухмылкой и хорошо скрываемым восхищением. Если бы перед ней был простой человек, равный ей, она бы точно запустила в него первое, что попалось под руку. Мужчина на секунду представил такую ситуацию, и это заставило его улыбнуться. Ей очень шел новый наряд. Цвет демонстрировал ее характер. Горячая, своенравная натура. Это одновременно раздражало его и привлекало. — Эме, — протянул Сет, подавшись ей навстречу. Он понял, что просто осадить ее не получится — лишь заупрямится сильнее. Надо было действовать по-другому. Бог даже представить не мог, что ему на голову свалится такая упрямая девчонка. На секунду у него в голове пробежала мысль, что Эва ему была послана в назидание за его прошлые грехи. Вот теперь и огребает, носясь с ней как курица с яйцом. Сколько ему было отдано невинных душ в долг, и ни одна не была такой языкастой. Повиновение Эвтиды граничило с ее волей, о которой она никогда не забывала заявить. Сет это понял еще при их первой встрече. Однако настолько буйной она была впервые. Девушка не шелохнулась. Бог надвигался на нее медленным, но уверенным шагом. Быстро осмотрев ее с ног до головы, зацепился взглядом за отставленную в бок тонкую ножку, вид на которую открывал высокий разрез на юбке. Затем перевел взгляд выше, на узкую талию, а после — на ключицы и изящную шею. Взгляд Эвы не изменился, когда к ней подошли вплотную. Она всего лишь вскинула подбородок, чтобы взглянуть Сету прямо в глаза. Рубиновый, прожигающий насквозь взгляд встретился с ее — орехово-зеленым, боевым, мятежным. Эвтида понимала, что может получить за это. Сет не будет церемониться с ней как Амен. Но терять ей особо было нечего. Во всяком случае, она так думала. Чувство самосохранения отступило на второй план. То ли из-за насыщенного дня, чрезмерно возбудив ее рассудок, то ли от пустоты и одиночества после смерти Исмана, что до сих пор висели тяжким грузом у нее на душе. — Эме, — повторил Сет, приподняв ее подбородок рукой. Прикосновение было аккуратным и даже нежным, что сильно контрастировало с его натурой и, в особенности, со взглядом. — Умереть хочешь? Не хватило сегодня? Ждать они там будут. Рвешься к зверю в пасть. — Попадусь значит, но сначала узнаю, что с Исманом произошло. — Не успеешь. Поймают, — Сет аккуратно провел большим пальцем по женской щеке, не смягчая взгляд. — Тебе-то какая разница? Будто так беспокоишься о моей судьбе? — прыснула Эва. — Беспокоюсь. — Завтра его Ка может оказаться недоступной или его вовсе куда-то могут унести. Как ты не понимаешь? — не унималась девушка. — Не должны. Либо я расскажу, что с ним случилось. Я знаю. Хотел, чтобы сама сначала попробовала узнать, — раздраженно признался Сет. Она делала все, чтобы он выдал ей свой план, о котором ему не хотелось говорить. Эва опешила. И почему он не может ей сказать сейчас? Девушке морально тяжело было бы разговаривать с мёртвым другом, какие ни были бы у нее хорошие навыки некромантии. — Так скажи сейчас. — А упертости тебе не занимать, шезмочка. Сказал, что все будет завтра, значит так и будет, — мужчина отстранился от нее, сделав шаг назад. — Ты это сделал? Скажи честно, ты это сделал? Иначе я не понимаю, почему ты не хочешь сказать сейчас? — пропустив его слова мимо ушей, яростно продолжала Эва. — Нет, не я, — ответил Сет. Его чаша терпения была переполнена и вот-вот была готова разразиться как вулкан, но что-то его пока сдерживало. Мужчина не понимал, что именно, и это его раздражало. Он ненавидел не знать и не понимать. — Ты все узнаешь, но завтра. — Ты обещал сказать, когда я выполню твою просьбу! — Я всегда сдерживаю свое слово, Нефтида Меренсет, — сказал бог настолько серьезно и резко, что атмосфера вокруг них сгустилась. Его глаза загорелись красным, выворачивая душу девушки наизнанку. — Имей терпение! Эвтида поняла, что спорить бесполезно, и стушевалась. Он давно не называл ее по имени: то шезмочка, то теперь женушка. Услышав свое имя из его уст, пусть и в вариации матери, Эва немного утихомирилась. В глубине души, она понимала, что идти в ибу сегодня опасно. Амен знал, как она хотела узнать причину смерти названого брата, и обязательно устроил бы там западню. Однако она не могла разобраться, почему Сет не хочет просто сказать сейчас, чтобы ей завтра не пришлось вступать в тяжелый разговор с Ка Исмана. В лучшем случае после этого она будет выжата как лимон, а в худшем — опять впадет в горе. «Пути богов неисповедимы. Кто их поймет, почему они хотят или не хотят что-то делать? Сил уже нет разбираться и умолять», — устало подумала Эва. Сет понял по выражению ее лица, что она поумерила свой пыл. Узнает все тогда, когда это будет нужно. Несведущей не останется. — Мне нужно уйти. Вечером вернусь. — Вернешься? — протянула Эва. Хоть ее буйство из-за Исмана прошло, у нее возникли к богу новые вопросы, которые она не преминула задать в ультимативной форме. Из-за ночных событий сознание девушки до сих пор было возбуждено. Ей трудно было держать себя в руках. Когда человек неожиданно избегает смерти, он становится безрассудно смелым из-за сильного нервного перенапряжения. Будто не воля случая сохранила ему жить, а он сам такой всемогущий оказался. — Почему ты со мной возишься? Вещи даришь, жилье снимаешь? — выдавила из себя Эва. — Тихо-тихо-тихо. Слишком много вопросов. Дарю, потому что хочу. Или нынче по новым законам не принято девушке делать подарки? — закатив глаза, сказал мужчина и начал направляться в сторону двери. Эва пожала плечами, придумывая новые вопросы, которыми можно осадить Сета. Вот только она забылась: бога войны и ярости не так уж просто поставить в неудобное положение. Тем более подобными скандальными вопросами. Но она уже вошла в кураж. Хотелось рвать и метать, провоцировать и злить. Организм работал уже на износ. О контроле речи уже не шло. Ей бы следовало поспать. Сразу пришла бы в себя. — А вожусь с тобой тоже по своему желанию. Нравишься ли ты мне или у меня к тебе есть еще приказания — тут думай сама, — бросил бог напоследок и захлопнул за собой дверь. Осталось много вопросов и колкостей, но тот, кому они должны были быть адресованы, ушел. Поэтому девушке ничего не оставалось, как заняться собой. Она спустилась в баню. Помылась, вычистила оставшийся песок с тела и волос. Этот процесс ее расслабил. Она успокоилась, и ей стало стыдно, что устроила Сету сцену. «Молодец, на эпистате решила не останавливаться, взбесила теперь еще и бога…» — размышляла о случившемся Эва. Закончив банные процедуры, девушка поднялась в снятую комнату и сразу легла спать. Кровать была мягкой, а простыни пахли чистотой. Растянувшись, Эвтида быстро уснула и проспала до самого вечера.