In love with a Fairytale

      «Ты действительно девственник?» — требовательно спросил Кевин. На его лице было такое недоумение, хотя Нил вообще не мог понять почему.       «У меня никогда не было секса, да», — со вздохом «сказал» Нил. — «Я же говорил, что не заинтересован, верно?»       «Да, но… Девственник?!» — нахмурился Кевин.       «Да ладно, не так уж сложно найти людей нашего возраста, у которых до сих пор не было секса», — Нил огляделся по сторонам, а затем щелкнул пальцами, указывая на Эндрю. — «Аарон сказал, что я похож на Эндрю. Значит, Эндрю тоже девственник, так?»       «Отвали», — закатил глаза Эндрю.       Аарон расхохотался, и Кевин перевел ему:       «Он думал, что ты имел в виду, что не ходишь на свидания, а не то, что у тебя не было секса. Он бы просто занимался самообманом, если бы считал, что Эндрю девственник».       «На что ты намекаешь?» — Эндрю кинул подушку с дивана в лицо Аарону.       Но Аарон только рассмеялся и покачал головой.       «Неважно», — Нил старался не думать о том, что Эндрю уже занимается сексом. Очевидно, может даже чаще, чем он думал. В желудке Нила что-то нехорошо забурлило, и он подумал, не страдает ли он до сих пор от последствий того раза, когда съел слишком много, чтобы провести всю ночь в ванной и не дать Эрику забрать его тело. Может быть, если ему удастся вернуть Эрику его тело, он заставит Эрика испытать все прелести диареи. — «Эрик, что я должен сделать?»       «Ты, блядь, серьезно?» — возмутился Кевин. — «Если что, то моя реакция полностью совпадает со словами Эрика».       Нил уже устал от этого, поэтому лишь приподнял бровь. Возможно, он слишком много времени проводил рядом с Эндрю. У которого был секс. Много раз. Нилу было интересно, где и с кем. Он считал Эндрю красивым, так что не должно быть ничего удивительного в том, что Эндрю занимается сексом. От него исходила атмосфера «плохого парня», от которой девушки должны быть в восторге как идиотки. Предпочитал ли Эндрю девушек? Нил подумал о его губах, когда Эндрю пел. О прикосновениях к ним. Нил готов был поспорить, что Эндрю хорошо целуется.       «Ладно», — кивнул Эрик. Даже для призрака он выглядел бледным. Возможно, он боялся надеяться. И Нил прекрасно это понимал, ведь одиночество действительно может разорвать человека на части. Он слишком хорошо понимал. — «В лесу, примерно в пяти километрах от конца этой улицы есть пруд. На дне пруда лежит зачарованный камень. Это будет самый изысканный драгоценный камень, если вдруг рядом с ним будут лежать ещё какие-то. Как я уже сказал, забрать его оттуда может только человек, парень, у которого не было секса. За пределами пруда его может взять любой, но для того, чтобы запустить магию, освобождающую меня, опять же нужен мужчина, девственник. Магия проста: нужно нарисовать этим камнем круг и сказать, что я свободен».       «Но Нил не может говорить», — Кевин перевел взгляд на Аарона, который переводил взгляд с Нила на Эрика, поджав губы. — «Да, Нил не может говорить», — Кевин кивнул Аарону, а затем снова посмотрел на Эрика.       «Он может», — вклинился Ники, а затем подскочил на диване от пристального взгляда Эндрю. — «Я знаю, это все безумно тупо, но я узнал об этом из-за того, что я сделал. Блядь».       «Ты можешь говорить?» — Кевин повернулся к Нилу. — «Какого черта?»       Нил потер лицо обеими руками, потянув кожу, отчего его лицо выглядело еще более уродливым, чем он обычно.       «Я потерял слух в десять лет, так что да, я умею говорить», — показал Нил. — «Но если я могу выбирать», — он пристально посмотрел на странную парочку, — «то я не люблю разговаривать».       «Все в порядке», — Эрик кивнул Нилу. — «Ты замечательный человек, Нил. Неудивительно, что этим парням нравится твоя компания».       «Лесть неуместна», — Нил почесал подбородок и встретился взглядом с покрасневшими глазами Ники. Возможно, он плакал уже несколько дней. Но дольше, чем если бы от него отказалась семья, он плакал из-за того, что не мог прикоснуться к тому, кто отвечал взаимностью на его чувства и разделял его взгляды на мир. Ники был отличным парнем, всегда улыбался, несмотря на все дерьмо, которое творилось в его доме. Очень харизматичный, Ники изо всех сил старался быть дружелюбным со всеми. Блядь. — «Черт, я сделаю это. Можешь показать мне это место? Ох, ну конечно же, разумеется все должно быть ещё сложнее», — добавил Нил, когда Эрик покачал ему головой.       «Я могу провести вас так близко, насколько смогу, но я не могу подойти к пруду. Там… там живет кое-кто, кому я не нравлюсь», — сказал Эрик. Чисто для заметки, он выглядел смущенным. Может быть, это мелькание перед глазами как-то связано со стрессом, потому что он несколько раз подряд моргнул.       «Как будто ты не хочешь освободиться от своего проклятия, чувак!» — Кевин перевел слова Аарона.       «Но это все? Я иду к пруду, ныряю, беру блестящий камень, рисую вокруг тебя круг, говорю, что ты свободен, и дело сделано. Больше никаких фокусов?» — спросил Нил.       «Это все», — кивнул Эрик.       «Извольте поинтересоваться, почему ты не овладел кем-то, чтобы сделать все это самому?» — спросил Эндрю. «Я не могу. Магию не обманешь, знаешь ли. Зачарованный камень распознал меня как не девственника, когда я попытался это сделать», — сказал Эрик.       «Ладно», — Кевин полностью повернулся лицом к Нилу. На его лице было то самое серьезное выражение. Не одно из тех, которые Нил видел, когда Кевин сосредотачивался на учебе и когда над ним иногда подшучивали, это было то выражение, которое означало, что нужно рассказать о Ниле его родителям. Нил сглотнул. — «Ладно, ты хочешь помочь Ники и любви всей его жизни, и я удивлен тем, как ты сблизился с моими друзьями, ведь именно ты больше всех жаловался. Не делай такое лицо, мне нравится, что ты часть группы. Но. Нил, это звучит чертовски жутко. Это уже безумие что призрак рассказывает нам о реально существующих сказках. Это совершенно далеко от того, что говорит нам наука. Кроме того, все может быть еще хуже. Возможно, этот призрак пытается заставить нас вызвать самого дьявола, чтобы мы не растрепали то, что узнали!»       Кто-то из ребят, видимо, что-то сказал, потому что Кевин отмахнулся от них.       «Нил, ты не менее важен, чем Ники», — сказал Кевин, и Нилу снова пришлось сглотнуть, на этот раз, чтобы сдержать эмоции. Зеленые глаза Кевина дружелюбно блеснули при виде реакции Нила. «Это опасно. Ты не можешь думать о себе как о хоббите, отправляющемся на поиски приключений, и, черт возьми, у тебя даже секса не было, ты не можешь отправиться на приключения и умереть девственником!»       Нил рассмеялся, содрогаясь всем телом. Это было чудесно — иметь Кевина Дэя в качестве друга и брата. Вся гостиная засмеялась вместе с ним, даже у Эндрю отражалось веселье на лице.       «Серьезно», — Кевин положил руку на плечо Нила. — «Давай ты переспишь с этой мыслью, и если ты все еще будешь готов помочь этой придурошной парочке, мы вместе все спланируем и воплотим это в жизнь».       Это решение не было трудным, поскольку Нил уже все для себя решил. Самое приятное в этом воссоединении было то, что теперь Ники снова был в группе, да еще и с партнером. Конечно, Нил обиделся на них за то, что они сделали. Однако Нил серьезно пережил ад. Он знал, что такое одиночество, знал, как отчаянно хочется иметь кого-то рядом, кого угодно. Ему повезло, что его нашли Эбби, Дэвид и Кевин. Эрику повезло, что он нашел Ники. Жизнь продолжалась. Пока они усваивают урок, Нил полагал, что может подружиться с этой идиотской парочкой. Возможно, простить друга было самым нормальным поступком, который Нил совершил в своей жизни, будучи подростком.       Когда все выспались, монстры (в том числе Нил и Эрик) собрались, чтобы обсудить идеи. Эрик сделал набросок с листьями, который Ники сфотографировал и поделился им в групповом сообщении. Да, теперь Нил был в групповом сообщении. Еще одно обычное занятие подростка. Тот, кто жил в пруду, был известен как Йоркин, существо, которое могло менять свою форму в зависимости от окружения. Йоркин мог, словно по волшебству, узнать, что больше всего привлекало того, с кем существо развлекалось, и с помощью этого манипулировать своими жертвами в пруду. Нил задался вопросом, считается ли это существо сладководным русалом, или, в данном случае, тритоном. Но Эрик сказал, что Йоркин русалом не был.       «Тогда для Кевина Йоркин бы превратился в Кевина», — дразнил Аарон, используя свой бедный запас изученного языка жестов. Теперь все в кругу Нила пользовались языком жестов, и это было удивительно.       «Интересно, во что он превратится для тебя, Нил», — показал Ники с задумчивым выражением лица. — «Тебе не нравятся ни мальчики, ни девочки…»       «Нежелание целоваться с кем-то отличается от того, чтобы считать его привлекательным», — объяснил Нил. — «У меня есть свое мнение и вкусы, как и у любого другого человека. Я могу назвать кого-то красивым или симпатичным, а также понять, как мои шрамы влияют на мою внешность». — Последний пример Нила застал их врасплох, и он вздохнул. — «Не беспокойтесь. Я имею в виду, что Йоркин может превратиться в случайного человека, потому что я нахожу его привлекательным, и попытаться соблазнить меня, чтобы я стал его пищей. Есть ли какой-нибудь трюк, чтобы выжить?»       Проблема была не одна. Если Йоркину удастся соблазнить Нила настолько, что он от него отстанет, это будет считаться сексом, а значит, Нил не сможет достать проклятый камень, даже если переживет превращение в еду для феи. Чтобы пройти первую часть — выжить, — Нилу нужно что-то шокирующее, чтобы разрушить чары. Чтобы помочь в этом, группа составила список ужасных вещей, которые нужно сделать, чтобы Нил освободился от воздействия Йоркина и продолжил двигаться дальше. Другая проблема заключалась в том, что пруд был домом Йоркина, и, будучи феей, он, скорее всего, согласится на сделку, чтобы впустить Нила. Если бы Нил был достаточно быстрым, то он мог бы попросить разрешения в обмен на поцелуй. Если же Нил промедлит и поведется на соблазн до заключения сделки, то остальные члены группы должны были предложить что-то, чтобы Йоркин разрешил Нилу нырнуть в пруд. И снова группа высказала свои мнения и предложения. Кевин хотел добавить разрешение на использование своего телефона, чтобы Нил смог делать фотографии в научных целях, когда нырнет. Даже Нил закатил на это глаза. Единственное, в чем они сошлись, так это в том, что им придется подождать, пока Нил не избавится от своего гипса.