Пешки

***

      Ирма и Лилия вернулись к лагерю с хворостом. Гленн подозвал их к месту, которое подготовил для костра. Он рассказал им как разводить огонь и как правильно его потушить. Постепенно разговор ушел в другое русло- девочки спрашивали обо всем, от того откуда берется соль, до того откуда пришел сам полукровка. Гленн признался: «Я военный преступник.»       —Что это значит? — спросила Ирма, внимательно рассматривая полуэльфа.       —Это значит, что я предал страну, -он пожал плечами и потянулся, широко зевнул, как будто бы говорить о таких вещах было абсолютной нормой.       —Почему ты тогда здесь? Гленн рассмеялся: «А где мне еще быть?»       —На самом деле, здесь нужно сказать спасибо Рие. Она спасла мою жизнь.- он тепло улыбнулся, заглядывая в глаза фее. Та недовольно хмыкнула, краснея.       —Как это было? — Лилия, пытавшаяся до этого скрыть свое любопытство, с интересом поглядывала то на фею, то на полукровку.       —Десять лет назад встретил Рию на корабле. В те годы я был контрабандистом, и, конечно, не отличался особой моралью.- он замялся- Рия навязалась к нам, просила доставить ее на континент. Я согласился.       Фея продолжила за него: «Его команда взбунтовалась и решила лишить его жизни, я опоила капитана и похитила его с корабля»       —Что?! Ты говорила что корабль потерпел крушение! — обижено хмыкнул Гленн. Лилия и Ирма переглянулись, ожидая драмы.       —Да, но уже после того как мы бежали.- девушка пожала плечами, и вернулась к своему занятию: во время диалога она разбирала награбленное. — Ого! Это лютня?       Посиделки у костра быстро стали интереснее: Гленн играл им разные песни и пел. Делал это он не очень хорошо, но душевно.       —Можно попробовать? — спросила Лилия— у первых моих «хозяев» был сумасшедший дед, который успокаивался только если ему играли музыку. Так что меня научили играть одну песню…       Полукровка широко улыбнулся, передавая лютню Лилии. Она уложила ее в руки, медленно прошлась по струнам и негромко запела:

Был я очень молод,

когда это случилось

Гулял, глупец, я под дождем

Молния ударила в меня

И я думал что помру…

      Компания сидела под тысячами ярких звезд, под тихую песню. Ирма удивлялась тому как полукровка поёт, в то время как Рия была занята своими мыслями. Гленн внимательно смотрел в огонь, словно пытался в нем что-то рассмотреть. Из ступора их вывел припев стройной мелодии. Лилия ударила по струнам, голос стал громче:

Они были как: Гром! И молнии! Словно сферы сил с небес! Гром! И молнии! Два жёлудя с древа жизни, Сферы могущества, в моих штанах!..*

      Рия резко вырвала у нее из рук лютню: «Прекрати.» Гленн засмеялся, чуть ли не надрываясь.       —Я так плохо пою? — удивилась Лилия, она искренне не понимала реакции феи. От этого вопроса смех полукровки стал почти беззвучным, казалось, он сейчас перестанет дышать.       —Ты отлично поёшь! — ответила Ирма.       —Просто песня… не подходящая…- Рия тепло улыбнулась Лилие, и, не глядя, кинула лютню Гленну. Она огрела его по спине и дала возможность прийти в себя.       —Не слушай ее, песня — просто услада! Уфф.— Поднимаясь, Гленн стер проступившие слезинки и тяжело выдохнул. — Давно я так не смеялся!

***

      Телега медленно тащилась по дороге, но движение казалось оживленным. Им навстречу ехал целый караван из трех телег. Вел караван какой-то авантюрист на гнедой лошади, замыкали его тоже авантюристы. Когда они прошли, тишину нарушил голос полуэльфа.       –Кстати, Лилия! — Гленн обернулся, — Как ты смотришь на то чтобы присоединиться к авантюристам?       — Зачем?       — Мы не сможем долго с вами путешествовать, — призналась Рия, она сидела напротив Лилии и крутила в руках свои алые локоны.       — Это потому что Гленн избранный? — разочарованная Ирма надула губы. Рия кивнула.       –Мне жаль, но мы расстанемся в столице, когда выручим деньжат за документы из графства- полуэльф звучал неестественно, словно ему не особо-то хотелось заниматься повелениями Рии и Ариунны.       Лилия расстроилась. Гленн стал для нее чем-то на подобие отца, за тот месяц что помогал ей сбежать. Он терпеливо приходил по ночам, учил ее драться, подсказал как использовать ее силу.       –Тогда, можно вопрос? Почему из всех рабов которых ты мог завербовать, ты выбрал меня? Вопрос поставил Гленна в тупик, он хотел что-то ответить, но запнулся и его перебила Рия.       –Ты выглядела сильной и способной. Так он рассказал о тебе после вашей первой встречи. Полуэльф рассмеялся: «Это точно! В первую нашу встречу Лилия огрела меня ведром.»       Ирма ахнула, внимательно слушая диалог, а потом вдруг спросила:       –А я выгляжу сильной? Рия подавила смешок и сильно смутилась.       — Ты обязательно будешь сильнее, но сейчас ты просто человеческий ребенок, — сказал Гленн, — в тебе тоже есть потенциал бойца!       Дорога стала еще более оживленной и широкой. Город был уже совсем близко. Лилия чувствовала неприятную боль в груди. Ей не особо хотелось расставаться с компанией Гленна и Рии. Последняя, словно увидев переживания полукровки, шепнула ей на ухо: «Это еще не столица.»       Лилия улыбнулась. Идея о том, что они еще проведут немного времени вместе грела ей душу.       Телега наконец заехала в город, но тут же остановилась. К Гленну подошел стражник:       —Доброго полудня, - улыбнулся Гленн,       —Да-да,-мужчина махнул рукой- цель визита- незаинтересованно кинул страж, осматривая пассажиров телеги. Мужчина был очень крупным и высоким. Своей тяжелой походкой и медлительностью он походил на сонного медведя.       —Везу жену и дочерей за покупками!- улыбнулся Гленн. Страж рассмеялся:       —Жена-то у тебя неверная! Ни один ребёнок на тебя не похож!       Полукровка поддержал веселое настроение стража:       —Так это от других жен, уважаемый человек! - Гленн и стражник перекинулись еще парой слов, после чего страж пропустил телегу и даже сорвал для Ирмы одуванчик, росший неподалёку.       —Какой мерзкий человек,- выдала Ирма, выкидывая цветы.       —Многие мужчины такие,- Лилия проводила взглядом одуванчики.       —И даже я?- обиженно хмыкнул Гленн оборачиваясь.       —В первую очередь ты- вздохнула Рия, подмигивая девочкам.       —Чего? А что я сделал-то?