You're my safe place

Велосипедиста, сбившего его сегодня вечером на берегу реки Хан, звали Ким Джиун. Он представился сразу же, как только вбил свой номер телефона в записную книжку смартфона Рики и посмотрел ему в глаза, ожидая, когда Рики в ответ назовёт своё имя. Впрочем, познакомились, пожимая друг другу руки и слегка кланяясь. Рики после это ещё несколько раз попытался отказаться от предложения нового знакомого проводить его домой, убеждая его в том, что он вполне в силах самостоятельно добраться до дома, но того было не переубедить и в конце концов Рики просто сдался. Ему не было дела до бессмысленных споров, на которые приходилось тратить слишком большое количество энергии, которой в его пьяном теле было не так уж и много. Рики даже в какой-то момент подумал, что по приходу домой вероятнее всего отключится прямо на пороге, даже не пытаясь добраться до дивана в гостиной или собственной постели. — Ладно, — сказал он устало. — Хотите провожать, провожайте, но потом не вините меня в том, что поздно вернулись домой или замерзли, проторчав на холоде лишние пару часов. Ким Джиун усмехнулся, явно довольный принятым Рики решением, а потом встал, засовывая слегка замёрзшие руки в перчатках без пальцев в карманы тёмно-синей, почти чёрной куртки и смотря на него сверху вниз. — Тогда пойдемте? — спросил он, кивая в сторону велодорожки. Рики поджал губы, выдохнул и поднялся, запахивая пальто сильнее. Декабрьские вечера становились всё холоднее и было глупо сегодня в порыве сбежать из квартиры, в которой всё напоминало о Кюбине, надевать осеннее шерстяное пальто, как и покупать бутылку вина и напиваться, пытаясь утопить собственное горе в нём. К общему списку «Почему вам стоит проклясть Ким Кюбина» добавилась ещё одна причина — потому что он разлюбит вас, несмотря на обещание быть вместе до самого конца. — Надеюсь, вы живёте не так далеко, как я думаю, — убирая подножку велосипеда, словно невзначай, бросил Джиун. Рики глянул на него, вжимая шею в плечи, пытаясь сохранить драгоценное тепло, и нахмурился. — Так может всё-таки разойдемся здесь и сейчас и вам не придётся тащиться за мной неизвестно куда? — предложил он, отслеживая весь спектр эмоций на лице Джиуна. Разойтись было бы замечательно и Рики не смог удержаться, дабы не упустить такую прекрасную возможность. В нём от вина, кажется, проснулась та язвительность, от которой он столько лет пытался избавиться. С Кюбином он никогда себя так не вел. С Кюбином Рики был похож на шпица, который чрезвычайно сильно нуждался в любви и заботе. От Кюбина он всегда хотел лишь одного — внимания, что будет принадлежать только ему, и до какого-то момента это было так. А сейчас, когда Рики уже ничего не держало, не было причин сдерживаться или невольно показывать всё своё нежное нутро, наружу пробивалась та, часть характера, что слишком долго спала. Та часть характера, что больше напоминала ежа или дикую кошку, что никогда не знала человеческих прикосновений. Чувствовал ли Рики себя от этого как-то не так? Не чувствовал. Ему было ни жарко, ни холодно, как бы абсурдно это не звучало в данной ситуации. — Ни в коем случае, — отрезал Джиун, отрицательно качая головой. — Вызвался проводить, значит провожу, даже если вы живёте в другом конце города. Рики закатил глаза и хмыкнул, отводя взгляд в сторону реки Хан, чей поток всё также мерно двигался через медленно пустеющий город. Смех таки подобрался к нему, задевая что-то такое мальчишеское в глубине растерзанной в клочья души. Улыбка сама полезла на лицо, и он, чтобы не показывать её знакомому незнакомцу, поспешил выйти на дорожку, по которой так и не проехал ещё хотя бы один велосипедист, помимо того, с которым он сейчас направится домой. — Не так уж и далеко я живу, — произнёс Рики, чувствуя, как его догоняют, торопясь поравняться. — Минут двадцать пешком, не более…

***

Они были соседями. Это выяснилось на подходе к жилому комплексу, когда Джиун принялся оглядываться по сторонам, явно узнавая всё больше знакомых мест. Рики это заметил и кашлянул, привлекая к себе его внимание. В собственное «счастье» верить не хотелось, поэтому он попытался уточнить, надеясь оказаться совершенно неправым: — Только не говорите мне, что вы живёте где-то здесь. В его голосе были слышны ноты обреченности и Джиун со стопроцентной вероятностью уловил их. Рики это понял по тому, как он с какой-то неловкостью улыбнулся, посматривая на него. — Боюсь вас расстроить, — начал Джиун, наблюдая за тем, как Рики медленно закрывает ладонью лицо, — но так оно и есть. «И почему только эта случайная встреча должна превратиться во что-то большее?» — подумалось Рики. Почему, уходя, Ким Кюбин заставляет его чувствовать столько боли и приносит одни сплошные проблемы? Почему он не может уйти спокойно? Почему стремится оставить всё больше болезненных шрамов на его и так израненном сердце? Почему он тащит в его жизнь ещё одного Кима? Почему? В горле засел ком. Рики, не желая смотреть на Джиуна, опустил голову, стараясь глубоко дышать, втягивая носом морозный воздух, лишь бы не разрыдаться по новой. В носу щипало, слёзы подступали к глазам. Чувств снова становилось слишком много для него, такого беззащитного в этот момент. — Рики? — осторожно позвал Джиун, немного озадачено заглядывая ему в лицо. — Рики? Всё нормально? Голова разболелась? Может у вас сотрясение? — Нет, всё в порядке, — отмахнулся Рики, резко выпрямившись и шмыгнув носом. — Мы пришли, можете идти к себе, до квартиры могу добраться и сам. Бросив это, он быстро двинулся по выложенному брусчаткой тротуару по направлению к одному из зданий, настойчиво стараясь сбежать. — Да постойте же вы! — выкрикнул ему вслед Джиун и быстро покатил велосипед в том же направлении, в котором чуть ли не убегал Рики. В здание Рики практически влетел, сходу нажимая на кнопку лифта несколько раз, словно это могло ускорить его спуск с верхнего этажа. Джиун оставил велосипед в холле и выдвинулся к лифту, намереваясь поехать с Рики. Заметив его, Рики дернулся, собираясь изменить способ своего подъёма на нужный этаж, но был остановлен очень аккуратным, практически невесомым прикосновением к здоровой руке. Джиун определенно не хотел сделать ему больно. Рики замер, не в состоянии больше куда-то спешить. — Мне кажется, вы впадаете в истерику, — очень тихо произнёс Джиун, смотря на Рики полным переживания взглядом. И, впрочем, он был совершенно прав. Истерика приближалась, захватывая Рики с головой. Он старался держаться, но это было слишком. Он чувствовал, что вот-вот сорвётся. Рики опустил голову, поджимая губы и закусывая их, пытаясь сдержать слёзы. Лифт приехал. В нём они поднимались молча. Рики то и дело вытирал черным рукавом пальто непроизвольно скатывающиеся слезы и шмыгал носом. Джиун молчал, не позволяя себе отвести от него обеспокоенный взгляд. — Рики, — позвал он, когда они вышли из лифта и направлялись к квартире. Он отставал от него на пару шагов и прекрасно видел, как подрагивают его плечи. Он не должен был лезть не в своё дело, но что-то не давало ему оставить всё просто так. Он не мог бросить Рики, чувствуя себя практически так же, как чувствуют себя люди, что находят под дождем брошенных котят. — Валите к себе! — сорвался Рики, остановившись и развернувшись, бросив на него полный слёз взгляд раскрасневшихся от них глаз. Он был на грани и плохо контролировал себя. — Проводили и хватит! Можете быть свободны! — Я живу вот здесь, — Джиун указал на дверь, не отрывая глаз от его красивого, но слегка искаженного из-за переизбытка эмоций лица. Это не было ложью, но Рики, возможно, совершенно не поверил ему. — Да мне плевать! — выкрикнул он, разворачиваясь обратно. В несколько шагов пересёк расстояние, что оставалось до его квартиры и скрылся за дверью, очень громко хлопая ею. Джиун встрепал рукой волосы, пытаясь переварить произошедшее и осознать насколько серьезно он повлиял на жизнь этого человека, судорожно думая о том, лишь бы он не причинил себе ещё больше вреда. Шэнь Рики крепко засел в его голове, отпечатываясь в сознании…