Клинок в Тени

      «Что было вчера?»              Крис лежал и пялился в потолок, расслабив, кажется, каждую мышцу в теле. Шевелиться, двигаться, даже держать глаза открытыми было тяжело. Хотелось спать.              «Ты меня вообще слушаешь?»              — Привет, голос в голове, — это звучало абсурдно, ненормально, но сейчас Кирито не желал иметь с этим дела. — Давай поговорим позже — я немного не в духе…              Крис обязательно поговорит с этой женщиной… позже. А сейчас он нуждался в тишине, в паре минут, чтобы начать этот день.              «Спать я лёг в одежде…» — Кадзуто расстегнул одну пуговицу на рубашке, чтобы дышать стало чуточку легче, и приподнялся на локтях.              Его сумка стояла на столе, книги были на своих местах — и казалось, что с позавчерашнего дня ничего в комнате не поменялось.              — И сколько я проспал?              «Ты спал что-то около суток… Я заботливо взяла управление на это время» — Крис почувствовал желание усмехнуться, но это желание вряд ли принадлежало ему самому…              «И снова этот голос… Я уже слышал тебя»              «Наконец-то ты обратил на меня внимание» — Кирито тряхнул головой, — «Не знаю, как это получилось, но теперь нам придётся уживаться в твоей голове»              «Значит, ты слышишь мои мысли?»              «Конечно. Потому что теперь…» — голос замолчал, — «Теперь мы едины»              «Что… или кто ты такая?»              «Зови меня… Аврора» — представился женский голос. — «И, прежде чем ты спросишь — да, я была там, под Академией» — не успел Крис даже подумать об этом, как ему уже ответили.              «Это всё ещё не объясняет мне, как так вышло, что теперь я слышу твой голос в своей голове»              «Я и сама не понимаю, как это работает…» — в этот момент Крис почувствовал желание пожать плечами — «Но… Эй, а зачем ты вообще полез туда? Жить надоело?»              «Я ощущал твою силу через всю Академию и толщу земли, и твоей силой веет вообще всё, что можно назвать подозрительным или хотя бы интересным. Это ответ?»              «Буду считать, что да…» — в голосе Авроры слышался интерес, который ощущал и Кирито — ощущал его как нечто чужое, инородное, словно неуместное, — «Твоё подозрение чувствую и я. Как и ты — моё любопытство…»              «Ладно… Аврора,» — Крис вышел на балкон, желая немного подышать свежим воздухом.              Понимал ли Кадзуто, что происходило? Определённо нет. Но то, что он ощущал не принадлежащее ему желание нахмуриться, намекало парню, что с голосом в голове придётся уживаться.              «Считай, что ты просто слегка сошёл с ума из-за своих исследований, и я — твоё наказание. Сколько часов в сутки ты вообще спал без меня?»              «Мне не спалось, знаешь ли… За последние пару месяцев последние сутки были самым крепким сном в жизни… в этой жизни»              «В этой жизни?» — чужое недоумение, интерес, скепсис — всё смешалось, породив чужеродное чувство подозрения к самому себе.              «Ты когда-нибудь умирала, Аврора?» — Крис напрягся, пытаясь вспомнить, что было там, в безвременье, в пространстве смерти. И пусть даже пережитое тогда слегка исказилось, помутилось и смешалось с вернувшимися чувствами, но их сочетание всё ещё оставалось ужасающим…              «Остановись…» — по коже парня, вопреки его желанию, пробежал табун мурашек. — «Зачем… зачем ты это вспомнил?»              «Я лишь хочу, чтобы я и голос в моей голове смогли ужиться.» — Крис пожал плечами.              «Я… поняла. И всё же, учитывая, что теперь мы делим твою голову, я хочу, чтобы эта голова была свежей, здоровой и не принадлежала вкусно пахнущему трупу» — Крис поперхнулся, испытав при этом мимолетный смешок. — «Учёба учёбой, но отдыхать тоже надо… Хотя, кому я это говорю?!» — едкая усмешка уколола парня куда больнее.              Раньше, в прошлой жизни, он точно также приносил время отдыха в жертву делу удушающему чувству вины, точно также лишил себя покоя… но тогда он всё же смог оправиться.              Сейчас же всё было иначе. От ужаса, от чувства, словно в больничной палате осталось всё, чем когда жил парень, не удавалось отстраниться даже спустя столь долгое время. Пустота стала привычной, беспокойство стало нормой, а покой — столь редким, что и вовсе казался выдумкой из разряда Санты Клауса…              «Я напомню тебе о необходимости отдыха… Ведь я добрая фея» — в ответ Крис захотел фыркнуть, — «И как добрая фея, я предлагаю наколдовать нам немного утренней пищи. Мы хотим есть!»              «Тогда — прогуляемся в Мицугоши»              «Сначала приведи себя в порядок, Крис» — фыркнула Аврора в ответ.              ****************              Выпечка с мясом и кофе не только утолили их с Авророй голод, но смогли вывести Криса из состояния того исступления, из-за которого голос в голове стал казатсья чем-то незначительным.              «Давненько я ничего такого не ела…» — чувства, принадлежащие Авроре, ощущались сложнее, запутаннее, многограннее.              Всего лишь одной слойки с мясом хватило, чтобы ощутить радость, тоску, задумчивость, безразличие и грусть в конце… И это только то, что Кадзуто мог распознать чётко, выделить среди своих чувств и отделить от остальных.              «Не слишком ли это мелко для тебя — радоваться как ребёнок слойке с кофе?»              «Сказал человек, которого купили за кусок хорошо приготовленного кролика» — Крис вздохнул.              «Это был действительно хороший кролик» — голос в голове потревожил старую рану, — «Но скажи — а как ты это узнала?»              «Можно сказать, что я увидела кусочки того, что помнишь ты… и да. Этот кролик был действительно хорош»              «С добрым утром, Крис…» — Кирито снял очки и потёр переносицу. Утро начиналось не с кофе, а с моральной выволочки от голоса в его голове.              ****************       Утро выходного дня Сида Кагено началось довольно поздно — с громкого стука в дверь.              — И кому я мог понадобиться… Даже полудня нет, — пробормотал юноша, потирая глаза. — Кто там? — громко спросил он.              — Это Алексия. Мы можем поговорить?              — Одну минуту, — ровно за пятьдесят восемь секунд Сид открыл балконную дверь, натянул штаны, убрал сумку в шкаф и открыл дверь. — Заходи.              Вторая принцесса выглядела очаровательно — сменив школьную форму на светло-розовую кофту с высоким горлом и тёмно-синюю юбку до щиколоток, распустив волосы и надев широкополую шляпу, она преобразилась до неузнаваемости.              «Как будто ей будет дело до бардака…» — краем глаза он заметил, что на столе всё ещё оставались бумаги — по большей части, неубранные с прошлой ночи страницы перевода дневника Фрейи…              — Чем могу быть полезен в такую рань?              — Ты не сова, чтобы вставать в шесть вечера, — парировала Алексия. — Я хотела проведать тебя. Ты ушёл в лазарет, и даже в Мицугоши вчера не появился…              — Ничего серьёзного, — отмахнулся Сид, и это было правдой. — Сегодня я уже в полном порядке.              Вчерашний инцидент, когда на занятии старшекурсница отправила его в полёт до стены, не стал для Кагено такой уж неожиданностью — и принёс парню больше пользы, чем вреда…              — То, что было вчера…              — Идея Зенона? — ответил юноша за неё. — Я подозревал, что подобное может произойти…              — И не стал ничего делать? — девушка нахмурилась.              — «Всё в пределах преподавательских полномочий» — голосом Сид выделил всю глубину кавычек. — Это выглядит как обычный учебный момент, и это им и является… И то, что Зенон опустился до подобного…              — …означает, что мой план работает.              — …или он просто был не в духе, и желал отыграться на ком-то, — он поправил Алексию. — Если бы наша маленькая интрижка так сильно волновала его, у него и раньше хватало возможностей гадить мне по мелочи.              — Твоя теория… имеет право на жизнь, — принцесса оперлась о стол и сложила руки на груди.              — Возможно, что у него проблемы со скелетами в шкафу, если ты понимаешь, о чём я, — Сид усмехнулся — уж он-то знал, какие проблемы были у Зенона, и кто был их виновником. — Но это всё догадки. Что ты будешь делать дальше, Алексия?              — Придерживаться плана, — загадочно, добавив яда в улыбку, оскалилась принцесса. — И кстати, раз уж ты в порядке, не сопроводишь меня кое-куда?              — И куда же? — нахмурился Сид.              — Нам ведь нужно поддерживать образ пары, — деловито пожала плечами она. — На прогулку по Новой Александрии, конечно же.              — Хорошо, — кивнул парень.              «Будь по-твоему» — на выходные у него не было планов, кроме как наведаться ночью в Александрию и продолжить перевод очередной страницы дневника — слишком уж любопытные подробности там вскрывались касательно Трио Героев…              Пока он приводил себя в порядок, Алексия оглядывала его комнату скучающим взглядом… и этот взгляд задержался на паре листков, залитых чернилами.              — Это… древний язык? — спросила она.              — Да. Это моя работа, — ответил Сид.              — Работа?..              — С мечом управляться у меня получается не слишком хорошо. Но есть то, в чём я хорош, — пожал плечами парень, надевая рубашку. — И к тому же… Кому будут лишними пара тысяч зени за то, чтобы кто-то смог понять эти закорючки?              Ещё один кирпичик его легенды, его прикрытия дал о себе знать. Дневник Фрейи оказался целым собранием записей и зарисовов, столь большим, столь сложным в изучении, что превратился в настоящее издевательство над ним и девочками, что занимались его переводом. И всё же, находясь где-то в первой половине всего этого собрания, Сид понял, насколько сильно продвинулся в понимании древнеалександрийской письменности…              ***************              Разглядывая цветастую афишу, стоящую на пересечении городских дорог, Сид невольно задумывался над тем, насколько скудными были мидгарские искусства. Среди десятков афиш с приглашениями на выставки и концерты, всего лишь одно объявление было не из Орианы…              — И как раз сегодня, — подумал Тень, читая текст.              — Хм? — Алексия услышала его бормотание себе под нос. — Увлекаешься музыкой?              — Немного умею играть на фортепиано, — Сид не отводил взгляда от афишы. — В «Старшем доме» сегодня выступает музыкант, о котором я раньше не слышал.              — «Старший дом»? — вторая принцесса недоуменно подняла бровь. — Его же закрыли.              — Видимо, открыли снова, — Тень не совсем понимал причины подобного оживления со стороны девушки., — И где он находится?              — Если идти через Академию, то можно повернуть в сторону набережной. «Старший дом» в конце, — Алексия задумалась. — Но отсюда вполне можно срезать через Торговую улицу.              «Алексия, кажется, хорошо знает город… впрочем, неудивительно» — Сид кивнул не то девушке, не то своим мыслям.              — Не будем сильно спешить — до выступления ещё полно времени.              Они неспеша выдвинулись, срезая путь через закоулки и улочки — где-то минуя незнакомые парню места, где-то пересекая уже знамомые уголки столицы…              Наконец, они достгили набережной, и вышли с задней стороны «Старшего дома» — здания, которое среди прочих сооружений на этой улице, казалось старым — выложенное из белого камня, оно напоминало дома в Александрии, но было заметно больше…              — Не скажу, чтобы мне нравилось это место… — буркнула Алексия.              — Что-то не так?              — «Старший дом» — это столичная страшилка, — девушка нахмурилась, когда они оказались у главного входа. — В закрытом здании ресторана происходят странные вещи — по крайней мере, я так слышала…              — А когда это было?              — Не знаю. Об этом слуги не болтают, — Алексия нахмурилась, словно что-то её смущало. — Сид, ты ничего не чувствуешь?              — Нет, — ложь, — А что?              «Логотип "Мицугоши"…» — оранжевый логотип на белом фоне располагался рядом с вывеской заведения. — «Гамма, у меня есть к тебе вопросы»       Внутри были Тени — подчинённые Гамме, как мог определить Сид…              — Ладно. Буду считать, что мне показалось…              «А что её смутило?»              ****************              Внутри «Старший дом» был отделан довольно скромно — но компенсировалась скромность отделки фонарями, горящими разными цветами — ярко-жёлтый, синий, голубой — все они создавали в здании совершенно иную атмосферу…              Обеденный зал был заполнен примерно на половину — места у сцены, где стояло фортепиано, освещённое бледно-белым светом, были уже заняты, но ближе к середине ещё оставались свободные столики.              — Здравствуйте, — перед ним стояла Тень. Не в костюме-слизне, а в тёмно-синей рубашке и юбке, эльфийка — из числа тех, кого для своих целей отобрала Гамма — это Сид смог понять по её маяку.              — Нам нужен столик, ближе к середине зала… И не подскажете, через сколько начало?              — Для вас — столик на двоих, — ему подмигнули, явно ощутив его маяк — маяк, относящийся к Теням Альфы. — До начала выступления мисс Силон ещё пятнадцать минут.              — Спасибо.              «Я пользуюсь своим положением… да простит меня Гамма за это» — они заняли свои места и принялись листать меню.              «Алкоголь занимает половину меню…»              Неясно, что было хуже — что половина названий были калькой с древнеалександрийского языка, или что Сид был способен понять их истинный смысл.              «Лёгкие закуски, обеденное меню из трёх блюд, скромный выбор десертов, алкоголь, алкогольный и безалкогольный кофе… куда же Мицугоши, да без своего самого ходового товара»              Сид уже намеревался было сделать выбор, как сумел почувствовать за сценой ещё два маяка — один принадлежал кому-то из подчинённых Дзеты, а вот второй…              «Ну привет, Эпсилон…» — Сид едва усмехнулся собственной мысли — его Тени были буквально повсюду, — «И что же ты могла здесь забыть?»              Сделав свой заказ, Тень заприметил работников ресторана — обычных людей, не волшебников. Они поэтапно тушили фонари, начиная от фонарей вблизи сцены.              Теперь всё, что можно было увидеть — освещённое белым, похожим на лунный свет, фортепиано. Где-то позади фортепиано, освещая сцену очень-очень тусклым синим светом, стоял ещё один фонарь.              «Все глаза должны смотреть на сцену» — парень склонил голову в сторону — было любопытно, что могли придумать девочки.              Весь зал был погружен во мрак. Лишь свет от сцены, отражённый от декораций, подсвечивал силуэты, очертания предметов и посетителей…              «Места в середине зала самые лучшие — всю сцену видно»              Наконец, из закулисья вышла она — одетая в тёмно-синее платье, с шикарными пропорциями, в туфлях на высоком каблуке, эльфийка…              «И половина этого великолепия создано при помощи слизи» — он хорошо помнил, что истинный облик Эпсилон был куда более скромным — среди Семи Теней она могла показаться излишне худощавой…              Возможно, что это отличие от иных Теней било по самолюбию гордой эльфийки, что брала у него уроки игры на фортепиано. Или же, выходя в общество, Эпсилон желала выглядеть сногсшибательно — Сид допускал оба этих варианта.              На мгновенье, Тень поймал её взгляд. В тот же миг, девушка выпрямилась, выпятив грудь вперёд, и, поправив длинную причёску цвета морской волны, заплетённую в два хвостика, Эпсилон заняла место у клавиш.              И началась музыка…              «Лунная Соната» — с первых же нот, Тень узнал мелодию — мелодию, которая накрепко застряла в его памяти, которую он мог бы исполнить спросонья и на морозе, и которую он уже, наверное, никогда не забудет.              Шепотки в зале стихли. Фонари, освещавшие сцену, словно в такт мелодии, плавно затухали, чтобы после столь же плавно разгореться… Сверху сцены очень плавно стали сыпаться белоснежные хлопья — похожие не то на перья, не то на обрывки бумаги.              Бледный свет отлично отражался от белых хлопьев, из-за чего на иссиня-тёмном фоне они выделялись. На платье пианистки также были крохотные блёстки — в окружающем мраке они напоминали звёзды на чистом ночном небе.              Музыка продолжалась.              «Эпсилон так выросла…»       Магия шоу действовала на посетителей — даже Алексия не могла отвести взгляда от сцены. Но на Сида — как того, кто уже бывал на сцене, блёстки и бумага подействовать уже не могли. Цепляла искушённый слух парня музыка — отличное исполнение симфонии, то, как эльфийка старалась, вкладывая всю себя…              «Ты молодец, Эпсилон»              За свою… воспитанницу, Тень не мог не испытывать гордости. Он научил её играть, честно говоря, не ожидая, что эта музыка выйдет за пределы Александрии — ибо это искусство было нужно самой девушке. Не кому-то ещё, а ей самой — для успокоения души, для отвлечения от дурных мыслей, для того, чтобы выделиться среди всей семёрки, отличаться от них.              И Сид не мог не признать — у неё это получилось.              Наконец, музыка подошла к концу. Тишина в зале не стихала ещё секунд пятнадцать, и даже спутница парня лишь после того, как в зале послышались восторженные овации, тряхнула головой.              — Это было… великолепно, — пробормотала Алексия. — Эм… Сид? Ты плачешь?              — Нет. Это ресница в глаз попала.              Он быстро смахнул непрошенную каплю со щеки. Выступление только начиналось…