Чуда не будет

Сложно было придумать настолько неравные условия соперничества, но об этом обе молчат. – Вообще всё честно, я пьяная и лет пять не играла. Кристина только глаза закатывает и гуглит правила этой странной дурацкой игры. Каширина не против бы поддаться, но из-за того, что Крис играет впервые и не использует никакой стратегии, просчитать её ходы не выходит. Таня изо всех сил старается потянуть игру подольше, делает множество ходов ненужных, но дредастая всё равно проигрывает и несколько секунд обиженно дуется, глядя на доску. – Мне не дано постичь тайну этого действа, – глубокомысленно изрекает проигравшая. – А мне не дано постичь то, как непьющий человек может работать барменом. У тебя даже дома только чай. – Я барледи, – смеётся Крис, – работаю замечательно, не отвлекаюсь. А вообще я другой ерундой балуюсь, такое в квартире лучше не хранить. Таня кивает понимающе и спешит сменить скользкую тему. – Кстати, ты помнишь, что мы играем на раздевание? Придётся что-то снять. Штрэфонд, глаза пряча от чужого голодного взгляда, жалеет, что именно сегодня не надела свой любимый браслет. Даже цепочки на шее не было. Вытягивая из джинс ремень, Кристина ворчит: – Я с тобой в такое больше играть не буду. Таня с улыбкой думает: "Если в такое не будет, значит, во что-то другое она поиграть не против". Мысль тëплая, согревает не хуже самого крепкого алкоголя. Наконец справившись, Крис передает в руки Тане увесистый кожаный ремень с тяжёлой пряжкой. "Таким бы пороть или руки за спиной фиксировать". – Ну что, ещё партию? Крис могла бы весь этот балаган закончить, отослать темноволосую домой отсыпаться, сложить ненавистные когда-то шахматные фигуры и упрятать их обратно на полку, но ей не хотелось. К забавной девчонке, любительнице тëмных полупустых баров и интеллектуальных игр, отчего-то тянуло. – Ты бы хоть поддалась немного, я тоже хочу созерцать прекрасное, – почти шепчет Крис, снова расставляя крохотную армию из белых фигур.