Запретный плод.

Медленным движением руки металлический половник опускается в кипящую воду, медленно помешивая маленький кусочек курицы и несколько лавровых листов в нём. Чугунная кастрюля, стоящая на плите, постепенно трескалась от старости. У хозяйки квартиры не было возможностей обновить кухонную утварь, а уж тем более такую дорогую. К тому же, пока стоит и не разваливается, можно пользоваться. Чугун явно продержится еще некоторое время, поэтому об этом можно ненадолго забыть. Лишь одна мысль гложет женщину, проводящую свой единственный выходной у плиты. Её ярко-голубые глаза печально смотрят вдаль. За окном возвышаются грозовые тучи. Они совсем не пушистые, а тяжёлые и мрачные, наводящие состояние апатии. Взорву вырисовывается свинцовое небо, такое давящее и отталкивающее, не дающее яркому солнцу выпустить свои длинные лучи из вечерней мглы, медленно погружающей весь город в привычную суету, когда люди возвращаются с работы или школы. Для всех это самое приятное время, ведь все проблемы временно уходят на задний план, позволяя жителям Казани отдохнуть. Но лишь не Светлане Михайловне, которая днями напролёт глотает ком лжи и отчаяния. Она вынуждена жить в неведении, лишь кивать, веря каждому слову своего возлюбленного. Изначально ей казалось, что Ильдар не способен лгать, ведь он такой приятный и добрый. Но постепенно женщина понимала, что вся их совместная жизнь это лишь розовые очки, которые теперь наконец-то упали с её переносицы, разбившись вдребезги. Светловласая солжет, если скажет, что разлюбила его и больше не желает видеть. Её сердце, как и раньше, бьётся еще чаще, когда именно он находится рядом. Но материнская любовь гораздо сильнее, чем привязанность к мужчине. Светлана Михайловна до сих пор не знает, что произошло с её сыном. Куда же пропал её маленький Андрюша? Пускай майор отвечает уклончиво, извивается, как может, но он никогда не сможет обмануть женщину, чьё сердце до сих бьётся лишь ради своих детей. Теперь, пытаясь выстроить из себя образцовую жену и мать, Васильева некоторое время пыталась не мучить возлюбленного вопросами насчет пианиста. Ведь на тот момент она считала, что Ильдар делает все возможное, чтобы найти, как она думала изначально, их сына, а как оказалось, лишь её. Вероятно, Юнусовичем руководит совсем иная цель, полностью отличающаяся от Светланы. Ей пришлось смириться с этим, она всегда понимала, что никто не сможет принять чужого ребенка. От душераздирающих мыслей голубоглазую выдернул мужчина, появившийся в дверном проёме кухни. На нем красовалось рабочее пальто с погонами на широких плечах, а на голове привычная меховая шапка с яркой звездой по середине. Под верхней одеждой виднелась выглаженная рубашка и длинный чёрный галстук, аккуратно завязанный под воротником. А поверх нательника был пиджак, по цвету напоминающий сажу, был он застегнут на чёрные пуговицы. Если обратить внимание, то можно заметить приталенные тёмные брюки, которые совсем недавно зашила Светлана Михайловна. Как ей объяснил Юнусович, ему пришлось гнаться за преступником, и он случайным образом зацепился за калитку. Вопросов женщина решила не задавать, лишь качнула головой и принялась за работу. — Ты уходишь? У тебя же выходной. Да и поздно уже.— заметив, что мужчина стоял в рабочей одежде, светлые брови свелись к переносице, словно подозревая что-то неладное. Она выпустила из пальцев половник, заставив его удариться о бортик чугунной кастрюли. Голубые глаза недоверчиво смотрели на фигуру возлюбленного, который нырнул в коридор. Зрачки сузились, а губы недовольно скривились. Васильева сложила руки на груди, становясь в так называемую позу Наполеона, после продолжив прожигать взглядом уже пустующий дверной проём. — В срочном порядке вызвали на работу. Сама же понимаешь, служба, — показав лишь голову, с хрипцой в голосе отрезал темноглазый, следом вновь юркнув в коридор, продолжая натягивать армейские сапоги. Они были достаточно неудобными для быстрого надевания, пришлось прижаться поясницей к стене и постепенно засовывать ногу вовнутрь. — Я-то понимаю, но что там с Андреем? Если ли хоть какая-то весточка? — всё же решившись, поинтересовалась женщина, резко стянув с себя розовый фартук с белыми завитками на нем, она отбросила его на деревянный табурет возле окна, быстрым шагом выйдя к майору. Из-за того, что она стала жить с мужчиной, ей пришлось одеваться красиво, уж домашнюю сорочку явно нацепить нельзя. Приходиться носить платья, различные украшения и обязательно делать причёску, ведь не дай Бог Ильдар увидит её растрёпанной. Как бы она не душила себя за такое поведение, голубоглазая все равно поднималась в четыре утра, чтобы навести марафет и приготовить завтрак. Что тут поделать? Воспитание, оно такое. Даже сейчас Светлана Михайловна стоит в голубом платье с васильками на бёдрах, а на шее её виднеется золотой кулон, подаренный майором относительно недавно. Изначально было в какой-то степени неприятно принимать столь дорогой подарок, но выбора не было. Бери, что дают, иначе останешься у разбитого корыта. Дело даже не в том, что Васильева не умеет принимать «комплименты» от мужчин. Просто из-за сложившейся ситуации с потерей сына последнее, что ей хотелось, так это принимать дорогие подарки и забывать про поиски Андрея. А появилось ощущение, что Юнусович именно этого и добивается. — Ты же знаешь, моя дорогая, я бы обязательно сказал, будь что-то известно. Пока тишина. Но я дал тебе обещание, что найду его. Мои парни, может, не самые элитные детективы, но со своей работой справляются неплохо. — Было заметно, что каждый разговор про Васильева был неприятен Ильдару. Дело даже не в том, что пианист мешает их личной жизни со Светланой Михайловной. Вся соль заключается лишь в Кощее, который только своим существованием портит абсолютно всё. В глазах майора Андрей достаточно неплохой парень, его можно в кадетское училище отдать, сделать человека. Это не такая уж и проблема. Но с появлением криминального авторитета всё стало неимоверно сложно. Он влияет на Пальто так, как неудобно Ильдару. Ведь теперь у него совсем не осталось воздействий на пасынка. Раньше старший мог использовать грубую силу, дабы преподавать урок, а теперь усатый не может позволить себе подобное. Ведь понимает, что новоиспечённый молодой человек Андрея не пропустить это мимо ушей и глаз, а обязательно захочет отыграться. — Вот как. Ясно, — достаточно безразлично бросила женщина, возвращаясь вновь на кухню. Она устала. Ильдар все время кормит её завтраками о том, что сына обязательно найдут. Но с таким руководством вряд ли. Светлана женщина умная и проницательная. Иногда голубоглазая может не показывать свои истинные способности, скрывая всё за длинными ресницами, накрашенными Ленинградской тушью. А на деле хозяйка понимает, что сын её явно постепенно тонет в болоте. Видимо, связался с тем, кто гораздо влиятельнее, чем Юнусович, поэтому мужчина и не чешется искать пасынка. Это и раздражало обеспокоенную мать, желанием которой было найти старшего ребенка. — И опять ты начинаешь, — с тяжёлым вздохом прошипел майор, уже слыша эти недовольные нотки голоса своей возлюбленной. Решив даже не продолжать бессмысленный разговор, он махнул рукой, покидая квартиру, громко хлопнув входной дверью. И уж тогда вся сдержанность Светланы Михайловны исчезла. Она, не выдержав, скатилась по стенке на кухне вниз, падая на колени. Ей так тяжело всё время держаться для кого-то. Иногда хочется забиться в самый тёмный угол и горько заплакать от бессилия. Но, как назло, слёзы не желают вытекать из глаз, они словно закончились. Всё, что она может себе позволить — это закрыть тонкими пальцами своё дрожащее лицо и молча сидеть в такой позе. В такие моменты женщина не имеет права даже захныть, ведь в соседней комнате рисует младшая доченька, даже не подозревающая, что мать её с каждой минутой ненавидит своё существование еще больше. Голубоглазая винит себя в пропаже Андрея, ведь она не сумела доглядеть за старшим сыном. Упустила многие моменты его воспитания на самотёк, посвятив всю себя Юленьке. «Я ужасная мать.» — Проносится в её голове, пока она медленно укладывается на холодный пол, поджимая колени к груди. Голова женщины медленно опускается вниз, а руки обхватывают ноги. Она старается практически не издавать звуков, чтобы на шорох или хныканье не пришла Васильева-младшая, которой пока практически невозможно объяснить происходящее. Испытанием уже стало объяснение пропажи Андрея, который второй день не ночует дома. Кажется, Светлане Михайловне требуется время, чтобы прийти в себя и вернуть на своё лицо фальшивую маску счастья. *** Ласковое солнце возвысилось над улочками Казани. Яркие лучи освещали каждый сантиметр города, не забывая про толстые деревья и их тонкие ветви, прогибающиеся под слоем мокрого снега, который успел засыпать абсолютно все дороги и машины за одну лишь ночь. Лёгкий ветер проносится по небосводу, снося на своих потоках коричневые листья, которые не успели спрятаться под холодными хлопьями и теперь вынуждены лететь на встречу неизвестности. Прозрачная небесная синева привлекает к себе всех ранних пташек, собирающихся на работу или в школу. Таким небезразличным стал Кощей, медленно потягивающийся на кровати. В его голове происходит полнейший хаос, который пока что не может выстроиться в полноценную картину ночи. Его нагой пах был скрыт клетчатым покрывалом, а ноги были скрещены и мирно лежали на матрасе. Тёмные глаза стали постепенно осматривать свою спальню, которая с проживанием в ней Андрея преобразилась. Стены, казавшиеся такими мрачными и страшными лишь под умелой рукой пианиста, были скрыты под деревянными рамками. Правда, те пустовали без фотографий, но, как Константин уверил мальчишку, рано или поздно новые снимки появятся. И обязательно они будут запечатлены вместе. Даже высокий шкаф, который раздражал авторитета из-за вечно открывающейся дверцы, стал более терпимым, хотя в нем ничего не изменилось. Вероятно, сама атмосфера поменялась в доме после появления в нем лучезарного мальца, пытающегося везде сунуть свой маленький и аккуратный нос. Рука старшего стала хлопать по кровати в попытке найти возлюбленного, которого рядом почему-то не оказалось. Почувствовав неладное, мужчина, все еще находясь в потрепанном состоянии, попытался подтянуться вверх к спинке кровати, чтобы оглядеться. Первая мысль заключалась в том, что Андрей просто ушёл готовить завтрак или находится в душе, как прилюбил это делать ранним утром в тишине. Облокотившись на спинку, Кощей и вовсе потерялся в своих раздумьях. Он только заметил, что был полностью голый, а его одежда разлетелась по всей комнате, даже задев люстру. На которой оказались висящие боксеры, что было достаточно странным. — Какого, блять, чёрта здесь творится? — озадаченно прошептал авторитет, проводя пальцами по кучерявым волосам, будто бы пытаясь произвести воспоминания, выстраивая их в одну цельную картину. Он отчётливо помнит, как вошёл к главе Разъездовских. Мужчины обсуждали проблему, возникшую из-за Универсамовских. Оказалось, что группировка Кощея без причины напала на парней другого района, избив некоторых до состояния овоща и нужды в экстренной помощи. Некоторые даже загремели в реанимацию, и их жизни остаются под вопросом. Как выяснилось, уже к опустошению первой бутылки, во время очередной вечеринки в ДК был убит один из участников Универсама, так и не добравшийся до места встречи. Пока узнать, что за парень, какие обстоятельства смерти, не получилось. Константину были не нужны лишние проблемы с другой группировкой, поэтому он скинул все на ненадежного рассказчика и обязательно с этим разберётся. Однако ближе к окончанию второй бутылки водки мужчинам удалось разрешить все проблемы, и они совершенно спокойно разошлись, пожав друг другу руки. Также кучерявый помнит момент, когда вошёл в свою квартиру и увидел сонного Васильева, который встретил возлюбленного. А дальше всё как в тумане. Были лишь некоторые моменты, всплывающие достаточно медленно, но и они ни о чем не говорили. Решив проверить самостоятельно и разузнать, что случилось и заставило пианиста покинуть своё ложе так рано, Кощей всё же поднялся с кровати, откинув покрывало в сторону. Его руки поднялись вверх, соединив пальцы в замок. Он потянулся, сладко зевнув. В спине послышался неприятный хруст позвоночного столба, намекающий мужчине на его возраст. Удрученно вздохнув, тёмноглазый уложил свою ладонь на боковую часть шеи, потерев тянущее место. Разгуливать по дому с оголенной задницей ему не слишком сильно хотелось, пришлось вытащить из-под кровати запылившиеся спортивные штаны, натянув их на бедра, чтобы хоть как-то прикрыть своё достоинство. Пока мужчина одевался, он ненадолго замер. Ему померещился некий звук, доносящийся из ванны. Прислушавшись, Кощей сумел выявить тонкую струю воды, стекающую в пожелтевшую раковину. Именно в это момент его сердце сжалось, а глаза расширились. Он всё понял. Теперь вопросов касательно одежды и его внешнего вида можно не поднимать. Сорвавшись с места, старший, подобно спидстеру, полетел к двери в ванную комнату. Как только он оказался рядом, то вмиг потерял весь контроль над своими действиями и хоть какой-то здравый смысл. Неужели его самый страшный кошмар сбылся, и внутренний зверь все же сумел вырваться? Пальцы интуитивно сложились в крепкий кулак, которым каштанововласый тут же стал ударять о шаткую дверь. От каждого тяжёлого прикосновения краска постепенно сыпалась вниз, показывая древесный слой. Но Кощей игнорировал это. Главной целью было достигнуть Андрея, который явно сидел в ванной уже не один час. Вскоре мужчина подключил колено правой ноги, которым стал таранить дверь снизу, пытаясь создать еще больше звука. Разумеется, он может спокойно снять мешающий барьер с петель, но в силу неконтролируемых эмоций он может лишь стучаться с надеждой, что ничего не произошло. Но он и сам прекрасно понимает, что ночью они явно занимались тем, что мужчина так долго старался оттянуть. Ведь по ощущениям, которые разливаются по его венам и жилам, арестант точно уверен, что его ублажением был занят только Андрей и никто больше. В каком бы состоянии мужчина не был, но идти на гнусную измену это не в его понятиях. — Одуванчик, я знаю, что ты там. Открой дверь по-хорошему, — ласково пытался говорить Константин, ненадолго затихнув. Его мокрый от пота лоб прислонился к деревянной поверхности. — Иначе я нахер вырву эту дверь! Всё же не сдержавшись, закричал кучерявый, ударив коленом вновь. Из ванной послышались всхлипы, а после вода перестала течь, вероятно её выключили. Мужчина отошёл от двери, ожидая выхода своего возлюбленного. Как бы он не хотел увидеть его, в глубине души было до ужаса страшно. Каким бы безразличным авторитет не хотел выглядеть конкретно сейчас его лицо выражало что-то смешанное из ужаса и ненависти к самому себе за не сдержанность. Замок повернулся, а дверь со скрипом отворилась. Перед Кощеем возник дрожащий мальчишка. Его и так бледное лицо стало практически белым, если уложить его в снег, то он может с лёгкостью затеряться. На молочной шее виднелись красные отметины и кровавые укусы, было ощущение, что еще немного и кожа бы просто оторвалась. Выглядело это ужасающе. На тонких руках слепят красочные синяки, особенно они проявляются на предплечьях и запястьях, сложенных на лихорадочно ходящей груди. Бёдра были скрыты под всё той же чёрной футболкой, поэтому увидеть следы было невозможно. А карие глаза вновь наполняются каплями. Склера стала покрасневшей от слёз, а верхние и нижние веки были стёрты от многочисленных прикосновений пальцев пианиста, стирающих мокрые дорожки с щёк. —Андрюша, одуванчик, — защебетал старший, тут же заключив своего мальчика в крепкие объятия. Но взаимности он не увидел. Дистрофичные ладони не прильнули, как раньше, к спине Константина. Васильев, подобно кукле, стоял в одной и той же позе, иногда пошатываясь от острой боли в ногах. Кощей знает и принимает всю свою вину. Он неторопливо стал съезжать вниз, вскоре касаясь коленями пола. Его крепкие руки обхватили талию пианиста, стараясь прижаться к нему как можно крепче. Тёплая щека криминального авторитета прильнула к груди возлюбленного. Мужчина отчётливо слышал биение сердца блондина, оно было настолько шумным, что полностью вытесняло все мысли в голове арестанта. Брови его опустились к переносице, а кожа между ними собиралась в небольшие поперечные и вертикальные складки. Глаза старшего закрылись, а голова стыдливо качнулась еще ниже, скатываясь к рёбрам Васильева. Константина настигло неописуемое удивление, когда совсем лёгкая рука мальчишки легла на его кучерявые волосы, осторожно поглаживая их. Он ничего не говорил, не издавал никаких звуков, лишь продолжал шевелить пальцами, накручивая каштановые кудряшки на свои тонкие пальцы. — Помнишь, ты хотел что-нибудь новое? Приставку с Марио, например? Говори абсолютно всё, что ты хочешь. Я весь мир склоню к твоим ногам. Обещаю. — Шептал растерянный авторитет, приподняв своё лицо. Он видит, что Андрей еле держится. Ему страшно и плохо. И, по всей видимости, о подарках ему думать совершенно не хочется, тем более после того, что было. В одно лишь мгновение дрожащие ноги Васильева подкашиваются, и он начинает скатываться вниз, придерживаясь лишь за голову и второй рукой за плечо возлюбленного. Кощей, как бы это прискорбно не было, всё же признал, что он был явно не милостен к своему партнёру, раз подросток не может спокойно стоять и ему приходиться придерживаться, чтобы окончательно не упасть. — Мне так жаль, — достаточно серьезно и искренне сказал авторитет, впоследствии стараясь потихоньку подниматься с колен на ноги, при этом придерживая вновь обмякшее тело за талию, также подтягивая юношу вверх. Но ему показалось странным, что Андрей резко перестал реагировать на голос старшего и шевелить пальцами в волосах Константина. Взглянув на Пальто, арестант не смог сдержать свой тюремный поток фраз, который полился почти сразу от увиденного. Васильев закрыл глаза, скорее всего потерял сознание, потому что сердце всё еще продолжало биться в груди, а дыхание было ощутимо. Мужчина, решив не выжидать звёзд с небес, подхватил безвольное тело на руки, забросив юношу грудью себе на плечо. И уже после этого, чтобы можно было следить за состоянием возлюбленного, Кощей резким движением столкнул пианиста с себя, подхватывая его второй рукой. В итоге голова подростка свисала с татуированного предплечья старшего, пока ноги были зафиксированы под коленом пальцами левой руки авторитета. Дистальные фаланги Андрея, которые были погружены в кучерявые волосы старшего, устало опустились, склонившись к самому низу. Пока Константин нёс юношу, находящегося в бессознательном состоянии, мужчина также успел осмотреть все травмы, нанесённые им же ночью. Тонкие шрамы от зубов, оставленные на кадыке, засосы, вырисовывающие по всему периметру шеи. Было противно от самого себя за то, что он пускай и жалел о содеянном, но был рад, что между ними был разорван барьер, мешающий перейти на новый уровень отношений. Это отвратительно и неправильно, но Кощей уже ничего не сможет поделать с собой и своим собственническим желанием привязать подростка к себе железными оковами. Вскоре криминальный авторитет уложил юношу обратно в мягкую постель, укрыв покрывалом, которым ранее был прикрыт он сам же. Мужчина присел рядом на матрас, прогнув его под тяжестью своего тела. После чего арестант дотронулся своей рукой до бархатной щеки возлюбленного. Он провёл большим пальцем по острой скуле, следом переместив фаланги на подрагивающие губы младшего, успокаивающие Кощея. Бросив взгляд на окно, кучерявый обнаружил, что уже давно наступило яркое зимнее утро. Перистые облака поднялись на голубые просторы, а светило продолжало согревать жителей города своими длинными лучами. Но солнце, как бы это иронично не звучало, внезапно перестало освещать Константина, оно переместилось на мирно лежащего пианиста, который ненадолго приоткрыл уставшие глаза, после в миг закрывая их вновь. Золотой отблеск упал на плечо мальчишки. Тем временем как криминальный авторитет сидел в тени, как к тому и привык. И он был даже рад этому. Ему нравилось видеть, как его маленький ангел блестит на солнечных лучах, расправив свои невидимые крылья, пока Кощей сидит во мраке, исподтишка наблюдая за своим сокровищем, чтобы никто не посмел дотронуться до него. Это ли не счастье?