Загнанных лошадей пристреливают, не правда ли?

Тэхён проснулся и сразу открыл глаза. Он не кутался в одеяло с головой, не досматривал сон, не оставался в забытьи. Тэхён сразу увидел потолок, уже посветлевший, залитый утренним светом, но не полностью, как будто в ночь постепенно вмешивался в день, как в чёрную краску белая. Тэхён повернул голову, посмотрел, спит ли Чонгук. Он не спал и смотрел прямо на него, глаза в глаза. — Давно вы не спите? — спросил полушёпотом Тэхён. Он боязливо отодвинулся к стене и упёрся в неё спиной. Но даже так расстояние между ними больше не стало. Чонгук лежал рядом на боку. — Не знаю, — так же шёпотом ответил Чонгук. — Не имею привычки спать с секундомером. Пристально рассматривал Тэхёна. От помощника это не укрылось. — Что-то не так? — Серый утренний свет не красил никого. Чонгук выглядел усталым. Не тот мужчина, который делал большие деньги и управлял огромной компанией. — Твои волосы отросли. — Взгляд Чонгука бродил чуть выше лба Тэхёна. Точно, корни волос. Тэхён даже точно не знал, когда сможет подкраситься. — Обожаю твои тёмные волосы. — От этих слов Тэхёна пробрал парализующий страх. Страх, что он ослышался. И даже если так, то Тэхёну никто не смог запретить сохранить этот момент. Он слышал столько гадостей от Чонгука, что одно доброе слово, и приближающаяся зима не так страшна для Тэхёна. — Я устал, — прошептал Чонгук. Он прикрыл глаза, ресницы затрепетали на его щеках. Тэхён сглотнул. Ну, конечно. Всё из-за Тэхёна, опять из-за него. Нужно было в первый день проявить настойчивость и выгнать Чонгука обратно в Сеул. Этого всего бы ничего не было. — Чонгук, — голос не слушался Тэхёна. — Пожалуйста, уезжайте. Вы сделали очень много. — Недостаточно, чтобы вернуть тебя. Тэхён застыл. — Я найду вам помощника лучше, правда. Я постараюсь. Чонгук поморщился, как будто Тэхён сказал несуразность. — Не найдёшь. — Я приложу все усилия. Чонгук выдохнул. Он обернулся, поднял телефон с пола. — Я обновил требования для вакансии личного помощника. — Чонгук потыкал в экран. — Ты не проверил, верно? — Тэхён промолчал, пока Чонгук не повернул экран своего смартфона к нему. Он сфокусировал взгляд на мелком шрифте. «Главные требования к кандидату: 1. Ким Тэхён, 26 лет, выпускник Итонского колледжа». — Это смешно, — сказал Тэхён, отодвигаясь обратно к стене. — Почему вы не можете отпустить меня? Экран смартфона погас. — Разве можно отпустить то, что ты любишь? Сердце в груди Тэхёна пропустило удар. К горлу подступил смешок. Он хотел рассмеяться в лицо Чонгука. — Это шутка? Лицо посерело ещё больше. — Я знаю, что ты без ума от моего отца. — Чонгук откинул одеяло, встал. — Что? — Тэхён приподнялся на руках. Он не верил своим ушам. Чон Тхан вызывал в нём только уважение. Даже отеческих чувств он не испытывал к нему. — Вы смеётесь надо мной? — Нет. Ынхо ещё не приехал. Пойду ему позвоню, — зачем-то сказал ему Чонгук и вышел за дверь. Тэхён тоже не видел смысла валяться в постели. Сейчас вернётся Чонгук, и они обязательно разберутся. Все эти шутки — низко по отношению к Тэхёну. Он не дал повода ни разу, чтобы его можно было заподозрить в малейшей симпатии к Чон Тхану. Тогда о чём сейчас говорил Чонгук? Что он имел в виду? Тэхён встал, даже не осматривал себя, всё равно он выглядел не лучше, чем Чонгук в помятом костюме. Он заправил свою постель потом убрал одеяло и подушку с пола, закрутил в рулон матрас. В комнату вернулся Чонгук. Быстро оглядел Тэхёна, который пристраивал матрас в углу. — Там жители около магазина толпятся. — Что? Тэхён оттолкнул Чонгука и без куртки побежал на улицу. Залетел в комнату, где располагался магазин. Пусто. На прилавке ни крошки хлеба, а за дверью горланили деревенские. Тэхён быстро шагнул к окну, выглянул. Женщины и мужчины размахивали котомками и расхаживали из стороны в сторону, отбивая порог магазина. — Пак Нгуён, хлеб давай! — кричали самые отчаянные. Тэхён кинулся назад. Чонгук стоял на крыльце, ждал Тэхёна. — Вы видели Нгуён? Чонгук отрицательно покачал головой. Хвостиком пошёл за Тэхёном, который ворвался в пустую кухню, там никого и ничего. Ничего не скворчало, не пыхтело, стояла звенящая тишина, даже пахло стерильностью. Тэхён развернулся и налетел на Чонгука, который стоял сразу за спиной. Он тут же отступил на шаг, позволяя ему выйти из кухни. — Пак Нгуён? Тэхён заглянул в гостиную. Никого. Диван собранный стоит. Стулья задвинуты, как будто никого со вчерашнего дня и не было. Тэхён рванул в свою комнату. — Чимин! — Он постучал в дверь, для приличия заглянул в щель. Заправленная постель, сложенная пижама Чимина лежала на краешке. — Он так рано встал? — Сомневаюсь, я бы услышал или увидел. — А где они тогда? Тэхён полетел в коридор. Мельком заглянул за шторку, ведущую к закрытому погребу, поднял за кольцо крышку. Ему в лицо пахнуло сыростью и плесенью. Лестница уходила в темноту. — Чимин? Пак Нгуён? — дрожащим голосом спросил он темноту. Ему было страшно услышать в ответ любой звук. — Намджун. — Тэхён отпустил кольцо, и крышка с грохотом упала на пол. Чонгук стоял рядом с телефоном у уха. — Доброе утро. Да, Чимин с тобой? — Тэхён подошёл к Чонгуку ближе, заглянул в глаза и сразу понял, что и как. Ещё до его ответа. — Отлично. А то его Тэхён потерял. Пак Нгуён, получается, тоже у вас? — Чонгук вдруг одеревенел. — Как нет? У нас тоже её нет. Тэхён, ты куда? Тэхён выбежал из дома. Кинулся в дровницу, влетел к курам и гусям. Те сразу бросились в ноги, заголосили голодным кудахтаньем и гаканьем. Тэхён быстро раскидал зерно и овёс. Яйца собрал из сена в корзину, оставил у входа. На улице его уже ждал Чонгук с пальто в руках. — На улице минус. Ты можешь заболеть. — Он помог втиснуться Тэхёну в рукава. Тэхён быстро натянул пальто на плечи и побежал в сад. Голая, убранная земля. Несколько повалившихся яблок тут и там. Да и все обитатели. — Сейчас Намджун приедет, привезёт Чимина. Ынхо тоже выехал, — сказал Чонгук. Тэхён кивнул. Он вернулся в дом, нашёл лист бумаги, ручкой поколдовал над ним, пошёл в магазин. Когда Тэхён открыл дверь, все сразу одобрительно загудели, на одобрение быстро сменилось на возмущение и негодование. — Ну-ка! «Объявлен выходной, хорошего дня!» — прочитал старый дед, поправляя очки на переносице. — Что это значит? — обратился он к Тэхёну, который зашёл обратно в магазин. — А то это и значит, многоуважаемый Чу Ньё, что хлеба не будет, — сказала рыжая тётка, злобно поблёскивая глазами. — Я вообще-то стою здесь с пяти утра, — крикнула ещё одна женщина. — А я с половины пятого, — крикнул в ответ мужик. — Где мой хлеб? — Это он уже спросил у Тэхёна. Тэхён толкнул дверь, чтобы закрыть магазин, но в щель старик проворно сунул свою трость. — Не смей уходить от ответа, молодой человек. Дверь распахнул пинком пробравшийся сквозь толпу мужчина. — Иди, ставь хлеб! Мы требуем, чтобы ты продал всем нам хлеб! Тэхён в ужасе начал отступать, пока не услышал щелчок. Холодный автоматический щелчок. Чонгук встал впереди Тэхёна и направил пистолет в лицо мужчины. — Он заряжен, а я не промахиваюсь, — сказал Чонгук ровно. Деревенские попятились назад, не сводя испуганный глаз пистолета в руке у Чонгука. Они двигались так медленно, будто в стоп-кадре. — Мне так жаль, но моё терпение не вечно. — Прогремел выстрел, а деревенские с криками и плачем кинулись в рассыпную. Чонгук закрыл дверь и повернул ключ. Пистолет он убрал за спину, подобрав полы пиджака. Тэхён застыл, как вкопанный, не сводил взгляда с Чонгука. — Он для самозащиты, — сказал он, прошёл мимо и вышел. Когда за ним хлопнула дверь, Тэхён громко выдохнул и упал на пол. Он дышал так быстро, что в какой-то момент закашлял, потому что перепутал вдох и выдох. Тэхён сидел на полу, пока не услышал знакомые голоса Чимина и Намджуна. Он поспешил к ним навстречу. — Хён, почему магазин закрыт? — спросил Чимин. И, не дождавшись ответа, кинулся в дом. — Бабушка! — Тэхён, что случилось? — Намджун покачал головой. — Я не знаю. Проснулся я. Проснулся Чонгук. Ни Чимина, ни Пак Нгуён. — Намджун клацнул челюстью. — Мы всё проверили. Я посмотрел в магазине, в курятнике, в саду. Заглянул в подвал, — запинаясь, перечислял Тэхён. — Потом Чонгук додумался позвонить тебе. — Тэхён показал на магазин. — Ещё тут были деревенские. С самого утра толпились около магазина. У Намджун зазвонил телефон. — Что случилось? — сразу ответил он. Посмотрел на Тэхёна. — У кого было оружие? — Намджун зашёл в дом. Тэхён за ним. — Да, скоро подъеду в участок. Начни пока, записывай со слов очевидцев. И никого не отпускай, верно? Пусть ждут, пока я приеду. — Чимин трясся в кресле в гостиной, заливаясь слезами. Чонгук стоял у окна и смотрел на улицу. — Ты выстрелил в людей? — спросил Намджун, когда молчание затянулось на десять долгих минут. Тэхён подпёр стену. Он не хотел сидеть, нужно было что-то предпринимать и делать, а вместо этого они играют в молчанку. — Я выстрелил в небо. Слышали о предупреждающем огне? Чонгук даже не повернул головы. — Сейчас в отделении набилось человек двадцать, готовые дать показания против тебя. Чимин громко шмыгнул носом, взгляд его испуганно блуждал между полицейским и генеральным директором Корвусс-групп. — Зачем мне эта информация, господин полицейский? — Чонгук повернулся. — Вы выполняете свою работу. Записывайте душещипательные истории этих деревенских упырей. Небось скажут ещё, что я взял кого-нибудь в заложники и угрожал убить. В эту же секунду Намджун запиликал телефон. — Слушаю. — Полицейский заходил по комнате. — Ему угрожал? Дуло к виску приставил? — Чонгук усмехнулся, вновь отвернулся лицезреть скромный пейзаж за окном. — Да, верно. Записывай всё до последнего слова, верно? Я уже почти выезжаю. — Намджун отключился. — Чон Чонгук, вам придётся поехать со мной. — Хорошо. Но только после того, как приедет Ынхо. Тэхён не останется один в этом чёртовом доме. И пока вы здесь, господин полицейский, не хотите ли у нас показания взять? Если не забыли, бабка студента пропала. — Чимин расплакался пуще прежнего. Намджун, как на зов, сорвался и опустился на корточки перед Чимином. Он сразу потянулся к опухшему лицу руками, пытаясь прикрыться от полицейского, но Намджун ласково и осторожно перехватил его руки и отвёл от лица. — Чимин, мы найдем её. Слышишь? Всё в порядке. Сейчас всё узнаем, что и как. Тем более, даже обходить дома не пришлось. Весь участок уже набился, верно? — Намджун зыркнул в сторону Чонгука. — Господин полицейский, прежде чем мы пойдём в участок, — Чонгук достал из кармана какой-то серебряный прямоугольник и кинул в сторону полицейского. Тот моментально среагировал, поймал вещь в воздухе, покрутил её в пальцах. Чимин сквозь слёзы и шмыганье тоже пытался разглядеть. Тэхён даже попыток не стал предпринимать. За широкой и напряжённой спиной Намджуна всё равно ничего не разберёшь. — На кнопочку нажмите. Намджун тут же нажал. И сначала, кроме хрипов и шуршаний, никто ничего не слышал. — …Что вы тут делаете? — Голос незнакомый Тэхёну, ещё будто он был не рядом с устройством записи. — Жду господина Ким Тэхёна. Голос Сихвана Тэхён узнал. — Он уже ушёл вместе с хозяином. — Куда? Тэхён вслушивался в разговор, но пока ничего не понимал. — Не знаю, но ты тоже выметайся давай. — Голос не очень любезен. — Мы с вами на «ты» не переходили. Я оставил господина Ким Тэхёна в этом кабинете и собираюсь его дождаться. — Эй, чел, не надо пафоса. Окей? Твой господин устал. Эти два голубка сделали фьють-фьють. Понимаешь? — Голос вдали злился и злость не скрывал. — У меня есть приказ. Я оставил господина Ким Тэхёна здесь. Отсюда я его и заберу. — Чел, ну ты тупой. — Прокричал недовольный голос. — Сейчас я с тобой разберусь. Хлопнула дверь. — Он ушёл. Думаю, ненадолго, — сказал Сихван прямо в микрофон. — Хорошо. Посмотри всё, что ты можешь. — Тэхён поглядел на Чонгука. Тот опять у окна, осматривал шторы. Серые пейзажи надоели. — Бумаги, шкафы, ящики, в тумбочке. Вся информация, которую можешь нарыть на этого кофейного принца. — В первом ящике — канцелярия, — начал свой доклад Сихван. Он задвигал тумбочками. — Во втором — ветеринарные паспорта, счета на электричество и землю. Третий ящик — коробка патронов от дробовика. Ещё папка. — Сихван что-то достал по звуку. Зашелестел бумагой. — Договор на расширение земельных угодий. Договор пустой. — Листал и листал бумаги. — Тут уже собраны подписи. — Перечислил несколько имён. — Напротив имени Манума нет подписи. И напротив Пак Нгуён. Раздался страшный грохот. — Эй ты, а ну-ка выметайся отсюда. Новый голос грубый и неприятный. Тэхён не видел этого человека, но он ему не понравился с первых секунд. — Направлять на безоружного человека автомат — дурной тон. Тем более, на гостя. — Гостя? Волк тебе северный — гость. Сейчас же подорвался и ушёл. Я жду. — Звук щелчка. Такое же щелканье, что и у пистолета Чонгука. — Знаю я про твоего господина. Он уже уехал с Мин Юнги. — Уехал? — Сихван удивился. — Я всё время был рядом с кабинетом. Вышел на несколько минут. Он не проходил мимо меня. Хорошо. Не надо, я пошёл. — Раз пошёл, то передвигай своими зубочистками быстрее. — Первый голос окреп, почувствовал власть. — Давай-давай. А то ходят тут всякие, разнюхивают. Может ещё отвести вас в лабора… Первый голос закашлялся, будто поперхнулся. — Хорошо, не нужно тыкать в меня оружием, — сказал Сихван. Его голос отдалялся от источника записи звука, скрипнула дверь, потом с грохотом захлопнулась. — Ты совсем кретин? — недружественно спросил второй голос. — Ты ещё первому встречному, может, расскажешь про лабораторию в подвале, а потом ещё за ручку отведёшь, посмотреть на производство танцулек. — Прости, вырвалось. Я даже не понял как, — заблеял первый голос. — Вырвалось? — выплюнул раздражённо второй. — Мы подписывали договор. Там был пункт о неразглашении. Два месяца назад ты пришёл на место полного придурка, который каждому направо и налево под синькой рассказывал о лаборатории. Мне рассказать, как Мин Юнги с ним распрощался навсегда? Ну а если захочешь, его свежая могила с памятником на опушке около дороги. — Свежая? — спросил первый голос, но он не успел продолжить. Стук в дверь, скрип. — Я телефон оставил, — сказал Сихван. — Какой телефон, — спросил второй голос. — Телефон господина Ким Тэхёна, он дал мне его на время, а я его положил на стол вашего хозяина. — Иди к столу и возьми телефон, — второй голос, видимо, приказал это первому. На этом запись закончилась. — Я отключился в этом моменте, — сказал Чонгук. Намджун в растерянности покрутил диктофон. — Нам всё равно нужно поехать в участок, — полицейский убрал в нагрудный карман диктофон. — Мы должны всё оформить. — Как раз Ынхо приехал. Чонгук отошёл от окна, Намджун уже в коридоре, за ним выскочил Чимин. Чонгук приблизился к Тэхёну. — Ынхо останется с тобой и Чимином. Господин полицейский, сколько по времени нам нужно на все ваши изыскания в полицейском участке? — спросил Чонгук в коридор, при этом не разрывая зрительного контакта с Тэхёном. — Час, может, полтора, — ответил Намджун. — Постараемся управиться за полчаса. Ничего не предпринимай самовольно, — попросил Чонгук, но звучало как приказ. — Просто сидите с Чимином дома. Вернусь — поедем к Сихвану и Рашиде. Чонгук не стал дожидаться согласия или банального кивка, а просто вышел из гостиной. Нагнал Тэхён его уже на крыльце. Намджун что-то тихо рассказывал хлюпающему Чимину, а тот кивал как болванчик. Тэхён замер напротив Чонгука, положил ему руку на плечо и наклонился чуть ближе к уху бывшего босса. — Возьмите Ынхо с собой. За полтора часа ничего не случится, а там в полицейском участке куча людей, которые могут сделать вам больно. — Ты переживаешь за меня? — спросил Чонгук с усмешкой, но в глазах недоверие. — Я всегда за вас переживаю. Тэхён отступил на шаг обратно в дом. — Чимин, закрой за нами дверь и не выходи из дома. Мы во всём разберёмся, верно? Чимин едва кивнул на слова Намджуна и пошёл за ним, медленно шаркая, чтобы закрыть калитку. На кухне Тэхён поставил чайник, потом в гостиной нашёл мобильный и набрал Сихвана. — Добрый день, господин Тэхён. — Как ты себя чувствуешь, Сихван? Сихван вздохнул в трубку. — Вы не обязаны звонить. У Чон Чонгука есть вся информация по моим анализам. — Сихван, мне неинтересно, что есть у Чон Чонгука. Всё у тебя в порядке? Я, Чонгук и Ынхо приедем часа через два. — Тэхён взглядом проследил, как в кухню призраком влетел Чимин. — Сихван, как давно ты знаешь про Мин Юнги? — На второй день после нашего приезда Чон Чонгук попросил проверить всю информацию о постройке фермы. — Чимин вытащил из шкафа две чашки, поставил на стол, прошаркал до плиты, где свистел чайник. — И, конечно же, Чонгук оказался прав, — упавшим голосом закончил Тэхён. — Мин Юнги — сын обанкротившегося миллионера Мин Ю. До пяти лет жил в достатке, занимался конным спортом. Потом его родители развелись. Мать спилась, сгорела за год. Отец проиграл весь бизнес. Юнги оставила у себя троюродная тётка. В восемнадцать он уехал от неё. Два года путешествовал, а потом объявился здесь. Не прошло и полгода случился пожар, а ещё через полгода уже появилась ферма. Лаборатория. — Тэхён до конца не мог поверить, что его так легко обманули. — Вы сами слышали, Чон Чонгук сразу заподозрил нечестную игру. У него же нюх на такие вещи. Но только даже его интуиция не смогла уберечь вас от… — Они подсыпали в ночь падения наркотики? — Чимин налил чай и теперь сидел за столом с упавшей на стол челюстью. Он начал прислушиваться к разговору и, конечно же, офигевать. — Не только в ту ночь, Тэхён. Неужели? Тэхён средним пальцем нажал на правый висок, чтобы заглушить боль, которая отстукивала набатом. — В самую первую встречу в доме председателя? — Намного раньше, — ответил Сихван, когда Тэхён пытался вспомнить все дни в деревне. — Тэхён, вам правда надо это знать? Чимин вдруг потянулся к телефону, который у него лежал на столе, уставился в экран, потом поднял глаза на Тэхёна. Перевернул телефон экраном в сторону Тэхёна. Пак Нгуён. — Я очень хочу узнать, — сказал Тэхён, показывая Чимину, чтобы тот ответил. Чимин нажал значок зелёного телефона на экране. — Возможно, уже при первой встрече Мин Юнги угостил вас лёгкой дозой психотропиков. — Где моя бабушка? — прокричал Чимин, выскакивая из кухни. Тэхён сжал телефон пальцами сильнее, чем нужно. Что-то щёлкнуло, будто сломалось. Он отнял телефон от уха. Звонок Сихавана сбросился. Тэхён, не раздумывая, кинулся за Чимином. На крыльце он увидел, что куртка Чимина мелькнула около калитки. Тэхён нашёл в контактах телефона номер Чонгука и набрал его. Но вместо того, чтобы поднести телефон к уху, он спрятал его в карман. Тэхён вышел из калитки. Около дома стояла огромная толпа деревенских, впереди Ли Хван, Кан Вон-Шик и Мин Юнги. У Мин Юнги в одной руке двуствольное ружьё, во второй Чимин, которого он держал за шкирку. — Тэхён очень рад видеть в тебя, мой мальчик. — Кан Вон-Шик распахнул объятия и сделал несколько шагов в направлении Тэхёна. Тэхён смотрел на Чимина. — Почему вы удерживаете мальчика? — вопрос он адресовал всем присутствующим, но смотрел только на Юнги. — Мой мальчик, не подумай ничего дурного, — не оставлял попыток председатель. — Чимин поскользнулся, и чтобы он не упал, то Юнги его поймал. Тэхён надеялся, что Чонгук не успел сбросить звонок и всё слышал. Он готов молиться на это. — Тогда отпустите его. В этот раз Тэхён посмотрел на Кан Вон-Шика, а тот тут же расцвёл под взглядом Тэхёна. — Конечно, конечно! — Председатель обернулся и замахал в сторону Юнги. Юнги, в свою очередь, никого отпускать не стал. Председатель опустил руку, он снова развернулся к Тэхёну. — Мой мальчик, возможно, с этим возникнут трудности. — Какие же? — Как ты себя чувствуешь? — спросил Юнги, в его голосе неподдельная забота. Это никак не сопрягалось с тем, что Юнги держал Чимина за шкирку. — Отпустите Чимина, — вместо ответа на вопрос о самочувствии сказал Тэхён. — С радостью, — ответил Юнги, — но только после того, как ты позвонишь своему бывшему боссу из большой корпорации и скажешь, чтобы он уезжал из деревни и больше не появлялся здесь. — Почему же? Что-то не так? — Мой мальчик, — взял слово председатель, — Чон Чонгук сегодня стрелял в обычных людей, в моих людей. Я этого не потерплю. — Чонгук стрелял в воздух. Это раз. Два, я и он просили ваших обычных людей не толпиться у закрытого магазин, но обычные люди толкали и пытались выбить дверь. Три: не связано ли ваше горячеё желание убрать из вашей деревни Чон Чонгука, только потому что он начал копать под вашу ферму и лабораторию? — Мой мальчик, — грустно выдохнул председатель. Он посмотрел на Ли Хвана. — Мне так жаль. Юнги отбросил от себя Чимина. Тот, спотыкаясь, подбежал к Тэхёну, белый и до смерти перепуганный. Тэхён поймал Чимина, не сводя взгляда с Юнги, прошептал ему: — Сейчас же иди в дом, запрись. — Он запустил руку в карман. — Объясни Чонгуку, что и как. Он на связи. Он вручил Чимину телефон, тот сжал его каменной хваткой и побежал в дом. — Мой мальчик, всё не так, как тебе кажется, давай я помогу. Объясню, чтобы ты понял. — Где Пак Нгуён? — спросил Тэхён. Его перестало интересовать всё, кроме бабушки Чимина и двухствольного ружья в руках Юнги. — Сейчас в лазарете у меня дома, — подал голос Ли Хван. — Ей вчера стало плохо, соседи её сразу привезли ко мне. Дал ей лекарство и оставил до сегодняшнего вечера. С ней всё в порядке. — Почему вы не сообщили об этом сразу же её внуку? — Тэхён, мой мальчик, вчера была суматоха, всем нужна была помощь. У Ли Хвана не тысяча рук. — Так если вы все знали, что Пак Нгуён в лазарете, зачем припёрлись утром за хлебом? — Тэхён, ты несправедлив. Не все же узнали, что Нгуён стало плохо. — Председатель голосом пытался показать, что всё хорошо, что всё нормально. — Зато все как один побежали врать в полицейский участок. А где все были, когда подожгли дом Манума и Рашиды? Где были все, когда нужно было тушить и помогать семье выбраться? И с согласия всей деревни, я так понимаю, сожгли все дома цыган, верно? Кан Вон-Шик побелел мгновенно. Юнги вдруг громко выдохнул, щёлкнул затвором и направил на Тэхёна ружьё. — Тэхён, я ничего не имею против тебя, — Юнги сказал это ласково и успокаивающе. Тэхён моргнул два раза. Может, у него галлюцинации, и вместо ружья он протягивал стаканчик из собственной кофейни? Но нет, дуло ружья смотрело прямо в грудь Тэхёна. — Но ты лезешь не в своё дело. Ты и твой босс. — Ты же понимаешь, что вам теперь это с рук не сойдёт, — сказал Тэхён. Юнги направил дуло куда-то в сторону от Тэхёна. — Добрый день, Чонгук. Как вы находите наш полицейский участок? Тэхён повернулся, за спиной Чонгук и Ынхо. Ынхо целился в Юнги. Чонгук не улыбался, сохраняя на лице безэмоциональную маску. — Отлично, только не хватает трёх деталей. Тебя, председателя и врача-наркомана. — Следите за языком, молодой человек. — От голоса Кан Вон-Шика вдруг повеяло холодом. — Никто, даже вы, не имеете никакого морального права оскорблять ладно меня, но людей хороших и преданных делу, которые дали расцвет этой деревне. — А ещё умертвили больше восьмидесяти человек. Сходим посмотреть на братскую могилу? — Чонгук показал куда-то в сторону леса. Видимо, там были похоронены те люди, которые сгорели в пожаре. — Вы так заботитесь о жителях своей деревни, что решили, что одной могилы им будет достаточно. Вы их прессом утрамбовывали? Тэхёна затрясло от всех слов, что сейчас говорил Чонгук. Он не мог посмотреть на Юнги, его бы точно вырвало от омерзения. Тэхёна схватили за плечо и потащили к председателю и врачу. Рука, которая его тащила, была крепкой, из такой руки не вырваться и не убежать. Тэхёна ткнули в ноги, и он упал на колени в грязь. В затылок уперся холодный металл. — Его голова разлетится на фарш и куски черепа, если сделаешь ещё хоть шаг. — Тэхён встретился со взглядом Чонгука, но вместо ожидаемого плана, он увидел страх. Настоящий вселенский страх. — Я этого очень не хочу, Чон Чонгук, но ты меня вынуждаешь заниматься этим совершенно некрасивым действием. Я искренне сожалею, — Юнги надавливал на голову Тэхёна своим ружьем. — Давайте свои пистолеты. Чон Чонгук, заберите оружие у вашего телохранителя. Только без глупостей. — Сразу предупредил Юнги, когда Чонгук задрал полу пиджака и достал пистолет. — Обойму скиньте. И вы тоже. — Ынхо вытащил обойму не сразу, только после того, как к нему повернулся Чонгук. Только тогда с щелчком он вытащил обойму, откинул в сторону, Чонгук забрал из рук Ынхо пистолет и зашагал в сторону Тэхёна. — Кидай! — сказал Юнги, когда Чонгук не дошёл до них шагов десять. Он сразу подчинился, оружие упало в грязь, последний шанс на спасение. — А теперь обратно на своё место! — приказал Юнги. Чонгук развернулся. — Послушный, как собака, — усмехнулся Юнги. Гул одобрений и усмешки раздались от деревенской толпы. Председатель и врач облегчённо вытерли руки, пересмеиваясь. — А чего вы добились? — Чонгук опять повернулся. Давление на голову Тэхёна стало больше. — Ну, уеду я, ты думаешь, что я из Сеула не достану тебя? — Нет, не достанешь. Тэхён останется здесь. — Я не останусь! — Он не останется! Они сказали это в один голос со стопроцентной синхронностью. — Вы оба заблуждаетесь. Тэхён, ты мне очень нравишься. Я это понял сразу. И, по-моему, наши чувства до приезда Чонгука, были взаимными. Я никогда не желал тебе зла, и сейчас всё это — вынужденная мера. — Чонгук стоял серьёзный, ему не весело, а Тэхёну просто паршиво. Ноги промокли, скользили по грязи. — Всё закончится, как только Чонгук соберёт манатки и уедет. А ты уедешь, иначе я сделаю ему больно. — Тэхёна толкнули в голову. Он чуть не завалился, но его поймали за плечо. Чонгук тоже кинулся в сторону Тэхёна. Ружьё перестало упираться в макушку Тэхёна и уставилось в сторону Чонгука. Тот остановился. — Тэхён мне судьбой предназначен. У нас с ним стопроцентная совместимость. — Да? — удивился Чонгук. На ствол, направленный на него, он даже не смотрел. Целиком и полностью его внимание было направлено на Тэхёна. — Но ты тут ошибся. — Чонгук вскинул голову и ослепительно улыбнулся. — Тэхён ничей. Но выберет он меня. Выстрел оглушил. Тэхён поддался вперёд, но его поймали за волосы. До боли накрутили локоны на пальцы и приподняли голову. — Нет! — закричал Тэхён, дёрнувшись. Чонгук на несколько шагов дальше. На рукаве в районе плеча зияла чёрная рваная дыра, из которой толчками вытекала кровь. Рукав быстро темнел на глазах, а с пальцев упали на землю густые капли. Чонгук в лице не изменился, даже от боли не поморщился. Он дотянулся до руки, плетью свисавшую вдоль тела. — Пожалуйста, Чон Чонгук. — Чонгук даже головы не повернул. — Ынхо, забери его отсюда, уезжайте. — Тэхён правильные вещи говорит. — По голосу Юнги абсолютно счастлив. — Чонгук, оно не слишком того стоит, поверь. Я знаю, что ты сделаешь всё что угодно, чтобы не навредить Тэхёну. А ещё я знаю, что если в течение получаса ты не позаботишься о руке, потеряешь её с концами. Давай, Чонгук, расставим правильно приоритеты. — Чонгук медленно поднял голову. — Чонгук, я подарю мир Тэхёну лучше, чем ты можешь предложить ему. Он на тебя отпахал пять лет без отпуска, выслушал столько грязи, не спал ночами, делал работу за всех сотрудников, и не удивлюсь, если за тебя. — Тэхён поймал взгляд Чонгука, и когда тот, наконец, посмотрел на него, он сказал одними губами: «У-ЕЗ-ЖАЙ». — Здесь Тэхёна будет ждать лучшая жизнь — свежий воздух, вкусный хлеб, всё без консервантов. Его устроят в председательство, он сможет расширить ферму, укрепить её в области. — Знаешь, в чём наше отличие? — Чонгук сделал шаг, Тэхён мотнул головой. Он заплакал во весь голос, умоляя Чонгука не приближаться. Но Чонгук проигнорировал. — Ты мастер слова, а я человек дела. Тэхёну я не обещал бросить мир к его ногам. — Чонгук подскочил быстро, никто глазом не успел моргнуть. Здоровой рукой схватился за ствол и рывком направил его вверх. Сразу раздался выстрел. Чонгук широко улыбнулся. — Я уже бросил. Чонгук оттолкнул Юнги. К нему на помощь бросились председатель и врач. Чонгук здоровой рукой помог подняться Тэхёну. — Пожалуйста, уезжайте, — с мольбой обратился Тэхён. Он заглянул в лицо Чонгука, тот улыбнулся в ответ, но по испарине на висках Тэхён обо всём догадался. — Ваша рука. — Тэхён боялся притрагиваться к левой руке. В дыре он заметил белые вкрапления. Там пробита кость? — Тэхён, пока ты здесь, я тоже. Он привычным движением затолкнул Тэхёна за свою спину. Юнги уже успел перезарядить ружьё и наставил на Чонгука. — Тэхён, без шуток, я отпущу Чонгука, если ты сейчас же выйдешь из-за его спины и встанешь рядом со мной. Тэхён под страхом смерти всего мира никогда бы не вышел. Никогда он не покинул бы Чонгука, ни сейчас, ни потом. — Я думаю, — подал голос молчаливый Ли Хван, — в братской могиле может быть свободно место. Юнги уложил приклад на плечо как раз тот момент, когда округ сотряс вертолётный гул. Все, как по команде, задрали голову в небо, там зависло несколько вертолётов, потом они разлетелись и начали спускаться на свободные места. После гула Тэхён сразу услышал приближающиеся моторы автомобилей. С десяток иномарок окружили деревенскую толпу, из самой ближайшей выскочил Сихван. — Ким Тэхён! Чон Чонгук, — закричал он и побежал к ним. Он был в костюме, а в руке держал пистолет. К нему кинулся Ынхо, Сихван достал второй пистолет и отдал ему. Из машины выбежала толпа крепких мужиков, из вертолётов люди в форме военных и со снайперскими винтовками. Тэхён держался рядом с Чонгуком, даже когда к ним подбежали со всех сторон и оттеснили на безопасное расстояния ото всей толпы. — С вами всё в порядке? — Ынхо кинулся, осматривая Чонгука, и задержал взгляд на руке. — Вам нужно скорее в больницу. Сихван подскочил к Тэхёну и протянул руку. Чонгук моментально её оттолкнул, заменяя своей здоровой. Тэхён вцепился в неё, как в спасательную ветку. — Как вы тут оказались? — спросил он. Тэхёна медленно притянул ближе, чтобы они с Чонгуком соприкоснулись плечами. — Я позвонил вашему отцу, — сказал Сихван. — Чёрт, ты что наделал! — крикнул Чонгук. Тэхён сильнее вцепился в его здоровую руку, и он через несколько секунд задышал ровнее. — Ещё с утра Ынхо сказал, что пропала Пак Нгуён, и я доложил вашему отцу. Потом Тэхён позвонил. Я ему всё рассказал про наркотики и особые отношения. А потом сорвался звонок, но прежде я услышал крик Чимина. — Как ты умудрился рассказать про пропавшую бабушку так, чтобы отец снарядил всю охранную бригаду со спецназом? Спецназ как раз стеной отгородил деревенских жителей от Чонгука и Тэхёна. — Я рассказал не про бабушку, сказал, что вы накрыли деревенский наркокартель. На посеревшем лице Чонгука проступила улыбка, испарина на висках увеличилась. — Вам нужно ехать, — сказал Тэхён. — Я тебя тут не оставлю, — тут же ответил Чонгук. — Я не останусь один. Со мной Сихван. Нам нужно съездить за Пак Нгуён. Чимин, он, наверное, волнуется. — Чонгук посмотрел на Тэхёна, в глазах неоспоримое «нет». Но Тэхён пальцами коснулся щеки. Чонгук облизнул губы. — Сихван, как только привезёшь Пак Нгуён домой и удостоверишься, что всё в порядке, немедленно доставишь Тэхёна ко мне в больницу. — Ынхо и Чонгук направились к машине. Вдруг Чонгук развернулся, подлетел к Тэхёну и впился в губы поцелуем. — Я не шутил, весь мир, — сказал Чонгук.