Я подарю тебе верность

      Последние несколько дней в Доме блаженства не затихали завывания и недовольные возгласы. От фразы: «Даже непревзойденный Собиратель цветов под кровавым дождём не в силах мне помочь», у Хуа Чэна начинался нервный тик. С момента возвращения от Черновода, ему так и не удалось остаться с Се Лянем наедине. От принца просто не отставал невероятно болтливый призрак, который зациклился на собственной жалости к себе, не замечая больше ничего вокруг. И даже ночью он следовал за Се Лянем и умолял не оставлять его одного, боясь быть проглоченным демоническими обитателями Призрачного города.       В первый день на лице Хуа Чэна сверкала улыбка с ласковым: «Я всё понимаю, гэгэ. Он в тебе нуждается»; на второй — улыбка была натянутой, но в глазах всё ещё читалось понимание; на третий — он молча избегал компании супруга, пока рядом с ним находился этот зелёный орущий огонёк. Алому демону стоило больших усилий не распылить мелкого духа и не начать думать о более изощрённом способе его уничтожения. Вместо этого Хуа Чэн изучал способы возможной эволюции надоедливого призрака до человекоподобного демона, чтобы после вежливо попросить покинуть их с принцем жилище.       Прячась от избыточного шума и суеты в Храме Тысячи Фонарей, Хуа Чэн не придумал ничего лучше, чем отвлечь себя ненавистной каллиграфией. Но, посмотрев на последний результат, он представил в голове неутешительные оценки по каждой проведенной линии от Се Ляня и устало свалился на пол, уставив свой взгляд в потолок. Уже третий день алый демон представлял, как он, упрекая супруга, требует внимания и компенсации за все дни его отсутствия. Но в итоге вместо этого сам избегал мужа и прятался от него по всему Призрачному городу. Он ни минуты не хотел слушать о том, как несчастен Ши Цинсюань, какое он позорище, и насколько его ситуация безвыходна.       — Надо было головой хоть иногда думать, а не слепо следовать за прущими впереди здравого смысла эмоциями, — начал рассуждать вслух Хуа Чэн, осознавая, что бывший божество могло жить куда лучше, чем сейчас. — Как Черновод так долго терпел его, пока был в Небесных чертогах? Он же буквально не отлипал от него.       Лицо демона скривилось в гримасе отвращения, и он, положив руку под голову, попытался уснуть. Его не покидала мысль, что всё это дурной сон, который закончится, только если он проснется.       Спустя несколько часов сквозь сон Хуа Чэн услышал любимый голос. В воодушевлении Алый демон открыл глаза, притягивая недалеко стоящего супруга к себе. Но его резко отринули. Демон осознал, что его способ «переспать» проблему, не сыграл.       — Сань Лан, почему ты спишь здесь посреди бела дня? — спросил принц, усевшись рядом с Хуа Чэном. — Ты хорошо себя чувствуешь?       — Могло быть и лучше, — честно сказал демон и, заметив за плечом принца знакомое зелёное свечение, прикрыл глаза обратно. — Что-то случилось?       — Я… В общем… Ты не мог бы пригласить к нам Хозяина чёрных вод? — спросил принц, отводя взгляд.       Хуа Чэн удивлённо раскрыл единственный видимый глаз и затем прикрыл лицо рукой.       — Тебе не кажется, что за последнее время в нашей жизни слишком много другого непревзойдённого демона? У тебя изменились вкусы?       — Я просто подумал, что раз он смог путем поглощения других духов стать тем, кем он сейчас является, то может это подойдёт и нашему дорогому другу?       — Десяток с лишним лет в медной печи ты решил просто опустить? — ехидно спросил Алый демон, посмотрев на духа. — Ну, пусть попробует. Но я не думаю, что что-то выйдет.       — По-вашему, нет духов слабее меня? — возмущённо спросил Ши Цинсюань, перелетев к другому плечу принца.       Хуа Чэн же посмотрел на него с презрением и, нехотя, ответил:       — Если поглощать духов только слабее себя, будешь развиваться целую вечность. Нужно стремиться к большему, — язвительно ответил демон. — Я не вижу в нём ни капли стремления к чему-либо. Мне кажется, его обращение в демона просто — это неудачная шутка. К развитию двигает цель или сильная эмоция вроде ненависти или любви. Ничего сильного от него я не ощущаю. На самом деле, проходя мимо, я бы его вовсе не заметил, — Алый демон присел и развел руками. — Да и беспокоить Хозяина чёрных вод по этому поводу будет предательством с моей стороны. Я не думаю, что присутствие некого духа расположит его к помощи или желанию раздавать советы.       Хуа Чэн не отводил взгляд от супруга, которого, казалось, не видел целую вечность. На самом деле, в его времяисчислении этот десяток дней ощущался словно пара веков. Как минимум об этом говорила новая пара статуй в его Храме тысячи статуй. Но крайней точкой становилось то, что ему было настолько одиноко, что он был готов всё бросить и переждать всё это у Черновода, попутно уничтожив с ним от скуки пару деревень или городов. А может даже и не пару. Эти мысли даже не перебивались отчитывающим его после Се Лянем, который бы упрекал демона за вред людям.       — Это из-за Повелителя Ветров или из-за…- начал было Се Лянь, как его перебил громкий оклик.       — О. — подал голос дух, — не называй меня так. Столько величия в этом прозвище к столь жалкой… — он хотел было продолжить, но заметил недовольный взгляд Градоначальника и резко замолчал, не желая злить его ещё больше. — Продолжайте, Ваше Высочество.       — Благодарю, — потёр переносицу Се Лянь, не зная плакать ему или смеяться; в последние дни он просто не понимал, что он делает и когда это кончится. — Или это из-за вашего правила не привлекать в ваши дела третьих лиц?       — У нас нет правил. Это простое взаимоуважение, — ответил Хуа Чэн и спустя мгновение добавил, — я могу прямо сейчас связаться с ним, чтобы ты наконец понял, что он даже пальцем не шевельнёт, чтобы помочь разобраться в этой ситуации.       — А в счёт долга? Он же… — спросил дух, бодро кружась в разные стороны.       Однако на последнем рывке огонёк оказался за спиной божества, скрываясь от грозного взгляда Алого демона, который едва держал себя в руках, чтобы не избавиться от надоедливого духа. Но его уничтожение расстроит Се Ляня, так что непревзойдённый сдержался и с очаровательной улыбкой ответил:       — Как я сказал, мой предел -духовная связь. После стольких лет тишины беспокоить его по такому недоразумению, даже в качестве долга, не в моих интересах.       Се Лянь молчал и анализировал слова супруга. Снова, когда речь зашла о Черноводе, в их разговоре появились недосказанности и понятия о деловых отношениях. Вспоминая битву с Цзинь У и то, как Хуа Чэн абсолютно не беспокоился о чувствах Чёрного демона и его комфорте, Се Лянь задумался:       «Выходит, он был там и управлял змеями. Вот почему казалось, что они слушались Сань Лана. Ими управлял хозяин, и всё было оговорено заранее, — внезапно осознал принц, молча смотря куда-то на красные одежды непревзойдённого. — Это логично. Ведь как только мы сталкиваемся с чем-то, что может быть не оговорено, Сань Лан сразу уходит от ответа».       Принц поднялся и попросил Ши Цинсюаня следовать за ним:       — Гэгэ? Ты…       — Я хочу увидеться с учителем и посоветоваться с ним, — тихо ответил Се Лянь, двигаясь в сторону выхода. — Он знал судьбу Пов. Ветерка с самого его рождения. Возможно, он сможет что-то подсказать.       Моментально поднявшись, Алый демон направился за наследным принцем, но тот выставил руку вперёд, останавливая его.       — Я не хотел бы, чтобы в моих делах с Ши Цинсюанем участвовали те, кто не желают ему помочь. Я настоятельно прошу тебя остаться.       — На Тунлу я тебя одного не отпущу, — строго констатировал Хуа Чэн, смотря на белую фигуру сверху вниз. — Тебе абсолютно не стоит даже приближаться к Безликому Баю.       — Сань Лан, ты не оставил мне выбора, — виновато добавил принц, отводя взгляд. — Ни ты, ни равный тебе по силе демон не могут ответить на мои вопросы. Тогда я поищу помощи у кого-то, кто тоже в курсе ситуации с перерождением.       — Не вижу проблемы в моём присутствии, — развёл руками Алый демон. — Обещаю быть незаметным.       — Я не считаю приемлемым сейчас вмешательство третьих сторон. Мне достаточно помощи моего дорогого друга, — добавил призрак, отсылая к последнему диалогу.       И знало бы всё живое, скольких усилий потребовалось Собирателю цветов под кровавым дождём, чтобы просто не растворить осколки души в виде зелёного огонька одним взмахом руки. За годы жизни с принцем Хуа Чэну явно передалось его терпение и сдержанность. Раздражённо махнув рукой, Алый демон призвал несколько серебряных бабочек, тут же слетевших с одного из наручей и расположившихся на наследном принце.       — Так я хотя бы смогу быстро отреагировать и вовремя появиться, — раздражённо сказал Алый демон и вернулся обратно к своему месту отдыха. — Будь осторожен, гэгэ.       — Спасибо, Сань Лан, — легко улыбнулся Се Лянь и покинул храм, оставляя недовольного демона наедине лишь со своими мыслями.