Я подарю тебе верность

      Несколько недель пролетели как один бесконечный долгий день. Каждый новый день напоминал предыдущий. Казалось, что даже демоны в Призрачном городе живут как будто в петле, перемещаясь по одним и тем же местам и ввязываясь в одинаковые споры. Всё, чего хотелось — как можно скорее покинуть город Алого демона и найти себе занятие поинтереснее.       К слову, сам Хуа Чэн возвращаться совершенно не торопился. Он периодически связывался по духовной связи с абсолютно случайными вопросами — от любимого цвета до предпочтения палочек — и снова исчезал. Гуль относился к этому терпимо и, как и обещал Собирателю цветов, всегда оставался в своем временном пристанище в Призрачном городе, оставляя мечты о возвращении в собственные покои.       Но силы почти полностью восстановились, отчего сон перестал требоваться как раньше, так что он не брезговал прогулками. Ему также были интересны сплетни, которые он слышал от местных, когда занимал пост Градоначальника. Но выяснить удалось немногое. Как и ранее он слышал о том, что в последнее время Собиратель цветов уделял своему городу излишнее внимание и появлялся в самых неожиданных местах будто ревизор. Частые встречи с представителями безопасности заставили демонов засуетиться и подумать о том, что на город готовится атака. А появление Алого бедствия с какими-то мальцом в игорном доме и вовсе вызвало тонну вопросов о том, что это за ребенок, и почему он приходил именно с ним. На основе этих данных Хэ Сюань понял, что Алый демон специально загрузил его работой на время исполнения своих обязанностей. Для чего — пока оставалось загадкой, но докопаться до истины уже было делом чести.       Откровенно говоря, с момента последних событий Черновод окончательно перестал понимать мотивы и последовательность действий Хуа Чэна. Всё, что он делал, казалось безумным и абсолютно не последовательным. Собиратель цветов, которого он знал, всегда действовал по чёткому сценарию, в котором были предусмотрены любые форс-мажоры, а сейчас он будто не мог найти себе занятие и просто развлекал свое эго всеми возможными способами.       Мысли относительно происходящего были неутешительными. Сначала Хэ Сюань пришел к выводу, что это какой-то план Хуа Чэна для возвращения супруга с сопутствующим удачным его уничтожением, как объекта ревности. Потом смягчился и вспомнил слова о том, что старший непревзойденный просто хотел узнать его ближе. Но логическая нить снова терялась в сумбурности. Он никак не мог узнать Хозяина черных вод лучше, загружая работой в облике Хуа Чэна, поэтому этот вариант он довольно быстро отмел, все же больше склоняясь к первому. Но вскоре и его он отложил в сторону, остановившись на том, что Алый демон просто таким странным образом развлекался или собирал нужные данные, находясь в уязвимой форме. Возможно, он все же не доверял Хэ Сюаню настолько сильно, чтобы оставаться с ним наедине надолго и поэтому заставлял бывать с ним в публичных местах. И только прогуливающийся по торговым улочкам Черновод кивнул себе, полностью уверившись для себя в этой версии, как осознал, что он не настаивал на присутствии Хуа Чэна рядом. Логичных версий было так много, однако каждая из них в какой-то момент теряла какой-либо смысл.       От мучительных догадок гуля отвлёк запах свежесваренного бульона с какими-то мудрёными ингредиентами. Хоть голод не чувствовался, но желание просто вкусно поесть пересилило его, и он решил просто расслабиться и отвлечься от своих навязчивых мыслей. Пройдя в небольшое заведение, Хэ Сюань обратился к хозяину, сделав заказ, и присел за дальний столик в углу, не желая привлекать к себе внимания. Его силы почти полностью восстановились, от этого было сложнее их подавлять и контролировать. Ещё пара дней, и он к этому привыкнет, однако в этом состоянии слишком многое может перетянуть его внимание от контроля. Но сильно гуль не беспокоился, ведь официально он все ещё гость Градоначальника.       Через несколько минут демонёнок, походивший на сросшихся эмбрионов цыпленка и человека, принес его заказ. Черновод с недоверием осмотрел кристально чистый бульон и принялся добавлять интересующие ингредиенты. От этого медитативного занятия его отвлекло бурное обсуждение за соседним столиком. Он невольно прислушался:       — Градоначальник-то, видимо совсем под себя Чёрную воду подмял. Уже и Владения Чёрных Вод себе присвоил! — голосил мелкий демон, отпивая какую-то мутную жижу из своего бокала.       — Поди за долги забрал, ничего удивительного. Про второго то уже ничего не слышно, — воодушевлённо ответил второй демон, раскладывая карты.       — Это какие такие долги?       — Подробностей уж не знаю, но всякие разговоры ходят: и что Чёрная вода проигрался нашему Градоначальнику, и что просто назанимал и скрылся, — раздал карты второй и, посмотрев свои, недовольно сморщился.       — Ну, про Чёрную воду много всяких слухов ходит: про то, что он семью собственную убил, став непревзойдённым от жажды крови; что пожрал он демонов всяких разных даже после медной печи, а ещё…       — А ещё, если ты решишь продолжить, то окажешься одним из «всяких демонов», — холодно сказал непревзойдённый, оказавшись у мелких демонов и прервав их сплетни. — Значит такого обо мне мнения в Призрачном городе? Надеюсь, мне простят двух мелких демонов…       — Чёрная вода! Простите непутёвых! Не могли мы знать, что Вы — гость господина!       — А если я не был бы — по-вашему, можно было бы и дальше рассказывать небылицы? — приподняв бровь, спросил Хэ Сюань.       — Я… я… не это имел в виду, простите! Больше не посмеем и рта на непревзойдённых отрывать! — застонал первый демон, упав на колени перед Черноводом.       Тот брезгливо отвернулся и посмотрел на второго:       — Говоришь, Градоначальник сейчас во Владениях Чёрных Вод?       — Не просто там, а он ещё и постоянно демонов с собой зачем-то туда забирает и те, как возвращаются, ни слова не говорят, будто казнят их за это! — нервно ответил демон, падая ниц следом за товарищем. — Мы всё ума не приложим, зачем он сначала ревизии устраивал, а теперь и вовсе в чужие владения подчинённых зазывает!       — Ревизии? — переспросил Хэ Сюань.       — Ну, как же, ходил тут каждый день, все структуры посетил! Да ещё и говорил немного, будто ждал отчётов каких. А нам по чём знать, о чём высшие создания думают да чего хотят?       Черновод прикрыл лицо рукой и задумался. Очевидно, что под «ревизиями» подразумевают его бесполезные шествия, пока он выдавал себя за Хуа Чэна. Однако, факт нахождения оного в его владениях удивил и вынудил принять то, что его планы на досуг по обустройству жилища были нагло сворованы его возлюбленным. Остановив себя от погружения глубже в собственные раздумья, он вспомнил о парочке, которую изрядно напугал.       — Что ещё нового обо мне или Градоначальнике расскажите?       — Простите, больше ни слова не скажем и других одёргивать будем от подобных слухов, — согнувшись в молитвенной позе, вымаливал демон прощения.       — Оставь это Небожителям, меня от подобного воротит, — признался Хэ Сюань, скривив недовольное лицо.       — А Вы не знаете, что случилось с дядюшкой, Хозяин чёрных вод? — решился спросить первый демон, прячась под стол.       — С кем? — переспросил Черновод, посмотрев вниз.       — Со вторым молодым господином в белом, что «гостил» у Градоначальника, — набравшись смелости спросил демон, заикаясь.       — А тебе какое дело?       — Да поговаривают, что Вы его убили, потому что в последний раз рядом с Вами его видели.       Черновод закатил глаза и направился к выходу из заведения.       — Чем распускать и выдумывать слухи…       — Это же неправда?! Дядюшка жив?       — Можешь подняться в Небесные чертоги и лично убедиться, — холодно ответил Хэ Сюань и вышел прочь.       Не будь он гостем на чужой территории, давно бы обезглавил этих демонов и продолжил бы свою трапезу дальше, но после последней темы кусок в горло не лез, и было максимально противно. Ему было откровенно плевать, что о нем думают и каким его себе представляют другие, но репутация богоубийцы ради койки со вторым непревзойденным — его совершенно не устраивала. Он уже предчувствовал, как понесутся первые слухи о том, что он спит с Хуа Чэном, потом все сведётся к пропаже наследного принца, и он будет словно тем, кто убил ради своего места под солнцем. Отчасти, он мог бы так поступить, если бы отличались действующие лица и обстоятельства, но в текущих реалиях его возмущали подобные обвинения.       Мысленно прокляв Хуа Чэна за то, что оставил его тут наедине со слухами о нём, он решил проклясть его лично. Коснувшись виска, он стал пытаться связаться с ним по духовной связи. Собиратель цветов моментально ответил:       — Наконец соскучился, завтра уже вернусь и…       — И поквитаешься с убийцей своего супруга?       Хуа Чэн молчал несколько секунд, явно переваривая сказанное, и, наконец, все осознав, спросил:       — С гэгэ что-то случилось?       — Без понятия, я в последний раз общался с ним в Небесных чертогах, но вот все кому не лень убеждены, что он здесь не появляется, потому что его убил Хозяин чёрных вод. И как это сплетается с тем, что ты занял мои владения — мне не очень понятно.       — О, ты уже знаешь?       — Скажу тебе, что сплетничать демоны любят не меньше Небожителей, так что мне даже делать ничего не пришлось, чтобы это услышать.       — Ну, раз сюрприз испорчен — жду тебя здесь.       — Прямо сейчас?       — Зависит только от того, насколько ты скучаешь, — ехидно сказал Алый демон и прервал связь.       Хэ Сюань недовольно цокнул языком и задумался. Не то чтобы он скучал конкретно по Хуа Чэну, скорее ему было просто невыносимо скучно последние дни. Но хотел ли он тешить самолюбие Собирателя цветов — было для него непростым вопросом. Однако, вспомнив их последний разговор, Черновод понял, что плотские желания куда сильнее него, поэтому, вернувшись в хижину и изобразив у двери печать перемещения к собственным владениям, он прошел в нее, представляя, что же его ждёт по ту сторону.       Как и ожидалось, Хуа Чэн был в гостиной, которая выглядела абсолютно так же, как несколько столетий назад. Черный диван и небольшой столик подле навевали не самые благочестивые воспоминания. Собиратель цветов вальяжно лежал на диване, скучающе смотря в потолок.       С первого взгляда было неясно наигранно это или же он правда не ждал, что Хэ Сюань появится сейчас. Прокашлявшись, Черный демон привлек к себе внимание и уже через мгновение встретился взглядом с одиноким тёмным глазом, который тут же стал его изучать так, будто не видел несколько столетий, ища подвоха.       — Я, конечно, представлял все не так, но с новосельем, — сказал Алый демон, поднимаясь с дивана и сокращая расстояние между собой и Черноводом, — Хэ-Сю-ань, — договорил он по слогам, оказавшись лицом к лицу с гулем.       Собственное имя из уст Хуа Чэна вынудило гуля отвести взгляд. Но, не желая терять лица, он посмотрел на собеседника и, слабо улыбнувшись, спросил:       — Проведешь экскурсию? — не дожидаясь ответа, он в манере собеседника продолжил по слогам, — Ху-а-Чэн?       Обращение по имени вызвало, скорее нервную, чем привычную улыбку, что абсолютно устроило Хозяина черных вод. Ему льстило, что для партнёра так же было непросто переосмыслить новые отношения и научиться обращаться друг к другу иначе — изменить устоявшееся «Черновод» и «Собиратель цветов» на полноценное обращение по имени. Казалось, что так было сотни лет назад и останется навсегда, но одна маленькая переменная — и они снова друг с другом максимально неловкие — притом уже настолько хорошо друг друга знающие.       — Я боялся, что ты не попросишь, — Собиратель цветов протянул руку, приглашая следовать за ним. Не сразу осознав жеста, Хэ Сюань всё-таки вложил свою руку в руку собеседника и пошел за ним.       Они шли какое-то время молча. Хэ Сюань осматривал коридоры и залы, которые выглядели дотошно точно так же, как в день, когда он пригласил в первый раз к себе Хуа Чэна. Он не знал, что его поражает больше — внимание к деталям или абсолютная память непревзойденного. Когда они дошли до места, где некогда покоился настоящий Мин И, он заметил огромное полотно, которое накрывало, вероятнее всего, неизвестную ему статую.       — Это…       — То, над чем я так долго работал, — перебил Черновода Хуа Чэн, желая объясниться. — Я не был уверен, что смогу переключиться после тех столетий, когда изображал лишь одну фигуру, но потом вспомнил, что когда-то уже делал статуэтку с тобой, и дело пошло гораздо быстрее.       — Уже делал? — удивился Хэ Сюань, смотря на Хуа Чэна.       Тот кивнул и продолжил:       — Да, когда ты спал, я наткнулся на подобие твоего святилища, сделанного людьми, и, возмутившись неточности, всё переделал.       Не находясь, что ответить, Черновод подошёл к новой статуе и, посмотрев на Собирателя цветов под кровавым дождем, спросил:       — Ты позволишь?       — Сочту за честь, — кратко ответил он, ожидая последующих действий.       Черный демон неуверенно взялся за полотно и одним движением сорвал его с каменной фигуры.       — Какая пошлость, — сказал он, не скрывая улыбки.       Статуя была сделана идеально точно, собственно, так же, как и любая другая из-под руки Хуа Чэна. Она изображала Хэ Сюаня, вальяжно сидящего на импровизированном троне из свитков и книг. На своём пальце он держал бабочку, слишком похожую на серебряную подчиненную Хуа Чэна, и легко касался её губами.       Не отрывая взгляд от статуи, гуль косо посмотрел на любовника и спросил:       — Прямо с порога показываешь, кому отдано сердце хозяина башни?       — Не понимаю о чем ты, — скрестив руки и улыбаясь, ответил Хуа Чэн. — Мне казалось, что ты близок с природой.       — Разве что со всем ползающим и плавающим, — ответил Хозяин черных вод, все еще улыбаясь. — Хотя так не видно, что бабочка серебряная, так что, наверное, я навыдумывал.       — Если тебе всё нравится, то можем отлить ее серебром и золотом.       — Позволишь спросить? — уже серьезнее спросил гуль, смотря на Хуа Чэна, тот в ответ лишь кивнул и он продолжил: — Твое желание заваливать объект воздыхания предметами роскоши от неуверенности в проявлении чувств или само проявление чувств?       — Почему ты решил об этом спросить?       — Когда ты был с наследным принцем, ты только и говорил о том, как ты его готов всем задарить и что угодно достать. Учитывая то, что это было до и после того, как вы сошлись, у меня сложилось впечатление, что может быть ты просто не уверен в себе и пытаешься компенсировать это благами.       Хуа Чэн молчал, смотря на Хэ Сюаня, который явно не шутил и хотел честный ответ на свой вопрос. Но будто растерявшись, он стал обдумывать ответ. Заметив смятение на лице Алого демона, гуль подошёл к нему и, положив его руки себе на талию, заговорил:       — Можешь не отвечать. Но если это ближе к первому варианту, то мне это не нужно. И да, я понимаю, что мы не говорим о любви, но можешь проявлять свою симпатию прикосновениями, вниманием и, возможно, лживыми, но комплиментами или приятными словами, — опустив чужие руки ниже, Хэ Сюань положил свои руки на грудь Хуа Чэна и затем аккуратно завел их за плечи. — Я не знаю, как долго это продлится, так что для меня это все гораздо важнее любых сокровищ, которые ты захочешь преподнести, — на лице Черновода была грустная улыбка, которой он явно выражал осознание того, что он лишь замена, жизнь которой может оборваться в любой момент.       — Я… — только Алый демон открыл рот, чтобы возразить, как его вовлекли в страстный и длительный поцелуй. Немного растерявшись, он сначала мялся, но после прижал Хэ Сюаня к себе и стал отвечать, принимая ласки и лаская в ответ. Поцелуй прервался только тогда, когда Черноводу показалось, что он добился желаемого, и оттолкнулся от желанных губ.       Гуль молча положил голову на плечо Хуа Чэна, мысленно сожалея, что ни его, ни собственное сердцебиение не услышать, ведь лишнее подтверждение волнения партнёра было бы для него отдушиной.       От потока мыслей Хэ Сюаня вскоре прервало легкое прикосновение к плечам. Его отстранили от себя, вынуждая смотреть в глаза. Когда его взгляд был сосредоточен на Алом демоне, тот заговорил:       — Тогда теперь спрошу я. Ты правда думаешь, что я пошел бы на это, если бы к тебе ничего чувствовал? Правда считаешь себя простой заменой наследного принца?       — Я бы сказал несовершенной, ведь я далек до божественных манер и идеалов, — честно признался Черный демон, отводя взгляд, — пока ты во мне нуждаешься — меня всё устраивает.       — Я долго размышлял над твоими словами и словами гэгэ. Возможно, это действительно идолопоклонническая любовь. К тебе я чувствую нечто иное, и меня до боли бесит, что ты позволяешь себе сомневаться в моей искренности, — с раздражением закончил Хуа Чэн.       — Попробуй несколько столетий слушать о том, как объект твоей любви сутки на пролет рассказывает о том, как любит другого мужчину, и тебе станет немного понятнее моя позиция, — вздохнув, слабо улыбнулся гуль.       — Значит, нам обоим предстоит тяжёлая работа, — улыбнувшись сказал Хуа Чэн, погладив Хэ Сюаня по волосам. — Мне — с проявлением чувств, а тебе — с доверием ко мне. Если ты не веришь в то, что я смогу подарить тебе любовь, то знай, что я дарю тебе верность и не предам тебя. И тебе придется терпеть меня, думаю, как минимум вечность.       — Я был к этому готов и без твоих предупреждений, — ответил гуль, вернув голову на плечо, чтобы спрятать свой растерянный и полный надежды взгляд. — Спасибо, — тихо добавил он и прикрыл глаза.       — Позволишь показать тебе спальню? Это единственное место, куда я позволил себе внести некоторые коррективы.       — Я боялся, ты не предложишь, — отстраняясь, ответил Черный демон, легко улыбаясь и принимая протянутую ему руку.