Трещины вокруг

Через два дня. Комиссар Августин Мерцелиус.

В очередной раз я поднимался по лестнице вверх, чтобы выйти на надстройку корабля. Холодный промозглый воздух сразу же начал обдувать лицо. Последний шаг и я окончательно встал на крышу, после чего посмотрел вперёд. Там, всего в километре от нас, виднелось огромное темное-серое пятно. Имдыгон. Столица Неглярта. Это был огромный город, который состоял из гигантских, поистине циклопических зданий, что стояли вдоль всей береговой линии, издалека напоминая монолитную стену. Каждое из этих зданий было по высоте было куда выше той вышки в Дубае, которую я помнил из своей прошлой жизни, и к тому же они были куда более массивными. На многих виднелись выступающие платформы для мелких летающих аппаратов. И всех их опоясывали различные трассы, железные дороги, мосты и даже канаты фуникулёров, расположенные на различных уровнях, в том числе и самых высоких. Это был настоящий муравейник. Ни Аквилария, ни Дасинар ему просто в подметки не годились — в сравнению с Имдыгоном, они просто были захолустными деревнями. " — Два миллиарда населения, как никак…» — проговорил я сам себе, вспоминая некоторые данные про этот город, которые мне уже были известны. Учитывая площадь в семьсот пять тысяч квадратных километров, и неудивительно, что он настолько сильно застроен. — Боже-Император, — произнес Рингер с восторгом и шоком, поднявшийся вместе со мной, — Какой… огромный. — Это уж точно, — согласился я с ним. Одновременно с этим вместе с удивлением от внешнего вида Имдыгона, я чувствовал и радость. Наконец-то мы прибыли. Наконец-то мы добрались до этого города, пережив всё то, что было в море. От этого даже какое-то дежавю чувствовалось. Вначале я говорил «наконец-то», когда мы вышли из варпа, потом — когда добрались до Неглярта, теперь — когда добрались до Имдыгона. Оставалось добраться уже до правительства планеты или до штаба Гвардии, если он уже был сформирован. По идее — должен был, если сюда смог хоть кто-то долететь. Корабль продолжал медленно, но верно плыть, приближаясь всё ближе и ближе к городу вместе с десятками других кораблей самых разных размеров. Чем ближе мы приближались к городу, тем сильнее становилось предвкушение от прибытия. Как же я хотел уже вступить на твёрдую землю, чтобы не было этой чертовой качки — пускай я уже и привык к ней, как и все остальные, но она всё равно бесила неимоверно, особенно, когда море начинало сильно волноваться из-за ветра. То есть, практически всегда. И ещё поспать. Нормально, хорошо и крепко поспать, а не сидеть ночью на дежурстве, вглядываясь в черноту, после чего отсыпаться полдня, постоянно просыпаясь в случае слишком сильной качки. Поскорее бы… Где-то спустя полчаса мы добрались до прибрежной линии и стали входить в устье реки Тажега, самой крупной, что протекала через Имдыгон и в которой располагался порт Хизирит, специально оборудованный для рыболовных траулеров, вроде нашего. Сама река была просто переполнена кораблями разных размеров, а также просто лодками и буксирами, что быстро плавали туда сюда. Вскоре мы остановились и нас взяли на буксир, после чего стали везти к одному из бетонных пирсов, выступавших из берега. Там уже успела собраться немаленькая толпа людей и фелинидов, среди которых было немало детей. Видимо, родственники матросов. Впереди же них стояло пятеро человек в броне, в масках с двумя фильтрами и со стабберным автоматами, на чьих наплечниках находился круг со вписанным сжатым кулаком. Хемтары. Местная полиция. Я попросил капитана вызвать их, чтобы они смогли нас отвезти. Самому пытаться найти, куда нам ехать, вряд ли бы получилось. Тем более без денег и документов. Даже такси не вызовешь. Вместе с ними был также худощавый мужичок в синей, богато украшенной форме Администратума и с гербом Официо Агрикалте в сопровождении четырех вооруженных бойцов Службы Внутренней Защиты и техножреца в алой робе. Понятно, что они тут делали. Официально капитан вернулся для ремонта, так что теперь всё должны были проверить. Ещё немного и корабль остановился полностью, приблизившись вплотную к пирсу. Воздух пронзил громкий надрывный гудок. Мы прибыли. — Боже-Император, хвала Тебе…- выдохнул Рингер, — Мы это сделали. — Ага, теперь бы добраться до своих ещё в этих джунглях, — ответил ему Гихьян с сарказмом. — А это что вообще? — переспросил у него Гриша. — Долго объяснять, так что потом. — Ладно, парни, выходим, — проговорил я, поворачиваясь к лестнице, — Пора на твердую землю. — Ну, или феррокрит, в нашем случае, — добавил от себя Биндегиж, — Мне лично сойдет. Улыбнувшись шутке друга, я спустился вниз по лестнице на мостик. — Что ж, капитан, — проговорил я, обращаясь к Киргимазу, — Спасибо вам и вашей команде за всё. Нам понравилось всё, кроме самой ситуации. На это Шанярт и все остальные на мостике немного засмеялись. — Вы уже отблагодарили нас, когда спасли от этих беспилотников проклятых, — произнес в ответ капитан, протягивая руку, которую я тут же пожал, — А потом спасли ещё раз, так что это мы вам теперь по самую могилу обязаны. — Учитывая, что вы бы спаслись на шлюпках, а мы уже были в них — будем считать, что в расчёте полном, — произнес я, — Однако, от наград вы не отделаетесь, хотя пока с этим придется подождать. Тут ещё самому разобраться, что и как надо будет. — Можете не торопиться. Мы теперь, похоже, нескоро явимся. Главное, разберитесь там с Агрикалте. А то нам хорошенько вплыть может. Так-то мы ушли с маршрута. — Обязательно. Как минимум, можете уже сообщить о том, кто вам приказал вернуться, — уверенно сказал я, кивнув, после чего помахал рукой остальным, кто был на мостике, — Спасибо за всё, парни. — И вам, господин комиссар, — проговорили все разом. Я, Рингер, Гихьян и Гриша быстро спустились по лестнице в свою каюту, где забрали свои вещи — четыре мешка разных деталей, которые удалось собрать, а также ящик с силовым клинком, генераторы щитов и наше оружие. Затем быстро добрались до палубы, куда уже успели принести четыре трупа — Гамуля, Шаля и два изуродованных трупа, которые удалось достать после подрыва минёра. Что-то вычленить у них мы не смогли, от взрыва их вообще было невозможно опознать, так что оставалось только доставить их в нужное место и дать местным на изучение. Спустя ещё пару минут трап с пирса опустился на борт корабля и мы начали спускаться вниз. Представитель Агрикалте же удивленно смотрел на меня, при этом продолжая сохранять довольно гордый и надменный вид. Ну да, не каждый день видишь двух вооруженных лазганами матросов в сопровождении двух вооруженных сервиторов. Шаг, ещё шаг… Нога вступает на грязное бетонное покрытие пирса. Наконец-то. Мы были на твердой земле. Как же я был рад. Правда, насладиться этим чувством времени не было, так что я быстро подошел к чиновнику. Его охранники заметно напряглись, положив указательные пальцы рядом со спусковыми крючками. Чуть что и они были готовы стрелять. — Приветствую, уважаемый, — проговорил я вежливым тоном, на что чиновник поднял правую бровь в удивлении, — Комиссар Пятнадцатого Верлонского Полка Астра Милитарум, Августин Мерцелиус. Вторая бровь мужчины также поднялась вверх, а я сразу же протянул ему своё удостоверение. Он сразу же его взял, осмотрел и передал своему охраннику, который приложил его к экрану на своем предплечье. Тот сразу же пиликнул. — Личность подтверждена, — сухим синтетическим голосом ответил охранник, — Приказ всем Адептусам: оказать полное содействие при обнаружении для прибытия в Главный Штаб Астра Милитарум. Чиновник от такого вспучил на меня глаза. — Вот уж неожиданно, — произнес он, забирая удостоверение и протягивая его мне, — В таком случае, я вас внимательно слушаю, комиссар Мерцелиус. — Капитан Киргимазу спас меня и моих людей, когда нас сбили, после чего я приказал ему возвращаться сюда под ложным предлогом, чтобы не выдавать себя, — быстро объяснил я, — Потому капитан и ещё несколько матросов будут представлены к награде за спасение жизни представителей Комиссариата. — Я вас понял, — серьезным голосом произнес чиновник. — Тогда не буду вас задерживать, — кивнул я и повернулся к хемтарам, — Господа, мы к вам. Один из них, стоявший впереди всей группы, посмотрел на нас. — Слушаю, господин комиссар, — проговорил тот в ответ. — Нам нужно добраться до Штаба Имперской Гвардии. И ещё нужна помощь с телами и уликами, — я указал на мешок. Хемтар немного наклонил голову вбок. Что-то мне подсказывало, что это было некоторое недоумение. — Я… понимаю, господин комиссар, только с этим есть некоторые… сложности. До Штаба путь далекий, на нашей машине даже по магистрали выйдет часов пятнадцать. Ваш лучше воспользоваться урботлами, городскими шаттлами. — Один шаттл мне уже сбили, — проговорил я вежливо, — Рисковать ещё раз не хочется, потому мы и вызвали вас. Какой самый быстрый способ есть? — Урбоездами, — начал хемтар, — Придется с пересадками, но получится часов пять. Мы сопроводим вас. — Буду очень благодарен, парни, — кивнул я, улыбнувшись. — Кхм… я… женщина, господин комиссар. Лейтенант Ютира Хазыр. Двое хемтаров отвернулись, резко выдохнув, пока я удивленно посмотрел на говорившую. По броне я бы этого никогда не узнал. Ни одного признака. — Извините. Привычка, — улыбнулся я ещё раз, на этот раз максимально искренне, — Приятно познакомиться, лейтенант Хазыр. — Как и мне, господин комиссар, — ответила хемтар. Развернувшись, мы направились через толпу людей к выходу, пока другие хемтары взяли тела пилотов. Те смотрели на нас удивленно, пытаясь отстраниться как можно дальше. Я бегло осматривал их. Все они были одеты в довольно однообразную черно-серо-темно синюю одежду, а также в кожаные ботинки или кроссовки. Все выглядело довольно поношено, у кого-то виднелись пятно, маленькие дырки, разошедшиеся швы, подпалины или торчащие нитки. Обувь же и вовсе у всех была грязной и поношенной, у многих — с отходящей подошвой или другими частям. В общем и целом, граждане тут были небогатые. Через минуту мы уже смогли добраться до большой машины с гербом хемтаров, которая больше всего напоминала автозак. — Садитесь внутрь. Будет тесно, но так быстрее получится добраться до станции, — произнесла Ютира и позади машины начала с гулом опускаться аппарель. Места там действительно было не сильно много. Вначале уместили туда тела пилотов, прямо один на второй, потом на них уложили тело минёра, а потом и мешки с вещдоками. Затем внутрь вошло семь человек, пока двое сели к водителю. Аппарель закрылась и вскоре машина тронулась с места, начав быстро набирать скорость. — Так, какая ситуация в городе вообще, лейтенант? — спросил я, решив узнать, что и как тут делается, — В море новости как-то не доходят. — Ситуация… не самая стабильная, господин комиссар, — начала Ютира, — Частые нападения на хемтаров и конвои с провизией, теракты, секты разные. Да и дефицит еды нарастает. Но в принципе, держаться ещё получается. — Понятно, — кивнул я, — Слышали что-то про наших? Машина притормозила и начала заворачивать резко влево. — Вроде как некоторые уже прибыли, но кто именно, точно не знаю. Но ваш генерал, Кемакрю, уже выступал с речью по пиктпоку. — Хвала Богу-Императору, — заявил я, — Хоть с ним все точно в порядке, уже хорошо. Снова торможение и поворот направо. — Еще начались поиски тех, кто стрелял из ракетниц, — продолжила рассказ лейтенант, — Были облавы, но в живых, вроде как, никого не взяли. Они… оказали сопротивление и сдаваться не стали. У наших… были потери. — Упокой Бог-Император их души, — я сложил руки аквилой. — Аминь, — произнесли все в ответ. — Больше ничего такого не было, не считая нападений в Экленаре. — Что ж, уже не очень, — сделал я вывод, — Однако, вы молодцы. Без вас, думаю, все стало бы ещё хуже. Ютира немного выпрямилась, словно от гордости. — Благодарю, господин комиссар. Еще один поворот — налево. — А касательно сект. Что они из себя представляют? — еще спросил я. Так-то информация про них была, но очень мало. Ситуация уже вполне могла измениться. — Они… бывают разные, господин комиссар, — задумчиво прозвучало от хемтара, — В основном это психи, кричащие, что Бог-Император разгневан и потому послал варп-шторм. Правда, есть ещё те, кто… кричат, что Он оставил нас, потому надо обратиться… они это называют «Другим богам». А вот это уже было куда серьёзнее. Тем более, что про вторых в докладах не было ни слова. — С первыми понятно. Что из себя вторые представляют? В этот момент машина остановилась и аппарель тут же начала опускаться. — Так, потом доскажите, — ответил я, поворачиваясь к выходу, — Ведите. Мы быстро вышли на улицу. Вокруг были сплошные гигантские здания из бетона, уходящие далеко вверх, от чего солнц было вообще невидно, а вверху виднелась лишь тонкая белая линия неба от проёма между зданиями, которую при этом пересекали множество чёрных линий дорог. Впереди шла дорога на шесть полос, по которой ездили небольшие машины на двигателях внутреннего сгорания. Она была настолько длинной, что обе стороны улицы на её конце словно почти соединялись вместе. И там тоже виднелось множество дорог и закрытых мостов между зданиями. Позади дорога уходила где-то на несколько сотен метров, после чего резко заканчивалась невысокими постройками и небом. По пешеходной части ходили толпы разномастного народа, среди которых попадались редкие фелиниды. Одеты все были плюс-минус, как на пирсе — чёрное, серое и тёмно-синее. А вот улицы были грязными. Повсюду валялись полиэтиленовые пакеты, пустые бутылки из пластмассы и стекла, алюминиевые банки, пустые обертки и стаканчики, большинство из которых уже успели скопиться у зданий. Вид это давало… не самый приятный. — Нам сюда, — произнесла Ютира, показывая рукой на угол здания, над первым этажом которого было написано «Метро». Забрав всё наше, мы отправились вперед под шокированные взгляды людей, которые мигом пытались отстраниться от нас. За несколько секунд мы добрались до входа и вошли внутрь. От увиденного я неслабо так удивился. Вдоль стен перехода лежало семь тел. Мужчины с густыми неопрятными бородами и женщины с взлохмаченными волосами. Все они были укутаны в различную грязную оборванную одежду, а всякое тряпьё и картонки использовали в качестве подстилки. Пятеро из них спали, один сидел и пустым взглядом смотрел на проходящих людей, а ещё один смотрел вверх и вяло хлопал, словно пытался поймать муху. Увидеть такое было… довольно неожиданно. Ни на Акитосе, ни на Вильяре, ни на Шамтанаре такого не было и в помине. Ютира, правда, не обратила на них никакого внимания и направилась к турникетам, что сплошной стеной перекрывали вход, после чего подвела нас к большому контейнеру с двумя стеклянными дверцами. — Кладите вещи и тела сюда, — произнесла она, отодвинув одну из дверей. Смысл был понятен — заносишь с этой стороны и забираешь с другой. Удобно. Как только тела и мешки с вещдоками были положены внутрь, дверь закрылась и хемтар прислонила предплечье к сканеру. Красный огонек, что светился рядом, сменился на зеленый. Я сразу же прошёл внутрь, за мной проследовали Рингер, Гихьян, Гриша и остальные. Быстро собрав всё, мы отправились вниз по бетонной и довольно грязной лестнице. Внизу ситуация была ещё хуже. Станция метро была наполнена несколькими десятками бомжей, сидевших вдоль стен и одетых во всякую рвань. Среди них виднелись как люди, так и несколько фелинидов с неопрятной грязной шерстью. Многие из тех, кто сейчас был, не спали, а корчились, стонали и бормотали что-то бессвязное. Один мужчина сидел в углу со спущенными штанами и срал. Женщина уперлась боком в стену и била её кулаком, что-то несвязно говоря. Ещё один, судя по размерам, ратлинг, просто стоял столбом и пускал слюни, смотря вперед пустым взглядом. А один из фелинидов, совершенно голый, с кучей лысин на теле, стоял у стены, уткнувшись в неё лбом. Мусора же тут было ещё больше, чем на улице, а уж запах был просто омерзительным. — И кто это такие? — спросил я, посмотрев на Ютиру. — Наркоманы, — ответила та, — Дома у них нет, так что ошиваются и употребляют, где только могут. Так и раньше было, но теперь сил на них вообще нет, так что… все станции метро теперь… — У-у-у-у-у-у! — внезапно закричал один из людей, лежавший до этого на картонной подстилке, одновременно начав дёргать руками и ногами в разные стороны. Затем он резко полез себе в брюки и начал дергать рукой, явно мастурбируя. Ютира на это лишь тяжко вздохнула. — Мерзость. Но они не опасны… знают, что пока не тронут, их тоже трогать не будут. — Понял. Буду иметь ввиду, — проговорил я. Становилось понятно, что проблема наркотиков тут была достаточно серьёзной, раз уж доходило до… всего этого. — Дэр! Выходи уже! — прокричал мужик, который срал в углу, начав качаться вверх и вниз, — О-о-ох… дэр-дэр-дэр… А-а-а! В этот момент я начал слышать, как в туннеле стучат колеса. Поезд приближался. — Паола!!! — заорал вдруг еще один парень, что до этого лежал, — Паола, беги! Беги-беги-беги! А-а-а! Дэр! Не трогай ее! Отстань! А-А-А-А!!! Секунда и парень резко замолчал. — Ну и пиздец…- произнес Гихьян по воксу. — Привычное зрелище, — произнес Гриша, — В тёмных трюмах такие же места есть. Только теснее. В этот момент поезд наконец-то въехал на станцию. — Бля-я-ять… да вы издеваетесь…- проговорил Биндегиж с удивлением и сарказмом одновременно. Я его понимал. Приехавший поезд был тем же самым поездом метро, которые мы видели на Вильяре. Вероятнее всего, их оттуда сюда поставляли. " — Привет из прошлого, ага…» — пронеслось у меня в мыслях, смотря на то, как поезд проезжает мимо нас, обдувая сквозняком. Через окна можно было увидеть, что он был довольно сильно заполнен. Несколько секунд и поезд остановился, после чего двери открылись. — Внимание! — проорала Ютира, встав перед выходом, — Эта часть вагона — на выход! Живо! Пассажиры в ответ удивленно заговорили. — Давай, давай, живо! — хемтар схватила какого-то мужчину за шиворот куртки и резко его дернула, вытаскивая из вагона, — На выход, я сказала! Немедленно! Люди с удивленными взглядами все же начали подчиняться и выходить из вагона, пытаясь побыстрее добраться до другого вагона. — Быстрее! Быстрее, я сказала! — продолжала кричать лейтенант, — Стоп! Теперь назад! Назад, я сказала! Люди прекратили выходить из глубины вагона и благодаря этому его передний конец теперь был почти пустым. В нём оставалось только пятеро наркоманов, что лежали у стенки — двое людей, двое фелинидов и ещё ратлинг. — Беф, помоги! — приказала Ютира, входя внутрь, после чего ударила одного из них своим сабатоном в живот, — Живо встал и на выход! Еще один хемтар быстро вошел в вагон, схватил мужика, что никак не реагировал, и начал его тащить. — А, а, а! — начал кричать тот, пока его не выкинули из вагона. Ратлинг кое-как начал выбираться на четвереньках, пока оба фелинида пытались встать, а еще одного мужика Ютира пыталась заставить подняться, на что тот отвечал бурчанием. — А ну встал! Живо! — рявкнула женщина и дёрнула мужика в сторону выхода, но тот лишь упал на пол, пытаясь двигаться. В ответ ему по жопе прилетело сабатоном, от чего мужик тихо икнул, что-то пробурчал но продолжил лежать. После такого к нему подошел Беф и вместе с Ютирой начал вытаскивать это тело наружу. — Заносите! — воодушевленно ответила лейтенант и мы все быстро вошли внутрь, занеся тела и мешки, после чего четверо хемтаров встали единой стеной от одной стены вагон к другой, что отделяла нас от людей. Сам вагон тоже был точно таким же, как и на Вильяре — ни единого сидячего места, только вертикальные и горизонтальные поручни. Двери моментально закрылись и поезд тронулся. — Следующая станция — Хардука Матаща, — проговорил диктор на потолке. Люди в вагоне перешёптывались, но расслышать их не получалось. — Извиняюсь, что все… вот так, господин комиссар, — начала Ютира, — Но это правда, самый быстрый и безопасный способ. — Ничего страшного, лейтенант, — покачал я головой, — Чем быстрее доберемся, тем лучше, а уж терпеть всякое дерьмо мы умеем. — Понимаю. — Так что насчет второго типа сектантов, — я перешел на более тихий голос, подойдя вплотную к лейтенанту, — Которые верят в… других богов. — Психи, — довольно резко ответила хемтар, — Поголовно наркоманы, устраивают оргии, рисуют кровью на полу, пытаются приносить людей в жертву, совершают самоубийства… И ещё агитацией занимаются. Много. С каждым днём все больше. Причем ещё каждая группа по своему верует. Разные… божества, разные ритуалы, разные цели… Кто-то хочет, чтобы их божества отменили варп-шторм, другие — чтобы спасли их души, когда планета погибнет, третьи — просто избавиться от боли и страданий. В общем, у них почти каждая группа сама за себя. Я быстро обдумывал всё услышанное, понимая, что ситуация на планете была не сама приятная. — Понятно, — кивнул я, — Но теперь мы здесь. Так что будем разбираться, что тут и как. — Приятно это слышать, господин комиссар…- ответила Ютира. Поезд начал сбавлять скорость, от чего пришлось немного переместить ноги, чтобы удержать равновесие. — Сколько нам вообще ехать? — С этой — пять станций, на шестой встать и пересесть на урбоезд, — объяснила лейтенант, — Там потом ещё на метро понадобится проехать. — Хорошо, — ответил я, вновь кивнув. Спустя еще несколько секунд поезд, ещё сильнее сбавив скорость, въехал на новую стацию метро. Ситуация тут был абсолютно аналогична той, что мы видели на первой. Десятки наркоманов в оборванной одежде, лежавших на подстилках в окружении мусора. Несколько человек корчились, двое стояли точно также, как тот ратлинг, один сидел на коленях, спустив штаны и дергал тазом, держа руками воздух, а ещё двое дрались, кувыркаясь на полу. Пассажиры же никак на это всё не реагировали, упорно делая вид, что ничего не происходит. — Блять, ну и пиздец, — прокомментировал Гихьян по воксу, — На Вильяре такого в принципе не бывает. Упакуют и мигом на перевоспитание на штрафлег. Я не ответил, однако мысленно с ним согласился. Вильяр мне по многим пунктам не нравился, но вот нетерпение к наркомании было его одним из самых больших плюсов. Вскоре поезд остановился. — Станция Хардука Матаща, — вновь прозвучало от диктора и двери открылись. — Не входить! — строго произнесла Ютира, наставив на людей свой автомат, — Через другую дверь! Люди удивленно зашептались и начали отстраняться, пытаясь отойти от входа. Но затем из толпы вышла фигура в дырявой обношенной одежде, которая все равно шла к нам. Это был фелинидка, на вид где-то лет двадцать, может даже чуть меньше, если сравнивать с людьми. Она смотрела на нас пустым взглядом, опущенном вниз, вся фигура была сгорблена, левый глаз был покрыт бельмом, на самом лице виднелось множество царапин, одна из которых задела ее кошачий нос, а руки, которыми она обнимала себя, тряслись мелкой дрожью. — ЭЙ! — рявкнула на нее лейтенант и после этого дала фелинидке прикладом в лицо. От удара голова женщины резко дернулась назад и она рухнула на пол перрона, начав что-то стонать. — Апата улыж, дэр, — произнесла хемтар злобным голосом. Еще несколько секунд и двери закрылись. — Следующая станция — адмирала Цакара Агыра, — прозвучало от диктора. Поезд сразу тронулся дальше, начав быстро разгоняться. — Лейтенант, — позвал я хемтара, решив еще немного поспрашивать ее о здешних реалиях, — К вопросу об этом вот всем. Насколько все плохо касательно наркотиков? Женщина опустила голову. Пускай я не видел ее лица из-за маски с фильтрами, я все равно видел по ее движениям, что ей стало немного грустно. — Честно — очень плохо, господин комиссар, — произнесла она, — Так-то на Неглярте это всегда-то было. У нас в отделе четверть дел — это сами наркотики. Изготовление, хранение, перевозка, продажа и употребление. А еще половина — кража, грабеж, разбой и убийство ради денег на дозу. В общем, типичный квадрант в Имдыгоне. Таких множество. — Кошмар, — только и ответил я, осознавая масштаб происходящего. Три четверти всех преступлений связанных с наркотиками. Я, конечно, не был экспертом, но можно было только представить, насколько всё было плохо по части употребления наркотиков. — Именно, — согласилась со мной женщина. — И что за наркотики принимают? — задал я следующий вопрос. Я мог, конечно, узнать это все потом, но лучше было уже сейчас. Да и не так скучно будет ехать. — О, их очень много, — начала лейтенант, — По количеству употреблений самые распространенные — это лабвары. Варятся в лабораториях из самых разных вещей — от клея до сложных ингредиентов. На них сорок пять процентов с долями приходится всего потребления. Всего семьдесят пять видов. Все лабвары — самые дешевые, с самой сильной зависимостью, самые опасные и самые вредные. По улице в основном ходят те, кто их принимает — жить негде, но наскрести на дозу как-нибудь еще способны. Потом идут плесны — это из плесени варят. На них двадцать один процент с долями, двадцать семь видов. Потом грибы — или собирают, или выращивают, и потом едят разными порциями, иногда алкоголем запивают. На них четырнадцать процентов с долями. Всего восемнадцать видов. И последнее, водоросли — выращивают, сушат и курят. Четырнадцать видов, двенадцать процентов. Среди всего этого где-то девяносто процентов с долями тут производят и еще почти десять кто-то привезет извне. — Да уж. Немало так, — прокомментировал я, — И что, сделать… ничего не выходит? В этот момент поезд вновь начал тормозить. — И раньше с этим проблемы были — других забот хватает. То рабочие обнаглеют, начинают бастовать, то всякие психи хотят правительство свергнуть. Плюс убийства, изнасилования, войны банд — в общем, все то, на что не реагировать не получается. Ещё и в бюджете денег не хватает, чтобы всех на перевоспитание отправить. А теперь… теперь всё куда хуже стало. Так много нарков мы уже давно не видели. Не на моей памяти уж точно. — Понятно, — ответил я. — Как я понимаю, вариант «Всех пристрелить нахуй» тут не рассматривают? — прозвучал у меня в воксе голос Гихьяна, — Потому что другого выхода я тут вообще не вижу. Не сказать, что я был полностью согласен с Гихьяном. Наркомания была такой вещью, с которой вряд ли можно было бы справиться с помощью расстрелов. Хотя, насколько я знал, состояние наркоманов бывало уже такое, что проще было пристрелить, чтобы не мучался. Поезд въехал на новую станцию. Наркоманов тут было ещё больше, чем на предыдущей станции, как и мусора. — Станция адмирала Цакара Агыра. Двери поезда открылись и Ютира вновь наставила на всех автомат. — Не входить! Всем назад! — грозно кричала она, от чего люди начали быстро расходится, смотря на неё со страхом на лицах. — Уа-а-а-а-а-а-а! — вдруг услышал я чей-то вой со станции, но увидеть источник не получилось. Вскоре люди рядом с нашей дверью разошлись окончательно. Впереди я увидел, как из-за колонны выползает на четвереньках абсолютно голый человек. Он весь был истощенный, от чего были отчётливо видны ребра, ноги и руки были тонкими, по всей коже виднелись синяки, раны и язвы, а изо рта у него шла слюна. — Блять, верните меня на Вильяр, — злобно проговорил Гихьян. Я его начинал понимать. Вильяр мне уже нравился гораздо больше. Двери вагона закрылись. — Следующая станция — Угова Цыча. Вновь поезд тронулся и направился дальше. На следующей станции всё было точно таким же — наркоманы и мусор. И на следующей тоже. И на следующей. Наконец-то, мы добрались до нужной нам станции — лорд-адмирала Халхода Егетара. — Все в сторону! — заорала Ютира на людей, что столпились рядом с дверью и те начали пытаться разойтись, — Все в сторону! Хемтары идут! Кое-как люди все жё смогли дать нам дорогу и мы стали идти за лейтенантом. Ситуация на станции была точно такой же, как и на всех предыдущих. Десятки наркоманов, что лежали, сидели и стояли, одетые во что попало, грязные, обросшие, со множеством болячек. Запах тут тоже был соответствующий — моча, дерьмо и блевота. Смотреть на это было просто мерзко. — А что так?! — вдруг проговорил сидящий на коленях наркоман, опиравшийся на руки и смотревший на пол, — А почему ты это не сказал ей?! Тебе что, сложно было?! Ты понимаешь, что ты натворил?! Мы просто прошли мимо. — Э-э-эй! — звал еще один наркоман, фелинид, лежавший на спине и поднявший вверх тощие облезлые язвенные лапы, — Иди… Иди ко мне… Иди сюда… Иди-иди-иди-иди… Ещё минута и весь наш отряд дошел до лестнице. По ней мы добрались до длинного пешеходного перехода. Тот также оказался заполнен бездомными по обе стороны. — У-уважаемые! — вдруг обратилась к нам грязная женщина с редкими колтунами черных волос на лысой голове, стоявшая на коленях, — Б-будет… пару неглов? Всего пару? Я… я верну… верну, обещаю! Аквилой клянусь! Хотите — отсосу! Всем! Хорошо получается! Мы молча прошли мимо нее, после чего женщина противно разочаровано зарычала. — Где она… да где же она…- говорила другая женщина, сидевшая на коленях и руками возящая по асфальту, словно она пыталась что-то откопать, — Дэр, дэр, дэр, где же она… Куда он её спрятал… я же заплатила… я все заплатила… все пересчитала… где она, где она, где она, где она… — Кто-нибудь… дайте чоки… один раз, — говорил довольно молодой парень ратлинг, лежавший в одних обоссанных трусах и смотревший на потолок глазами с катарактой, — Один раз… пожалуйста… умоляю… кто-нибудь… — Блять, — проговорил Гихьян, — Я, конечно, много повидал… но такого пиздеца ещё не видел ни разу… Спорить тут было бесполезно. Меня и самого все это… удивляло. — Эй… Эй парни! — прокричал еще один наркоман, истощенный мужик лет тридцати, — Помощь нужна? Я… я понесу! Хотите помогу! Я немного возьму! Пожалуйста! Совсем немного! Пару неглов! Наконец-то, мы добрались до турникетов, которые удалось быстро пройти, после чего мы оказались у небольшой очереди на лифт. Снова вспомнился Вильяр. Там тоже такое было. Ютира не стала останавливаться и прошла в самый конец очереди, к широкой оцинкованной двери лифта, на которой виднелись следы блевоты. И вот, прозвучал сигнал, и дверь открылась. Внутри лежало пятеро человек в обносках. — Всем стоять! — проговорила лейтенант гражданским и повернулась к нам, — Заходите. Мы все быстро зашли внутрь, занося тела и мешки. Наркоманы, что сидели в углу, смотрели на нас с полным безразличием, а один вообще продолжал спать. Спёртый запах мочи тут был просто невыносимым, но приходилось терпеть. Где-то через минуту, когда лифт уже был полностью заполнен, двери закрылись и мы быстро стали подниматься. Ещё две минуты и лифт остановился, двери открылись и все начали выходить. Это была небольшая станция с крышей. Через туннели виднелись стены здания, к которым и было присоединено полотно железной дороги. Из-за этого в принципе не получалось понять, на какой высоте мы находились, однако стало куда ветреней, а воздух был немного холоднее. И, что самое лучшее, тут не было наркоманов. Ни единого. Только немного мусора. В принципе, это было неудивительно. Вероятнее всего. тут было куда холоднее, нежели внизу. — Блять, как же охуенно тут, — проговорил Гихьян, — Кто-то, сообщите этим сектантам и прочим уродам, чтобы они где-то тут ошивались. Хоть приятней работать будет, чем там, внизу. Сарказм из сервитора прямо рекой лил. Ждать долго не пришлось. Менее, чем через минуту приехал двухэтажный поезд, причём в таком же стиле что и прочие вильярские поезда. Видимо, там тоже такие были, хоть мы с ними и ни разу не сталкивались. — На выход! — вновь начала кричать лейтенант, стоило дверям поезда открыться. Люди шокировано зашептались, но подчинились и начали выходить. — Так, стоп! Назад! — люди, что ещё не успели выйти, начали идти назад, в то время, как мы вошли внутрь, заняв конец вагона. Спустя еще несколько минут двери вагона закрылись. — Следующая станция — командора Гегара Сайгиртимара. Расчетное время прибытия — три часа пятнадцать минут, — проговорил голос уже другого диктора и поезд тронулся с места. К этому времени усталость уже брала свое. Спать хотелось просто неимоверно. И стоять вот так часами я уже просто не мог. — Ладно, если что, я пока вздремну, — проговорил я, ложась на пол, — Полагаюсь на вас и ваших людей, лейтенант. — Да, господин комиссар, — уверенно ответила мне женщина. Положив голову на переднюю стенку вагона, я закрыл глаза и отдал себя во власть сна под мерное покачивание… — Авги. Я резко открыл глаза и поднял голову. Глаза тут же сфокусировались, убирая замыленость. Вокруг были парни, хемтары, пассажиры и всё тот же вагон. — Вставай давай. Приехали, — проговорил Гихьян, смотревший на меня. Поезд как раз уже останавливался. Я протянул руку и сервитор сразу же помог мне подняться. — Что-то было интересное? — спросил я на всякий случай. — Только кромешная скука, — произнес Биндегиж, пока я смачно хрустел затекшей шеей, — Разве что Гриша умудрился поймать сектантскую вокс-волну. Рассказывали, какая Экклезиархия плохая. Лейтенант уже сообщила, куда надо, тут такое не редкость. — Тоже вариант, — ответил я и начал ждать остановки. На это ушло еще минуты три. — Станция лорд-генерала Летира Карзигаля, — возвестил диктор и двери открылись. Мы мигом забрали всё, вышли наружу, оказавшись на точно такой же станции, и отправились к лифту. Тот, к счастью, уже был тут, так что мы смогли быстро спуститься обратно в метро. К моему удивлению, тут ситуация была куда лучше. Ни наркоманов, ни мусора. — Ну нихуя себе. Оказывается и такое бывает, — произнес Биндегиж, — Всё же есть в этом городе нормальные места. Трудно было с ним не согласиться. Пять минут мы шли пешком через переход, спустились ещё ниже по эскалатору и оказались на заполненной, но всё же довольно чистой станции. Тут было куда приятнее находится. На поезде метро мы проехали ещё три станции. — Станция — призывной пункт Астра Милитарум, — услышал я заветные слова. Именно здесь был организован штаб дю Кемакрю. Оставалось ещё немного. Уже чувствуя воодушевление, я вместе с остальными начали пробираться к выходу из метро. Подняться по эскалатору, затем пройтись по пешеходному переходу, подняться наверх по ступенькам. И вот он — пункт призыва. Это было огромное здание где-то в километр в высоту и метров двести в ширину с огромный золотым гербом на вершине. Вокруг него было большое свободное пространство, где-то километр во все стороны, огороженное забором в виде звезды метров пять в высоту, с колючей проволокой, рвом и башнями, на которых стояли турели «Тарантул». Здания же, что стояли вокруг, были куда ниже, примерно на четверть, а между ними и стеной штаба была круговая трасса на десять полос. В общем и целом, внушительная крепость, что тут ещё скажешь. Как можно быстрее мы добрались до больших гермоворот, что были в стене. — Что ж, лейтенант, — проговорил я, когда мы остановились, протягивая руку, — Большое спасибо вам за помощь. Без вас было бы тяжко. — Всегда готовы помочь Имперскому Комиссариату, господин комиссар, — вытянулась Ютира и крепко пожала мне руку. — Удачи вам на службе со всем этим. Храни вас Бог-Император. Я сделал для себя пометку, что напишу ей великолепные рекомендации для начальства. Целую оду о том, насколько она нам помогла и как слаженно действовала. — И вас тоже храни, — кивнула лейтенант. Оставив тела, все пятеро хемтаров развернулись и быстро направились к пешеходному переходу. Я же подошел к сканеру у гермозатвора и приложил свое удостоверение. — Личность опознана. Вход разрешен, — прозвучал синтетический голос, после чего дверь для пешеходов открылась, впуская нас внутрь небольшого шлюза. Я и Рингер быстро втащили туда мешки, пока Гихьян и Гриша занесли тела, после чего я нажал на кнопку и дверь закрылась. — Внимание, — прозвучал строгий синтетический бас из потолка, — Августин Мерцелиус. Ваши полномочия заморожены согласно директиве двести восемнадцать. Сдайте оружие и проследуйте с конвоем для дачи показаний. Приказ распространяется на ваших адъютантов. Отказ подчиниться карается смертью. Я знал, что так будет, так что это меня не удивляло. — Без проблем, — ответил я спокойно, после чего положил лазган на стол рядом. Затем туда же отправился лазпистолет, нож и клинок в руке. Остальные сделали также и вторая дверь сразу же открылась. Там уже ждали конвоиры из числа личной генеральской гвардии дю Кемакрю. — Доброго всем дня, — вежливо поздоровался я и повернулся к своим, — Эти два тела — на «Герцог Куцум Бохош», это их пилоты, что нас спасли. Это тело и мешки — улики по делу о взрывах в море. — Принято, — коротко проговорил один из гвардейцев в маске, — Оставляйте здесь и следуйте за нами. — Ведите, — уверенным тоном произнес я и мы все отправились к небольшой машине, что стояла рядом. Понятно, что впереди меня ждали допросы и отчёты о произошедшем. Однако, меня сейчас это никак не волновало. Я все равно чувствовал внутри себя безмерную радость. Наконец-то, мы окончательно прибыли на Неглярт.