Трещины вокруг

Спустя шесть дней. Комиссар Августин Мерцелиус.

Противная трель будильника пронзила уши и заставила глаза открыться. Взгляд сфокусировался и я увидел гардину, что закрывала ярко светящееся окно. Утро. Пора вставать. Я сразу же повернулся на вторую половину. Там оказалось пусто. Ниринты не было. На кровати я был один. Болезненная горечь уколола внутри. «Её больше нет.» Глаза закрылись. Я вздохнул. Выдохнул. Не хотелось вставать. Вообще ничего не хотелось. Всё, что я делал последние месяцы, было ради нас с Ниринтой. Чтобы мы были вместе. Прожили жизнь, как семья. Чтобы хоть что-то было светлое во всем этом дерьме. А теперь её не было. Я её никогда не увижу. И наш ребенок погиб зазря. Всё внутри обожгло злобой и я встал с кровати, пытаясь отогнать от себя все эти мерзкие мысли. Умывшись и приняв душ, я быстро направился на кухню, где уже был готов завтрак. Как всегда, по большей части это были морепродукты — рыба, мидии, креветки и водоросли. Плюс ещё хлеб, плюс макароны. Вполне неплохо. Рингер тут уже тоже был. Он сидел за столом, осунувшись, и смотрел в одну точку с лицом, которое не выражало абсолютно никакого желания что-то делать. После всей попойки, что мы устроили, он наконец-то смог кое-как прийти в себя… во всяком случае, физически. Морально же он был разбит и я не знал, чем ему можно помочь. Я и себе-то помочь не был в состоянии. — Утро, — проговорил Гихьян, отвлекаясь от сковородки, на которых дожаривались рыбные котлеты. В ответ я уселся на своё место, тяжело выдохнув. — Утро, — ответил я через силу. Говорить не хотелось. Ни с кем. Ни о чем. Хотелось дальше спать. Во сне я хоть не думаю ни о чем… Спустя пару минут молчания Гихьян закончил с котлетами и высыпал их нам, после чего я и Рингер приступили к еде. Ели мы тоже молча, медленно и методично пережевывая всё то, что было насыпано. Я пытался отвлечь себя хотя бы отчётами. Обычно не читал их за едой, но сейчас я просто не мог не читать их. Хоть отвлекусь. В полку было всё, как обычно — пьянство, драки, наркотики, оскорбления, неподчинения, несколько убийств, сломанных костей, ножевых ранений и суицидов. Тут без меня разбирались вполне себе хорошо, кадеты и младкомы уже хорошо разбирались с тем, когда нужно было расстреливать, а когда надо было всё же пощадить. Научились, это радовало. Другое дело, конечно, что отлет гражданского персонала оказался слишком сильным ударом для полка и полк начало шатать в дисциплинарном плане. Пока что вариант был один — купировать всё наказаниями, усиленными тренировками напополам с увольнительными в город для самых отличившихся. Некоторые кадеты и командиры присылали свои воззрения на этот счет, предлагая… организовать новый штат гражданского персонала! То есть дать возможность солдатам создавать браки и делать детей, в то время, как их супругов будет содержать полк, а потом заберет всех. Идея, конечно, была не самая лучшая. Для нас предыдущий гражданский персонал был в тягость, так приходилось постоянно о нем думать. Более того, теперь у нас вполне может выйти ещё большая толпа народу. Шутка ли, на каждого бойца и работника Санкорпуса по супругу, а потом ещё одному ребенку — и вот у тебя уже сто двадцать тысяч взрослых людей и сто двадцать тысяч детей на балансе, которых нужно кормить, одевать и обеспечить минимальными удобствами. Причем на них ещё ничего особо не скинешь, ведь на фронт их не возьмёшь, там они только мешать будут. Это не говоря уже о том, что среди этих гражданских мигом окажутся сектанты, которые не упустят возможности получить доступ к солдатам. И я бы эту идею откинул, если бы не одно большое жирное «НО», которое не давало этого сделать — это поможет бойцам справиться со всем тем дерьмом, которое на них обрушилось. Особенно шамтанарцам, на которых приходилась большая часть суицидов. Из-за этого я не мог вот так просто взять и отклонить эту идею. Тут стоило обсудить всё с Шеркиным, когда он очнется. Ему подобное точно не понравится, но и он вполне мог такое рассмотреть, учитывая, что это могло хоть немного помочь нам. Так что это я пока откладывал в долгий ящик… — Блять…- тихий сдавленный голос Рингера заставил отвлечься от чтения отчётов. Парень оперся на стенку, пока его лицо скривилось, словно от боли. — Идиоты…- произнёс он, смотря в одну точку, — Какие же мы идиоты… Голова Рингера немного приподнялась, а затем вновь резко ударилась о стену с глухим звуком. — Тупые, тупые, тупые…- повторял он, дополняя это ударом головы о стену. — Э, э, э, э! — воскликнул Гихьян, подбежав к нему и схватив за голову. Рингера затрясло. Я знал, что это значит — так он плакал без слёз, которых у него не было из-за аугментации глаз. Своё я уже выплакал. Но я прекрасно знал, что Рингеру было намного тяжелее. Он ещё нескоро сможет от этого всего оправиться. — С-с… С-спасибо…- прошептал Вимолт спустя секунд десять, шмыгнув носом, — Я… я пойду… Биндегиж отпустил Рингера и тот кое-как встал изо стола, после чего шаркающей походкой вышел из кухни. Я же выдохнул и продолжил доедать свою котлету. Было тошно. Горестно. Больно. Но я пытался держаться. Нужно было держаться. Мне ничего другого не оставалось, кроме как держаться и идти дальше. Как бы больно не было. Вскоре я доел всё и запил рекаффом. — Спасибо, Гих, — произнес я, вставая на ноги, — Пора за работу. — Давай-давай, зови, если нужны будут старые комиссарские мозги, — проговорил сервитор в ответ. Я слегка улыбнулся. — Буду иметь ввиду, — я повернулся к выходу, но затем остановился и вновь посмотрел на Биндегижа, — Ты пока… следи за ним. Мало ли чего. — Конечно, — серьёзным голосом проговорил Гихьян, кивнув мне. Я быстро добрался до кабинета и сел в своё кресло, вернувшись к новым отчётам. Наша главная напасть, грёбаные беспилотники и мины. За ночь погибло ещё семь кораблей — пять рыболовных, все потоплены беспилотниками, один контейнеровоз и один рудовоз, они подорвались на минах. Плохо. Очень плохо. Даже несмотря на то, что на каждый корабль уже уходило по десять, а то и пятнадцать беспилотников благодаря огню солдат, это всё равно было слишком болезненным ударом. Наш противник явно был в состоянии клепать эту срань в гигантских количествах где-то подпольно, чтобы совершать такой размен, в то время, как мы теряли всё больше кораблей, способных давать нам пищу. Результат этого, конечно, был пока небольшой. Падение вылова рыбы уже достигло полутора процентов. Только вот была другая проблема. К концу планетарного года, при средней статистике поломок, штормов и прочего, а также без новых потерь от ударов при вводе в строй новых рыболовных траулеров, падение в рыболовстве составит десять процентов. То есть мы потеряем три процента общепланетарного снабжения. Уже немало. А уж каким будет падение после новых потерь в кораблях, и думать не хотелось. Нужно было что-то делать. И срочно. Потому что если мы не остановим эти удары, мы явно не сможем удержать ситуацию под контролем до первых урожаев, под которые разве что фундамент только начали копать… Где-то через час работы с отчётами по планете меня отвлек звонок Даталя. — Комиссар. Все готово. Нашел всё, что смог. Готов докладывать, — проговорил воодушевленно парень. Хоть какая-та хорошая новость. — Заходи, — приказал я и отключился, — Парни, все в гостиную! Даталь с докладом! Выбравшись из кабинета, я быстро пришел в нашу большую гостиную… «Мы бы тут все могли собираться…» Я потрусил головой, отгоняя мысли, и уселся на диван. Рингер пришёл следом и буквально рухнул на него, смотря на всё с безразличным лицом. Гихьян сел на одно из кресел. Ещё пару секунд и я услышал, как дверь открылась, а затем закрылась. В гостиную пришли Даталь и Гриша. — Приветствую всех, — произнес блондин в своём стандартном пурпурно-золотом костюме. — Привет, Даталь, — проговорил я. Гихьян просто поднял руку, а Рингер вообще никак не отреагировал, — Рассказывай. Парень быстро уселся на кресло напротив нас и открыл свой экравокс. — Итак, — начал блондин, — Хегарис Дибгерсет, двадцать восемь лет. Предприниматель, владелец небольшой сети из тридцати двух клиник, шестидесяти пяти аптек и семисот шестидесяти выездных врачей. И одна из этих клиник как раз находится в абхудисе одиннадцать. Вот это уже было очень интересно. — Так, — проговорил я задумчиво и одновременно воодушевленно, — Вероятнее всего, именно там Яусу оперировали. — Общей медицинской базы на Неглярте нет, — сказал Даталь, — Чтобы подтвердить это, нужно лезть в базу данных самой клиники. Это было плохо, тут был свои нюансы, которые придётся решать. — С этим потом разберемся. Давай дальше, — сказал я блондину. — Бизнес унаследовал от отца, погиб шесть лет назад, автомобильная авария, сам практически не расширил его, но и ничего не потерял. В самой семье Дибгерсетов считается незначительной фигурой. Женат на Дашаре Юклейн, владелица небольшого фармацевтического мануфакторума. Все хором заявляют, что брак был по требованию родителей, ради выгодной сделки — она предоставляет лекарства больницам по выгодной цене, а Хегарис продает её лекарства через свои аптеки. В браке родилось уже четверо детей — два мальчика, две девочки. Брак, однако, не самый стабильный. Ходят слухи, что он частый гость борделей, правда шепчутся только про клубные бордели, куда он ходит со своими друзьями. Про его увлечение борделями в штрафманах нет вообще ничего, даже малейших подозрений. " — Хорошо шифруется…» — Жена тоже ходит к эскортникам. Также есть слухи, что его врачи выписывают некоторые спец-препараты, которые имеют наркотический эффект, а аптеки приторговывают лёгкими наркотиками — лабвары жаза и киба, водоросль некшу и плесневик выгат. У хемтаров к нему подозрений никогда не бывало, так что слухи могут оказаться просто информационной диверсией — распространенная практика, однако… не стану исключать, что он вполне может кому-то платить. — Всё сходится, — прозвучало от Гихьяна, — С наркоторговли финансирует удары, а в больницах вербует исполнителей — просто за деньги или же позволяет там проводить агитацию сектантских идей. — Если он лечит кандидатов бесплатно, они явно на что угодно подпишутся, — подумал я про себя. — Ещё может давать лекарства, — добавил от себя Гриша, — На корабле аптекари, которые могут достать лекарства в обход процедуры — неприкосновенны. И для них что угодно делают. Зиюч ведь мог чем-то болеть. — Вроде как он не болел ничем, — парировал Гихьян, — Нам бы такое сказали. — Или мог болеть его ребенок, — понял я, — Дети болеют постоянно, про них ни вспоминать не будут, спрашивать тоже. У него есть аптеки в поддисе? — Нету, — Даталь покачал головой, — И выйти на поверхность он не мог — на это найтам нужны разрешения. Да и для них даже ночью светло слишком. — Но вот дать ему лекарства вполне могли, — подытожил я, — У Дамилаты вряд ли есть смысл спрашивать, он ей явно ничего не говорил. Контакт он явно установил на работе, а с ней сложно будет. Так что сосредоточимся на самом Хегарисе, раз уж мы его нашли. Что нам с ним делать? — Наблюдать, — твердо заявил Гихьян, — Если он сектант — спугнём всех, кто с ним связан. И тогда хоть к псайкеру его води, уже смысла не будет, сеть заляжет, но потом снова поднимется. — Только вот нам нужно как можно быстрее разобраться со всем этим дерьмом, — меня совсем не обнадёживала идея ждать, — Чем больше ждём, тем больше кораблей потонет. Так что… надо побыстрее с ним разобраться. Установим слежку, пошлём кого-то в больницу под видом пациентов. Даталь, есть что-то по его друзьям? — Пока только кто они и чем занимаются. — Делай что хочешь, но всем ним нужно столько же информации, сколько есть по Хегарису. Слухи, любовницы, увлечения — все, что есть. — Сделаю, комиссар, — уверенно ответил мне Даталь. — Тогда за работу. Нам теперь нужна скорость, — проговорил я, вставая со своего места. — Вот тут всё по Хегарису, — блондин передал мне флэшку, которую я сразу же взял. — Благодарю. Я быстро добрался до кабинета и разослал приказы арбитрам, чтобы начали проверять Хегариса так, как только возможно. Закончив с этим, я вставил флэшку в когитатор, начав вновь просматривать все записи, которые сделал Даталь. Однако, ничего нового там не было. Единственное, что можно было понять — Хегарис был человеком, который думал о себе больше, чем есть на самом деле. Он был уверенным в себе и наглым, но за спиной у него было куда меньше, чем нужно, чтобы добиться успеха. От того дела у него шли средненько, не рос, но и не терял. С учетом ещё и явных проблем в личной жизни, которые закрывались походами в бордель для траханья заключенных, он точно был кандидатом в сектанты. Потому что такие ими и становились — неудачники, которые пытались найти альтернативу тому, что не принесло им счастья, утешения, радости и всего прочего. Теперь оставалось одно только одно — ждать. Несколько дней и мы найдем что-то, после чего или будем следить дальше, чтобы вскрыть всю сеть, или же будем брать. Да, всю сеть мы не накроем, это явно невозможно сделать, судя по тому, как сектанты озаботились распределением рисков, дойдя до двух совершенно разных способов атаки. Но во всяком случае, Хегарис явно стоял за минными атаками или был связан с теми, кто всё это организовал. Если сможем хотя бы минирования прекратить, уже будет легче. Тот факт, что их количество сейчас рухнуло после ввода в действие некоторых правил, совсем не означало, что дальше будет также… Закончив все дела с этим следствием, я прочитал ещё несколько новых отчётов о четырех пьянках и новом суициде шамтанарца. И только после этого я вспомнил про ещё одно важное дело, которое я все это дело откладывал на потом. Капитан Шанярт Киргимазу. Человек, который вместе со своей командой спас нас и смог быстро доставить в Имдыгон. Мы вчетвером были им жизнью обязаны. Теперь пришло время их отблагодарить, как подобает. Непублично, конечно, Кафучанури это явно не понравится, но наградить всех и дать вознаграждение за помощь я должен был. Потому что тут простым «Спасибо» явно не ограничишься. Никак. Зайдя в базу данных со своего когитатора, я начал искать Шанярта. С делами я пока разобрался, можно было сделать всё сегодня, чтобы закрыть этот вопрос. А то буду ещё себя виноватым чувствовать… Наконец-то, я нашел карточку Шанярта среди регистра… И мигом потерял дар речи. Он был мёртв. В карточке были указаны даты рождения и смерти. Но что хуже этого — там была печать «Казнен». То есть он не погиб… Внутри всё скрутилось. Стало жарко. Я тут же бросился проверять, что произошло. В карточке была только статья: «Самовольное прекращение выполнения приказа группой лиц». И судя по дате… их расстреляли через два дня после того, как мы добрались до Имдыгона. — Блять…- прошептал я, когда мне пришло осознание происходящего. Потом начал искать корабль «Мабчент», всех, кто там был… Старший помощник, все старшие офицеры мостика — все находились там со дня казни Киргимазу. Начал проверять тех, кто был до этого. Они были мертвы. Весь. Экипаж. Казнен. — Блять! — крикнул я. Кулак стукнул о столешницу. Глухой звук удара прошёлся по комнате. Злоба наполняла все внутри. Я ведь разобрался! Я говорил с этим ебаным чиновником, что всё нормально, как и прочил Шанярт перед нашим уходом! И этот чиновник знал, кто я! Поиски продолжились. Приговор был вынесен Внутренним Судом Администратума, так что пришлось лезть к ним в архивы. Но стоило мне отправить запрос, как тут же была выдана ошибка — «Данное дело ожидает оцифровки». — Ну охуеть теперь…- прошипел я, запрокинув голову назад. То есть так просто не узнать. Зато я знал, где искать того, кто должен всё знать. Ещёнесколько минут и я смог найти этого мудака из Агрикалте. Этлен Филдемт. Именно отвечал за эскадру рыболовных судов, среди которых и был «Мабчент». — Сука, иди сюда…- прошипел я, отправляя приказ готовить урботтл, а затем активировав вокс, — Парни! Собираемся! Живо! Я тут же вскочил и отправился в комнату одеваться. — Что у нас? — прозвучал серьёзный голос Гихьяна в ухе. — Летим бить ебальник, — ответил я злобно, переодевая брюки. Больше вопросов не последовало, так что я продолжил одеваться. Когда же пришла очередь рубашки, дверь в комнату открылась и внутрь вошел Гихьян. — Что случилось? — спросил он уже более взволнованно. Я остановился. Вздохнул. Выдохнул. — Они их казнили, — проговорил я. — Кого? — Киргимазу. И весь экипаж «Мабчента». Секунду Гихьян молчал. — Какого нахуй?! — вопрос прозвучал злобно и возмущённо. — Не знаю. Дело не оцифровано ещё. Так что летим к этому чинуше из Агрикалте. — Понял. Гихьян быстро выбежал из кабинета, а я продолжил одеваться. Хотелось, конечно, взять и поехать просто в домашнем, но за такое Кафучанури точно взбесится. Спустя пару минут всё было готово и я вышел к остальным, которые тоже уже были в полном облачении. Добравшись до урботтла, я сел на первое попавшееся кресло и приказал лететь к зданию представительства Агрикалте, которое стояло рядом с доками. Злоба не прекращалась. Меня буквально распирало изнутри от желания прибить всех причастных к этому. Собственными, блять, руками. Сама мысль о том, что они все мертвы из-за нас, была невыносимой. Они спасли нас. Мы жизнью были им обязаны. Мне плевать было, что они просто оказались ближе всех, что они не могли пройти мимо нас, что повернули назад по моему приказу — всё это было неважно. Самым важным было то, что мы живы благодаря ним. А они теперь погибли из-за этой помощи! Вся эта грёбаная несправедливость просто съедала изнутри, разрывала на куски, причиняя боль. Так не должно было быть. Не должно было! Они должны были получить награды, благодарность от меня… И ничего этого уже не будет. Шаттл продолжал быстро лететь. В иллюминаторе мелькали дома и трассы, наполненные машинами. Приходили новые отчёты из полка. Потом прочту, всё равно ничего срочного. Я сейчас был совсем не в том состоянии. В голове было только одно — добраться как можно скорее до этого Филдемта. Он должен был знать, какого хрена произошло. Это теперь было всё, что я вообще мог сделать. Спустя где-то час мы наконец-то подлетели к докам и стали тормозить. За окном были мелкие грязные здания, между которыми курсировали автомобили и люди. Вскоре остановились и начали спускаться на парковку автомобилей. Ещё несколько секунд. Толчок. Двери открылись и я мигом выбрался наружу, под свет двух солнц Неглярта, что уже находились практически у самой кромки крыши нужного нам здания, с которого свисали голубые баннеры с зеленым гербом Агрикалте. Всего несколько шагов и мы оказались в тени. Люди на парковке удивленно смотрели на нас, а двое охранников в броне СПО и с гербами Агрикалте бежали к нам. — Господин комиссар, — спросил он, притормозив передо мной, — Что… — Веди к Филдемту, живо, — приказал я, пройдя мимо него. — С-слушаюсь, но ч-что проис… — Заткнись и шагай молча! — уже не сдержался я, — Ещё хоть что-то спроси у меня и я тебя расстреляю! — В-вас понял, господин комиссар…- с нескрываемым ужасом произнес боец и мы молча отправились ко входу в старое кирпичное здание с грязными стенами и окнами. Войдя внутрь, мы оказались в убогом коридоре с облупленными стенами, треснувшей плиткой на полу и протёртыми ступеньками. Боец провел меня по длинному коридору, в конце которого находилась двойная дверь с золотистой табличкой: «Старший уполномоченный Официо Агрикалте рыболовной эскадры №38 Этлен Филдемт». Подойдя вплотную, я тут же открыл дверь. Филдемт сидел на за столом и смотрел на меня со смесью удивления и возмущения. — Господин комиссар…- начал он довольно холодно, поднимаясь со стула. Рука толкнула дверь и та захлопнулась. Обойдя стол, я тут же схватил его за шиворот рубашки и резко поднял, а затем ещё с большей силой уложил его на стол. — О-о-охрана! — закричал он, посмотрев в сторону двери. — А теперь поясни мне, какого черта их казнили?! — заорал я в лицо чиновнику, держа его обеими руками за рубашку. — О-о чём вы вообще?! — спросил чиновник. — Киргимазу! Капитан «Мабчента»! Я сказал, что они мне помогли! А их расстреляли! Его и весь экипаж! Парень был… в недоумении. Пару секунд его глаза бегали из стороны в сторону, пока он сам тяжело дышал. — Д-да… да… п-помню…- произнес он, — И-их… их забрали… п-проверили вас… не нашли… В итоге п-признали виновными… в уходе с маршрута… Это был какой-то ебаный бред. — Твой охранник подтвердил мою личность! При тебе же!!! — заорал я с новой силой. — Л-личность… н-не п-полномочия, — выдавил из себя Этлен, от чего я впал в ступор, — С-суд нашел вас… но в-ваши п-полномочия н-небыли подтверждены… И-их не нашли… В итоге… их признали уклонистами… расстреляли в тот же день. В голове всё быстро сложилось. Мои полномочия не были подтверждены из-за сбития. Потом я ехал на метро и урбоезде, боясь повторного сбития, потом ещё Кафучанури проводил расследование на мой счет… И всё это время мои полномочия не были подтверждены, а значит суду не с чем было работать! Блять… Получалось в их смерти я был виноват… Своей осторожностью и безразличием… Но затем пришла злость. Не только я тут был виноват. — Тогда какого хуя ты им не сказал?! — злобно спросил я, приподняв чиновника вверх, а затем ударив о стол, от чего он вскрикнул, — Ты же видел, кто я! Видел, что может быть ошибка! — Да блять! — вскрикнул он злобно, — Я этим не занимаюсь! Я их арестовал и передал охране вместе с докладом, о вас тоже упомянул — всё! Остальное меня не касается! — Ах не касается?! — спросил я, — Я тебе прямо сказал — они будут награждены! — И что с того?! — взвизгнул в ответ Этлен, — Меня что, должна волновать матросня всякая?! Я чиновник Адептус Администратума! Уполномоч… Правая рука со всей силы врезалась ему в рот. Передние зубы мигом выбило и чиновник заткнулся, посмотрев на меня с шоком. От его вида было тошно. Ещё удар. В нос. Удар. Снова удар. Ещё. Ещё. Ещё. Ещё, ещё, ещё, ещё… Удар в лоб. Снова замах. Только сейчас я всё же заметил, что всё его лицо было в крови. Череп был вдавлен в нескольких местах в районе лба. Он не двигался и смотрел в одну точку. Глаза закрылись. Вдох. Выдох. Злоба начала сменяться горечью и осознанием того, что я сделал. Чиновник был мертв. А даже если нет… спасать его желания не было. Сам виноват. Уёбище сраное. Постояв ещё пару секунд, чтобы успокоиться, я обошёл стол и вышел из кабинета, после чего прошёл мимо охраны и начал идти по коридору в сторону выхода. Минута и мы все расселись в урботтле, который сразу же начал подниматься, унося нас обратно домой. В душе всё также было горестно. За Киргимазу, за всех остальных… Не так всё должно было быть. Совсем не так… Понятно, что уже ничего не исправить. Однако, я собирался помочь семьям тех, кто умер из-за меня. Это было меньшее, что я мог вообще сделать, раз уж так все получилось.

Полковник Верманд Шеркин.

Больно. Тошнило. Слабость. Темно. Но при этом свет всё же был. Попытался открыть глаза. Стало светлее, но ненадолго — слишком сложно. Слишком мало сил. — Так, глаза шевелятся, — послышалось со стороны. Голос незнакомый. Снова попытался открыть веки. Сложно, но получалось. Начала появляться линия света, которая всё сильнее расширялась. Потом ещё. И ещё. Глаза приоткрылись. Всё было мутным. И серым. Ещё немного и зрение стало немного лучше. Я видел стену. С лампой, что светилась белым ярким светом. Потолок. По бокам были люди. Все в белом, лица с белыми пятнами… нет, это маски. И на голова белые шапки. — Полковник, вы меня слышите? — прозвучал знакомый голос. Я пытался вспомнить, кто это. Селант? Нет, не похоже… Кимурт. Точно Кимурт. — Д-дыа…- кое-как выговорил я из себя. — Отвечает на вопрос, — услышал я второй голос, незнакомый, — Вы знаете, кто вы? Вопрос заставил задуматься. Кто я? А кто я? Я… Точно. Вспомнил. — П-полковник… Верманд… Шеркин, — кое-как выдавил я из себя. Говорить было тяжело. Слишком мало сил. — Ваше подразделение? — прозвучал новый вопрос. — П-пятнадцатый… Верлонский… полк… Астра Милитарум…- вновь произнес я, пытаясь отдышаться. Передо мной появилась тень, оказавшаяся лицом Кимурта, который стянул с себя маску. — Знаете, кто я? — спросил он. Его лицо было взволнованным. — Майор… Кимурт Рамвер… Шестой батальон…- ответил я ему, — Я… я всё помню… только сил нет… Я попытался размять челюсть и щеки, чтобы хоть как-то легче стало. Все было затекшим, буквально каменным. — Рассказывай. — Мы уже на Неглярте, — ответил мне Рамвер. Брови слегка приподнялись. Глаза раскрылись. А я-то думал, что мы ещё на корабле, — Зашли на орбиту двадцать два дня назад. — Что… у меня? — Алкогольная кома и гипоксия мозга. Некоторая часть погибла, пришлось ставить когитаторы. Я начал пытаться вспомнить, что было до того, как я оказался здесь. Вспомнил. Отчёт. Себастьян. Он погиб. И Лотим. И Гунарт. Дармиот. Линдан. Боже-Император, они все были мертвы… Они не смогли прилететь… " — Уже ничего не сделаешь…» — сказал я сам себе. Тут оставалось только смириться. — Понятно… Насколько… всё плохо? — задал я новый вопрос. Надо было понять, что со мной. — Все пять чувств, равновесие и управление мышцами. Влияние на интеллект ещё неизвестно, будут выяснять. Тут прогноз вполне нормальный. Сильно же меня приложило. Допился. Но в тот момент… было слишком больно. — Что… на планете? — продолжил я. — Полки уже высадились, но… были проблемы в самом начале, обстрел из ручных суборбитальных ракетомётов, есть потери. Это серьёзно нас задержало. Флоту пришлось улетать раньше, часть техники, амуниции и весь гражданский персонал высадить не успели. — Блять…- вырвалось у меня искренне. Можно было только представить, что теперь в полку творилось из-за этого. — Большая активность сект, теракты, нападения на морские коммуникации. В самом полку начал перераспределение, все потери после перелета пришлось восполнять шамтанарцами. Вот это мне не понравилось. Не нужно нам было столько шамтанарцем. — От… отмени, — выдавил я из себя, — Разбавь… негляртцами. — Нельзя, — разочарованно произнес Кимурт, — Приказ комиссар-капитана. Я почувствовал злость. Схуяли он вообще к нам лезет? — Почему? — Если так сделать, это покажет общественности, что у Гвардии потери. Этого допустить нельзя. Ну просто охуеть какое прекрасное объяснение. Я понимал логику комиссар-капитана. Но она мне всё равно была противной. — Понятно…- выдохнул я устало, — Что сейчас делаете? — Сидим в расположении и ждём проблем. Работы для нас пока особо нет. С этим тоже было понятно. Для этого мы сюда ведь и прилетели — в качестве подстраховки. И теперь, когда мы прилетели, оставалось ждать проблем и быстро на них реагировать. — Не дай полку… лениться, — начал я, решив, что нужно дать инструкции, — Пусть учатся. Чему угодно, как угодно… особенно окопам. Шамтанарцев — особенно си… Боль. Чудовищная, невероятная боль пронзила голову. — А-А-А! — закричал я, не выдержав. Прозвучал какой-то писк. Руки, ноги, всё тело начало дергаться. В глазах потемнело… — Припадок! Амдон, пять миллиграммов! Больно… как же было больно… Всю голову словно сверлили и обжигали, а через тело пропускали ток… А потом всё начало стихать…