Отбросы Навсегда Останутся Отбросами

Когда троица вернулась, Мин Фань почувствовал, будто огромный груз спал с его плеч. Половину группы отправили за телами, некоторых отправили немедленно вернуться на пик Цинцзин, чтобы начать лечить Нин Инъин, остальные остались и помогали лечить еще живых жертв. Ло Бинхэ не мог перестать кидать обеспокоенные взгляды на левую руку своего шицзуня, которая теперь стала еще более тонкой и синеватой, чем раньше. — Шицзунь.? Шэнь Цинцю, зная, что собирается сказать Ло Бинхэ, написал на своей ладони. «Отчаянное время. Отчаянная мера». Ло Бинхэ кивнул. Некоторое время они молчали, ожидая возвращения группы Мин Фаня с жертвами и телами. — Больно? Шэнь Цинцю вопросительно поднял бровь, Ло Бинхэ добавил: — Когда вы это делали вам было больно? Шэнь Цинцю никогда особенно не задумывался об этом. Было больно, когда демон-медик в первый раз посылал внутрь него демоническую энергию, чтобы исцелить его тело, но было ли больно в момент, когда он контролировал эту энергию? Он не был уверен. Он был слишком сосредоточен на убийстве этой демонессы, и когда он втолкнул всю демоническую энергию внутрь ее тела, успешно убив и испепелив ее тело, его рука уже снова ничего не чувствовала, ничего не делала, просто бесполезный кусок мяса. К тому же он давно забыл, что такое физическая боль. Шэнь Цинцю медленно покачал ему головой. Ло Бинхэ видел что его учитель колебался и не был уверен в своем ответе. Даже если бы он доверял своему шицзуню во всем, он мог заметить, когда шицзунь не верит в свои собственные ответы. Ло Бинхэ посмотрел вниз и почувствовал, как шицзунь подталкивает его в бок. Когда мальчик протянул руку, Шэнь Цинцю написал: «Ты понял, что там произошло, не так ли?» Большинство выживших жертв, вероятно, не поняли бы, что происходит, возможно, некоторые из учеников Шэнь Цинцю тоже не поняли бы, поскольку это было неожиданно. Но Ло Бинхэ не был «всеми», он всегда был другим, как будто он создан особенным. Ло Бинхэ медленно кивнул. Облизнув обветренные губы, Ло Бинхэ наконец заговорил: — Я никому не скажу. Шэнь Цинцю поднял бровь, спрашивая, почему. Ло Бинхэ покачал головой. — Вас могут забрать, я этого не хочу. Я этого не допущу. Мгновение спустя он добавил: — Я обещаю… я не позволю этому случиться…! Шэнь Цинцю тихо вздохнул. Внутри него возникло странное чувство. Глядя на молодого Ло Бинхэ, он вспомнил о своем друге, человеке, которого он считал семьей. Человек, которого когда-то звали просто Юэ Ци. В его глазах появилось странное печальное выражение, взгляд, который не остался незамеченным Ло Бинхэ. Шэнь Цинцю написал: «Не давай таких обещаний другим, ты только дашь им ложную надежду». Мальчик посмотрел на него, закусив нижнюю губу. Что-то случилось с шицзунем в прошлом? Кто-то бросил его? Неужели кто-то не смог его защитить? Ло Бинхэ сжал кулак, как будто раздавливая только что написанные там слова. — Этот бесполезный ученик только доставляет шицзуню неприятности. Шицзуню больше не следует использовать эту технику, это может навсегда повредить ваш дух. Этот ученик клянется этой жизнью, что сделает все, чтобы стать сильнее, чтобы шицзуню никогда не пришлось рисковать своей жизнью! Его ударили по голове. Если подумать, все это просто смешно. Это Ло Бинхэ довел его до такого состояния, причинив ему вред как физически, так и духовно, и теперь этот же Ло Бинхэ, говорит ему, что он защитит его, чтобы ему не причинили вреда. Шэнь Цинцю не смог удержаться от смеха. Или хотя бы что-то похожее на смех. Во всяком случае, это больше походило на легкую улыбку. Почему эти слова не мог сказать ему человек, которого он ждал годами, или люди из его же боевой школы, или вообще любой человек, который не разрезал его конечности и делал его похожим на бесполезный кусок человеческого мяса? Почему именно его величайший враг должен был приветствовать его с распростертыми объятиями, говорить о нем только добрые слова и делать только то, что доставляло ему удовольствие? Он знал, что это был его план: заставить Ло Бинхэ полностью подчиняться его командам, но осознание того, что единственный человек, который был по-настоящему добр к нему, — это тот, кто причинял ему бесконечную боль, почему-то заставило его почувствовать себя опустошенным. Хотя большую часть времени Бинхэ проводил рядом с шицзунем, он впервые видел, чтобы лицо шицзуня выражало что-то такое… сложное? Это была смесь печали, пустоты и счастья. Это было странно. Но чего Ло Бинхэ не мог выбросить из головы, так это улыбку шицзуня. Она была недолгой, и если бы кто-то случайно моргнул, то даже не увидел бы ее. И хотя улыбка не доходила до глаз шицзуня, мальчик все равно покраснел, думая об этой улыбке. Ло Бинхэ положил ладонь на грудь. Почему его сердце билось так быстро? Он взглянул на мужчину рядом с ним, учитель нежно обмахивался веером, а его длинные черные пряди легко развевались, время от времени летя в одном направлении, следуя за ветром. Ло Бинхэ сжал руку в кулак. Что происходит с его сердцем? Что это за чувство? Что же делать? Шицзунь выглядит так великолепно с улыбкой.

***

Шэнь Цинцю ушел в уединенное совершенствование после того, как Нин Инъин проснулась. Прежде чем уйти, он оставил записку, в которой просил своих учеников не драться друг с другом и не вступать в драки с учениками с других пиков, если только эти маленькие ублюдки не начнут драку первыми. А кто не послушается, тому он ноги отрубит. Ученики, наученные горьким опытом, уже видевшие Шэнь Цинцю который был в нескольких секундах от того, чтобы отрубить ученику ноги, и увидевшие полуразложившийся труп демона, когда искали жертв, знали, что шицзунь на самом деле без колебаний сделает их всех калеками. Теперь они все подчинялись его словам. Пока шицзуня не было, Ло Бинхэ тренировался и учился усердно каждый день, но чем больше он практиковался, тем больше он чувствовал, что не доволен результатом. Однажды Ло Бинхэ пришел к Мин Фаню. Мин Фань прищурился: — Чего ты хочешь, ублюдок? Ло Бинхэ скрестил руки на груди: — Спарринг с тобой. Мин Фань приподнял бровь: — Что? — Это не будет считаться дракой, поскольку я хотел, чтобы ты спарринговал со мной. Помоги мне потренироваться. — Почему я должен тебе помогать и почему ты просишь об этом меня? Ты что-то задумал? Ло Бинхэ уронил руки по бокам. — Тогда… в логове демонессы… я ничего не мог сделать, чтобы помочь шицзуню. Увидев такого серьезного Ло Бинхэ, Мин Фань отвел взгляд. — Я стал сильнее, чем был раньше, но… я все еще бесполезен. Мин Фань нахмурил брови, занимая свои руки складыванием одеял учеников. — Что на тебя сегодня нашло? — он вздохнул, — Я был учеником шицзуня дольше чем ты, и я никогда не видел, чтобы кто-то так сильно волновался как к нему будет относиться шицзунь. — Он единственный, кто добр ко мне. Мин Фань приостановил свои действия. Он снова вздохнул. — О том что было раньше. Ло Бинхэ поднял бровь, но не перебил. — Я был… расстроен. Ты просто внезапно пришел и забрал всех, кто мне был дорог. Они все будто очарованные ходят за тобой, а я стал никем. Просить прощения ничем не поможет, но… Я просто хочу как следует извиниться. Ло Бинхэ приподнял бровь: — Зачем? Ты не из тех, кто так делает. Мин Фань пожал плечами. — Шицзуню ты кажется нравишься… Я не хочу делать его несчастным, — он вздохнул. — Я не так силен, как ты, хотя я его главный ученик, которому он доверял делать почти все. Тогда я даже не смог распознать, что в теле трупов была демоническая энергия, и я знаю, что если бы я последовал за вами двумя к шимэй Нин, я был бы просто обузой, — Мин Фань взъерошил свои волосы, — Я не знаю, что вселялось в меня каждый раз, но на самом деле я просто хочу перестать ссориться с тобой и, может быть, чему-то у тебя научиться? Я не знаю. Я тоже ученик шицзуня, я тоже хочу, чтобы он гордился мной. Ло Бинхэ уставился в спину Мин Фаня. После долгого молчания Бинхэ наконец заговорил, — Я приму это извинение. Мин Фань повернулся к нему, и они оба придвинулись ближе. — Итак. Больше никаких глупых ссор. — Это ты начинал их первым, — поддразнил Бинхэ — Ты на них всегда велся, — вернул Мин Фань. На этот раз Ло Бинхэ улыбнулся кому-то кроме шицзуня. Мин Фань тоже подарил ему первую улыбку с тех пор, как присоединился Ло Бинхэ. Если вспомнить, с тех пор прошел уже год. У них действительно была долгая вражда. С того дня Ло Бинхэ спарринговался и тренировался с Мин Фанем. Иногда оба не получали ранений, иногда оба лежали на земле, покрытые потом и синяками. «Это был хороший бой», — всегда говорили они, пытаясь отдышаться. Время от времени они приглашали других учеников спарринговаться с ними. Чем больше они практиковались, тем ближе они становились друг к другу, и тем больше учеников требовалось, чтобы помешать Ло Бинхэ победить. Нин Инъин чувствовала себя невероятно счастливой. Двое лучших учеников шицзуня, двое ее собратьев по школе наконец-то ладят друг с другом и другими учениками. Пик Цинцзин наконец-то снова наполнился смехом, а не бессмысленными драками. Она надеялась, что шицзунь скоро выйдет из уединения и увидит появившуюся ​​мирную атмосферу. Она уверена, что шицзунь будет счастлив. Однажды ученик пика Цинцзин столкнулся лицом к лицу с учениками пика Байчжань вместе с Лю Цингэ, повелителем пика. Мин Фань вышел первым, поклонившись. — Шишу Лю, вам что-нибудь нужно? Ло Бинхэ был рядом с ним, также почтительно кланяясь. — Наш шицзунь в настоящее время тренируется в уединении. Если вам или вашим ученикам что-то от него нужно, мы боимся, что это невозможно сделать. Лю Цингэ кивнул. — Я здесь не ради него. Некоторое время назад он сказал, что его ученикам и моим следует провести пару спаррингов, потому что он верит, что вы, маленькие дети, можете победить моих. Недавно он отправил на мой пик записку, в которой говорилось, что вы все можете победить моих учеников. Итак, мне было любопытно посмотреть, что делает этого подонка таким уверенным. Ло Бинхэ отреагировал, исходя из чистой натуры: — Шицзунь не подонок! Возьмите свои слова обратно! — Он сделал паузу, затем добавил, — Шишу Лю. — Он просто человек, который завидует тем, кто лучше него, это известный факт, — возмутился кто-то из учеников с Байчжаня, — Он просто подонок, которому нравится строить из себя крутого. Он даже не может найти хороших учеников, которые действительно могли бы достойно сражаться. Ло Бинхэ посмотрел на них всех, и у них по спине пробежал холодок. Мин Фань не мог удержаться от мысли: это очень похоже на взгляд шицзуня. Глаз Лю Цингэ дернулся. — Разве ты не второй рот Шэнь Цинцю? Прежде чем Ло Бинхэ успел ответить, Нин Инъин, внезапно вырвавшаяся из толпы, закричала: — А-Ло может справиться со всеми вами! Не называй нашего шизуня подонком! Мин Фань запаниковал — Шимей Нин! Ло Бинхэ упер руки в бока. — Из-за чего ты паникуешь? Я определенно могу это сделать! Мин Фань запаниковал еще больше. — А-Ло заткнись! Шишу Лю, пожалуйста, успокойтесь, он ничего такого не имел в виду! Ло Бинхэ вздернул голову. — Я все это имел ввиду! Я, Ло Бинхэ с пика Цинцзин, вызываю всех учеников пика Байчжань сразиться со мной, прямо здесь, и сейчас! Мин Фань кричал изнутри. Хотя Ло Бинхэ наконец-то вел себя нормально со своими сверстниками, этот сопляк все еще слишком высокомерен!!! Глаз Лю Цингэ несколько раз дернулся, когда его рот изогнулся в ухмылке. — Хорошо, давайте же начнём! Они прибыли на тренировочную площадку пика Цинцзин. Ученики пика Цинцзин с одной стороны тренировочной площадки, болели за Ло Бинхэ, за исключением Мин Фаня, он молился за Ло Бинхэ. Ученики с пика Байчжань с другой стороны, тоже подбадривали друг друга. Правила были просты: тот, кто выбил другого из круга спарринг-площадки, побеждает. Они не могут наносить смертельные удары и, конечно же, им не разрешается убивать своего противника. Первый бой был немного напряженным. Ученики пика Байчжань учатся у более энергичного, грубого шифу, поэтому их техника и стиль боя были такими же грубыми и взрывными. Хотя Шэнь Цинцю жесток, его техники обычно элегантны и плавны. Временами Ло Бинхэ ассоциировал это со смертельным танцем. Поэтому, столкнувшись с учеником пика Байчжань, Ло Бинхэ провел первый бой, уклоняясь и анализируя своего противника. Из-за характера учеников с пика Байчжань они действовали более грубо и взрывоопасно, это было неизбежно, что у них намного быстрее начнет заканчиватся дыхание и энергия. Ло Бинхэ также заметил, что они, как правило, делают небольшой перерыв между атаками, даже если это были просто прыжки из точки А в точку Б. Конечно, при каждом приземлении на земле оставалась огромная трещина, что ясно указывало на то, что его противник вкладывал много силы в свои движения, но, опять же, это только быстрее утомило бы их. Ло Бинхэ двигался, как маленький лист, плывущий по ветру, легко уклоняясь от каждого их удара. Когда у другого ученика, наконец, закончилась энергия, он легко нанес последний удар, выбив его из круга. Следующие пару боев были похожими, некоторые пытались использовать меньше силы, чтобы сократить время истощения, но Ло Бинхэ либо использовал их буферную паузу, чтобы нокаутировать их, либо позволял им вымотать себя. Лю Цингэ не мог удержаться от подергивания глазом. — Дай достойный бой! Перестань убегать и уклоняться! Ло Бинхэ ухмыльнулся со своим обычным самодовольным выражением лица: — Шишу Лю, я знаю, что ваши ученики проигрывают, но вы не должны так злиться. Драка — это не только удары руками и ногами, это еще и стратегия, — он повторил то, что обычно говорил ему шицзунь. — Осталась всего пара, идите сюда, я уложу вас всех одним махом, мне становится скучно. Ученики пика Байчжань прищелкнули языками и нахмурили брови, услышав это, в то время как ученики пика Цинцзин ликовали так, словно завтрашнего дня не будет. — Покажи им Бинхэ! Ты можешь сделать это Бинхэ! Покажи им, на что ты способен! Даже Мин Фань присоединился: — Заставь шицзуня гордиться тобой! 5 последних учеников вошли в круг. Двое бросились первыми. Ло Бинхэ увернулся, как и раньше. Внезапно поток духовной энергии направился прямо в его сторону. Мальчик увернулся, наклонившись в сторону. — Попался! — крикнул один из них, который бросился в атаку и прицелился в него. Ло Бинхэ прищелкнул языком. Он схватил кулак ученика, отталкиваясь своей собственной духовной силой. Огромная волна энергии разнесла их обоих в разные стороны. Нин Инъин ахнула: — А-Ло! Ты в порядке?! Ло Бинхэ встал и вернулся в центр. Это было близко, его чуть не выбили с ринга. Другому ученику повезло меньше. Несмотря на то, что казалось, что их энергетические удары были равны, удар Ло Бинхе был немного сильнее, чем у другого ученика, отбросив его дальше, за пределы ринга. Ученик из Байчжаня прищелкнул языком. Один из их планов провалился. Пока Ло Бинхэ переводил дыхание, ученики начали нападать на него один за другим, заставляя его уворачиваться, медленно подталкивая его все ближе и ближе к краю. Мин Фань закричал: — А-Ло! Берегись!!! Ло Бинхэ цокнул. Он не собирался проигрывать, ни здесь, ни сейчас, ни когда либо еще. Ради шицзуня! Он увернулся от кулака одного из учеников, схватил его за запястье и потянул, выталкивая его с ринга, прежде чем быстро повернуться назад, нанося удар ци в грудь другого, еще один быстрый разворот, удар ногой в парня позади него. Отбрасывая обоих еще дальше. Все они могли быть сильными, но скорость была отличительной чертой пика Цинцзин, Шэнь Цинцю не переставал подчеркивать это всегда. Не теряя времени, Ло Бинхэ схватил одного ученика, пока тот пытался прийти в себя, и выбросил его за пределы ринга, прежде чем броситься на другого. Ученик ахнул, закрывая лицо, но Ло Бинхэ пригнулся, ударив его сзади по коленям, отчего тот потерял равновесие, а затем схватил его за одну из ног и выбросил с ринга. Весь пик Цинцзин зааплодировал и вбежал, обнимая и поздравляя его. Мин Фань был так близок к слезам, что мог просто похлопать Ло Бинхэ по спине. Ло Бинхэ ухмыльнулся: — Пик Цинцзин — 1, пик Байчжань — 0. Лю Цингэ раздраженно вздохнул, Шэнь Цинцю действительно может стать по-настоящему хорошим учителем, когда постарается. Он повернулся к своим ученикам, которые обнимали части своего тела, пыхтели и хмурились. — Чего вы все здесь сидите?! Возвращайтесь на пик Байчжань! Вы все проиграли ребенку в 2 раза младше вас! Вам всем не стыдно?! Вперед! Ученики пика Цинцзин рассмеялись, когда Байчжановцы ушли, Ло Бинхэ даже взволнованно помахал рукой: — Счастливого возвращения! Больше не говорите ерунды о моем шицзуне! Поняли?! Другие начали поддакивать Ло Бинхэ. Пик Цинцзин снова был наполнен покоем и смехом.