Отбросы Навсегда Останутся Отбросами

Юэ Цинъюань никогда не думал, что сможет увидеть Шэнь Цинцю в красивой красной ткани для свадьбы, но он увидел. Свадьба была довольно маленькой, демоны и культиваторы находились в одной комнате. Немного странное зрелище, но в течение дня все с этим мирились. Это была идея Шэнь Цинцю собрать их вместе, а не разделять на разные стороны. Он упомянул, что если они будут драться друг с другом во время свадьбы, он отрежет им конечности, и день будет вполне мирным. Они поженились на пике Цюндин, пригласив всех членов секты на свою свадьбу. Несмотря на то, что это довольно сдержанная церемония, слухи о ней доходили до города, расположенного у подножия горы. — Вы слышали? Один из горных лордов женится на демоне! — На демоне? С чего бы ему делать это? — Ходят слухи, что демон был его учеником! — Разве это не делает ситуацию еще хуже? — Я слышал, что демон давным-давно ухаживал за ним! — Что, если однажды демон попытается напасть на всех? Если за ним стоит лорд пика, его будет невозможно остановить! — Ты спятил? Ты когда-нибудь видел этого лорда? Вероятно, он женился на этом демоне, чтобы лучше его контролировать! — Это звучало иначе, чем то, что я слышал. Я слышал, что они оба на самом деле очень милые. — Ерунда. — Невозможно. — Ой, это мило~ — Но я слышал, что горный лорд женился на парне из нашей деревни. — Что? Наша деревня? — Ребенок, которого бросили в реку. — Что бы сказала его мать, если бы знала?! — Его мать, должно быть, так счастлива, что у него сейчас хорошая жизнь. Несмотря на смешанные чувства по поводу характера своих отношений, Шэнь Цинцю и Ло Бинхэ все же с гордостью поклонились перед алтарем секты горы Цанцюн, ясно демонстрируя свою привязанность и преданность друг другу перед своими предками. Юэ Цинъюань не мог не почувствовать легкую боль, когда он смотрел на Шэнь Цинцю, слегка опирающегося на Ло Бинхэ, пока они шли от стола к столу, слушая поздравления и присоединяясь к легкой выпивке. Значит, он был женат на короле демонов. Как глава секты, он должен был остановить свадьбу, но как друг он не мог не чувствовать себя невероятно счастливым за Шэнь Цинцю. Привязанность Ло Бинхэ к Шэнь Цинцю была очевидна для Юэ Цинъюаня в течение очень долгого времени. Когда ребенок впервые присоединился, его постоянные комплименты, его мгновенно просветлевшее выражение лица говорили Юэ Цинъюаню все, что ему нужно было знать. Он все еще помнил, как несколько лет назад посетил пик Цинцзин. Это было после того, как Шэнь Цинцю вернулся со своим учеником помогая деревне с проблемой демонов, но вскоре он обнаружил, что Цинцю уже ушел совершенствовался в уединении. Он направлялся обратно, когда заметил маленькую фигурку, убирающую бамбуковою хижину Шэнь Цинцю. — Ты… Ло Бинхэ, не так ли? Мальчик вздрогнул, казалось, не ожидая, что кто-нибудь придет. Он кивнул, тут же выпрямился и вежливо поклонился. — Ученик Ло ​​Бинхэ, приветствует главу Юэ. Юэ Цинъюань улыбнулся ему, сказав, чтобы он вел себя непринужденно. — Почему ты здесь один? Тебе никто не помогает? Ло Бинхэ покачал головой: — Я просил их не делать этого. — Разве не утомительно делать это в одиночку? Ло Бинхэ ухмыльнулся: — Я все время делаю такие вещи для шицзуня! Я хочу иметь возможность делать больше для него, может быть, готовить для него или помогать ему с волосами? Я не знаю. Шицзунь просто великий, я хочу сделать много-много вещей для него! Юэ Цинъюань не смог сдержать улыбку. Осознание того, что о Шэнь Цинцю заботятся, заставило его почувствовать себя немного спокойнее. — Ты очень заботишься о нем. Лицо Ло Бинхэ слегка покраснело. — Это ничто по сравнению с тем, как много он для меня сделал. В то время Юэ Цинъюань увидел невинного ученика, желающего удовлетворить своего шицзуня и делающего все возможное, чтобы его шицзунь отплатил за то, что дал этот человек. Но когда он улыбался на их свадьбе, подбадривая жениха, он понял, что Ло Бинхэ не просто хотел отплатить за хорошие вещи, которые Шэнь Цинцю сделал для него, — Ло Бинхэ хотел дать ему все.  Ло Бинхэ никогда не видел в Шэнь Цинцю учителя, Ло Бинхэ видел в нем своего спасителя, маяк света в измученном мире мальчика. Человек, который мотивировал его, заботился о нем, оставался с ним, хотел его, нуждался в нем, любил его, пока никто другой этого не делал. Со временем Юэ Цинъань также увидел, как Шэнь Цинцю слегка изменился из-за Ло Бинхэ. Этот человек по-прежнему был измученным, жестоким, все время заметно расстроенным, но при этом он был мягче, менее ненавистным и более терпимым. Как будто Ло Бинхэ каким-то образом в одиночку залечил зияющие раны внутри Шэнь Цинцю. Юэ Цинъюань посмотрел на пару и улыбнулся. Он полагает, что проиграть Ло Бинхэ — это хорошо. — Шицзунь? Шэнь Цинцю повернулся к стоявшему рядом с ним Ло Бинхэ: — Мы женаты.  Ло Бинхэ ухмыльнулся: — Да, но ты все еще мой шизунь~  — Тогда я предполагаю, что все, кто меня так зовут, женаты на мне. — Шицзунь, ты с каждым днём дразнишь этого ученика всё больше и больше. Ты не боишься меня расстроить? Он посмотрел на Шэнь Цинцю своими щенячьими глазами. Шэнь Цинцю приподнял бровь: — Нет. Ло Бинхэ усмехнулся, слегка потирая подбородок, размышляя. — Тогда как насчет... айци?~, - подмигнул он. Уши Шэнь Цинцю покраснели, его глаза слегка прищурились, прежде чем ударить Ло Бинхэ в грудь. — Или бэобэй?~ Или айрен?~ — Хорошо, Лаогунг. Лицо Ло Бин покраснело, он внезапно потерял ход мыслей. Довольный своей работой, Шэнь Цинцю снова заговорил: — Хочу поговорить с Юэ Цинъюанем. Ло Бинхэ стряхнул с себя дымку, кивнул и нежно поцеловал собеседника в макушку. — Есть кое-кто, с кем я тоже хочу поговорить. Шэнь Цинцю слегка нахмурил брови: — Правда? Другой не смог удержаться от смеха, с любовью чмокнув его в щеку, прежде чем они оба разошлись. Глаза Юэ Цинъюаня расширились. Шэнь Цинцю… направлялся к нему? Его лицо оставалось совершенно потрясенным, даже когда тот спокойно устроился рядом с ним. Он стряхнул с себя дымку и снова улыбнулся. — Спасибо, что пришел. Юэ Цинъюань слегка вздрогнул, прежде чем заговорить: — Спасибо за приглашение. Я был… признаться, очень удивлен, когда получил его. Шэнь Цинцю взял чашку и покрутил ее, вместо того чтобы выпить. Его взгляд на некоторое время скользнул в другой конец комнаты, прежде чем обратиться к Юэ Цинъюаню. — О том, что ты сказал. Юэ Цинъюань приостановил свои действия и повернулся к нему с теплой улыбкой: — Сегодня важный день, твой самый счастливый день. Не порти его, говоря о том, что ты ненавидишь. Глаза Шэнь Цинцю оставались решительными. — Я прощаю тебя. Глаза Юэ Цинъюаня расширились, его улыбка сменилась легким приоткрытым ртом. — Шиди Шэнь…? — Я не могу забыть то, что ты для меня сделал. Но я больше не хочу злиться из-за этого. Он снова перевел взгляд на чашку, водя ею вперед и назад, наблюдая, как колышется вода. — Я больше не хочу винить всех остальных в своих страданиях. Мужчина снова повернулся, чтобы посмотреть на другой конец комнаты, и когда Юэ Цинъюань осмотрел его, он заметил Ло Бинхэ, сидящего рядом с одиноким Лю Цингэ и потягивающего свой напиток. — Когда я встретил Ло Бинхэ, я осознал многие вещи. Одна вещь, которую я понял, заключалась в том, что независимо от того, что я делаю, есть определенные ключевые события, которые обязательно должны произойти. В этом мире мы живем в условиях системы, системы, которая связала нас, заставив следовать существующему пути. Но внутри этой системы существует свобода выбирать, как мы можем влиять на результат своими собственными взглядами и действиями. Это небольшая свобода, но она изменила многие вещи. Даже если эти события произойдут, результат будет совершенно другим. Он повернулся к Юэ Цинъюаню: — Поэтому я хочу оставить свое прошлое позади. Я хочу полностью посвятить себя Ло Бинхэ. Я хочу… жить в настоящем и больше не злиться и не подчиняться моему прошлому. Будь счастлив. Юэ Цинъюань мягко улыбнулся и слегка склонил голову. — Спасибо. — За то, что простил тебя? — За то, что поставили свое счастье на первое место. Он взял руку Шэнь Цинцю в свою: — Будь с ним и с этого момента будь счастлив, хорошо? Видеть тебя любимым и счастливым — это все, чего я когда-либо хотел. Шэнь Цинцю молча посмотрел на мужчину перед собой. Если быть честным, ему нужно было поблагодарить Юэ Цинъюаня. Может быть, если бы этому человеку каким-то образом удалось спасти его раньше, возможно, он никогда бы не встретил своего Ло Бинхэ, может быть, это привело бы к другому трагическому концу, может быть, Шэнь Цинцю никогда бы не узнал, что важно постоять за себя, а не всегда ждать. Если кто-то придет и спасет тебя, возможно, Шэнь Цинцю превратится в другого человека. Несмотря ни на что, он был доволен тем, как все обернулось. Даже если половина его тела наполнена демонической энергией, его рука и глаз бесполезны, его меч сломан, у него все еще есть люди, которые по-настоящему заботились о нем, человек, который искренне любил его. Он был счастлив. — Красивый, не так ли? Лю Цингэ вздрогнул, глядя на другого, который приблизился к нему. Ло Бинхэ просто улыбнулся, приглашая себя занять свободное место рядом с Лю Цингэ, удобно давая себе прекрасный прямой вид на Шэнь Цинцю на другом конце комнаты. Лю Цингэ нахмурился, потягивая напиток и проворчав что-то вроде: — Чего ты хочешь, паршивец? Ло Бинхэ улыбнулся, налил спиртное в другую чашку и медленно отпил его. — Итак, как долго? — Что ты имеешь в виду? — Как долго ты положил глаз на моего ши...... моего спутника по жизни? Глаза Лю Цингэ слегка расширились, прежде чем он фыркнул и отвернулся от мальчика. Ло Бинхэ приподнял бровь: — Настолько долго? Он слегка покачал головой, прихлебывая напиток. — Как он себя чувствовал, когда был моложе? Лю Цингэ цокнул языком, краем глаза глядя на Ло Бинхэ. — Я думал, ты всегда хвастался, что знаешь его лучше всех. Почему ты спрашиваешь меня? Ло Бинхэ ухмыльнулся: — Я знаю его лучше всех. Я знаю его изнутри. Но как его воспринимают другие, я не знаю. Вы с ним всегда были в ссорах, но ты продолжал пять лет искать только потому, что знали. Он хотел бы, чтобы я вернулся. Это, конечно, не похоже на то, что сделал бы обычный боевой собрат, и особенно боевые братья, которые ненавидели друг друга. Лю Цингэ щелкнул языком, наливая в чашку еще спиртного. Он испустил долгий вздох. — Он раздражал. Он был безжалостен. Он был слишком взрослым. Он старался изо всех сил, он делал все, чтобы победить. Он был… энергичным и решительным. Он вздохнул. Ло Бинхэ уставился на мужчину перед собой, наливая ему еще, прежде чем налить в свою чашку. — Я действительно собирался подразнить тебя этим, понимаешь? У тебя было огромное преимущество, я был просто его неизвестным учеником-демоном, и посмотри, где мы находимся сейчас, но… - он сделал глоток, — Ты действительно расстроен. Ло Бинхэ усмехнулся и слегка покачал головой. — Я всегда боялся, что ты заберешь его у меня. Бесчисленное количество раз я представлял, как мой единственный свет забирает кто-то другой, особенно ты. Ты всегда был рядом, всегда тайно заботился и помогал ему без его ведома. Ло Бинхэ пренебрежительно махнул рукой, случайно скопировав, как это сделал Шэнь Цинцю, сам того не желая. — Я никогда не смел представить себе этот день. Не мог себе представить, что он может носить фату, как невеста. Он прекрасен, не так ли? Лю Цингэ проследил за его взглядом и вздохнул, когда его взгляд снова остановился на Шэнь Цинцю. — Не думаю, что он когда-либо думал, что этот день наступит. Ло Бинхэ мягко улыбнулся, с любовью глядя на Шэнь Цинцю. Когда он заметил, что другой встал, он тоже встал со своего места. — Ну, было весело с тобой поговорить, но я подошел к этому столу не просто так. Лю Цингэ прищурился и пристально посмотрел на другого, когда улыбка Ло Бинхэ померкла, маленькая огненная отметина на его лбу слегка засияла. — Как бы сильно я ни сочувствовал тебе, мне все равно не нравится, как ты смотришь на него. Он больше не просто твой боевой брат. Он мой любовник, мой спутник по жизни. Он мой. Лю Цингэ еще сильнее нахмурил брови. — Разве ты не слишком собственнический? Он не вещь, которой ты владеешь. Ло Бинхэ вздохнул, усмехнулся и покачал головой. — Объект? Он? Он не является объектом, которым я владею. Он — сокровище, которое, к счастью, у меня есть. Во всяком случае, объектом являюсь я. Независимо от того, чего он хочет, я дам. Он, он владеет мной. Ло Бинхэ взглянул на другого: — У тебя был шанс, и я вышел на первое место. Мне пришлось пройти через ад и вернуться обратно, чтобы заполучить его, так что не придумывай никаких смешных идей. Я бы не хотел ничего делать из-за этого. — Ло Бинхэ. Мальчик повернулся к Шэнь Цинцю, и его теплая улыбка наконец вернулась, когда он направился к другому. Лю Цингэ тихо вздохнул, наблюдая, как Ло Бинхэ обнял одной рукой талию Шэнь Цинцю, наблюдая, как Шэнь Цинцю слегка наклонился всем телом к ​​другому. Прежде чем уйти, он выпил еще одну чашку. Он полагал, что пока Шэнь Цинцю счастлив, все в порядке. Ло Бинхэ нежно поцеловал Шэнь Цинцю в голову: — Я очень горжусь тобой. Как все прошло? — Хорошо. Почему ты с ним разговаривал? Он слегка откинулся назад, чтобы посмотреть на то место, где сидел Лю Цингэ, и обнаружил свободное место. Он ушел? Это было быстро. — Шицзунь. Шэнь Цинцю слегка вздрогнул, когда тот заговорил прямо ему на ухо. — Это наша свадьба, сосредоточься на мне, смотри только на меня, когда я рядом, иначе я могу ревновать~ Шэнь Цинцю ударил его по голове. — Я тоже. Ло Бинхэ приподнял бровь. — Я тоже ревную. Сказал он с прямо, с очень серьезным лицом. Шицзунь просто... слишком милый. — Шицзунь!! Оба повернулись к источнику звука, заметив пьяного Мин Фаня, которого Нин Инъин оттащила назад. Ло Бинхэ не мог удержаться от смеха. — Сколько он вообще выпил? Мин Фань вцепилась в штаны Шэнь Цинцю и рыдал. — Шизун, пожалуйста, не покидай пик Цинцзин после того, как поженишься...!! Вы двое всегда можете остаться здесь! Это тоже ваш дом!!! Шэнь Цинцю тихо вздохнул, отталкивая его легко или настолько легко, насколько это возможно по стандартам Шэнь Цинцю. Он повернулся к мальчику рядом с ним. — Ты что-то сказал ему, не так ли? — Шицзунь! Пожалуйста, не сердитесь на А-Ло! Он просто… — Все в порядке, — успокоил ее Ло Бинхэ, прежде чем повернуться к Шэнь Цинцю: — Я… я сказал им, что хочу привести тебя в царство демонов. Я хотел, чтобы ты посетил то место, где я останавливался, когда оставался в царстве демонов. Хотел, чтобы ты... остался в моем доме. Я знаю, что, вероятно, прошу слишком многого. То, что ты вышел за меня замуж, уже было таким необычным. Мне действительно не следует просить большего... Шэнь Цинцю слегка вздохнул, его рука потянулась вверх, лаская щеку Ло Бинхэ, поддерживая его голову, в то время как другой опирался на нее. — Я не против. Глаза Ло Бинхэ расширились, и он выпрямил осанку. — Ты... Ты не против? Ты действительно не возражал бы против этого? Но... Но это означало бы уйти отсюда, оставить это место, этих людей! — Это не значит, что мы никогда не вернемся. Тепло от груди Ло Бинхэ распространялось все сильнее и сильнее. Этот мужчина перед ним, сколько бы он ни просил, он все равно балует его такой нежностью. За этими холодными глазами скрывается невероятно огромное количество тепла. Ло Бинхэ прижал его к груди. Если бы только они знали, насколько прекрасным может быть Шэнь Цинцю, если бы только они знали, насколько страстным может быть Шэнь Цинцю, если бы только они знали, насколько мягким может быть Шэнь Цинцю. Эти другие люди, те, кого ему удалось превзойти, завоевав сердце Шэнь Цинцю, все видели то же, что и он, или, по крайней мере, частично. Шэнь Цинцю ни в коем случае не был совершенен, Ло Бинхэ прекрасно понимал это, и хотя все самое лучшее в нем было скрыто под этими холодными глазами, этими жестокими действиями, этим скрипучим голосом, немногие, а может быть, даже многие могли это видеть. Шицзунь был слишком милым. — Иногда мне хочется просто запереть тебя и спрятать где-нибудь… где никто, кроме меня, не сможет знать, насколько милым ты можешь быть. Ло Бинхэ усмехнулся про себя: — Это слишком много? Шэнь Цинцю оперся на объятия, одной рукой обхватив Ло Бинхэ, внимательно слушая, как сердце другого пропускает удар. — Если это ты, то все в порядке. Ло Бинхэ притянул его ближе и медленно оглядел комнату. Все было покрыто красным шелком, аккуратно разложены украшения и подарки, люди разговаривали, смеялись, пили. Это вещи, которые он всегда видел, бегая в детстве. Свадьба для него всегда была такой странной идеей, такой далекой реальностью. Это просто не было создано для него, бедного ребенка, заботящегося о своей приемной матери, даже дальше, когда он узнал, кем он был на самом деле. И все же они были там. — Я Шэнь Цинцю. Ло Бинхэ слегка вздрогнул, посмотрев вниз и увидев, что Шэнь Цинцю говорил с ожерельем, которое его мать подарила ему давным-давно. — Я шицзунь Ло Бинхэ, а теперь и супруг. Я обещаю всегда любить и ценить его, пройти вместе с ним через все трудности, всегда наполнять его жизнь улыбками и смехом. Пожалуйста, оставьте его на моем попечении и покойтесь с миром. В груди Ло Бинхэ было так тепло. Он был так счастлив. «Мама? Ты слышишь меня на небесах? Ты видишь меня прямо сейчас? Этот человек — мой свет, моя тьма, мое все. Я его очень люблю, и он меня нежно любит. Ты рада за меня, мама? Я бы хотел, чтобы ты увидела меня прямо сейчас, я бы хотел, чтобы ты встретила этого человека, я хотел бы провести этот момент с тобой». — Я так счастлив, шицзунь. Шэнь Цинцю кивнул, уткнувшись носом в плечо собеседника. — Я тоже. Очень счастлив. — Спасибо, что выбрал меня. — У меня никогда не было других вариантов. Ло Бинхэ не смог сдержать смешок. Оба знали, что дело не в том, что у него их не было, просто он никогда не смотрел ни на кого, кроме Ло Бинхэ, чтобы увидеть.