A whole eternity saved by you.

— вааау! - поражается мальчик идеально вылизанному дому. перед ним вроде обычная, среднестатистическая японская коморка холостого парня, что работу чаще видит, чем этот дом. джисон светит желтыми глазами по еще темным углам и перебирает ножками на одном месте, готов стартануть на разнюхивание новой локации. — кудаа. - недовольно шипит минхо, хватая грязную футболку, что больше похожа на мешок по колени мальчике, за шиворот. тот тащит мальца как котенка в ванную, запрещая войти в квартиру такими ногами. — у-вауу!! а что это такое?? - интересуется мальчик, заглядывая в ванную с головой. минхо молчит, ища по полочкам чистое полотенце, а как находит, швыряет его на корзину предназначенную для белья. — раздевайся, я не смотрю. -думаю, что мальчик постесняется делать это на глазах, старший отворачивается, а хан непонимающе глядит ему в спину, выгибая тонкую бровь. — раздеваться? зачем? - но послушно выполняет, оставляя "одежду" на полу под собой. — я все, мне в этот тазик лезть? — это ванная, да, полезай. - мальчик быстро оказывается внутри, в после, сев на ноги, выжидает, пока минхо развернется. — эй, я готов, что делать еще? — забыл сказать. - черноволосый все таки подходит ближе, так же усаживаясь перед ванною на колени. — меня минхо зовут, обращайся ко мне по имени. — о, у тебя тоже имя есть! здорово. а я джисон. старший невольно улыбается забавному существу, беря в руки гель для душа и мочалку. желтые глаза отворачивается и дают ему начинать процедуру. жидкая консистенция быстро пенится на оранжевой ткани, обволакивая ее пеной, и минхо обхватывает чужую тонкую кисть, принимается оттирать засохшие, плешивые, грязные области от плеча по пальцы. хан смеется щекотке у впадин подмышек и ежится, падая задницей на мыльную поверхности ванной. — прекрати! смешно! - скозь яркую улыбку отмахивается мальчик, стараясь ускользнуть. — сиди ровно! я не сплю с вонючками в одной постели. минхо еще какое-то время борится с неугомонным ребенком по всей ванне, пока тот то и дело буквально выскальзывает из рук. — да чтоб тебя, посиди на месте ровно! - страшный не выдерживает, срывает с себя ту черную повязку и позволяет взору пасть на хана, чему тот послушно замирает, всматриваясь в налитый алым цветом один из глаз минхо, не понимая, что его держит. ему все же удается хорошенько оттереть мальчика от грязи. мальчик все это время послушно сидит вытянув руки в разные стороны, давая залезть в труднодоступные места. минхо, кажется, обтер все, от бедер до загривка и по пятки, выжимая последние клочки пены. следом тот вымыл чужие, слипшееся волосы и моську, пялясь в злые глазки напротив. после смыва пены, оказалось, что мальчик совсем совсем малыш с медовой кожей. ножки бледные, ручки худенькие и тоненькие, но такие нежные и блестящие. — т-тт. - ели выдавливает джисон под таким непонятным натиском груза, что давит и плющит все его тело, не разрешая даже моргать. — тяж-жел... - старший оканчивает с этими словами нужные процедуры, отворачиваясь и разрешая мальчику наконец то ожить, вздохнуть и хорошенько проморгаться. — псих! я думал я так и останусь каменной статуей у тебя тут, в тазике. недовольно огрызается джисон, вытирая мокрые глаза и губы ладошками, стряхивая воду с пальцев. хо перевязывает глаз тонкой повязкой и разрешает младшему выскочить на холодный пол мокрыми ногами. — что за муки! почему это было так неприятно? — видимо ты не чистюля. живя со мной, тебе купаться нужно минимум раз в день. — купаться? это называется то, как ты меня почти топил в тазике? ? - возмущается юнец. старший, признаться честно, был поражен стольким шрамам на спине и стопах, о которых, кажется, никогда подробно не узнает. ему достаточно, что их есть, и достаточно, что на них больно смотреть даже ему, хотя, наверное, только потому что перед ним ребенок, получавших их без возможности попросить помощи хотя-бы в обработке. жуть. какими они были до демона на нем? наверное, явно не красивыми. минхо после подстриг ногти новому сожителю, почистил уши и зубы хорошенько, бережно втер маску для волос в корни мальчику, опять смывал это под вопли и сушил пряди феном, игнорируя вопросы по поводу этой шумной штуки в руках у него. кажется, мальчик стал еще красивее. темные волосы сочетались с бледностью кожи хана и ярко желтыми глазами, что светились в темноте как свеча, очень смотрелись. минхо отдал тому пару своих шмоток, чтобы джисон не расхаживал дома голым. и принялся за откормку голодного детеныша. — так, что на счет токпокки? или карри? есть онигири, но они лежат давно. - минхо разглядывает свой холодильник, то и дело вертя продукты в руках из стороны в сторону. — они..а? самое вкусное мне давай! - командует щекастый, стукая кулаками о стол. он, кажется, норовит залезть на него, но минхо быстро его останавливает, вытаскивая на стол накрытую пленкой тарелку с карри, показывая на расценку хану. — на кишки тех мужиков похоже.. - хмурится тот и отодвигается от стола. хо пожимает плечами и тащит тарелку в микроволновку, попутно снимая ненужное. — я завтра отведу тебя к моему знакомому, тебе не нужно знать такие подробности в таком возрасте. - коситься минхо, смотря, как мальчик в непонятках разворачивается к нему. — ха, человек, а ты разве знаешь мой возраст? — смею предложить лет 12.- почти сразу отвечает мин, будто перебивая. ну а хану не дает сказать противный звук пищания микроволновки, еда разогрета. — держи. перед носом джисона светиться уже достаточно аппетитный на вид рис в непонятном коричневом соусе, но это уже не так интересует. меньше чем запах. а он у этой пищи, божественен. — вау!! джисон не думает о температуре еды в тарелке перед ним: заглатывает добротную ложку горячего риса поглубже, и не сразу удивляется кипятку, проглатывая все, даже не пережевывая. — аккуратнее. — мм.. - расслабленно довольствуется едой хан, уминая ложку за ложкой сытной крупы, уже стараясь работать зубами. — мм! как фкусно! - сквозь набитый рот бубнит тот, разводя руки в воздухе, показывая масштаб всех ощущений. он дергает ногами под низким столом, продолжая опустошать тарелку. *** ..минхо пришлось скормить мальчику весь холодильник и еще содержимое пары ящиков.. так как тот за уши его оттянуть не мог от тумбочки с сухими макаронами, что уже были на половину во рту младшего. — тебе плохо будет, идиот! — ЕЩЕЕЕЕ! - вопит хан, вырываясь. сейчас брюнет сидит ели дышит. старается делать это тихо, потому что мальчик переел и кажется ели ели уснул на его кровати, разрешая мужчине хотя-бы в туалет сходить. — я с ним быстро поседею. он стоит над собственной кровью и думает, как бы лечь и не разбудить нового поселенца. он бы с удовольствием лег на пол, но, у него нет ни матраса ни спального мешка, да и кровать большая, как сюда они оба, один из которых маленький мальчик, не смогут поместиться на ней? а вот не могут. хан расставил что руки что ноги в разные стороны, чуть ли в середине матраса, блокируя и обрывая все подходы совместного ночевания. минхо вспоминает как тот радовался мягкой кровати, как прыгал на ней и кувыркался на пол, крича, что минхо герой и это его самый лучший день, потому что спит он сегодня по королевски, а не на картонке. поэтому старший смиренно выдыхает, и принимает решение улечься сегодня в зале. а завтра он отчитает нотацию о том, что джисон тут не один теперь живет. — тебе наверное тут слаще всех, малыш хан. сегодня ты, по сравнению со всеми прошлыми ночами, спишь и в правду в сказке. - шепчет мин, стоя в проеме двери. — все таки, я не буду ничего пытаться исправить в твоей жизни, ты и так сейчас как дикий зверёнок. спокойной ночи. ⪻A whole eternity saved by you⪼ — хохо! ! хоша-аа! - тянет мальчик, прыгая у чужого уха. тот облокотился о твердое плечо минхо и изо всех сил старается его разбудить, выкрикивая то, что запомнил из странного имени минхо. шатен слышит это не сразу, глаза разувает только через время, сонно глядит на веселое личико перед собой и тяжело выдыхает, понимаю, что его разбудили раньше будильника. — мне кушать надо, доброго утра. - да, это единственная причина, почему хан разбудил работягу. ему надо кушать и все тут. — хохо, ну вставай. - жалобно просит джисон, заглядывая в чужое лицо. — для приличия хотя-бы глаза открой. — если я открою - перебивает его старший. — ты опять будешь жаловаться, что дышать тяжело. подай мне ту черную тряпочку. оказалось и в правду, ли разбулили раньше, но, всего на 10 минут, что как раз были не лишними. мин быстро сварил рисовую кашу на молоке и накормил перед уходом джисона, что горланил о голодном животе. он уже сомневается, что прокормит его. — хохо. - обращается младший, выглядывая из за двери. — а ты надолго уходишь? - он видит, как минхо затягивает черный как смоль галстук и поправляет ворот рубашки у зеркала, боясь опять оставаться один, без старшего. — надолго. — а если ненадолго? - он в наглую пялиться на то, как чужой наряжается и поправляет идеально выглаженную рубашку, разворачиваясь к ребенку. — вообще, идея будет плохая, оставлять тебя здесь одного.. но, ты ребенок, чтобы брать тебя со мной. они оба разглядывают друг друга, пока желтые глаза наполняются такими тяжелыми просьбами, что в размерах, кажется, становятся больше. — посидишь в кабинете. *** минхо все таки взял его с собой, несмотря на такую ответственность. ну, не мог он оставить этот груз дома, одного, без еды и без возможно смотреть за ним, зная, что кроме туалета он ничему не научился пока. он опять курит при хане, а тот явно недоволен зловонным запахом, махая перед носом руками. — это пахнет отвратно, хватит тащить в рот! - не может тот промолчать, хотя, быстро затыкается черному взору свыше, даже прекращая жестикулировать рукой перед лицом, просто недовольство отвернувшись. такой же запах источали почти все, кому было не лень отвесить по спине и рукам маленькому мальчику за воровство, а сейчас такой же запах поглощает в себя черноволосый парень, что буквально вытащил жизнь хана из черного, ядовитого капкана, который стоял на горе грабежа и его собственной крови. он хмурится так, будто это было не вчера. — после моей смены мы все таки сходим к моему другу. - с ничего начинает минхо, и это пугает. этот парень читает мысли? жуть и бред. но хан все равно не принимает взгляда, продолжая купаться в чем то своем. — я еще за прописями и какими-нибудь книгами, не оставлять же тебя неучем. - минхо сбрасывает окурок в зеленую траву и продолжает не торопясь идти, не замечая чрезвычайную задумчивость хана. он не стал докапываться, может о чем путевом думает? интересуется тот, все же, раз за разом поглядывая на коричневую макушку. "у него отличается второй глаз. " - думает джисон, пристраиваясь поближе к минхо в толпе. "не намного светлее его второго, кажется, родного-черного, но, отличается. я так долго в тазике рассматривал его особенность. я совсем ничего не знаю о том, что сидит внутри меня, но, в нем тогда тоже есть, раз он так спокойно может овладеть моими движениями. " - прибегает к такому выводу хан, продрожая думать. второй глаз у минхо, левый, что под повязкой, и в правду другой. алый как смерть. в этой радужке будто тысячи погибших ангелов, которые тянут свои руки к джисону, заставляя замереть. как та кровь, которая распласталась на лице джисона в момент его спасения. хотя, при чем тут спасение? почему он так свято верит, что долго бы об этом переживал? разве что, его бы просто избили и изнасиловали, но, таких слов хан пока не знает. ему бы было худо, хотя, все бы быстро затянулось, почти в минуты. но, с другой стороны, он не прожил бы на ту еду, которую неудачно порой воровал. не прожил бы в тупике, заросший плесенью и вонью. не выжил бы. а минхо третий, кто опять спас его, и дал каплю надежды, быстро, почти мгновенно после слов о доме. "у него очень мягкая кровать.. и плечи у него большие, но не мягкие. зато еда вкусная, и пахнет у него дома вкусно. а еще в туалет ходить удобно и необязательно вонять всю жизнь. " и опять он вспоминает как разрывались его челюсти в противоположные стороны друг от друга от одной такой помощи. да, это можно считать какой-то помощью, но, чего стоило пережить и потерять сознание от боли, почти невесомо. — первые два часа мы будем с тобой в организации, потом меня отправят скорее всего на осмотр вспышек в городе. посидишь с другим парнем.-совсем внезапно начинает минхо, приводя младшего в чувства. он ощущает, как тот хватает его ладошку и что-то пищит, до того момента, как взгляд у брюнета не прояснился. они у дверей в огромное здание. двери тяжелые на вид, но открываются при помощи карты, от чего и пищит мерзко, давит на чувствительный слух джисона, заставляя пробубнить что то. — я договорюсь с ним о паре процедур для тебя, мне интересно знать все, что тебя касается. - звучит.. романтично. хану нравится думать, что в этом есть подтекст чего-то приятного. думать уже не о чем, хотя, нет, есть о чем, просто хану нужно знать ответы на эти вопросы от старшего, а не догонять самому. — хм, а мне можно знать, как ты пользуешься своим глазом? взглядом.. как это работает вообще? — тебе не надо знать это сейчас, тем более, ты не совсем поймешь. — я не такой уж и маленький.. ну мне же можно доверить такое, тем более, я знаю, что оно у тебя есть. минхо молчит, те уже поднялись на лифте на 7 этаж и быстро шли в сторону его кабинета по пустому коридору, что напрягал джисона больше всего. очень тихо, как при западне, заставляет джисона прислушиваться все больше, и напрягаться так же. тишина сдавливала уши, заставляла сердце биться быстрее и чувствовать всеми клетками, что.. сейчас, сейчас надо бежать. но он лишь посматривал на уверенные действия минхо, пока тот шагал в определенную сторону. — постой! - старший оборачивается на чужую просьбу и глядит в столь башенные жёлтые глаза, что сам пугается, стоя в пару фунтах от хана. — нам стоит уходить. - просит тот, пока взгяд его меняется на жалобный, просящий. — есть захотелось? я покормлю тебя позже, мне стоит начинать работать, пока мне не окрутили голову. — тут не безопасно.. - хо видит, как нервничает джисон, а в каком-то моменте после, как расширяются его глаза, заставляя спиной почувствовать внезапный поток противного ветра. на языке, что то неприятно скрипит, пока мальчик замедленно прячет руками лицо от летящей в него пыли с мелкими кусками штукатурки. почему все так стало в секунду медленно двигаться? шатен будто на кассету попал, что откручивают и замедляют, заставляя мир подстраиваться под минхо и его мысли. ведь сейчас такое подходящее время думать о том, почему все будто медленно застывает. минхо все таки входит в реальность. его толкает новый поток ветра в пол и вынуждает наконец-то развернуться в сторону его источника, поняв, что в паре сантиметрах от его ног буквально пропасть свыше и до первого этажа, а по обломкам кафеля капает какая-то черная субстанции по потолкам и уцелевшим стенам. осколки окон сыпятся под ноги позади стоящего мальчика, от чего тот испуганно пятиться назад и продрожает смотреть на то, как минхо оценивает обстановку, заглядывая то на улицу, то в пол на то, как сбегаются к дыре люди. ядовито черная жижа странно себя ведет, в прямом смысле. минхо хмурится и подрывается с места, прислушавшись к чутью мальчика. мин успевает прокричать людям о немедленной эвакуации здания, а сам хватает джисона под руку и отбегает подальше от разлома, наблюдая из-за плеча, как эта смесь потихоньку собирается в один сгусток. как черные змеи ползут по полу и сливаются воедино, черчу фигуру хлипкого ангела. — чонин! — ч-чего? - парень пониже, со светлыми, почти белыми волосами обращает внимание не сразу. выглядит тот.. пугливо. так испугался истошно громкого крика минхо, что аж вздрогнул и ели оторвался от элемента своего взора, что явно находится не в стороне к ангелу. черноволосый парень быстро подбегает и оказывается в плотную к мелко дрожащему телу его сотрудника, оставляя взор на разгромленной лаборатории яна. — все мои опыты.. - мальчик всхлипывает "боже, как можно было взять такую нюню на работу? " - думает джисон под плечом минхо. "тут хохо один работает? не удивлюсь. " — чонин, ты мне очень поможешь, если отведешь его куда-нибудь подальше. полиция уже наверняка внизу, выведи его, отдай прям в руки и так, чтобы он был в безопасности. после, приходи сюда сам, ты мне будешь нужен. белоснежный парень глядит то на хо, то на джисона, заметно нервно сглатывая, но, слушается, хватая мальчика под руку. *** минхо таится за углом уже бывшей лаборатории чонина, и выжидает, пока услышит очередной хруст штукатурки на полу как можно ближе, уже вооружившись буквально в секунды созданной катаной. та янтарно красная, будто выточенная, в руках минхо выглядит еще страшнее, если знать, сколько крови он для нее пролил. он время от времени вертит ее в ладонях, выставляя кончик острия за дверь, дабы как в зеркало взглянуть когда же ему ожидать первой атаки со стороны врага. в секунду становится слишком тихо, нет сирен полиции и пожарных, даже сквозняка, и это, должно быть, сигнал сжать оружие покрепче, потому что в следующую секунду за обломки стены в лабораторию врывается глубоко черная слизь, та, что формировалась в ангела какое-то время, а сейчас, кажется, тот сидит неподалеку, и пускает части своего тела к загнанному в угол минхо, дабы застать врасплох. красное лезвие тут же разрезает ядовито черную плоть перед собой на два поперечных ошметка, и хо быстро вскакивает, чтобы понять, что его сила тут почти бесполезна. во-первых, ему совсем не удалось остановиться ангела своим призраком, его взор тут попросту не работает, так как ангел, судя по всему, не содержит оболочки. а еще. то, что минхо отделил острием от всего тела врага, быстро сползать как вода обратно, совершенно не нанося никакого ущерба. его это мало радует, но должно же быть что-то, что остановит это. сколько бы он не отсекал плоти ангела, тот лишь ссылал больше, очевидно злясь. — совершенно никудышный! верни то, что украл. - сгустки все так и норовили схватить хо, пока тот старался делать ноги на крышу, оценить обстановку. он спотыкался, глотал пыль из-под своих же ног и уже взбирался на крышу здания, стряхивая с себя куски противной консистенции. перед черными глазами встало огромное, как дыра черное, пятно той слизи, с множеством отделённых, рядом порхающих комков субстанций и, кажется, сотнями неких щупалец, что вот вот бы и схватили черноволосого. он даже сделать ничего не может! ничего у него не получится как бы он не хотел. — и..извините.. - минхо кажется чудится голос напарника, что ушел и пропал с джисоном. а нет. тот стоял совершенно неподалеку, переминался руками и ждал, пока ангел все таки обратит свое внимание на него. взор чудовища падает на вид беззащитного чонина и, кажется, заметно поражается такому началу разговора. только вот чонин хныкая, сует руку за шиворот белого халата медленно, из неоткуда, вытаскивая самую настоящую стрелу. — это вы, да? вы завалили мою лабораторию? парень натягивает невидимую тетиву до конца, медленно, смотрит, как ангел пожирает его своим взглядом и только потом заставляет предмет в своих руках вспыхнуть алым плееменем. ленты огня развивались где-то сзади него, и только после этого, уже нарисовалась очертание, по всей видимости, лука. жарко стало куда хуже. предмет в руках чонина не обжигал его. парень стоит и терпит, взгляд его невинный и детский, а то, что у него разгоралось в руках, лишь больше пускало языков пламени, слепя. минхо понял, что нужно уносить ноги, оставляя все безобидному мальчику. — вы даже не знаете, сколько моего труда уничтожили только своим вторжением. а я знаю.. а еще знаю, что твоя оболочка состоит примерно на 95% из воды, наверное, ДНК, белков, липидов. а такое, само по себе двигаться не м-может, а еще.. знаю еще одно, чувствую, что ты не последняя наша проблема. ангел все таки оживляется, пуская сотни своих щупалец в сторону своего собеседника, а тот, отпускает стрелу лишь тогда, когда его обволакивает черная субстанция, уже собираясь поглощать в себя. хо все это время наблюдал из-за плеча, пока пытался удрать от туда до выстрела, но заметил, что чонина нет, а ангел заметно приподрился, заливаясь тошнотворно противным смехом, заглатывая в себя очередное тело, замер. он думал, что чонин просто так умрет? уже да. пока тело врага не начал охватывать огонь, а город ужасный рев. крик ангела больше похож на агонию тысячи, давно умерших голосов, и это раздирало внутри все органы, так же как и уши. стрела не дала такой мощи, как могла, была, но чонин заботился о здании, на котором сейчас стоял, и так же, помехой стало плотная оболочка врага, что не дала пробить себя, и кажется, стрела застряла где то на середине, пожирая огнем все внутри, касаясь, так называемого, "сердца". та вполне зацепила и прожгла сердцевину, оставляя лишь тонну воды и следы в виде развалин в каких-то местах организации, вряд ли над ними возьмутся работать тут же. он никогда не сомневался в смелости этого мальчика, и нюней считать его нельзя, раз работая чисто на опыты, он так же, почти без страха мог выйти на смерть. это всего второй раз, когда чонин смог показать свое стремление помогать людям, зато какой. *** — хохо! мой герой! - кричит до ужаса испуганный джисон, подбегая к чужим ногам. — я же попросил увести его подальше. — я не успел предупредить их, я посчитал нужным спасти всех из здания, а сказать про него забыл.. - виновато плетется сзади ян. — хохо, а ты видел сколько там было огня? ? это же ты, да? - мальчик вцепившись в темную штанину брюк старшего продолжал горланить, переминаясь с ноги на ногу. — а когда это я успел пропустить появление вашего с-сына? - интересуется беловолосый парень, глядя на счастливого мальчика в ногах своего коллеги. — да я как то сам это пропустил. - почти сразу же отвечает минхо, вороша чужие, мягкие волосы. — отличная работа, удивил меня сегодня. - похвала и поддержка для чонина сейчас самое главное, тем более зная, что парень сейчас потерял свои работы, над которыми в пот и кровь трудился сутками. — кстати, лис, - окликает его брюнет, не дав тому уйти. — хотел бы тебе отдать этого мальчика, чтобы ты поработал с ним, написал мне побольше. я сегодня свожу его к союну, что бы тот помог с моментами в памяти. поможешь? беловолосый мальчик улыбается, понимая, что все начинать заново можно с как раз с нового подопечного его коллеги, и это неплохо, если он расспросит почему ему нужна какая-то информации от ребенка. — конечно, я всегда рад вам помочь, минхо-хен, завтра можете зайти ко мне в гости, я с радостью поговорю насчет.. — я джисон. - подсказывает мальчик, видя, как чонин пытался назвать хана еще раз сыном хо. — да, поговорим насчет джисона, если вас интересует что-то в его теле, и все что может касаться моих сил в помощи вам. - мальчик разворачивается и покидает окруженную полицией зону, оставляя минхо и джисона на улице. почти никто не пострадал, большинство отделались лишь шоком и царапинами, некоторый небольшими ушибами, пока толпились на лестнице. минхо не стал заходить в здание еще раз, узнав, что и таён, главу этого корпуса, так же в целости и сохранности вывели, правда, тут он ее не нашел, значит, скорее всего она уехала куда нибудь. а это значит, что рабочий день закончился, почти не начавшись. да, корпус явно долго будет восстанавливаться, но это не значит, что работа закончилось. минхо завтра, как и всегда утром почапает на работу на половину разваленное строение. а сейчас ему и в правду стоит отвести джисона к его другу, пока есть желание куда-то идти кроме дома. *** — страшная у тебя работа оказывается. - первый начинает джисон. он то думал, что спокойно посидит, желательно с красивой девушкой, в каком-нибудь кабинете и будет залипать на ее грудь, пока минхо будет трудиться. нет ну а что? хан заметил какие у девушек надменные груди, пока шел на эту самую работу, хотя, толком не знал, что за шары у них весят. у минхо не висят, и у него тоже, только у девушек. и девушки отличались от минхо.. у одной то ножки тонкие тонкие, красивые, то бедра огромные, то задница подчеркивалась юбкой, то талия в иголку и эти шары огромные подпрыгивали при ходьбе. маленький джисон всех провожал взглядом. — возможно. - сухо отвечает старший, сжимая тонкую сигарету между губ. — а вот вам все так вашу работу ломают? — нет, это первый раз. джисон опять начал думать про девушек. почему минхо напоминает ему ту суку, которую он видел на перекрестке. с большими губами, огромными ресницами и с пиздецки длинными ногами. почему суку? потому что сука была красивая. сложно было оторвать взгляда от роскошных черных волосы, от ее улыбки, от бедер, вообще от нее, было тяжело ее не вспоминать снова и снова. — хохо, а что за шары у девушек в зоне пониже шеи весят? нуу, большие такие.. круглые.. - михно нервно, хотя нет, скорее сердито переводит взгляд на мальчика и вежливо переспрашивает. — чего блять? — я думаю, ты меня хорошо услышал. - гордо отрезал джисон, почти задрав голову к небу. — рано тебе еще знать такое. — с чего это? — как у тебя в штанах вырастет, так и скажу. - он максимально пытается закрыть тему, обгижая пальца о кончик сигареты, а хан нехотя затыкается, мол, сам и узнает. *** — заходи. минхо распахивает на вид тяжелые ворота какого-то заведшего дома и впускает туда джисона. тот с осторожностью проходит внутрь небольшого двора, который после открывал вид на двухэтажный домик с небольшими "смотровыми" если их можно так назвать. те молча идут ближе к прогнившей двери, а минхо то и дело, будто насильно подталкивал хана вперед, потому что тот знатно тормозил. а джисону это плохо кажется. он еще более осторожен, крадется почти на носках, боясь каждого хруста сухой ветки. что-то обволакивает его душу буквально целиком, и поедает понемножку, но его успокаивает голос хо. — тебе сейчас должно быть некомфортно, не бойся, союн только здоровается с твоей душой. звучит.. глупо и странно, но, почему-то именно сейчас правдоподобно. они просачивается внутрь того здания, перед которым шли секунду назад, и, о чудо, внутри он выглядит получше, чем снаружи. всюду горят свечи, дом пропитан чем то непонятным, странным, но спокойный. тут было не так светло, источник света были лишь свечи и пару ламп в коридоре. их встречают не сильно пыльные ковры и кирпичный стены, точно в замке. "неужели тут колдун живет? " с какой-то искрой в глазах спрашивает себя джи, отдавая союну время попитаться этой мимолетной храбростью мальца, которого к нему ведут. минхо все время шагал сзади, никого не звал, и пришел даже без стука, не считая это вторжение, будто знает, куда идет, а дом джисона пугал своей нескончаемой глубиной, будто конца и края этим коридорам нет. — ну кто же это, не на своей территории и сам пришел. - голос слышится раньше, чем показался тот самый союн. Высокий парень, очень, выше минхо наверное в голову точно. сиреневые волосы спутывались на плечах и свисали аж до лопаток, даже никак не собранные. неприятная щетина успутала ярко-голубым глазам блеснуть при виде гостей, а густые, но ровные брови были слегка сведённые к тонкому носу. он выглядит неплохо, наверное, но, будто не умывался всю неделю, непонятно. хотя, не хану судить.. союн подходит ближе и растягивает губы в небольшом оскале, оголяя два клыка на остаток света, пиля в первую очередь минхо. минхо ядовито улыбается в ответ. — не сдох еще что ли? - оба мужчины спрашивают в один голос с небольшой насмешкой, явно не смерти желая, и воссоединяют руки в своем близком приветствие, напрягая кисти. *** — этот дом по швам трещит, если честно. не думаю, что он продержится еще хотя-бы года три, или пару дождей с метелью, я бы и переехал, но тут столько всего родного. дом весь родной, каждый кирпичик, а если и съехать, то его только под снос. сиреневоволосый плелся впереди своих гостей, держа руки в кармане. хан только сейчас заметил его ужасную осанку и длинные, крепкие руки. парень, что то заинтересованно рассказывал, а джи то и дело наблюдал на расположением картин на стене. там наверняка были чьи-то портреты, но сейчас, натянутое полотно на картинах разорванною. там нет ничего целого, кроме рамок, а они не абы какие, а узорчатые, плетенные, красивые, точно их дуба в лаке. хан изо всех сил пытался не обращать внимания на расцарапанные стены, на куски, кое-где весящих обои и плесени, что уже вырастали в мелкие цветочки и веточки. "он правда тут живет? отбитый тип. " — я вижу ты мне своего воронёнка привел, на тебя не похоже, зачем ты забрал его? - джисон услышав что: то про себя наконец-то вслушиваться в разговор, смотря то на минхо, то на союна. — он бы не выжил там один, и вряд-ли бы выжил после рук тех мужчин, не говори, что не заметил. — заметил. - высокий мужчина коситься на хана из-за плеча и забавно хныкает, кажется улыбаясь. — я просто удивлен, что ты реально его забрал его, а не оставил там. удивительно, правда, что решился на такое. минхо молчит. он и сам особо то и не знает, почему забрал маленького бандита к себе, но тогда как тот не задумывался, а сейчас, вроде, все не так уж и плохо, чтобы жалеть. — заходите. - рослый парень простукает их внутрь какой-то комнаты, где джисону просто необходимо удивленно отрыть рот, рассматривая каждый уголок, хоть и долго ему стоять так не разрешили. комната окутывала каким то приятным страхом. вся она была угольно-черной, будто мазутой намазанная, стены выглядели аж жидкими, что вот вот на пол потекут, но нет, это что-то другое, хотя джисон трогать не стал, лишь понял, что это вообще не жижа, а самая настоящая закаменелая стена. в комнате не было освещение, кроме трех свечек на маленькой тумбочке, и очень странно, судя по тому, что в комнатушке достаточно светло, и свечки тут играют малую роль. основной свет излучали мелкие, ярко-зеленые частички, что будто светлячки летали по комнате, медленно, плавно, почти не двигаясь, застыв в воздухе. посередине помещения стоял маленький, зашарпанный письменный столик, а вокруг него три небольших чёрного креса, на вид старых, как антиквариат, но, они неплохо подходи под такой интерьер, если это можно так назвать, и неплохо играли какую-то гармонию. на том столике стояло письменное перо, какие-то бумажки и две колбочки, что ярко светились в этом полумраке. тут все было хорошо видно, но все равно казалось темно, может, сознание не давало понять, что тут есть свет, много света, но комната по-прежнему была без включенного торшера или даже лампочки. так же, свет отдавали прозрачные баночки и колбы на деревянном стеллаже, который тут, к слову, не один. второй полностью забит книжками, иногда на полках можно увидеть какие-то коробочки и непонятные предметы, похожие на обугленные пальцы.. кое-где в прозрачный контейнерах смиренно лежат то мелкие, то достаточно крупные кости, от белого до кислотно желтого цвета, и совершенно разной формы. рядом красовались черепа мелких животных, что идеально чистые, без намека на остатки мясца или еще чего. бутильки пугали своим разнообразием. в самых больших обычно лежало что, то по типу трав, каких-то веток, листочков и цветов, а в более маленьких уже наполнение шло в виде жидкости разных цветов и, кажется, консистенции. какие: то просто как вода, а какие-то кипели и лопались пузырями будто на огне. пол украшал серый пушистый ковер, что скорее напоминал какую-то шкуру животного неопрятного цвета, пока те же стены были обклеены различными фотографиями людей, что скорее были одержимы ангелами, ну.. глаза у них странные, то цвет лица не тот, то зубы неописуемо большие, или лицо паранормально срослось там где не надо, или наоборот. таких людей заметно сразу, если одержимые демонами, например, такие, как джисон, почти от людей не отличаются. сейчас люди идут на контакт с дьяволами лишь потому что хотят спасти свою жизнь. обычный горожанам этого не надо, такое делают как раз рабочий класс КАИМП. люди, что насильно впустили в свое тело ангела отлично могут работать на них. когда надо, ангел уступает тело владельцу, заманивая своего врага для своих целей. даже так, тело все еще под полным его контролем, человек безнадежен, если ангел сам не соизволил покинуть его тушу сам, оставив лишь оболочку, так они и питаются. сжирают все внутренности и самое сладкое, сознание, душу и личность человека, становясь после этого куда умнее, сильнее и строя свои наметки. человек не умрет, если ангел сожрав все что ему надо, не покинет его ненужное тело. а что касается людей одержимыми демонами.. хм, можно сказать, демоны такие же. так же питаются человеком изнутри, но, не убивает его. перед тем как отдать свою силу под власть человека, те заключают устный договор: он питается человеком медленно, всегда, он из-за того, что тот находится внутри и больше не смеет покидать тело до смерти союзника, тот будет жить, сколько бы демон из него не высосал. так же есть еще один пункт в договоре: если человек не может контролировать эмоции в какой-то ситуации, демон спихивает его на второй план и берет ситуацию под свой контроль, так же как и тело, выплескивая эти эмоции в силу. те спокойно могут общаться голосами со своим "ходячим домом" и давать ответы на вопросы, говорить, как и что делать лучше если это касается жизни его вечной еды. но, это не значит, что человек сходит с ума. правда похоже на ситуацию с ангелами? без сомнений точно, только вот дьяволы сотрудничают, и это совершенно другое. еще очень интересно то, что демон сам выбирает, куда направить свою силу уже будучи в человеке. если в случае джисона демон во всем теле, то в случае например минхо, один из них в кровеносных сосудах в второй в левом глазу. и это зависит даже не от выбора, а скорее от самого демона, в, чем заключается его сила. при ранении он совершенно что угодно может сделать из своей крови в считанные секунды, пока левое глазное яблоко без остановки и отдыху является некой блокировкой, захватывая врага в вечный плен. и тут зависит уже от намерий хо, как захочет, он и раздавить его в своей "хватке" может, а может просто запретить ему двигаться. если человеку позволяет его выносливость и состояние, и самое главное, психика, он может заключать тысячи контактов и впускать демонов в свое тело так же, сколько захочет, но не факт, что этот человек проживет чуть больше пары месяцев или останется психически уравновешенным. еще какие-то фотографии на стене союна имели странных животных, изображение будто не настоящие, животные будто в душу смотрели, будто жрали внутри все органы и выворачивали наизнанку, неприятно.. хан только через время заметил как в этом сумраке светятся глаза хозяина этой комнаты. как зеркало отображало все.. кстати, насчет зеркалов, тут их просто куча.. просто ужас! на потолке, на стенах, маленький были и на шкафчиках и на столе. большие стояли на полу, висели на двери и еще кое-где, от чего хан прекрасно мог следить за своими желтыми глазами и тут и там, видя, как те тоже слегка светятся. — так и зачем ты привел мне его? - союн рушит гробовое молчание и те втроем усаживается на пыльные кресла в середине комнаты. — мне нужно, чтобы ты убрал из его памяти, то, что ему правда стоит забыть. оставить то, что я его спас, привел домой и немного его прошлого.. в общем, сотри тот момент с двумя смертями перед его глазами, и этот разговор сейчас. - просит минхо не сводя глаз со своего друга, а тот будто принимает вызов и пытается пролезть, прочитать в его взгляде, что то, будто ему мало сказанного. джисон хоть и был напуган, но сидел спокойно, понимая, раз его сюда привели, значит не убьют, или еще чего.. — а что мне за это будет? — его память. оставить это себе, ты как раз нуждаешься в таких вещах, не так ли? и после этого мужчина с сиреневыми волосами улыбается, обнажая небольшие клычки. — так ли, давно я не пробовал чего-то от юных представителей вашей расы. "вашей расы? он не челочек? так и знал, больно высокой, не ухоженный и живет не как обычный человек, хотя на бедность не жалуется. что дом, что эта комната ничем жизнерадостным не хлещет. " - думает мальчик, хмурясь. — тогда приступай. - даже как то грустно просит минхо, и встает, кажется, собираясь уходить. — только лишнего не бери. - хо покидает комнату, оставляя великана с ханом один на один. союн достает из-под стола какую-то маленькую баночку и берет в руки маркер, подписывая небольшими буквами имя мальца перед ним. после вынимая из стопки бумаги какой-то бланк, так же подписывает имя хана и номер баночки, оставляя писанину на потом. стол успешно был отодвинут чуть подальше, а кресло с испуганным джисоном оказалось около великана в полуповертуном положение. скворе руки джисона были привязанные аж к крючкам из пола, что были под столом в невидимости. ремни заметно старые, грубые и жёсткие, руками не пошевелить. это пугало слишком, до тихих всхлипов. — так, солдат, слушай меня внимательно. раз ты одержимый, значит в тебе сидит то, что впустил в себя, ты же помнишь кто это? - джисон с ужасом кивает. — молодец, он не даст мне забрать твою драгоценную память, так как время от времени и ей питается, так вот слушай. твоя задача как можно сильнее сдерживать его, разрешить ему забрать немного ненужного и так, чтобы он не бушевал сильно, хорошо меня понял? хан хоть и не знал, как это сделать, кивнул еще раз, смотря в глубокие голубые глаза союна, ища в них успокоение. — а можно перед этим узнать кое-что? — слушаю. — вы сказали "попробовать юного из вашей рассы" так почему из нашей рассы, мы же люди, вы не человек? — во мне и демон и ангел, я давно не живой, и скорее отношусь к мертвецам, хоть и демон мне умереть не дает, и на труп я не похож, верно? ха-ха, конечно, я все еще отношусь к людям, но, сам себя таковым не считаю. а вот ангел требует лакомства от меня, хотя у меня по факту кроме имени ничего уже и нет, даже крови, но вылезать из меня он не планирует. вот я и питаюсь чужой памятью, кормя своего поселенца, а с минхо мы друзья с детства. он ответил на вопрос джисона с полна, и мальчик замолчал зажмуриваясь. мужчина видя это, понял, что пациент готов к процедуре, обхватывая его тонкую шейку своими ручищами сзади, сдавливая затылок и разрешая хану облокотиться на него. джисон не видел, как те маленькие "светлячке" начали отдавать больше света, крася комнату в зеленый слишком быстро. он чувствовал, как по ногам его ползет какое-то неприятный холод, как волосы его стремились вверх, а зеленый свет бил кислотным даже по закрытым глазам. а еще он чувствовал, как горят глаза союна, только потом он понял, что тень чужих пальцев подбирается к его лбу. хан жмурится еще сильнее, не зная чего ему ожидать. этот парень ему с самого начала казался жутким, а то, что он еще и ангел, вгоняло джи в мысль что его сейчас либо разорвут и сожрут, либо просто сожрут. он забыл о своих мыслях тогда, когда тонкие, холодные пальцы впились в кожу на лбу слишком сильно, царапая и разрывая тонкую кожицу для своего проникновения. хан срывается на крик. уши закладывает от своего же голоса, он принимается барахтаться и расшатывать кресло для своего освобождение, но, союн касается черепной коробки и старается проникнуть за нее, к чужому подсознанию. боль невыносимая, он вспоминает и сравнивает ее с болью в момент проникновения в него демона, и начинает кричать от этого неистовее, сменяя это на крик безнадежности и рев в моменте истерики. руки в районе кистей у мальчика синеют, он тянет их на себя, надеясь разорвать, но не понимает, что разрывает свои сухожилия. маленькие пальчики настолько сильно впились в обивку старого кресла, что, кажется, оставят там свои ногти целиком, если уже хан попытается их вытащить. в следующую секунду он даже думать о чем то забывает, а комната накаляется зеленым, уже почти голубым светом и вспыхивает, опаляя лицо хана будто огнем, расщепляет мягкие щеки и нос. из десяток зеркалов, из каждого, к обессиленному мальчику в миг потянулись будто бесконечно длинные руки. страшные, тонкие пальцы обтянутые по косточкам кожей так же впились в разодранную кожу на лбу хана и принялись проникать в него как один, подобно союну. холодные руки так невесомо ощущались джисону, но боль никто не отменял, даже слезы. как ни странно, ему не чувствовалась кровь, что должна была хлынуть моментально, но ее будто не стало, он будто впустил своего ангела высосать кровушку и у него, но, все не так плохо. глаза великана горели сильнее, кажется, они и излучали то тепло, что сжигало слезы мальчика на кресле, пока тот выгибался, старался вырваться и еще ни на секунду не прекратил свой истошный крик. его звали сотни голосов, за которыми хотелось пойти лишь бы сбежать от боли и наконец-то вырваться из этого вечного кошмара. его тело пробирало миллиарды иголок, он чувствовал как все горит и жжет, болит и просит вырваться, а пальцы мужчины ползут дальше. наконец то, хан понимает, что конечность постепенно выходит тогда, когда в последующую секунду та проникают под агонию еще глубже и выходит окончательно, ведя за собой небольшую полупрозрачную, слегка зеленоватую ленту. она выходила под скулеж и слезы, тот будто какую то пластинку вытаскивал из недр головного мозга, но кричать сил не было. в скорее та рассыпалась и в комок пыли до того, как союн пихнул ее в ту баночку, а там уже сжалось в небольшое облачко. все резко стало тихо, вернулось на круги стоя, будто и не было. мелкие "светлячки" продолжили кружить в воздухи и отдавать свое священнее комнате, возвращая уже привычную, приятную обстановку. руки джи быстро были освобождены и те в первую очередь полезли ко лбу, щупать его, на сколько все плохо. какого было его удивление, что он даже следов не заметил, а тиканье часов будто в голове стучало. — что вы делали со мной? — ничего. джисону хватило этого ответа, что замолчать и продолжить растирать свои синие кисти рук. голубоглазый великан вернул мебель на свои места и даже дал хану немного отдохнуть, пока сам записывал что: то в том бланке, то и дело встряхивая и внимательно всматриваясь в баночку с "облачком" — кстати, передай минхо, что он зануда и душнила. висящие шары у девушек называются сиськи. *** его отпускают, и уже на улице хан чувствует в себе какую-то пустоту и преграду будто что-то вспомнить. его тошнит на зеленую траву снова и снова, он даже не в силах отойти он чужого дома, мешая рвоту на земле с солеными слезами. он не помнит, что с ним делали, но помнит боль и что: то не то в себе, срываясь на громкое хныканье и мелкую дрожь. а хо, что стоял рядом, никак не мог свести глаз с мальчика, боясь трогать его и даже как то успокаивать.