Этюд в монохромных тонах.

***

Сатору проводил отъезжающую машину внимательным взглядом, наблюдая за несвойственной бледностью парня, но его тут же подозвал один из работников агенства, потому он отложил заметку в сознании навестить Юджи. — Вы говорили, этот тот яд, который связан с делом по серийному отравлению? — спрашивает мужчина, крутя ручку в руках. — Да сейчас, секунду, — Сатору хлопает по карманам и вытаскивает пустой флакон, — я нашел его у нее в сумке. — Обыкновенный флакон, Сатору, — вежливо улыбается мужчина, вздыхая, — таких мы не находили у других жертв. Мы не можем связать эти улики, пока вы не предоставите доказательства. Прошу меня простить, мне нужно работать. Детектив сплюнул, когда тот отвернулся, и снял очки, нервно дёргая ими. Мегуми спокойно подошёл, остановившись рядом и наблюдая за остальными. — Ты нашел телефон? Мне казалось его там не было, — спрашивает парнишка, с интересом глядя на уставший и сосредоточенный взгляд. Сатору Годжо был удивительным объектом для наблюдения, даже Фушигуро внимательно проследил, как его взгляд скользнул к двери в кафе, словно в сознании воспроизводя лежащие предметы на полу, затем в выражении лица мелькнуло понимание, затем веселье. Он нацепил очки на нос, неожиданно хватая студента за локоть, и потащил к остановке. — У тебя есть мелочь? Наличкой или на карте? — они перебежали пешеходный переход и остановились возле металлической стойки с мелькающими на табло цифрами и буквами. — Да, есть, — с запозданием кивает Фушигуро, когда его уже впихивают в открытые двери подъехавшего автобуса. — Заплати за меня, пожалуйста, я оставил кошелек дома, — миловидно улыбается Сатору, садясь на свободное место. — Заплачу, если объяснишь, что происходит, — протестует парень, останавливаясь рядом и хватаясь за поручень. — С удовольствием, но только после, — Годжо с улыбкой указывает рукой себе за спину, и Мегуми закатывает глаза, но направляется к датчику. Проведя оплату картой и достав два билета, возвращается на место. — Итак? — начинает он, откидываясь на спинку сиденья. Годжо разворачивается к нему полубоком и глубоко вздыхает перед тем, чтобы начать: — У нас есть теперь пять жертв. Все отравлены особым ядом, который до сих пор на экспертизе. Мы имеем обыкновенную студентку, затем женщину среднего возраста, двух влиятельных мужчин и молодого паренька в качестве жертв. Как думаешь, связь между ними есть? — Акари Мей мне знакома, она студентка факультета связей с общественностью, родом из Осаку, — задумчиво выдает Фушигуро, стуча пальцем по бедру: — Но это ещё больше путает. Думаю, связи нет. Жертвы случайны. — Хорошо, в яблочко, — кивает Годжо, щёлкнув пальцами. — Теперь смотри дальше: яд мы нашли в горшке с цветком, подаренным директору. Так что можем сделать вывод — либо его туда подложили, либо… — Он изначально там лежал. — Правильно, причем целенаправленно. Чтобы сбить нас со следа, либо чтобы навести. Но последний вариант выглядит очень странно, — Сатору потёр переносицу и откашлялся, переводя взгляд на окно. — Мы же можем спокойно выйти на поставщика, это бесполезный номер. — И все же на горшке была написана компания, подарившая его? — поинтересовался студент. — Да, «Kamaku flowers». — Странно, эта компания должна быть известна… — Наоборот, — лицо Годжо просияло, — чтобы мы не смогли наткнуться на них. — Значит, место, куда мы едем сейчас? — уточняет Мегуми, слегка приподняв одну бровь. — Ну если знаешь их местоположение, поделись информацией, — саркастично подкалывает мужчина и, завидя поворот на знакомую улицу, хлопает парня по плечу и встаёт: — Наша остановка. Оба выскочили из автобуса и направились быстрым шагом в сторону агентства. Сатору обходил идущих по городу людей, пытаясь проскользнуть сквозь довольно большую толпу. Даже в такое позднее время столица Японии была наполнена, и яркие вывески освещали асфальт и незнакомые лица. Мегуми, засунув руки в карманы джинсовки, пытался протиснуться вслед за ускользающей белой макушкой. Но Сатору все же заботливо остановился возле дверей агентства, поджидая, когда Фушигуро его догонит. В здании до сих пор кипела работа, хоть часы и перевалили за полночь. Больше пяти жертв за неделю… Это было вполне обоснованно. Мегуми чувствовал внутри себя частью этого хаоса, и улыбка от неожиданных перемен проскользнула на губах. Он столько раз получал отказ в агентствах, что от горя позвонил Сатору и спросил, можно ли ему переночевать, чтобы утром вернуться обратно в Осаку. И, видимо, дедуктивное чувство детектива сработало на руку. Оно, правда, часто работает на руку самому Годжо, который жалуется, что Фушигуро не умеет высказывать свои жалобы через рот. Но Мегуми все равно улыбнулся, действительно счастливый находится бок о бок со знаменитостью и единственной семьёй. — О Сатору! — девушка оторвалась от экрана компьютера и выпрямилась, подзывая рукой к себе. Мужчина проскользнул мимо столов и подлетел к ней. — Смотри, мы нашли видео с камер наблюдения. Уже в курсе убийства на Омори? — Да, только что оттуда, — кивнул Годжо, пожимая руку женщине, которая положила свободную на плечо пареньку, сидевшему за компьютером: — Наоки, покажи, что мы нашли. Паренёк кивнул, умело щёлкая пальцами по клавиатуре. На экране высветился поворот на небольшая улочку, на которой и находилась кофейня Итадори. Люди сновали туда-сюда мимо, не уступая в скорости и соблюдающим скорость автомобилям и прочему транспорту. Неожиданно остановилось такси, из машины вышла девушка. Глаза даже с камеры виднелись мокрыми и напуганными. Она сжимала клочок бумаги в руках и дрожала. Затем вытерла слезы и наклонилась к водителю. Он что-то передал ей. Сатору готов был лезть на потолок, чтобы увидеть ту мизерную часть лица, которая была не прикрыта странной кепкой в шотландскую клеточку. Он напряжённо сверлил экран, на котором девушка с благодарной грустной улыбкой развернулась и рассеянным шагом направилась в сторону кафе Итадори. — Она выпила его по своему желанию, — тут же отрапортовал детектив, едва кнопка клавиатуры клацнула под пальцем Наоки и люди застыли. — Не сходится, не сходится, в чем проблема. — Как ты это делаешь, Сатору, я поражаюсь, — улыбаясь, щёлкнула пальцами женщина. — Ой, а ты кто? — она удивлено прижала папку с какими-то документами к груди. — А, это Мегуми, — парень резко просверлил детектива, — Фушигуро, новенький. — И удивился, что ему не придется затыкать рот Сатору. Тот был занят собственными мыслями и пытался связать новую информацию со всем происходящим. — Приятно познакомиться, я Мияко Исикава, — она протянула руку, и Мегуми, кротко кивнув, пожал ее в ответ. — А это Наоки… — Огата, — подсказал парень, поворачиваясь и снимая прямоугольные очки, повторяя дружелюбный жест. Фушигуро неловко пожал плечами, внимательно вглядываясь в лицо мужчины с прищуром и мягким изгибом губ. — Приятно познакомиться, господин Фушигуро. — Можно просто Мегуми, — кивнул парень снова. Наоки моргнул, слегка склонив голову, и повернулся к компьютеру, снова ловко щёлкая по клавиатуре. — Мне нужен Сугуру, где его черти носят?! — неожиданно возмутился Сатору, переходя из бормотания под нос в полукрик. — Может я могу чем-то помочь? — пожимает плечами студент, отходя от стола Огаты. — Мне нужен свежий взгляд, поэтому… — Я отвёз Итадори, — на ходу бормочет мужчина, залетая в агентство и ловко уворачиваясь между людьми в помещении. — Она выпила его сама, ты понимаешь? — восклицает детектив ему навстречу, взмахивая руками, — это самоубийство, оно совершенно не вписывается, боже, как я мог это упустить. Это так очевидно! — Сатору, — на плечо успокаивающе легла рука, и мужчина застыл, глубоко вздыхая и позволяя теплу разлиться в груди. Гето действовал своеобразным стоп-краном для него, и Годжо настолько привык к этому, что положил свою руку поверх и рассеяно улыбнулся: — Спасибо, пошли. Мегуми хмыкнул, когда заметил дрогнувшие губы, едва детектив прикоснулся к своему другу, но тихо развернулся, выходя из здания. Он слышал за спиной заботливый голос и раздражительное ворчание. — Тебе нужно домой. Отдохни. — Сугуру, пока я сплю, умирают люди. — Каждую минуту по всему миру умирают люди. Ты что каждого хочешь спасти, угробив себя? — Я могу упустить зацепки, — постепенно сдаваясь бросил Сатору, но его остановила рука друга, которая сжала предплечье. — Ты пойдешь сейчас домой и ляжешь спать, — процедил Сугуру особым тембром своего голоса, что Мегуми ощутил бегущие мурашки по коже и остановился, поворачиваясь. Сатору что-то слабо пролепетал, удивлённо хлопая глазами из-под очков, но послушно сел на пассажирское место, уставившись в окно. Когда Гето пристегнул ремень — а также заставил тоже проделать и Годжо — и завел мотор, они тронулись с места. Фушигуро вытянул ноги на задних сидениях, поглядывая то на напряжённые руки Сугуру, то на притихшего Сатору, то в окно. — Мегуми, скажи пожалуйста, адрес, — попросил мужчина, останавливаясь на светофоре и доставая сигарету. — Я живу с господином Сатору, — Мегуми заметил, как сигарета чуть не выскользнула из дрогнувших пальцев. Светофор переключился на жёлтый. Сугуру кивнул, зажигая сигарету и бросая зажигалку на панель. Руки снова сжали руль. — Ты останешься на ужин, потому что Мегуми одному будет неудобно есть в моем доме, — подал голос Годжо, видно все ещё обиженный на Гето. Парень хотел было возразить, но счёл нужным промолчать, лишь неоднозначно покачав головой. Светофор загорелся зелёным, и машина тронулась. Мужчина выдохнул дым в приоткрытое окно, и Фушигуро заметил улыбку на его лице. *** Мужчина разлепил глаза, потягиваясь и чувствуя, как рука ударила по чьему-то носу, так не вовремя лежавшего рядом человека. Годжо сонно повернул голову на шипение и невнятное мычание. Фушигуро дёрнул носом во сне, сильнее закрываясь одеялом и прижимая к себе подушку. Сатору резко сел, осматриваясь. В голове все перемешалось от постоянного недосыпа, но сейчас даже при условии не сильной тошноты детектив чувствовал себя намного лучше. Забота Сугуру Гето поистине полезная вещь. Надо бы почаще прислушиваться к нему. В голове остро всплыл вчерашний диалог возле агентства. Тон, которым говорил с ним Сугуру, заставил его почувствовать себя настоящим идиотом, потому что, как вчера, слабость в коленях ощущалась очень ярко. Годжо протер глаза пальцами, вставая и удивлённо вперившись в аккуратную стопку одежды на тумбочке и сложенные коробки в пустом углу помещения. Он выскочил за дверь в соседнюю комнату, которая служила одновременно и кухней, и прихожей, и гостиной. Чистота. Выбеленная, ровная, отточенная. И среди нее ехидно улыбающийся Сугуру Гето смотрелся самым идеальным предметом, вальяжно расположившийся на диване к нему спиной, но сейчас, закинув руку за его спинку, смотревший на него. — Доброе утро, Сатору. Кушать хочешь? Годжо только сглотнул, для пущей уверенности ещё раз протирая глаза. Но как все было, так и осталось. — Черт, что ты сделал с моей квартирой? — Годжо вцепился в растрепанные после сна волосы, делая неуверенные шаги и опираясь стеной на дверь ванной. — Я просто прибрался. Видимо, ты очень сильно устаешь на работе, что не хватает сил, так что, — Сугуру хмыкнул, указывая пальцами на комнату, — я помог тебе. — Да пошел ты к черту, — взъелся Сатору, возвращаясь в комнату и забирая из тумбочки полотенце. Проходя в ванную, он высунул язык и закрыл за собой дверь ванной. Гето удивлённо вскинул брови, но позволил себе засмеяться, проводя рукой по волосам. Сатору стянул майку через голову и краем глаза заметил себя в зеркале. На подтянутом теле виднелись лёгкие царапины и синяк на ребре почти прошел, красуясь фиолетовым пятном. Он отвернулся, водя пальцами по месту удара и чувствуя слабый отголосок боли. Вода хлынула холодным потоком, что Годжо дернулся в сторону, давая ей согреться до средней температуры. Хотя это меньшее, что его волновало сейчас. Комфортная вода в душе занимала шестой-седьмой пункт в его списке неприкосновенных правил, а собственный дом — один из первых. Никогда ещё Сатору не пускал в дом людей. Мегуми был первым, кто посетил эту обитель. Но Годжо очень был рад отсутствию интереса к окружающему его беспорядку, поэтому свыкся с чужим присутствием за день. Всё-таки он воспитывал его на протяжении одиннадцати лет, и они вдвоем жили на съёмном жилище, пока Сатору оканчивал университет, но купленная на заработанные деньги квартира была первым счастьем для мужчины. — Ты скоро там? Я хочу умыться, — апатично раздалось из-за двери вместе со слабыми ударами. — Да, дай мне десять минут, — крикнул Годжо, перекрикивая шум воды. Удовлетворенное мычание было ему ответом. Сатору выдавил немного шампуня в ладонь, поставил бутылку на место и слишком быстрыми движениями намылил волосы, слыша потрескивание пены, стекающей с волос на спину. Он процедил волосы между пальцев, отмечая достаточную длину, чтобы снова взяться за ножницы. Как и обещал, он вылез из душа спустя десять минут, вытираясь и одеваясь в чистую майку, висящую на крючке ванной вместе с кобурой от пистолета и пакетом с книгами по английскому, которые он как-то повесил и забыл про них. Едва он вышел из ванной, на ходу ероша полотенцем волосы, Мегуми раздражённо отпихнул его и зашёл, ворча что-то про задержку. — Надо было раньше вставать, а не валяться в кровати, — ответил Годжо, подходя к стойке и наливая себе воды из графина. Посуда, кажется, была вымыта и расставлена по местам и на кухне стало визуально больше места, но между стойкой и плитой все равно больше одного человека бы не поместилось, как ни убирайся. — Моя сестра в ванной не сидела столько, ты хуже любой девушки, — бросил студент в щелку, и Годжо закашлялся водой, возмущённо поворачиваясь, но дверь уже закрылась. — Ты, мелкий… — начал он, тыча пальцем, но закатил глаза, возвращаясь к созерцанию испорченного хаоса в доме. — Ещё раз спрашиваю, кушать не хочешь? — интересуется Сугуру за спиной. — А ты умеешь готовить? — поворачивается мужчина, опираясь бедрами о барный стул и кладя локоть на столешницу. — Можем проверить, — улыбается Гето, вставая и стараясь не смотреть на растерянного Годжо, действительно голодного. — У тебя оказывается много скрытых талантов, Сугуру, — сам себе кивает он, оставляя полотенце висеть на голове и забирая свой телефон из полки в прихожей. — Мои руки могут очень многое, Сатору, — ехидно раздается с кухни этим необычно вкрадчивым голосом, что детектив вздрагивает, роняя телефон на пол и тут же резко наклоняясь за ним. — Так что будешь кушать? А, — Гето, судя по мягкому хлопку, открыл холодильник, — выбор небольшой. Сатору помотал головой, проскользнув в спальню. Он сел на стул, вытирая лицо от резко накатившего румянца. Он вообще не понял, в какой момент он трактовал слова друга, как предложение… трактовал как предложение… как предложение… — Черт, — чертыхается он, снимая полотенце и с удивлением замечая всё ещё разбросанные документы по столу. Он не трогал его рабочее место. Сатору молчаливо хлопал глазами, а потом довольно улыбнулся. — Твои руки плохо работают, как и глаза, если ты не заметил бардак на письменном столе, — крикнул он, ища в документах письма, которые он не успел открыть вчера вечером из-за звонка Итадори. — Я не помню, чтобы ты разрешал трогать твои вещи, — Сатору замер на месте, когда услышал голос почти рядом над головой, и выронил конверт из рук. — Кстати, это принесли утром, — Гето протянул ещё один конверт, который мужчина сжал пальцами и раскрыл. Он услышал шаги уходящего друга, но не заметил, когда он вошёл. Сугуру Гето действительно неуловим для его сознания. В конверте была квитанция за расходы. Мегуми как раз вовремя вышел из ванной, заходя в спальню, повесить домашнюю одежду на тумбочку рядом со стопкой Сатору. Пока детектив разгребал письма и подсчитывал сумму за счёт, Фушигуро сложил футоны в шкаф и нашел расчёску. — Половину платить будешь? — спрашивает мужчина, почёсывая подбородок. — А можно меньше, щедрый господин Сатору? — спрашивает Мегуми, и непроизвольно на лице расцветает кроткая улыбка. — Больше половины платить будешь, если такой умный, — самодовольно улыбается Годжо, — в этот раз тебе повезло, я уже заплатил… позавчера, так что ты должен будешь. — Ага, сейчас, — фыркает Фушигуро, проводя расчёской по волосам, которые все равно торчали в разные стороны. Годжо даже посочувствовал ему. — Да что тебе, скупердяй, жалко мне кофе купить. Ты знал, что кофеин повышает эффективность умственной работы мозга, особенно у таких людей… — Все-все, понял я, хорошо, — закатывает глаза парень, оставляя расчёску на тумбочке и выходя из спальни. — Ты хоть помнишь, какой я люблю? — Мегуми ругнулся из кухни, и послышался смешок Сугуру, который звенел посудой. — Ты что действительно не помнишь, Мегуми? — Да помню я, отстань уже, — и запнувшись на мгновение, крикнул: — и иди есть, а то остынет. — Секунду, — в ответ кричит Сатору и возвращается к письмам. Отсчитывая нужную сумму за квартиру и положив в конверт, он встаёт и направляется на кухню. Слегка подсохшие волосы начали закручиваться и кучеряшки лезли в лицо, мешая, потому по дороге мужчина прихватил парочку заколок, найденных как-то при странном случае. Пока садился, щёлкнул ими по обеим сторонам и воскликнул: — Боже, так ты реально умеешь готовить? Сугуру садится напротив Сатору и смеётся. Аппетитный завтрак пробудил чувство обоняния, и желудок тихо заурчал. — Какие таланты пропадают зря! — с набитым ртом подметил детектив, тыча вилкой в Гето. Он сглотнул и продолжил: — Переезжай ко мне, а то Фушигуро не умеет готовить. Я тут пропадаю с голоду. — И правда, Сатору, — хмыкает Гето, кладя вилку на чистую тарелку и вставая, — тебе нужна жена. Мегуми, запивающий плотный завтрак водой, плюнул в сторону, подавившись, и тихо прыснул. — Тебе тоже она не светит, Мегуми, чего ржешь? — обиженно бросил Годжо, скрещивая руки на груди. — Я и без жены прекрасно справляюсь, мужчина не должен уметь готовить. Тем более готовка слишком уморительный процесс, который тратит силы больше, чем моя работа за пять лет. — Да, Сатору? — саркастично приподнимает одну бровь Гето, сдерживая смешок. — М, понятно. Мегуми отставил стакан и сполз со стула, держась за живот и трясясь от беззвучного смеха. Сатору почувствовал себя ребенком, особенно, в компании валяющегося на полу Фушигуро. — Я вам это припомню. Я запомнил, как вы меня уважаете, — раздражённо бросил парень, вставая со стула и уходя в спальню, хлопнув дверью. — Он это не всерьез, — смаргивая слезы и вытирая глаза, бормочет Мегуми, приходя в себя, — но про жену было неплохо. — Спасибо, — улыбается Сугуру, убирая вымытую посуду на место. — Не ожидал, что он так разозлиться из-за простой шутки про его будущую супружескую жизнь. — Я не могу представить, чтобы такой, как он, вообще с кем-то строил отношения, не говоря уже о свадьбе, — серьезно подметил Фушигуро, постукивая пальцами по столешнице. — Почему же? — резко повернулся мужчина, что тарелка едва не вылетела из рук, но Мегуми либо действительно этого не заметил, либо сделал вид. — Он слишком много времени тратит на работу. Не умеет заботиться о себе, но другим готов отдать все последнее. Это не сыграет положительной роли в будущем, а ему уже почти сорок. — Тридцать четыре, — уточнил Гето, замечая вибрацию собственного телефона на диване. — Поговорим потом, кто-то звонит. Мегуми молчаливо кивнул, допивая злосчастную воду и заходя в спальню. Сугуру кликнул на звонок и приложил телефон к уху, доставая сигарету из коробки на диване и подходя к открытому окну. — Сугуру, счастье, — знакомый голос раздался в трубке. Гето зажал телефон между плечом и ухом, поджигая сигарету и вдыхая дым, — приехал господин Махито и требует от Годжо отчета о последней жертве. Сказал, что сотрудник временно отстранён, поэтому лично получает информацию. — Хорошо, мы приедем в районе получаса, — парень взял трубку в другую руку и прикурил снова: — Я могу задать интересующие вопросы? — Да, он внизу, — голос Яга в телефоне звучал на несколько тонов ниже из-за постоянного стресса и усталости, и у Сугуру защемило в груди. — Вы нашли что-нибудь, связанное с этой цветочной компанией? — Да, кстати, да, — более оживлённо закивал в трубку директор, — довольно интересная зацепка, даже мне стало интересно, что Сатору выведет из этого. — И, — Сугуру напрягся, — я могу продолжить работать с Сатору? — Да, я отошлю это письмо обратно, — уверенно ответил директор, — оставлю на их долю составление отчётов. — Отлично, — Сугуру почувствовал развивающееся в груди тепло и расслабился, прикуривая и самодовольно улыбаясь, — к слову, вам понятно, почему в этот раз госагенство хочет быть в курсе дела? — Нет, это тайна, покрытая завесой, — разочарованно вздохнул мужчина. — Они могут попытаться нам мешать в расследовании, хотя это маловероятно. — Это все неспроста, так что надо быть осторожнее. — Да, директор, — Сугуру потушил сигарету о подоконник и подошёл к мусорному ведру под умывальником, выбрасывая окурок в урну. — Мы скоро будем. — Хорошо, жду, удачи, Сугуру, — и повесил трубку.