Lone Star

      Суджин любила ночной Остин. Деловой и строгий, после закрытия многочисленных офисов он словно молодел; вспыхивали то здесь, то там неоновые вывески закусочных и клубов, баров, даже уличных ларьков со стрит-фудом на любой вкус и кошелек. Шухуа потягивала из картонного стаканчика кофе без кофеина со льдом, а Суджин наслаждалась сладостью лёгкого алкогольного коктейля, купленного в баре по дороге. Их руки сами потянулись друг к другу, пальцы переплелись.       – Ты так и не рассказала, как жила в Монро, – напомнила Е.       – Как живут там, где не хотят, и с тем, с кем не хотят, – пожала плечами Суджин. – Мне нравились мои ученики. Да, были моменты, когда кто-то из них переступал черту, но в целом, такое бывает, когда работаешь с детьми, и я не злилась на них. Дело было в руководстве. Они вели себя так, словно те дети, которые учились не у них, были мусором. Разумеется, это передавалось ученикам.       – Проблема частных школ.       – Не всех. Дело в городе, понимаешь? Те, кто живут там, считают себя элитой. Они все богаты и даже знамениты, консервативны и считают, что любой закон, принятый раньше, чем пятьдесят лет назад, создан для того, чтобы развратить молодое поколение. Очевидно, что все городские учреждения подстроены под такой порядок.       – И как ты только выросла нормальной?       Суджин усмехнулась.       – Нормальность – понятие растяжимое. Для жителей Монро мы с тобой ненормальные, а для нас – они.       – Я больше не ваша ученица, мисс Со. Завязывайте с философией. Если только роль учительницы, конечно, вас не заводит.       Они шли, держась за руки, пока из открытых дверей доносились звуки кантри. Прохладный ветер бил в лицо. Суджин сжимала руку Шухуа в своей и впервые в жизни не думала о том, как будет жить дальше. Сейчас её не волновал ни отец, ни его больное сердце, ни мама с её ежедневными истериками, ни даже работа в школе. Она всегда жила ради кого-то, но сейчас, – с девушкой, чьи глаза сияли даже ярче звёздного неба над прериями, – ей впервые за двадцать шесть лет захотелось послать каждого из своего прошлого к чёрту и просто почувствовать себя счастливой.       Да, не в Монро, мама.       Да, с девушкой, папа.       И мне плевать, что вы об этом думаете!       – Нам стоит встретиться ещё раз, – предложила Со.       – Обязательно.       – Хочешь прогуляться завтра?       – Конечно. Могу даже показать тебе некоторые из моих работ.       – Буду рада увидеть.       Чем ближе они подходили к дому Суджин, тем меньше ей хотелось расставаться. Она словно вернулась в то время, когда только встретилась с Шухуа, – в единственную ночь, которую они провели вместе. Тогда Шухуа целовала её так, будто не было в мире девушки красивее, проводила губами и языком дорожки вниз, к животу, по которому разливался жар от возбуждения, желания отдать всю себя и получить такую же страсть взамен. Сейчас Е стала ещё красивее; уверенность, появившаяся с возрастом, ей определённо шла.       Остановившись у двери в дуплекс Суджин, Шухуа притянула её к себе и коротко обняла.       – Я скучала по тебе, – призналась она.       – Я тоже очень по тебе скучала.       – Пожалуйста, Суджин, – Со вздрогнула, когда Шухуа снова притянула её к себе и уткнулась губами в шею. – Не оставляй меня больше. Даже если твои чувства ко мне пройдут, позволь мне быть для тебя другом. Я просто… я не хочу проходить через то же, что четыре года назад.       – Я же пообещала. Мы даже договор подписали.       – На салфетке.       – Я понимаю, что сделала тебе больно, и мне жаль, но этого больше не повторится. Никогда. Теперь, когда мы… когда ты снова рядом, я… я не могу… я не позволю себе снова тебя потерять.       Шухуа пробормотала что-то в плечо Суджин, но через секунду снова затихла.       – Что такое?       – Просто сказала, что скучала по тебе.

***

      Минни знала, что встреча с командой за пределами поля не закончится для неё ничем хорошим. Она отлично ладила с теми девушками, с которыми играла в сборной, но игроков из команды университета едва ли можно было назвать её друзьями. Сперва они злились на то, как быстро и легко (нихрена не легко) ей досталась должность второго капитана, затем возмущались из-за внимания скаутов, места в сборной. Последней каплей стал Инстаграм. Минни не скрывала ориентацию, но и прямо не говорила, и новость о том, что она снимает квартиру с четырьмя другими девушками быстро разнеслась по университету.       Ей даже пришлось сменить шкафчик, – взять тот, что под камерой, – потому что на её старом почти каждый день писали «ИЗВРАЩЕНКА» и подбрасывали то мусор, то просто грязь с футбольного поля.       В этот раз всё сразу пошло так же, как обычно. После тренировки Одри, – помощник капитана и полузащитница, – повела всех в стейк-хаус рядом с университетом. Там работал её парень. Минни ладила с ним, хотя и не всегда хотела общаться. Оказалось, в этот день он отдыхал там с друзьями, и они почти сразу окружили девушек из команды, предлагая им пиво или чего-нибудь покрепче, обнимая, даже целуя в щёки.       Минни не обращала на это внимания, пока один из этих парней не подсел к ней.       – Не хочешь поехать в клуб сегодня вечером? У меня есть пригласительный.       – Нет, извини.       – Почему?       – Хочу побыть дома.       Подтолкнув своего парня плечом, Одри усмехнулась.       – На твоём месте я бы не надеялась, Кори.       – О чём ты?       – О Минни. Она не в твоей лиге, если ты понимаешь, о чём я, – и, разведя указательный и средний пальцы в виде буквы V, провела между ними языком. Кори покраснел, а затем рассмеялся.       – Ну, возможно, она просто ещё не была с настоящим мужчиной достаточно долго.       Тошнота подступила к горлу Минни.       – Думаю, мне пора.       Одри схватила её за руку.       – Это же просто шутки.       – Которые я не хочу слушать.       – У тебя что, нет чувства юмора, Йонтарарак? К тому же за всё время, что ты в команде, я ни разу не видела, чтобы ты была с девушкой. Может, они тебе и не нравятся?       – А что, я должна привести свою девушку к вам как какой-нибудь трофей?       – Нет, но мы знакомы с парнями друг друга, Минни, и часто проводим время вместе, а всё, что ты делаешь, – сидишь в стороне и молчишь.       – И?       – Ты не хочешь с нами разговаривать?       Обведя взглядом команду, Минни скрестила руки на груди.       – Мне просто не о чем с вами говорить. Это всегда о сексе, а я… я не хочу говорить о чём-то настолько личном.       – Да у тебя всё – личное. Ты как будто всегда в стороне от нас. Нет, даже не так. Ты всегда будто выше нас. Такая крутая Ниша Йонтарарак.       Минни ушла, не отвечая. Всю дорогу до квартиры её трясло, а в голове роем разъярённых пчёл крутились мысли. Одри была права, за всё время учёбы в университете она никогда не была с девушками. Некоторые из них флиртовали с ней, приглашали на свидание и даже остаться наедине, но каждый раз Минни отступала, отказывалась. Сперва думала, что дело в чувствах к Шухуа, но затем влюблённость прошла, и она поняла, что вообще не испытывает ни к кому влечения.       Вернее, почти не испытывает.       Вздох сорвался с приоткрытых губ, когда, войдя в квартиру, она увидела Миён. Чо лежала на диване в гостиной. Край белой майки задрался, обнажая часть плоского живота. На худой шее проступали мышцы. Минни сглотнула, подавляя мысль о том, насколько сильно хочет пройтись по ним поцелуями, и заставила себя улыбнуться. Это её подруга, девушка человека, которого Йонтарарак любит больше, чем себя, и она не имеет права так думать.       «Так мерзко», – пронеслось в голове брюнетки.       – Эй, красотка, – Миён приподнялась на локтях. – Ты позже, чем обычно.       – Девочки предложили поесть вместе.       – О… всё закончилось катастрофой, да?       – Не думаю, что катастрофой, просто… кхм… неприятно, наверное. Не имеет значения.       – Всё, что касается тебя, имеет значение, мой мышонок.       Оказавшись рядом, Миён потянула Минни к дивану, усадила рядом с собой. Аромат её одеколона проник в лёгкие. Ким хотелось вдыхать его снова и снова, заполнять им свои внутренности, запечатать его в лёгких, чтобы запомнить на всегда, но она позволила себе лишь вдохнуть чуть глубже. Перед глазами возник образ Юци, и стыд заполнил грудь. Она уже допустила ошибку, позволив влюблённости в Миён взять над собой вверх, и сейчас не могла всё разрушить. Не могла лишиться одной из лучших подруг.       – Просто глупость.       – Тогда расскажи, чтобы я могла посмеяться над ней.       Минни покачала головой.       – Какой-то парень, которого мы встретили в стейк-хаусе, сказал, что у меня просто не было нормального мужчины, а потом девушка из моей команды сказала, что он может быть прав, потому что за время учёбы я ни разу не была с девушкой. И что я вообще провожу с ними недостаточно времени.       – Может, потому что они разрисовывали тебе шкафчик с того дня, как ты стала капитаном? – Фыркнула Миён. – Ладно, логика определённо не их сильная сторона. То, что ты не была с девушкой, ничего не значит. Ты ведь была влюблена в Шухуа, верно?       – Я… на самом деле я много думала об этом. Когда мы выходим куда-то с национальной сборной, то иногда они обращают внимания на девушек. Они говорят, что те красивы и сексуальны, и я понимаю, что это так, но при этом всё равно не испытываю к ним того же.       – То есть не хочешь их? И где проблема? Ты не обязана хотеть первую же встречную красотку.       – Я понимаю, но… ты не расскажешь об этом Шу?       – Ни слова.       – Я думала о ней в подобном ключе, когда была влюблена в неё. Я… кхм… я представляла её, и… это так стыдно.       – Эй, – Миён накрыла её руку своей. – Я никому не расскажу, клянусь. Это только между нами.       – Спасибо.       – Значит, ты хотела человека, к которому испытывала чувства?       – Да.       – Может, ты просто из тех людей, которым нужна сильная эмоциональная связь? Я встречала таких в баре. Они говорили, что равнодушно относились к сексу, когда он появлялся в разговорах с их друзьями, или вообще испытывали отвращение. Они даже не понимали, что значит «возбуждающий», потому что сами испытывали подобное только к тем людям, которые были для них достаточно близки эмоционально. Это нормально, Минни.       – Ты так думаешь?       – Люди слишком сложный вид, чтобы делить их на тех, кто хочет секса, и тех, кто его не хочет. Это не просто лист бумаги, одна сторона которого чёрного, а вторая – белая, а целый спектр, и ты можешь находиться где-то в серой зоне или на границе между двух цветов. Не хотеть секса нормально, как и хотеть его. Важно лишь то, чтобы и ты, и твой партнёр были на него согласны.       – Я понимаю, просто… так неловко иногда слушать всё это. Девушки говорят о том, как спали со своими парнями, а потом смотрят на меня, будто надеются, что я присоединюсь. Но даже если бы у меня была девушка, я бы не рассказала, как сплю с ней.       – Всегда благородная Ким Минни, – рассмеялась Миён.       Её рука прошлась по скуле Минни и остановилась на линии челюсти.       – Ты прекрасна, Минни, и плевать, что думают те дурочки, с которыми ты играешь в команде. Делай то, что делает тебя счастливой. И не бойся говорить со мной. Мы же всё-таки друзья. Я люблю тебя.       – Я тоже тебя люблю.