VITRIER

      – Папа, а что значит «взять под покровительство»?       – А мама тебе не рассказывала?       – Нет.       – Ну, Соник… Хозяева и владельцы лавок нанимают к себе на работу мастеров, простых людей, как мы с тобой. А мастера в свою очередь делают для них разные вещи: украшения, посуду, мебель. А потом хозяин продаёт эти вещи своим клиентам, за что получает выручку. Иногда клиенты могут лично попросить какого-то мастера сделать для них то или иное изделие. За это обычно платят больше, а значит и сама выручка больше. Но иногда, очень редко, клиент может быть настолько очарован работами мастера, что он может «выкупить» этого мастера, чтобы он делал вещи только лишь для него. Взамен мастер обязан делать для него изделия высшего качества, чтобы оправдать вложенные в него средства. Это и называется взять под покровительство, – тепло сказал отец мальчика.       – А если у мастера много долгов… Его могут взять под покровительство?       – Это… Совсем уж редкость, – голос мужчины стал заметно печальнее. – Некоторые мастера, которых взяли под покровительство, не оправдывали ожиданий своих новых хозяев. По сути, дворяне, которые их выкупили, впустую потеряли деньги и по итогу тех мастеров выкинули на улицу… Хоть подобное случается довольно редко, но всё же из-за подобных историй дворяне стали всё реже брать мастеров под покровительство, тем более тех у кого были долги, ведь никто не хочет тратить ресурсы и деньги зря, – под конец голос мужчины стал совсем уж хриплым и печальным. Ежонок подошёл к отцу и положил свою ладонь на его руку, а он в свою очередь посадил сына себе на колени. – Знаешь, Соник, мне стоит извиниться перед тобой, за то, что мы с мамой нахватались долгов в своё время. Хотели дать тебе счастливую жизнь, думали, успеем всё выплатить, а по итогу…, – с тяжёлым вздохом сказал мужчина. – Но всё же я верю, что когда-нибудь тебя возьмут под покровительство, не смотря на то, что у нашей семьи есть долги и не смотря на твою слепоту.       – Ты, правда, так думаешь?       – Не только. Я искренне верю в это, – сказал отец мальчика, после чего обнял его так крепко, как только мог.       Слова мужчины отразились эхом в голове ежа. Спустя недолгое время Соник открывает глаза. Как обычно кроме бескрайней мглы он ничего не видел, обычное дело во время пробуждения. Но ощущения при этом были иные. Он не ощущал слабости или боли в теле, из-за того что как обычно заснул за столом на рабочем месте, наоборот же судя по ощущениям он лежал на какой-то мягкой и удобной поверхности. Наверное, вчера он смог вовремя закончить работу и сейчас просто лежит на своей кровати, или… Проведя пальцами по одеялу, явно сделанному из дорогой ткани, стекольщик начал вспоминать, что же вчера произошло. Ох, точно, его же вчера взяли под покровительство. Даже не верится, что это был не сон. Но в таком случае, который час? Не спал ли он до обеда, из-за наглости своей? Есть ли уже у барина поручения для него? Его же не выпрут на улицу в первый же день?       Поток нескончаемых вопросов прервал тихий звук открывающейся двери, на который сразу же повернулся Соник.       – Вижу, вы наконец-то проснулись, – послышался добрый голос Андре.       – С добрым утром…, – неуверенно произнёс ёж. – Сколько сейчас?       – Десять часов дня молодой мастер, – сказал мужчина, пройдя в комнату и положив что-то на стол.       – Так поздно?! – обеспокоено спросил Соник, тут же вскочив с кровати. – У хозяина уже есть ко мне поручение?! Он же ещё не разгневался от моего безделья?!       – «Хозяина»? Вы имеете в виду господина Даркнесса?       – Господин Даркнесс? Это… Шедоу? – вновь неуверенно спросил ёж, из-за чего в воздухе повисла неловкая тишина, а после послышался задорный и весёлый смех Андре.       – Охохо! По видимому молодой господин забыл вам назвать свою фамилию! – сквозь смех сказал он. – Но да господина зовут Шедоу Даркнесс. И на данный момент у него к вам нет никаких поручений. Можете, не беспокоится, – после этих слов Соник смог облегчённо выдохнуть. – Но у меня есть несколько поручений от него. И для начала я вам рассажу несколько вещей, что не смог сказать вчера, из-за вашей дремоты, – сказав это, Андре взял за руки мастера и подвёл его к дальней стене комнаты. – Наши комнаты находятся рядом, буквально за этой стеной находится моя. Если тебе что-нибудь понадобится, то ты можешь постучать по стене три раза, и я прийду к тебе.       Когда мужчина закончил говорить, Соник прикоснулся одной рукой к стене, а затем развернулся и начал идти в противоположную сторону, попутно что-то считая.       – Раз… Два… Три… Четыре… Пять… Шесть… Семь шагов до кровати, – тихо говорил он себе под нос.       – Вижу, вы нашли способ, как ориентироваться в комнате, – сказал Андре, подойдя к ежу. – Итак, возле вашей кровати находится стул. Несмотря на то, что в вашей комнате есть шкаф, вещи вы можете складывать на этот стул.       – А где находится шкаф?       – Пройдёмте сюда…, – сказал мужчина, вновь взяв мастера за руки, начиная вновь его вести. – Здесь находится шкаф. В нём обычно хранится запасная или парадная одежда, в зависимости от должности прислуг. Но на удивление многим хватает и обычного стульчика, – когда он закончил говорить, Соник начал ощупывать дверцы шкафа. На его удивление они оказались не простыми, а с объёмными украшениями, сделанными из кого-то дорогого дерева, и вырезанными узорами, но разве подобный шкаф может стоять в комнате простого мастера? Ручки тоже удивили, они были сделаны из какого-то металла. –Наверное стол придётся переставить в другую комнату.       – А… Зачем?       – Ты же слеп. Документы ты заполнять не можешь, читать или рисовать тоже, а работать ты будешь в мастерской на первом этаже. Так что я даже не представляю, как тебе может понадобиться стол.       – В этой комнате есть полочки?       – Нет. А зачем вы спрашиваете?       – Просто нужно же её где-нибудь поставить, – сказал Соник и начал идти в сторону кровати. Остановившись возне неё, он аккуратно сел на корточки и стал икать свою сумку, отыскав, он достал из неё мамину шкатулку, а после встал на ноги. Вытянув руку вперёд, он стал пытаться на ощупь найти стол, иногда понемногу шагая вперёд. По итогу к нему подошёл Андре и помог ему дойти до стола, а после ёж поставил туда шкатулку.       – Прелестная вещица. Откуда она у тебя?       – Эта мамина. Она досталась мне после её смерти.       – Ох, сожалею… Это произошло в тот год?       – Да, – от чего-то после этих слов Андре обнял Соника, словно своего родного сына.       «– Наверное, он тоже кого-то потерял тогда», – невольно подумал ёж, когда ощутил столь неожиданные действия со стороны мужчины.       – Что ж молодой мастер, думаю, нам стоит перейти к следующему поручению, – сказал Андре слегка хриплым голосом. – Я вам принёс новую одежду. Вам надо переодеться, – мужчина немного отошел от Соника, а после протянул ему новую одежду.       Мужчина вышел из комнаты, оставив ежа один на один со своими мыслями. Со вздохом мастер начал снимать с себя родные лохмотья и откладывая их на дальнюю часть стола. Новая рубаха ощущалась иначе старой, менее колючая, более приятная на ощупь, сразу видно сделана из дорогой ткани, разве что велика слегка. А вот штаны оказались в пору, но показались мастеру слегка коротковаты. Впрочем, грех жаловаться столь хорошую одежду. Жилет он просто накинул на плечи, а туфли надел на босые ноги. Как надеть оставшуюся одежду он так и не понял. Закончив одеваться, Соник подошёл к стене и постучал три раза, а затем начал ждать Андре.       – Я закончил, – сказал ёж, когда тот пришёл.       – Ну не совсем, – по-доброму сказал мужчина, а после подошёл к Сонику. Сначала он заправил ему рубаху, а затем застегнул жилет, не забыв перед этим поправить ворот и рукава рубахи. – А почему вы не надели чулки* и не завязали ленту?       – Я не понял, что с ними делать.       – Полагаю по этой же причине вы и не застегнули камзол*, – в шутливой манере сказал Андре, а после усадил ежа на стул.       Сняв с ног Соника туфли, поводырь начал натягивать на его ноги чулки, чуть выше кален, не забывая при этом застегнуть пуговицы на штанинах. Затем он помог одеть ежу обувь, а после завязал на его иглах ленты.       – Теперь вы полностью готовы, – закончив работу, сказал мужчина.       – Можно ли мне задать вопрос? – неуверенно произнёс Соник, переминая пальцами рукава рубахи.       – Конечно.       – Это точно одежда для рабочих?       – Вам в ней неудобно?       – Нет-нет, что вы? Просто эта одежда кажется такой дорогой… Что если я испачкаю её? Или испорчу во время того, как буду делать стеклянное изделие?       – Не стоит беспокоиться об этом. Подобную одежду носит не малая часть прислуги, что живёт в поместье. И учитывая вашу работу, вам скоро будет изготовлен второй комплект одежды, как и новая шинель.       – А что со старой будет? – от чего-то обеспокоенно спросил мастер. – Что со старой шинелью будет?       – С ней то? Скорее всего, выбросят.       – А можно мне её оставить?       – Зачем? Господин упоминал, что она вас совсем не грела.       – Она мне от отца досталась. Я хочу её сохранит как память о нём.       – Я сообщу об этом господину, – сказал Андре помогая встать Сонику. – Что ж думаю мне пора показать ваше новую мастерскую.       Мужчина начал вести мастера по длинным коридорам поместья, в которых было немало прислуги. Каждый раз при виде нового насельника они начинали перешёптываться, но Соник из-за волнения перед предстоящей работой не мог разобрать и слова. Из-за этого же волнения он по невнимательности, когда они с Андре подошли к лестнице, чуть не свалился на первый этаж. Но благо его успел подхватить Андре.       – Думаю, вам надо будет сделать трость, чтобы подобных казусов больше не повторялось, – после этих слов молодой мастер смущённо отворачивает голову в сторону, понимая, что только усложняет работу мужчине. Впредь он будет стараться быть более аккуратным.       Когда они наконец-то дошли до мастерской Соник сразу же почувствовал жар от печи, а в нос ударил запах гари. Андре, как и до этого, показал, где что находится, а после отвёл ежа на завтрак.       После утренней трапезы Соник вернулся в мастерскую и просидел там до позднего вечера, ожидая какой-либо работы, лишь изредка на что-то отвлекаясь. Но по итогу, когда Андре отвёл его обратно в комнату и переодел в сорочку, он так и не дождался поручений.       Шли дни, недели. За это время рабочая одежда в поместье успела полностью сменится. Теперь, как говорил Андре, Соник носил не пёстрый наряд, а удобную и элегантную одежду, состоящую из рубашки, узких брюк и жилета. За это же время он успел узнать, что Шедоу является знатным торговцем, что успел прославиться не только в родной стране, но и за границей. За это же время в поместье успело появиться несколько новых вещей, а у Соника всё так же не было работы. В один из дней, когда он в очередной раз засиживался допоздна в мастерской, Андре ему даже сказал: «Думаю, господин сам к вам придёт, когда ему что-нибудь понадобится». После этого Соник начал покидать свою комнату всё реже и реже, а слышать сплетни на его счёт всё чаще.       – Ох, и зачем господин взял этого ежа под покровительство? Причём работы ему не даёт, а вещами одаривает раньше всех! – говорила одна из девушек.       – Может из жалости? Всё же не каждый барин будет брать под покровительство слепого мастера, да к тому же с долгами, – сказала вторая.       – И не говори! Господин больно уж сердобольным стал после смерти Марии.       Слышать подобное, Сонику было неприятно. От части из-за того, что это скорее всего было правдой. Ведь, правда, для чего его взяли покровительство? Просто из жалости? Или в качестве красивой куклы? Молодой мастер никогда не знал, как выглядит, но судя по словам других людей, природа не обделила его красотой. Так что вполне возможно, что его взяли в качестве красивого украшения в доме. Но если это так, то остаётся лишь один вопрос: что же с ним будет, когда он надоест господину.       В один зимней день, близкий к новому году, Соник сидел в свой комнате. Бесконечная тишина и скука от безделья уже начинали давить на голову, но это лучше чем ходить по коридорам поместья и слышать несуразицы про свою бесполезность. Дело уже шло к вечеру. Чтобы занять себя хоть чем-то ёж решил завести мамину шкатулку. Её тихая мелодия расслабляла и успокаивала, позволяла отвлечься от тревожащих его мыслей, словно давно забытая колыбельная. Сидя за столом, уже в полудрёме, молодой мастер, что-то тихонько напевал себе под нос, иногда качая головой в такт музыки из шкатулки. Но в какой-то момент мелодия начала стихать, а потом и вовсе прекратила играть. Соник уже потянул руку и хотел снова завести шкатулку, но её перехватил неожиданный гость, которого ёж не сразу заметил.       – Прекрасная работа. Интересно кто же автор этой работы?       – Г-Господин Даркнесс?! – молодой мастер сразу же вскочил со стула и почтенно поклонился, когда понял, кто стоит перед ним. – Чем я могу быть полезен? – на его вопрос Шедоу никак не ответил. Лишь коротко хмыкнул и поставил шкатулку на место.       – Андре сказал мне, что ты сильно скучаешь без дела. Наверное, стоило сообщить тебе раньше, но из-за дел всё времени не находилось. Ты можешь делать любые стеклянные изделия, не зависимо от моих указаний, – после этих слов Соник почувствовал, как чужая рука начала гладить его по голове. Он перестал кланяться и начал ожидать, что же дальше скажет хозяин поместья, предположительно посмотрев ему в глаза. – Если тебе понадобятся материалы или инструменты, то просто сообщи об этом Андре, а я разберусь со всем остальным.       – Х-Хорошо, – неловко сказал мастер, опустив глаза в пол.       – Тебя что-то гложет?       – С чего вы взяли?       – Пускай ты этого не видишь, но твои глаза явно дают понять, что ты чем-то обеспокоен, – сказал Шедоу, положив руку на плечо ежа. Соник в ответ лишь повернул голову в сторону, где должно быть окно. Интересно, на улице сегодня идёт снег? – Ну так что случилось?       – Мои слова будут звучать невежественно, ведь вы мне дали новый, новую одежду, выплатили долги мои долги, по сути, подарили новую жизнь. Но всё же меня уже долгое время волнует один вопрос. Для чего вы взяли меня под покровительство? Работы вы мне не даёте, но раньше всех даёте мне новые наряды и одеваете как куклу. Я думал, что возможно выступаю в качестве украшения, но вы так же меня никуда не берёте, не представляете своим гостям. Я действительно не понимаю, для чего я здесь нахожусь. Или вы взяли меня под покровительство только из жалости? Извините, коль уж меня за мои неблагодарные слова, я буду готов понести любое наказание, – говорил ёж с опущенной головой.       – Тебя это волнует из-за слухов?       – Возможно… А возможно из-за слов отца. Он говорил, что бесполезных мастеров подобных мне просто выбрасывали на улицу.       – Вот оно как. Что ж твой отец был в какой-то степени прав. Должно быть, мне стоит извиниться за принесённое беспокойство, ведь мои действия со стороны действительно должны вызывать вопросы. Я взял тебя под покровительство не из жалости. Просто ты мне кое-кого напоминаешь, и из-за этого я не даю тебе работу и никак не беспокою. С теми, кто похож на моих близких я действительно становлюсь сентиментальным, – от подобных откровений Соник снова начал ощущать странный жар на своих щеках. Но не успел он опомнится и что-либо сказать, как услышал, что Шедоу вновь завёл мамину шкатулку. – Кстати, а где твоя мама нашла эту шкатулку? На вид она конечно простовата, но сомневаюсь, что твоя семья могла позволить себе купить даже такую вещь.       – Её сделал папа, в качестве свадебного подарка.       – Правда? Тогда это объясняет, откуда у тебя такой талант к ремесленным делам.       На мгновение в комнате повисла тишина, прерываемая лишь тихой мелодией. Момент казался странным интимным, а если попытается что-то сказать, то он бы ещё и неловким. Музыка из шкатулки перестала проигрывается, но что странно, тишина впервые не давила так сильно на уши.       – Кстати, ты не хочешь узнать, что сейчас происходит в городе?       – Конечно хочу!       – Тогда предлагаю, прогуляется со мной. Вечер очень приятный, и странно было бы провести его в душной комнате.       – Если вы… Позволяете конечно же.