Ты – мой любимый фильм.

Ради этих наслаждений

Уничтожь скорее всё вокруг себя!

… Стрелки часов показывали примерно 13:20. Солнце было всё ещё высоко и светило на все сто, благодаря чему в комнате было светло. Но внезапно потемнело после того, как резко встал с кровати. Само собой. Капо прислонился плечом к стене, чтобы просто не упасть. Придя в норму несколько несколько секунд, он перевёл взгляд на спящее тело. Или он притворно спал? Ну, что притворяйся, что не притворяйся, все равно суть одна. Что руки связанны за спиной. Усмехнувшись этой картине, мужчина неспеша направился на кухню. Во-первых, чтобы попить воды. А во-вторых, чтобы узнать время. Оказывается, уже два часа дня. Прогадал. Хотя разница не особо большая, так что ничего страшного. И вообще, почему это может быть страшно. Бруно поставил стакан под струю воды. Взгляд упал на предплечье, на котором красовались бинты, под которыми была свежая рана. — Сучёныш, отбиваться решил… Вздохнув, той же рукой тот выключил воду, после чего преподнес стакан к губам. В такие моменты вода особо вкусная и сытная. И кто придумал, что вода не имеет вкуса? Опустошив стакан, капо повернул голову в сторону окна. Красиво. Но в соседней комнате есть кое-что более красивое. Как так нагло можно изменять. Через пару минут Буччелати возвращался в свою комнату и первым делом тот собирался по-любоваться Леоне. Но на кровати его не оказалось. Тогда взгляд Бруно стал быстро осматривать комнату. Сероволосый оказался на полу около тумбочки. Теперь появилось два вопроса: как и зачем. — Тебе чё, мало было? Я сказал на кровати лежать, — с недовольным лицом Бруно подошёл к блондину, после чего сел перед ним на корточки. На что в ответ получил отрицательное мычание. — Рана же ещё кровоточит, и там бинт почти насквозь. Не хотел тебе постель марать… Капо замолчал, обдумывая сказанное. Врать ему сейчас незачем. Значит и вправду не хотел пачкать? Как мило. Бруно улыбнулся, после чего перетащил Аббакио обратно на кровать, только уже немного в другое положение. Голова Леоне находилась на коленях капо, в то время как рука Бруно неспеша скользила по чужим волосам, иногда останавливаясь, чтобы вокруг пальца наматывать прядь волос. Довольно спокойная атмосфера, хотя час назад один в другого ножом тыкал. Бьёт — значит любит. Какая глупая фраза. Но зато почти полностью описывает любовь Бруно, если тот не будет сдерживаться. — Бруно… — прервал тишину блондин, заговорив шепотом. — Думал, ты спишь, — Буччелати впервые за полчаса опустил взгляд, чтобы посмотреть в лицо Аббакио. — Ты же не будешь мне ложкой… — Не хочу отвечать, — перебил капо. — Тогда можешь принести воды? Бруно кивнул. Столкнув с себя Леоне, из-за чего тот упал на пол, синеглазый направился на кухню. А ведь даже подняться нельзя, руки-то связаны. Не удобно. Поставив стакан с водой на стол, Буччелати несколько секунд смотрел на него в размышлениях. Решив оставить все так, как есть, Бруно понёс воду в спальню. — Бабайка, может тебе подстричься? — Почему я бабайка? — Ну даже не знаю. Аббакио тебя называть слишком длинно. Абба глупо звучит. Если вторую букву поставить на место первой, будет баба. А там по мелочи и будет бабайка. Что-то не нравится? — Ну и ну, очень оригинально. Капо подошёл к собеседнику, сел около него на корточки и протянул стакан с водой. Теперь на его лице была милая улыбка… — Ты издеваешься? У меня руки связаны, я взять не могу. — Во-первых, это твои проблемы. А во-вторых, ты ахуел так со мноц разговаривать?! Через пару мгновений в него полетел стакан.