Однажды в декабре

Это был самый странный день рождения Годжо. Обычно он просто с широкой улыбкой принимал все поздравления от знакомых, его навещали Нанами и Хайбара, успевали выпить бокал с Сёко и Сатору приходил в квартиру, включая свой любимый сериал. Хайбара спрашивал почему он не ходит в бары, которые любил, или даже в клуб. Почему-то в день рождения Годжо не хотел никого видеть. Да и не было человека, которому можно позвонить и тот будет сразу готов поддержать идею именинника. Но сегодня прошла уже неделя с тех пор, как он волонтер в детском доме, а Утахимэ проболталась мелким чертятам, и те громко выкрикнули: — С днем рождения, Годжо-сенсей! И Сатору нисколечки не прослезился от этих детей, похожих на маленьких котят, он слишком крутой для этого. Но остаться решил в приюте до последнего заснувшего ребенка. К тому же, не изменяя себе, к пяти вечера пришла настоящая причина его ежедневного торчания здесь. Гето Сугуру, конечно, не знал что у Сатору праздник, но надел черную водолазку будто в качестве подарка. Еще эта тонкая золотая цепочка. Этот мужчина его погубит. Но и Годжо не промах! Выгладил свою приталенную рубашку, расстегнул верхние пуговицы, закатил рукава и вылил на себя неприлично дорогие духи. Наверно, перед смертельным боем он бы меньше готовился. Близняшки сразу бросаются на Гето, и Нанако тараторит о сегодняшнем дне, пока Мимико держится за край штанов и смотрит сияющими глазами. Если комиссия откажет Гето — Годжо лично устроит скандал. Меньше чем за неделю ему удалось понять, что этот мужчина станет девочкам не приемным, а родным отцом. Гето о чем-то переговаривается с Утахимэ, и та с улыбкой кивает. Годжо даже не знал, что она улыбаться умеет. Близняшки радостно смеются и выбегают из зала, а Гето пытается поспеть за ними, но тормозит рядом с Годжо. — Мы идем играть в снежки, — бросает он. Дважды Сатору приглашать не нужно. Гето долго возится с девочками, одна не хочет надевать шарф, а вторая шапку, но терпение этого мужчины делает его еще привлекательнее. Черт, Годжо конечно постарел на год, но не настолько, чтобы западать на человека по причине его хорошего отношения к детям. На удивление, за день тонкий слой, точно сахарная пудра, превратился в сугробы. Они обогнули здание, и на заднем дворе ещё никто не рушил снежные горы. Ну, в следующую же секунду девочки прыгнули в сугробы, начав перебрасываться снегом. Годжо повернулся к их будущему опекуну, и замер статуей. Гето смотрел на близняшек так, будто они вдыхали в него жизнь. Будто их смех — бензин для двигателя в сердце Сугуру. И он пошел к девочкам, лишь смеясь с того, как они закидали его кашемировое пальто снегом. Годжо так завис, что пропустил снежок, попавший прямо ему в лицо. — Эй! Вы обе-! Он уже потянулся, чтобы извалять в снегу одну из близняшек, но те показывали пальцем на Гето. Тот, как ни в чем не бывало, отряхивал перчатки от снега, а на лице сияла хитрющая улыбка. — Это ты зря, — щурится Сатору. Девочки пищат от удивления, когда Годжо валит Гето в сугроб. Но тот не так прост. Уворачивается от снежка в лицо, и успевает запихнуть за шиворот куртки Сатору горсть снега. План был не в этом, но кататься по сугробам, видя раскрасневшееся лицо Сугуру, было куда лучше любого подарка. Близняшки стояли в искреннем детском шоке, и они оба, не сговариваясь, очередную партию снега кинули не друг в друга, а в девочек. Те вскрикнули, но быстро включились в игру. Наверно, лучше было бы разделить команды на взрослый-ребенок, но две пятилетки вполне успешно стали снежным пулеметом. Нанако складывала снежки, а Мимико их бросала. У мужчин такой слаженности не было, поэтому победа была за сестрами. — А теперь в KFC! — запрыгали они вокруг запыхавшихся Годжо и Гето. Оказывается, Гето разрешали забирать ненадолго близняшек в город даже в обычные дни. Кажется, директору Яге он тоже нравился. Фастфуд был недалеко, но поехали они на машине Гето, чтобы близняшки отогрелись. На таком автомобиле, конечно, смешно приезжать в KFC, но вот они здесь. Сатору уже давно не был в таких заведениях, поэтому с такими же большими глазами как и дети смотрел, как Гето быстро сформировал заказ на экране, успевая разобрать что-то в бесконечных просьбах девочек. Ну, Годжо тоже много заказал, должен же он тут всё попробовать. Они заняли самый дальний стол, но, прежде чем наброситься на еду, сестры подняли кока-колы и посмотрели на Гето. — Вы стесняетесь? — смеётся он. — Сами же рассказали. — Гето-сан, — покраснели они. Сугуру качает головой и поворачивается к сидящему напротив волонтеру. Почему-то Годжо даже смущается. Он чувствует себя подростком. Улыбка Гето делает с ним страшные вещи, или как назвать этот взрыв где-то за солнечным сплетением? — С днем рождения, Годжо Сатору, — поднимает колу Гето. Девочки вторят ему, и Годжо, кажется, благодарит, но на самом деле пытается забетонировать этот момент в своей памяти, и никогда не забывать. И не упустить главное — это был лучший праздник за всю его жизнь.