Prince of Bones

      Два дня спустя они прибыли в портовый город. Остановились в постоялом дворе и отправили Сонхва за едой, чтобы больше не пугать местных своим присутствием. Эти безмятежные два дня Сонхва много общался с Саном и Ёсаном, задавал им миллионы вопросов, которые, казалось, никогда не заканчивались. Его взволнованность была такой умилительной, что задумчивый Хонджун совсем не мог беспокоить пекаря своими ещё не разрешёнными проблемами.       Хонджун не знал, как же заговорить о том, что он снова хочет взять его с собой, поэтому решил пока подождать и понаблюдать за Сонхва. Мужчина, казалось, не возражал против этой идеи, он отлично вписывался в команду, но ведь Хонджун чётко видел шрамы у его рта и слышал, как он ворочался по ночам, когда кошмары не давали ему уснуть.       Может быть, не Сонхва должен был принять трудное решение. Может быть, это должен сделать сам Хонджун.       Но он старался отогнать эти мысли. Сейчас важнее всего были новый корабль и его команда, любовь могла подождать.       Первым, кого они встретили, спустившись к докам, был Минги. Высокий рыжеволосый мужчина был в полном восторге, увидев их. Со скоростью молнии он спрыгнул с бочки, на которой отдыхал рядом с какой-то таверной, и помчался к ним.       Хонджун знал, что за этим последует, и приготовился, расставив ноги пошире, чтобы перехватить Минги и не рухнуть вместе с ним на землю. Мгновение спустя он почувствовал, что тонет в удушающих объятиях своего высокого товарища, от которого сильно разило алкоголем.       — Капитан, вы снова с нами! — речь Минги звучала слегка невнятно, и его было ещё хуже слышно из-за того, что он уткнулся лицом в шею Хонджуна. Капитан со вздохом похлопал его по сгорбленной спине.       — Кое-кому плохо, когда на него наваливается столько всего, а? Ну хватит, ты уже взрослый мальчик, мне пора позаботиться о команде, — он мягко оттолкнул пирата, крепко схватив его за плечо, когда тот пошатнулся, и Минги одарил его глупой улыбкой. На сегодня ему точно хватит.       — Приведи сюда его парня, чтобы он мог присмотреть за этой трюмной крысой. Он принял слишком много рома на борт, — немедленно приказал Хонджун Сану, и тот быстро удалился, оглядывая здания и причал в поисках Юнхо. Ёсан последовал за ним, хотя и не так суматошно.       — Они теперь встречаются? — удивлённый возглас Сонхва, послышавшийся из-за спины Хонджуна, тут же привлёк внимание Минги. Он поднял голову, шатаясь из стороны в сторону, как маятник огромных часов. В его глазах тут же засветились искорки счастья, как только он наконец сфокусировал взгляд Сонхва.       — Принцесса Сваб! Как приятно снова тебя видеть! — Минги рискнул сделать широкий шаг вперёд, но Хонджун сразу толкнул его назад и усадил на ближайшую бочку, будто неуклюжего щенка.       — Сидеть.       Минги послушался с рассеянной улыбочкой, покачиваясь на бочке. Он, словно большой ребёнок, вытянул руки вперёд и сжимал и разжимал кулаки, пытаясь привлечь Сонхва поближе. Хонджун отступил в сторону с тяжёлым выдохом, чтобы пекарь мог обнять пирата.       — Да, да, я тоже рад тебя видеть, Минги. — Сонхва держал его слишком нежно, слишком бережно, поэтому Хонджун притворился, что совсем не ревнует, отводя убийственный взгляд прочь. Разве Сонхва обнимал и его так же ласково? Он когда-нибудь вот так играл с волосами Хонджуна своими мягкими пальцами?       Задумавшись, Хонджун пригладил стоящие торчком пряди, оглядываясь вокруг, будто это было самым интересным занятием на свете.       — Минги! Капитан! Оу, и кто у нас тут ещё? Уже вынашиваешь второго малыша, принцесса? — игриво протянул Юнхо, подбежавший к ним с другой стороны. На его загорелом лице сияла веселая ухмылка, когда он пригнулся, чтобы полуобнять Сонхва одной рукой, а второй твёрдо удержать Минги, напевающего какую-то простую мелодию, за плечо.       Сонхва выглядел… прелестно миниатюрным между этими двумя.       — Замолчи, продажная девка! Я же говорил никому не рассказывать! — в шутку прикрикнул Сонхва на Юнхо, покраснев до кончиков ушей. Хонджун задержал дыхание, впервые в жизни видя, как Сонхва ругается.       Конечно, когда он пытался говорить с пиратским акцентом, это и так невероятно заводило. Но сейчас…       Юнхо был настолько поражён, что погрузился в минутное молчание, сделав шаг назад и застыв на месте.       Минги хихикнул высоким голосом.       Сонхва повернулся к Хонджуну, чтобы что-то тихо ему прошептать. Его беспомощная расстерянность заставила пирата улыбнуться.       — Я неправильно что-то сказал? Перепутал слова?       — Айе, ты чутка ошибся, — Хонджун непроизвольно рассмеялся над шокированным Юнхо, который выглядел так, будто его собственный ребёнок назвал его плохим отцом. Он даже не моргал, тупо уставившись на грудь Минги.       — О господи, что это значит? — Сонхва покрылся багровым румянцем, прячась за плечом Минги, чтобы Юнхо не мог его видеть. Хонджун чуть не задыхался от смеха.       — Проститутка. Ты только что назвал его проституткой, — ответил Хонджун, тяжело дыша в перерывах между неконтролируемыми приступами смеха. Ему пришлось присесть и обхватить свои колени руками, дабы не упасть из-за ослабевших ног. Он бросил ещё один взгляд на застывшее лицо Юнхо и засмеялся ещё больше.       — Боже, — Сонхва отстранился от Минги и закрыл лицо руками, его смущение только усилилось от громкого смеха Хонджуна. — Прости, Юнхо, я имел в виду другое. — Он кротко зажмурился, обеспокоенно глядя на неподвижного пирата, который только открывал и закрывал рот, не говоря ни слова.       Хонджун уже едва не плакал.       — Нет, не извиняйся. Всё правильно. Перестань вести себя, как девка, и позаботься о Минги, Юнхо. Завтра он должен быть трезв, когда мы будем голосовать за звание. — Капитан изо всех сил старался подавить смех, который продолжал вырываться из груди, и подошёл к расстроенному Сонхва, обнимая его за плечи всё ещё дрожащей рукой.       — Ну-ну. Из тебя получается славный пират. А теперь, давай, расскажи мне, что он только что там сказал насчёт ещё одного ребенка? Что я пропустил?       Хонджун знал. О, он знал. К его большому разочарованию, Сонхва не рассказал ему о своей «беременности», когда это было важно, но Юнхо позаботился о том, чтобы вспомнить эту историю перед всеми на борту во время одной пьяной ночи, которую они провели совсем вскоре после того, как оставили Сонхва.       Хонджун был на грани того, чтобы развернуть корабль и дать Сонхва то, чего он так хотел, не останавливаясь, пока вокруг не будет бегать маленьких Хонджунов столько, чтобы хватило для целой новой команды. Но он этого не сделал. Исключительно по той причине, что Сонхва был мужчиной и никогда бы не смог забеременеть, как бы сильно Хонджун ни старался.       Хотя, иногда он задавался вопросом, могла ли знать Лив какое-нибудь заклинание для этого.       Сонхва уткнулся ему в шею, что-то бессвязно бормоча. Его щёки были такими горячими, и Хонджун улыбался всё шире, пока вёл его по улице к тому месту, где исчезли Сан и Ёсан.       — Хм, что? Я тебя не слышу.       — Он это выдумал, я понятия не имею, о чём он говорит, — повторил Сонхва со всем возможным достоинством, снова поднимая голову, чтобы попытаться успокоиться.       Хонджун ухмыльнулся ему, скользнув рукой вниз, чтобы схватить мужчину за бёдра, и властно притянул его ближе, так что их тела оказались на одном уровне. Наконец-то он смог сделать это снова; он скучал по своим сапогам. Он сорвал стон с губ Сонхва, наклоняя голову, чтобы посмотреть на его лицо, которое тот снова прятал от посторонних глаз.       — Правда? Странно, звучит так, будто такое могло с тобой случиться. Ты хочешь ребёнка, Хва? — продолжал дразнить Хонджун, шепча ему на ухо, в то время как его пальцы поглаживали плоский живот мужчины, заставляя его красиво заскулить.       — У-у меня уже есть Тикки, прекрати! Я знаю, что у меня не может быть ребёнка, он просто пошутил надо мной. — Он нерешительно попытался высвободиться из объятий Хонджуна, но тот только схватил его ещё крепче. Вид того, как он выгибается и вертится в его руках, вызвал у Хонджуна плотское желание прижать Сонхва к ближайшей поверхности.       — Мм… Представь, что Тикки могла быть нашим ребёнком. Я бы так хорошо заботился о тебе. Ты бы всегда был хорошенько подготовленным для меня и провёл бы все девять месяцев на моей кровати, позволяя мне баловать и портить тебя. Разве тебе это не понравилось бы? Ты был бы таким открытым для меня, таким тяжёлым с малышом внутри, и я бы исполнял любые твои прихоти. Держу пари, в тебе было бы так жарко и свободно.       Как и ожидалось, Сонхва навалился на него из-за ослабевших ног, подначивая Хонджуна схватить его и оттащить в ближайший тёмный переулок между рядами домов, прижав всем телом к стене.       — Хонджун–Хон… — тяжело дышал Сонхва. Его глаза широко раскрылись и потемнели от всё усиливающегося вожделения.       Хонджун почувствовал, как твёрдая длина прижалась к его бедру, и озорно ухмыльнулся. Он намеренно прижал их промежности друг к другу, заставляя Сонхва отчаянно ухватиться за его бёдра.       — Я прав, не так ли? Тебе бы это понравилось. Посмотри, как сильно ты дрожишь, какой ты твёрдый только из-за разговоров об этом, — Хонджун провёл рукой вниз по телу Сонхва, обхватывая его ноющий член через ткань штанов. Сонхва со слабым звуком прислонился головой к стене, глядя на Хонджуна сквозь свои длинные ресницы.       — Пожалуйста…       — Пожалуйста что, сладкий? Чего ты хочешь?       Голос и манера говорить Хонджуна, безусловно, подействовали на Сонхва, заставив его выгнуться и прижаться ближе.       — Твои бёдра, пожалуйста, я хочу… — Он замолчал, почувствовав, как Хонджун просунул ногу между его ног, прижимая обнаженное бедро к Сонхва. Мужчина быстро поднес руку ко рту, прикусив костяшки пальцев, чтобы подавить стон, а Хонджун знающе ухмыльнулся.       — Я знал, что они привлекут тебя. Продолжай. И не стесняйся своих прекрасных стонов.       Сонхва отреагировал мгновенно, поменяв положение, чтобы Хонджун мог повернуться к стене и опереться на нее руками. Он осторожно прислонился щекой к прохладному камню, слушая, как Сонхва шуршит одеждой.       Через несколько секунд мужчине наконец удалось снять штаны и смазать себя слюной. Хонджун пробормотал похвалу, когда руки Сонхва легли на его бёдра, нежно удерживая его на месте, пока он скользил между ними, тихо постанывая.       Хонджун пошевелился, плотно сжав ноги вокруг Сонхва, что заставило мужчину низко рыкнуть.       Хонджун хотел знать, что стоит за всей этой добротой и невинностью. Он не сомневался, что у Сонхва есть какие-то очень извращённые тайны, и он хотел раскрыть их все. Поэтому он потянулся назад и запустил руку в его волосы, чтобы притянуть к себе, заставить двигаться.       — Давай. Заставь меня чувствовать это ещё несколько дней и покажи всем, что мы сделали.       Это было всё, в чем нуждался Сонхва, — он резко подался бедрами вперёд, так что Хонджун прижался промежностью к стене и стон сорвался с его губ.       Сонхва притянул его к себе, впиваясь губами в шею, и скольжение было таким приятным, что Хонджуну стало невыносимо жарко. Он снова заговорил, заводя Сонхва ещё больше и плотно сжимая мышцы вокруг его члена. Он старательно доводил мужчину до оргазма, а сам наслаждался грубой рукой, заставившей его запрокинуть голову, чтобы Сонхва мог жадно впиться в его губы.       Когда Хонджун просунул пальцы между стеной и своим телом, встречая ими головку, которая выглядывала между его ног с каждым толчком Сонхва, мужчина быстро начал сбиваться с ритма, отчаянно зажимая его ближе к стене.       Он кончил почти сразу после этого, испачкав руку Хонджуна и оставив его бёдра горячими и натёртыми.       Хонджун тяжело дышал, опуская и вытирая руку о штаны, а потом сунул пальцы в рот и тщательно слизал остатки. Обернувшись, он встретился взглядом с Сонхва и увидел, что тот с желанием опустился перед ним на колени. Хонджун приподнял изящную бровь, ухмыляясь и продолжая держать пальцы во рту.       — Ты всё ещё помнишь, как это делается?       — Позволь мне показать.       С этими словами Сонхва закинул ногу Хонджуна себе на плечо, оставляя засос на покрасневшей коже, прежде чем приступить к делу.