Prince of Bones

      — Ахой, братцы!       Хонджун поднялся на доску, проложенную к кораблю, который должен был стать их новым домом. Он оглянулся вокруг, воодушевленно улыбаясь увиденному. Его команда усердно работала: кто-то носился с вещами, кто-то проверял паруса и канаты. Теперь он снова видел всех тех, по кому так скучал, даже Дахана и Ходжуна, которые сидели на полу, прислонившись к леерам, и раздавали воду и еду всем нуждающимся.       Когда его окрик привлёк внимание, Хонджун широко взмахнул рукой, принимая приветствия с ухмылкой. Но как только он ступил дальше и Сонхва показался из-за его спины, команда стала намного громче, крича и улюлюкая на его появление.       Хонджун хитро бросил его разбираться с орущим Уёном и подошёл к двум мальчикам на полу. Как Сан и говорил, они оба выглядели ещё не совсем здорово, но их глаза заблестели от облегчения, когда они увидели его. Оба счастливо заулыбались, как только он присел перед ними.       — Ахой, парни. Всё у вас в порядке? — Он понизил свой голос до мягкого шёпота, чувствуя вину перед этими двумя.       — Айе, Капитан! Мы стараемся поправиться в скорейшем времени! — громко воскликнул Дахан, заставив Хонджуна усмехнуться и взъерошить его волосы. После пират взглянул на Ходжуна, сочувственно замечая короткий обрубок ноги, заканчивающийся чуть ниже колена. Белые бинты уже запачкались кровью, но он пытался выглядеть настолько хорошо, насколько мог с лихорадкой, всё ещё сотрясающей его тело дрожью.       — Всё в норме?       — Капитан...       Когда голос мальчика дрогнул и по его щекам потекли слёзы, Хонджун тут же понял: что-то не так. Он быстро приблизился, осторожно прижав его к себе, чтобы случайно не задеть ногу.       — Что такое? Позвать Юнхо? — Он позволил Ходжуну уткнуться носом в его плечо, и тот не плакал, а скорее вздрагивал от страха.       — Нет, я... Пожалуйста, не бросайте меня, Капитан. Я всё равно могу работать! Я хочу остаться с вами!       Хонджун тяжело вздохнул, по-братски хлопая его по плечу. Иногда он совсем забывал, что мальчишки ещё не были взрослыми мужчинами и внутри оставались хрупкими и уязвимыми. Как бы они хорошо ни показывали себя в бою, воспринимали они это тяжело: постоянно беспокоились о том, что недостаточно стараются, боялись потерять своё место на корабле.       — Кто сказал, что ты должен уходить? Конечно, ты останешься, ты нам нужен здесь. Смотри, мы похожи, — Хонджун показал ему свою левую руку. — Мы будем работать и плавать вместе, не придумывай лишнего. Мы найдем тебе славную деревянную ногу, и ты без проблем сможешь ходить.       Мальчик заметно расслабился в его руках.       — Спасибо вам большое, Капитан... Я переживал.       — Всё хорошо, друг. Мы все тут в одной лодке. Буквально.       Дахан радостно подскочил, взволнованно хлопнув Ходжуна своей здоровой рукой. Его прежнее беспокойство о возможной потере друга исчезло, и обычное веселье заиграло на его лице.       — Эйе! Нужно сказать Юджину как можно быстрее! Так здорово!       Хонджун на секунду нахмурился, поднимаясь на ноги и напоследок потрепав мальчишек по волосам. Он развернулся, рассматривая новую палубу, и заметил, как Сонхва разговаривал с Уёном и Ёсаном, в то время как Сан стоял между двумя пиратами и собственнически держал каждого за талию. Юнхо подходил проверить мальчиков, а все остальные занимались работой в разных частях корабля.       Хонджун повернулся к Юнхо.       — Собери команду. Чтобы все были здесь с какими-нибудь харчами и грогом в десять. Где Чонхо?       Юнхо кивнул в сторону квартердека, и Хонджун без лишних слов направился туда, мягко хлопнув Сонхва по заднице, когда проходил мимо него. Тот дёрнулся с визгом и, скорее всего, весь покраснел, пока Хонджун быстро поднимался по лестнице. Остальные засмеялись.       Чонхо действительно был здесь, стуча молотком по какой-то уж очень упрямой доске, которая до сих пор чем-то его не устраивала. Он выглядел необычайно спокойно. Только он наедине с деревом. Иногда он неуверенно приглядывался к Сонхва и остальным, будто не знал, стоит ли ему присоединиться к ним или сначала закончить работу.       — Ахой. Усердно работаем, да?       Чонхо поднял на него взгляд и улыбнулся уголком губ.       — Айе. Ты снова встретился со своим любовничком? Есть ли приятные новости? Он уже наконец присоединится? — Глаза Чонхо сверкали озорством, когда он демонстративно посмотрел сначала на Хонджуна, а потом на Сонхва. Хонджун фыркнул, но не смог удержаться от нежного взгляда в сторону пекаря.       — Скоро у нас собрание. Приходи и узнаешь. Отдохни, — Хонджун мягко стукнул его по ноге, получив в ответ подразнивающее подмигивание, прежде чем спустился обратно к команде.       Почти все уже собрались вокруг Ходжуна и Дахана, Юнхо как раз подходил вместе с Минги, а Сонхва распределял на всех еду. Когда они наконец расселись, Хонджун взял слово.       — Я думаю, все уже заметили, что Ханбёля и Юджина здесь нет, — он не стал ходить вокруг да около, сделав большой глоток напитка и чувствуя, как тепло от алкоголя разливается по крови. Сегодня ночью можно напиться.       — Да, мы их не нашли. Может, их прибило к какому-нибудь острову? — голос Уёна переполнялся беспокойством: он явно не понимал, почему и где могли пропасть их лучшие пловцы.       Хонджун отпил ещё и поставил перед Сонхва другую полную кружку. Мужчина нерешительно посмотрел ему в глаза, но Хонджун кивнул, чтобы тот выпил и на время избавился от тревог.       — Нет. Мы встретились, и они были со мной, когда эти ублюдки из культа похитили нас, — он глубоко вздохнул, с раскаянием глядя на младших. Их встревоженные лица, нервно сжатые кулаки.       — Их обоих там убили. Мне очень жаль.       На секунду повисло напряженное молчание, никто даже не осмелился поднести кружку ко рту. Хонджун поднял свой стакан, взглянув на тех, кто уже знал об этом и сейчас лишь почтительно склонил голову.       — Мы проводим их позже, но вы все знаете, что это значит. Возможно, не я буду капитаном, ответственным за проводы. Я хочу избрать нового капитана прямо сейчас и возложить на него эту задачу, поскольку я сейчас явно не в состоянии заботиться об этом, — Хонджун с грохотом поставил пустую кружку на стол, вытер рот тыльной стороной ладони и мрачно оглядел собравшихся.       У всех на лицах было одинаковое выражение шока и покорности судьбе, однако никто не осмеливался заговорить.       Сидящий рядом с Хонджуном Сонхва осторожно поднёс свою кружку к губам, делая небольшой глоток.       — Вы знаете, как это происходит. Все снимают ботинок и кладут его перед человеком, которого хотят избрать. Я просто напомню, что ребята всё ещё не готовы к роли капитана. Ну и, конечно, Сонхва тоже, если что.       Он видел по их лицам, как сильно они хотели возразить, как не решались попросить его просто прекратить, не заставлять их делать это. Однако правила есть правила. И если с ним они не чувствовали себя в безопасности, ему придётся с этим смириться. Он был капитаном уже много лет. Семь раз во время ежегодных голосований он становился лидером. Сейчас он был готов принять свою судьбу.       Его положение никогда не подвергалось сомнению, за него голосовали, потому что до этого он всегда хорошо справлялся. Но теперь он серьёзно провалился.       — Тогда начнём с должности капитана. Пожалуйста, снимайте ботинки по одному.       Сан вздрогнул, когда первый сапог сразу приземлился ему на колени. Мужчина с круглыми от удивления глазами взял его в руки, глядя на владельца.       Это был Дахан, сидевший с опущенной головой и трясущимися плечами, с трудом сдерживавший горькие слёзы.       Конечно. Дахан боготворил и Ханбёля, и Юджина.       Остальные мальчики последовали его примеру, хотя и медленнее, обмениваясь тревожными взглядами с Хонджуном, и один за другим отдавали свои ботинки. Сан выглядел полностью уничтоженным, тихо шепча "нет" на каждом выдохе.       Все шестеро избрали своего бывшего лидера, после чего отвели глаза.       — Не стыдитесь. Я предоставил вам этот выбор, — приглушенно пробормотал Хонджун, напряженно потирая глаза, потому что он не хотел, чтобы всё закончилось так; он хотел всех защитить, хотел остаться капитаном, но, судя по всему, Сан отныне будет как минимум первым помощником. Он был в одном голосе от победы.       Хонджун посмотрел на их каменные лица, никто из основной команды не двигался, все неподвижно замерли.       Поэтому он решил сам.       — Помоги мне, сладкий, — он аккуратно положил ногу на колени Сонхва. Тот сначала успокаивающе провёл руками по всей ноге, с некоторым нажимом останавливая невольную дрожь. Он спокойно принялся расстегивать пряжки и развязывать шнурки на сапоге Хонджуна, а затем осторожно снял его и положил перед ним.       Хонджун взял сапог с лёгкой улыбкой и мягко огладил добротную кожу.       И затем он бросил его Сану.       Сан даже не пошевелился, когда он попал ему в грудь. Его глаза лишь наполнились ледяным холодом. Хонджун признал своё поражение.       — Тогда решено. Поздравляю. Давайте перейдем к помощнику капитана. Просто снова выберите Минги, если не имеете ничего против него, — Хонджун сказал это свободно, алкоголь помог избавиться от нервозности, которая делала его слишком слабым, слишком чувствительным.       Сонхва положил руку ему на бедро, просто придвинулся ближе, ничего не говоря. Хонджун прислонился к его плечу с тяжёлым, как камень, сердцем в груди и неглубоко дышал, чувствуя, как сжимаются легкие.       Так продолжалось и дальше. Им нужен был новый заместитель капитана — теперь им стал Уён, конечно, — затем новый вперёдсмотрящий — работа Ходжуна — и новый канонир. Дахан согласился на эту роль, а Хонджуну оставалось только помогать с такелажем и снастями, чем раньше занимался Сан.       Даже после голосования никто не выглядел довольным, все продолжали обмениваться беспокойными взглядами. Первым заговорил Сан, нахмурившись и надув губы.       — Капитан, тебе следует хорошо это обдумать, ты...       — Нет. Я больше не капитан. Теперь им являешься ты, Чхве Сан, — предостерегающе прорычал Хонджун, у которого уже не хватало терпения продолжать.       Лицо Сана вмиг стало напоминать бесстрастную маску, и он резко поднялся, громко шагая прочь. Уён тоже вскочил и побежал за ним, в то время как Хонджун тяжело облокотился на плечо Сонхва.       Было приятно чувствовать, как он просто обнимает его, прижимает к себе и нежно целует в макушку.       — Всё хорошо. Ты всё ещё пират, ты всё ещё здесь.       Хотя это может быть не навсегда. Если только Сан не захочет удостовериться, что Хонджун не пошатнёт его положение. Конечно, Сан был верным и преданным, он бы никогда не заставил Хонджуна уйти, но сейчас у него было вправду очень плохое настроение.       — Давай. Мы пойдём в таверну. Потом расскажете нам о приготовлениях к церемонии, пожалуйста.       Юнхо кивнул, с замиранием сердца наблюдая, как они встают и жмутся друг к другу.       — Хорошо. Отдохните немного и успокойтесь. Мы обсудим всё завтра снова.       Хонджун кивнул, слегка споткнувшись при первых шагах. Сонхва безмолвно поддержал его, ведя по доске с корабля в таверну, где они остановились. Поднявшись по лестнице, только на середине коридора, ведущего к двери их комнаты, Хонджун впервые заметил это.       Его лёгкие словно сжали железным кулаком, дыхание стало прерывистым, а в горле безжалостно застрял твёрдый ком.       Горячие слёзы навернулись на глаза, и он попытался сморгнуть их, стараясь быть сильным, пока Сонхва заводил его внутрь и тихо закрывал дверь.       Хонджун остановился, глядя в потолок и пытаясь успокоиться.       Сонхва не стал включать свет. Он только повернул его к себе за плечи и заключил в тёплые объятия.       И тут, словно прорвало плотину, из глаз Хонджуна брызнули слёзы, немедленно намочившие рубашку Сонхва.