Prince of Bones

      Они вернулись на корабль мирно и без всяких помех со стороны людей, которые оказались слишком смелыми, чтобы напасть на них. Сонхва остыл после вспышки гнева и вернулся к своему обычному милому образу.       Когда они вошли в капитанскую каюту, Хонджун обрадовался, увидев на кровати парочку вещей, купленных Саном. Он быстро прошёл и накинул на них своё пальто, скрывая на время из виду.       Он повернулся к Сонхва с озорной улыбкой, оглядывая его с ног до головы. С чего же им начать?       — Мне кажется, ничто не сравнится с тем церемониальным платьем. Что ты хочешь надеть сегодня вечером? — с любопытством спросил Хонджун, и Сонхва, мурлыкая под нос, приблизился к кисе с новой одеждой.       — Как насчёт... Я выберу наряд сам, и ты – тоже. Думаю, в этом мы можем довериться друг другу. Я буду брать вещи только из этой сумки, — он указал на неё, и Хонджун заинтригованно склонил голову. Что же Сонхва подберёт?       — Хорошо. Но у меня тут валяется только повседневная одежда, ничего нового или необычного. Но я могу попробовать сделать её особенной, — Хонджун широко улыбнулся, наблюдая, как Сонхва роется в сумке.       — Подожди секунду, у тебя – о господи, а это что вообще – у тебя есть. Это для тебя, — он вытащил то, что выбрал тогда сам, и бросил пирату. Тот поймал вещи и критически нахмурился.       Он хотел, чтобы Сонхва выбрал что-нибудь, что понравилось бы именно ему. Но вместо этого он повторил за Хонджуном и выбрал одежду, которую хотел бы видеть на своём возлюбленном.       Что ж, неплохо.       — Договорились. Тогда давай не будем подглядывать. Если тебе понадобятся ещё какие-нибудь украшения... — Хонджун кивнул на шкатулку в ящике, получив в ответ сладкую улыбку. И затем принялся одеваться.       Одежда, которую выбрал для него Сонхва, вполне соответствовала его обычным предпочтениям. Однако, она точно не предназначалась для драк и не несла в себе никакой пользы или удобства. Она была более красива, ткань на ощупь была мягкой и местами расшита тонкими кружевами, а топ без рукавов обтянул бы его тело, словно вторая кожа.       Его Хонджун натянул первым делом, чувствуя, как чёрная ткань плотно прилегает к его телу. Она казалась не очень прочной, и Хонджун ухмыльнулся при мысли о том, что Сонхва мог бы разорвать ткань на куски и впиться ногтями в обнажённую кожу его спины.       Брюки тоже были неплохими и хорошо на нём сидели. Этот цвет даже подходил к его любимым коричневым сапогам. Он надел их, отказавшись от пальто, которое сейчас было совсем не нужным. Направляясь к двери, он прихватил покупки Сана и одеяло, а ещё быстро достал облегающую кожаную ленту на шею из своей шкатулки с драгоценностями.       Затем он оставил Сонхва одного, а сам вышел на палубу и взобрался на деревянную поверхность, служившую потолком его каюты. Отсюда открывался потрясающий вид на небо, и он, удовлетворенно хмыкнув, расстелил одеяло и начал раскладывать вещи вокруг настолько аккуратно, насколько только мог, потому что Сонхва любил порядок.       Он ожидал, что Сонхва будет готовиться намного дольше, но, когда он закончил, тот уже выходил, тихо прикрывая за собой дверь. Хонджун перегнулся через край, чтобы окликнуть его и поманить наверх.       — Иди сюда, — он протянул руку к Сонхва, и он легко ухватился за неё, изящные браслеты на его запястьях с игривым звенящим звуком скользнули вниз по предплечью. Хонджун, покряхтев, затащил его к себе, помогая устроиться на одеяле, которое расстелил посередине.       Сонхва, хихикая, повалился на спину и с довольным видом зарылся лицом в мягкий мех.       Хонджун замер, рассматривая его. Взгляд пирата опустился на его стройную фигуру в слабом свете фонарей снизу на палубе. Он почувствовал, как сердце забилось прямо в горле, а пальцы зачесались от желания прикоснуться.       Сонхва растянулся на одеяле и положил голову на сгиб руки, чтобы Хонджун мог рассмотреть его всего, от кончиков длинных пальцев до босых ступней.       На его пальцах были надеты три тонких золотых кольца, которые поблёскивали в лунном свете. Браслеты на запястьях были такими хрупкими, что, казалось, могли не выдержать и порыва ветра. Они так хорошо сочетались с его гладкой кожей, будто было сделаны только для него одного. Сонхва зачесал волосы назад, и мелкие прядки волос падали ему на лицо, подчеркивая тёмные тени, которыми он накрасил глаза.              Эти бездонные глаза пристально смотрели на Хонджуна, когда он наконец заметил, что на мочке уха Сонхва болтается серьга в виде золотого листа. Он никогда не видел Сонхва с серьгами, и он был потрясающе красив.       На нём было платье.       Шёлковое, бирюзового цвета, такого бледного, что переливалось в белый. Оно напоминало северное сияние, которое Хонджун однажды видел далеко на севере. Он выбрал его из-за этого, и, без сомнения, это платье стало его любимым.       Спина платья была голой, лишь тонкая полоска ткани удерживала его на стройной шее Сонхва, украшенной несколькими золотыми ожерельями. Платье сидело на нём свободно, открывая грудь V-образным вырезом посередине. Другую золотую цепочку Сонхва обернул вокруг талии, подчёркивая плавный переход к бёдрам. Юбка доходила ему до лодыжек, но по бокам на ней были разрезы до самой талии. Это платье можно было бы так легко сорвать с него.       Хонджун не мог больше сдерживаться. Он коснулся пальцами гладкого обнажённого бедра Сонхва, проводя ими по его загорелой коже. Его ноги казались бесконечно длинными, манящими под мягким шёлком. И Хонджуну нравилось, каким грубым он всё равно выглядел по сравнению с ним. Он словно был диким пиратом, похитившим непорочного юнца.       Сонхва выбрал именно то, что нужно.       Рука Хонджуна прошлась по изгибу его бедра и остановилась на впадинке талии, другой он прихватил его подбородок и бережно сжал, склоняясь над его лицом. Сонхва дышал быстро и беспокойно, ожидая одобрения, и Хонджун поспешил успокоить его.       Он прижался губами к губам Сонхва, и этот поцелуй был похож на их первый: они робко и несмело, нежно касались кожи друг друга. Сонхва с готовностью отвечал, желанно и ласково, без стеснения отдавая всего себя.       На минуту они утонули в друг друге. Руки Хонджуна беспрерывно оглаживали тело Сонхва через гладкий шёлк. Сонхва расположил свои изящные пальцы на плечах Хонджуна, мягко сжимая мышцы.       Хонджун был так увлечён чувственным поцелуем с Сонхва, что вздрогнул, когда вдалеке раздался грохот, и его первой мыслью было, что это звук выстреливших пушек.       Но когда Сонхва только тихо усмехнулся и посмотрел на небо, когда в его глазах заиграли отражающиеся звёзды, Хонджун тоже поднял голову, глядя вдаль.       Начался фейерверк. Он расцветал на небе всеми цветами радуги, в виде распускающихся бутонов и сверкающих огненных брызг. Всё отражалось в океане, и, хотя Хонджуну уже доводилось видеть фейерверки, они никогда не переставали его удивлять. Он потянул Сонхва, чтобы тот сел, и позволил ему отвернуться, чтобы он мог рассмотреть яркий салют.       Хонджун открыл бутылку вина, а затем выложил сладкую выпечку для закуски.       Он подумывал отправить Сана за чем-нибудь более экзотичным, но в итоге решил, что хочет, чтобы Сонхва чувствовал себя как в родном доме, чтобы всё было знакомо.       Он откупорил бутылку, не сводя глаз с фейерверка, который разукрашивал небо, и предложил её Сонхва.       — Прости. Я бы достал нам бокалы, но мои отправились к чертям в сундук Дейви Джонса вместе с Драгоценным...       Сонхва пожал плечами и без дальнейших колебаний сделал глоток. Хонджун с напряжённым вниманием наблюдал, как его губы обхватили горлышко, а несколько капель скатилось по шее.       Хонджун наклонился, чтобы слизать их, ощущая фруктовый вкус вина на языке.       Сонхва восторженно кивнул, когда закончил, прежде чем вернуть бутылку Хонджуну. Пират не побрезговал и выпил сам.       Вино было очень недурным, его вкус был насыщенным и ярким. Вино быстро согрело его тело, и он почувствовал, что теперь может заговорить.       Между ними до сих пор оставалось несколько нерешённых вопросов.       — Хва, — осторожно позвал он, заставив мужчину посмотреть на него, и тут же сглотнул под глубоким взглядом.       — У меня есть вопрос, — он не выносил, как слабо это прозвучало, как застенчиво. Всё зависело от ответа Сонхва.       — Я... Ты хочешь... О, нет. Ты позволишь мне ухаживать за тобой? По-настоящему? Ты позволишь мне... попытаться прийти к большему с тобой? — произнёс он на одном дыхании и замер, не смея издать ни звука. Он боялся реакции Сонхва.       — Ты же знаешь, что сначала нужно спросить у моей мамы? — тихо пробормотал Сонхва, не отрывая глаз от лица Хонджуна, в то время как пират нервно избегал его взгляда.       — Да, айе, я знаю. Но я хотел сначала спросить тебя... Я не буду пытаться переубедить тебя, если ты скажешь "нет". Но я буду стараться ещё больше, если ты согласишься, — он посмотрел, как Сонхва снова взялся за бутылку, и почувствовал, как всё внутри него похолодело. Пил ли он, чтобы набраться смелости и сказать ему "нет"? Пытался ли он оттянуть время? Он точно знал о намерениях Хонджуна, и ему не нужно было долго думать, чтобы дать ответ. Неужели он передумал об отношениях с ним?       Хонджун прикусил губу в ожидании ответа, стараясь не слишком показывать бурлящее в сердце волнение. Он вздрогнул, когда Сонхва наконец заговорил.       — Каким, по-твоему, должен быть мой ответ? Я уже говорил тебе, что никогда не переставал любить тебя и мне не нужно было, чтобы ты демонстрировал свои чувства ко мне, лишь бы моё мнение не поменялось. Конечно, ты можешь ухаживать за мной, Хонджун. Я не против жениться на тебе, — вздохнул он, покраснев не только из-за алкоголя, и Хонджун почувствовал, как его плечи опустились от облегчения.       Он снова взял бутылку и отпил вина.       — Слава Богу. Я думал, умру от тревоги.       — Да, я заметил, — хихикнул Сонхва и с любопытством наклонился, чтобы заглянуть в коробочку с выпечкой. Хонджун широким взмахом руки предложил попробовать и поставил бутылку на стол, чтобы тоже немного перекусить.       Сонхва придвинулся к нему, протягивая к его рту что-то в мёде и сахаре, и когда Хонджун откусил, то почувствовал вкус сладких ягод, одобрительно промычав. Сонхва провёл большим пальцем по губам Хонджуна, стирая остатки мёда, и слизал их языком. Когда он заметил, как жадно Хонджун следил за его действиями, он томно улыбнулся и с чпоком высунул палец из рта.       — Смотри, сладкий. Мы усадим тебя, такого очаровательного и прекрасного, на мой королевский скипетр, и будем продолжать нежиться и обниматься, ты не против? — Сонхва скривился на ужасное сравнение, но сдержал смех. Он просто толкнул его в плечо, усаживаясь верхом на колени, покрывая и их переливающимся шёлком.       Очевидно, он совсем не был против.       Хонджун почувствовал, как отреагировало его тело, когда он просунул пальцы под разрезы, нащупывая паутинку ткани. Его взгляд наполнился жгучей жаждой, пока он помогал Сонхва снять бельё, наблюдая, как тот аккуратно складывает нежное кружево рядом.       Пальцы Сонхва расстегнули штаны Хонджуна и принялись уверенно ласкать его, доводя до твёрдости. Хонджун застонал, потянувшись вперёд, чтобы доставить удовольствие и ему.       Пират почувствовал, как наслаждение переходит в болезненное, когда его пальцы нащупали очень знакомый предмет между ягодиц Сонхва. Его маленькие драгоценные камни, несомненно, пикантно контрастировали с кожей Сонхва. Он легко вытащил игрушку и положил рядом с собой, погружая один палец в мягкий и скользкий вход.       Он явно не заслуживал Сонхва.       Прислушиваясь к отдаленным взрывам фейерверков, Хонджун потянулся ко второму мешочку, который принёс Сан. Он пошарил рукой и быстро нашёл то, что искал, мягко оттолкнув руку Сонхва, чтобы обхватить себя и надеть это.       Сонхва с интересом наблюдал, что он делал, снова протянув руку, чтобы прикоснуться, пока Хонджун тщательно застёгивал все кожаные ремешки.       — Что это?       Это напоминало то, что тень проделала с его языком, вдохновив Хонджуна. Это было что-то вроде стеклянной насадки, покрытой каплевидными выступами, что делало поверхность более выпуклой и ребристой. С ней он стал длиннее и шире в обхвате, и Сонхва сглотнул, когда ощутил это своими пальцами.       — Иди сюда и узнай сам, — Хонджун поманил его ближе тяжёлым взглядом, помогая Сонхва удобно устроился над ним. Сначала он немного вздрогнул от холода, но затем плавно опустился на кончик, каждый раз резко выдыхая, когда капли сладко задевали чувствительные места.       — Я долго так не протяну, — простонал он, опускаясь ещё ниже, пока Хонджун мягко помогал ему. Стекло уже начало нагреваться, заставив его стиснуть зубы, пока он толкал Сонхва вниз на последние несколько сантиметров.       От этого у Сонхва перехватило дыхание, и он повалился вперёд, выписывая бёдрами мелкие круги и держась за плечи Хонджуна.       Капитан предупреждающе хлопнул его по обтянутому шёлком заду, удерживая на месте крепкой хваткой. Сонхва заскулил и попытался пошевелиться, но быстро сдался, когда Хонджун бросил на него мрачный взгляд.       — Прекрати сейчас же. Будешь оставаться на месте, пока не закончится фейерверк, и только потом я дам тебе то, чего ты так сильно хочешь.       Сонхва посмотрел на фейерверк вдалеке, но подчинился. Он вновь схватил бутылку, чтобы сделать большой глоток. Терпение.