Один случай меняет всё

В квартире непривычно пахнет едой. Тэхён осматривается, словно заходит сюда впервые. Прибрано, чистенько и надушенный отец. — Ты ждёшь гостей? — Удивляется парень осматривая переступающего с ноги на ногу старшего. — Ты давно не ночуешь здесь. Я не думал, что ты появишься. Я бы предупредил. — Оправдывается Хван. Это словно не его квартира. Он чувствует вину за собой и скидывает фартук. — Я сейчас всё отменю. — Торопится схватиться за телефон. — Нет-нет. — Останавливает Ким. — У меня есть немного времени? Я бы принял душ и ушёл. — Уточняет парень. Тэхён ни в коем случае не хочет портить чужие планы. Аджихун же готов бросить всё ради любимого сына. — Конечно, есть. — Расплывается в улыбке старший и норовит обнять. Видимо любовь к прикосновениям у младшего — это наследие отца. — Если желаешь, я всё отменю. — Ещё раз уточняет Хван. Тэхён мотает головой. Проходя в свою комнату бросает тоскливый взгляд на «алтарь» имени Чон Чонгука. Его скетчбуки, контейнер и книжка Чон Чхоля. Это всё, что парень нажил за время нахождения рядом с младшим. Есть ещё тонна воспоминаний, но это не в счёт. Их не пощупаешь, хотя они здорово прощупывают нервишки на прочность. Тэхён безумно скучает и уже страшно жалеет о содеянном. Его мандаринка там плачет, наверное, а он строит тут из себя крутого. Как будто ему плевать. Да он ползти готов обратно, лишь бы Чонгук пустил его в свой дом. — У тебя что-то случилось? Вы поругались? — Предполагает старший. Хван уже заметил как тянутся друг к другу детки и даже одобрил их дружбу, какой бы она не была. Аджихун очень любил и уважал дорогого друга Чон Минсока, потому сейчас как никогда рад, что их дети нашли общий язык. — Мы немного повздорили. Чонгук злится не по делу. Он грозится уволить Намджуна. Скажи, — смотрит с надеждой — он может уволить водителя ни за что? Адвокат прищуривает глаз. Смотрит на сына с ухмылкой. — Чонгуки слишком добрый ребёнок, чтобы лишать работы ни за что. Наверное, он узрел для себя причину так поступить. Как ты считаешь? — Ждёт умозаключений младшего. — Я не знаю. Мне кажется, может я ошибаюсь, но Гуку не нравится, что я хорошо общаюсь с Джун-хëном. — Немного лукавит Ким. Он хорошо прочувствовал через пощёчину как сильно не нравится младшему эта дружба. — В таком случае есть два пути: либо прекратить вызывать ревность в Гуке, либо перестать общаться с водителем реально и на совсем. — Пожимает плечами. — Ревность? — Смущается парень. — Именно. Ты единственный и первый друг Чонгука. Он никому тебя не отдаст и не захочет делить. Ты прости, я не сказал об этом раньше. Мальчишка очень жадный. Он рос один, всё доставалось ему. Гук просто не приучен делиться. — Как-то не сильно раскаивается Хван. Он всё больше понимает ситуацию и поддерживает «племянника». Пока сын будет находиться рядом с таким надёжным человеком как Чон, он в безопасности. — И что? Я теперь его собственность? А что, если мне кто-то понравится? Если когда-нибудь я захочу жениться? — Тэхён пока не задумывался об этом всерьёз. Находясь рядом с младшим его голову не посещают такие глупости. — С этим будет сложнее. — Сникает отец. — Но вместе мы найдём выход. Я помогу вам в любом споре. А теперь либо иди в душ, либо мне отменять встречу? — Хван уже настроен всё отменить и провести вечер с сыном, но и не расстроится, если младший рванёт мириться с Чонгуком. Тэхён кивает и отправляется в ванную. Ещё не до конца понимая, что засело в сердце — обида или радость, Ким тщательно намыливается. Он уже понимает, что ехать к Намджуну бессмысленно. Ему не усидеть в четырёх стенах. Тянет к младшему так, что парень готов вызвать такси и рвануть по нужному адресу прямо в пене. Потом домыться в ванной Чонгука. Так и поступает. Наспех смывает гель с тела и спешит одеваться. Гук не написал ни строчки — гордый, зараза. Ким тоже гордый и вредный. Потому, по дороге к дому Чона, он покупает аж три мандарина и намерен скормить их все разом. Пусть попка младшего покроется зудящими прыщами. *** Вечер нагнетает неприятные разговоры. Братья Ли сидят на кухне и пытаются ужинать. Кусок в горло не лезет ни у одного, ни у другого. Бросая кроткие взгляды оба сдерживаются, чтобы не заговорить. Игра в молчанку надоедает одновременно. — Я… — Ты… Замолкают. Пялятся в свои тарелки ковыряя морскую капусту палочками. — Давай поговорим. — Предлагает Дохва. — Только спокойно, без истерик. Джихо смотрит в упор на разбитое лицо старшего: его сломанный нос, в который вставлены медицинские тампоны, зашитую бровь, что теперь сохранит на себе шрам на память. Это лицо так похоже на его собственное, но совершенно теперь чужое. — Ну давай. — Выдыхает и откладывает палочки. Смотрит на брата с усталостью и какой-то обречённостью. Парень уже не раз пытался достучаться до брата, объяснить, что виновных в его жизни нет. Он сам разрушил своё будущее, но Дохва словно зомбирован. Он повторяет одно и то же, и убеждает младшего, что тот слишком глуп, чтобы осознать. Оба измотаны непониманием. Устали убеждать друг друга в своей правде. Нет между ними понимания, есть только упорство доказать свою правоту. — Услышь меня, Джихо. Мы должны отомстить за всё, что с тобой произошло. Ты не понимаешь как глупо спускать этому ублюдку всё, что он сотворил. — Настаивает старший. — Что же он сотворил, брат? — Закатывая глаза к потолку. Старший Ли бесится от тупости младшего. Неужели Джихо такая тряпка, что готов всё простить и пожелать счастья? — Он жирует там! — Тычет пальцем в стол. — Живёт в роскоши, жрёт из золотых тарелок. Его усыновил какой-то Хван Аджихун и мелкий пацанёнок готов грызть за него глотку. А у этого щенка денег куры не клюют. Он поделится ими с Кимом. Тот явно задницу ему подставляет ради этого… — Поливает грязью от души. Всё, что кубатурил в голове несколько последних дней, всё и вываливает. Только Джихо слышать это не желает. Смотрит на старшего, слушает, а потом ударят кулаком по столу. Палочки скатываются на пол. Дохва вздрагивает недоговорив. — Хватит! Не желаю слышать ни единого слова из твоего поганого рта! — Орёт на брата. — Тэхён единственное чудо, что случилось со мной в этой жизни. Я глуп был, ослеплён твоим бредом. Я принял твои слова за чистую монету. Зачем только я доверился тебе?! — Прожигает старшего ненавидящего взглядом. — Ты что несёшь, придурок? — Звереет Дохва. — Я тебе родной брат, а ты щенка этого защищаешь? — Защищаю! Если бы я не послушал тебя, не рассказал бы всё родителям, я сохранил бы Кима. Он единственный, кто по-настоящему любил меня, просто за то, что я есть. Он уважал меня. Он одевал меня в свои вещи, когда те ублюдки отбили мне рёбра. — Шипит сверкая слезами в глазах. Джихо больно вспоминать произошедшее, но это его воспоминания, что останутся на всю жизнь. — Он готов был терпеть за меня унижения. — Но не стал! — Вскакивает из-за стола. — Он бросил всё и переметнулся к богатеньким! Он учится в элитной школе, а ты трешь заплеванные столы! — Тычет в брата пальцем. — Я ушёл из школы намеренно! Тэхён не причина, он повод. Я хотел изменить свою жизнь. Да! Мне не повезло встретить богатого дяденьку, но если бы мне выдался такой случай, я поступил бы так же как Ким. Потому, что из этого дерьма надо бежать. — Отстаивает свою точку в сотый раз. — Но не через постель! — Воет Дохва. — А почему бы и нет?! — Выкрикивает Джихо. Наступает пауза. Оба брата тяжело дышат. Мысли разбегаются в стороны. — Как ты можешь такое говорить? — Сдаётся старший и грузно опускается на свой стул. — Это так мерзко. — А как ты можешь такое писать? — Смотрит с ядовитой ухмылкой. Начинается битва в гляделки. Младший побеждает. Его совесть почти чиста перед Кимом, а вот Дохва погряз по уши. — Я прочитал то, что ты писал Тэхёну. Это грязно и низко. Чего ты хотел добиться описывая свои фантазии? Что он кинется у тебя отсасывать? Смешно. — Упрекает брата, но делает это так брезгливо, что Дохва хочет сбежать. — А этот Чон? Что ты собирался с ним сделать, если Тэхён не перестанет общаться с ним? Напомнить? — Смотрит с презрением. Дохва вскакивает с места. Слушать больше нет сил. — Замолчи! — Зажимает свои уши. — Замолчи! Это просто угрозы. Я не собирался ничего этого делать. Я бы не смог. — Ходит кругами по кухне. — Но ты писал это с таким смаком, словно уже проделывал это и не раз. — Давит младший. — Перестань. — Сдаётся. — Чего ты добиваешься? Да, я смотрел порнуху. Мне было любопытно. Не трогал я твоего Кима, ясно? — Но хотел бы? — Уничтожает старшего. — Да. Тебе легче от этого? Он красивый как ангел. — Бросается на стол нависая над поверхностью. — Признайся, что ты тоже хотел бы с ним. — Сверкает зловещим взглядом. Джихо пристально смотрит на брата. В самые глаза заглядывает. Видит как черти в них пляшут. — Нет. — Говорит как отрезает. — Я любил и люблю Тэхёна, но никогда не видел в нём ангела. Он всегда был прекрасным человеком и другом, не больше. Дохва отстраняется как ужаленный. Слышать этих слов не желает, не может. Смотреть в открытые глаза брата нет сил. — Да пошёл ты! — Взрывается не находя для себя оправдания. Страшно чувствовать себя грязнее других. — Мне плевать, что ты там думаешь обо мне. Я не оставлю Кима в покое. Пока не отомщу ему за то, что стало с тобой. — Шипит, огрызается. Собирается уйти с кухни. — Очнись. — Останавливает одним словом в дверном проёме. — Не за меня ты ему мстишь, а за свои несбыточные мечты. Хватит прикрывать свою гниль мною. Я своей жизнью вполне доволен, а вот ты? Чего ты добился к двадцати восьми годам? Ни отношений не было, ни работы путной. — Раскладывает старшего на атомы. — У меня была цель. — Отпирается Дохва. — Смотреть как растёт друг брата? — усмехается Джихо. Он знал, много лет знал, что Дохва сохнет по Киму. Никогда не реагировал на это потому, что не верил в возможность причинения зла, а оно вон как. — Мне жаль тебя. Твоя жизнь ещё хуже моей. — Я в твоей жалости не нуждаюсь. — Огрызается Дохва и уходит. Джихо тяжело вздыхает. Разговор состоялся. Столько вечеров они ходили вокруг да около и никак не могли произнести главных слов. Прорвало. Стало легче и в то же время противнее. Парень собирает посуду со стола и приступает к её мытью. Пока старший брат грезит своими фантазиями младший выполняет роль хозяйки в этой съемной квартире. Родители «попросили» Джихо покинуть их жилплощадь раз сын не намерен учиться. Старший предложил съехаться, так дешевле. Теперь младший тянет весь быт на себе. *** Особняк некогда семьи Чон, а теперь одного Чонгука, светится огнями как новогодняя ёлка. Территория освещается фонарями, стены дома подсветкой. В окнах тоже горит свет. — Два водителя — это расточительно, а свет жечь — это норма. — Ругается про себя Ким подъезжая на такси к воротам. Расплатившись выходит из машины и подставляет лицо камере. Устройство считывает биометрические данные и открывает для парня дверь в заборе. Заходить в дом страшно. Тэхён не уверен, что сможет не то что накормить младшего своим угощением. Он даже не верит, что достигнет второго этажа. Госпожа Си на посту и она не дремлет. — Может вам не стоит больше сюда приезжать, мистер Ким? — Металлическим голосом скребет по натянутым нервам. Женщина благодарна парню за то, что он разогнал мрачность склепа повисшую тучей над этим домом, но смотреть как страдает её мальчик она не в силах. Намеренно подчёркивая статус парня Си не пытается унизить, она подтягивает Кима до уровня мистера Чона, но напоминает, что это не так. — Госпожа Си, мне нужно поговорить с мистером Чоном. — Начинает настолько официально, что нянька немного тушуется. Она никогда не слышала, чтобы парень так официально называл её молодого хозяина. — Вы серьёзно так поругались? — Голос смягчается и женщина уже не хочет держать оборону. Она полвечера упрашивала Гука не плакать, а теперь Ким со своим «мистером». — Ситуация непростая, но я пришёл мириться. Теперь всё зависит от Чонгука. — Честно признается Тэхён. — Иди скорее. Он все глаза выплакал. Отца хоронил так не плакал как сегодня. — Горько рассказывает Си. Она всем сердцем болеет за мальчишку, что сама кормила, поила и спать укладывала. Если счастье Чона зависит от этого человека, то она стиснет зубы и примет этого оболтуса в семью, лишь бы Гуки больше не расстраивался. Тэхён сглатывает от таких вестей. Подниматься становится ещё страшнее. Медленно, нерешительно, но добираясь до двери Ким замирает, прислушивается. Тишина. Весь дом словно впал в спячку, потому что заколдованный хозяин не желает шевелиться и, возможно, видеть своего нерадивого слугу. Нажимая на ручку опускает её вниз и заходит. В комнате горит ночник. Кровать смята. По центру возвышается большой бугор одеяла. — Цитрус. — Тихо зовёт Тэхён. Он преодолевает расстояние со скоростью улитки, ожидая, что парень в копне подаст признак жизни. Чонгук молчит. Добираясь до края постели Ким робко присаживается, достаёт мандарины и начинает чистить сразу все. Он намерен выполнить задуманное. Гук улавливает запах любимых фруктов и хочет высунуться, но вспоминает, что весь опух от слез и продолжает прятаться. У парня сердце остановилось на несколько секунд, когда он уловил звук родного голоса. Сначала не поверил, думал крыша едет, а потом услышал тихие осторожные шаги. — Цитрус, вылезай, мириться будем. — Тянет за одеяло, но Чон держит краешек и не показывает. — Вылезай. Тебе придётся помириться со мной. У меня контракт на три года, пока тебе не исполнится девятнадцать. Так что давай. Тебе придётся терпеть меня. — Весьма рискованно вспоминать про подписанный договор, но это шокотерапия и она действует. При очередном стягивании одеяла чёрная взлохмаченная макушка показывается на поверхность. Тэхён рывком стягивает защиту младшего и скидывает её на пол. Подсаживается ближе и поудобнее, закидывая поднывающее колено на кровать. В руках держит мандарины, что автоматически делит на дольки. — Я не знаю, за что ты на меня обиделся. Не знаю, за что получил по лицу. — Начинает не глядя запихивать дольки в рот одну за другой. — Но я прошу прощения. Скажи мне, что я сделал не так и я исправлю. — Смотрит в тёмное окно на небо. Там появились тучи и как всегда не видно звёзд. — Почему ты молчишь? — Поворачивается. Чон бы и рад ответить, но заложенный нос не дышит, а рот забит соком и мякотью. Парень старается не подавиться, при этом тихо втягивает в лёгкие воздух. Разговаривать попросту некогда. Тэхён перестаёт кормить. Он и сам не заметил как запихнул в рот младшему целый мандарин. Рассматривая опухшее, одутловатое лицо с красными воспаленными глазами, поджимает губы. Тэхён догадывается, да и отец подсказал, что Чонгук ревнует. Парень знает это болезненное чувство, но не подозревал, что младший настолько восприимчивый. Ким же ничего толком не сделал, чтобы вызвать такую сильную реакцию. — В чем я провинился? — Дождавшись, когда Гук прожует Ким повторяет вопрос. — Я тебя люблю. — Тихо признается Чон. Он уже не раз говорит это, но ещё никогда эти слова не звучали настолько болезненно. Тэхён невольно хватается за сердце. Внезапная тахикардия заставляет испытать секундный страх. Не зная, что ответить старший вновь начинает кормить Гука. Стало только хуже после этого признания. Как будто всё в разы стало сложнее и запутаннее. Ким чувствует как его прожигает взгляд младшего. Чонгук признался. Как никогда откровенно он сказал, о чём думает, что чувствует, а в ответ тишина. Тэхён отмалчивается кормя парня фруктом, который тому, вообще, нельзя. Что это всё значит? Морщась и отказываясь открывать рот Чонгук отворачивается на другой бок. Сворачиваясь калачиком силится не расплакаться ещё сильнее, чем раньше. Так больно, что хочется вырвать из груди сердце и с облегчением выдохнуть. Тэхён всё чувствует. Словно самого себя он ощущает страдания младшего, только мысли не может прочесть. Откладывая дольки на тумбочку поднимается, берётся за одеяло и накрывает им свернувшееся тельце. Чонгук думает, что если Ким выйдет из комнаты, то он точно умрёт. Не выходит. Идёт в ванную. Пошуршав и прогремев баночками, возвращается. Снова присаживается на краешек и тянет младшего развернуться. Гук послушно переворачивается на спину. Тэхён смачивает ватный диск и обтирает лицо. Аккуратно разглаживает влажную маску для снятия отёка и пристально рассматривает до жути пустой взгляд. Ким давно не видел его. Не скучал, но сейчас он выглядит таким родным и знакомым. Теперь стеклянные глаза младшего не высасывают силы как когда-то. Они вселяют желание отдать необходимую энергию добровольно. Тэхён склоняется и медленно, и осторожно целует распухшие губы. Они искусаны до мякоти, что до сих пор кровоточит. — Я никогда не брошу тебя. — Тихо произносит старший и Чон с долей облегчения прикрывает глаза. Это не совсем те слова, что ему хотелось услышать, но лучше так, чем пустое молчание. — Прости меня за эти слезы. — Через поцелуй добавляет слова. Чонгук с силой пытается втянуть воздух носом и в итоге издаёт жуткий звук. Что-то между храпом и хрюком. Оба невольно улыбаются. Обстановка не располагает к смеху и веселью, но Тэхён дурачится и прижимаясь губами к ноздрям дует в нос. Чонгук давится. — Пробило? — Поглаживая шею чуть улыбается, когда Гук перестаёт кашлять. — Дурак. — Дуется младший, но уже и сам чуть тянет губы в улыбке. — Я знаю. — Соглашается Ким. Ему не хочется много и бессмысленно болтать. Хочется раствориться в младшем, в этой комнате, атмосфере. Хочется застыть в моменте тёплой пустоты, когда не нужны слова, хватает глаз, чтобы общаться. Тёмные стеклышки Чона теплеют. Как прогретое солнцем мелководье они затягивают Кима, в них хочется утопиться. Ещё раз целуя губы, что в этот раз оживают, Тэхён забирается под одеяло и ложится к младшему головой на плечо, закидывает на него ногу. Комфортно. Просто лежать и слушать учащённое биение сердца радостно. В голове крутятся услышанные слова: «я люблю тебя». Тэхён мысленно шепчет: — Я тоже тебя люблю. *** После тихого, незаметного, безмолвного примирения отношения парней перешли на новый уровень. Они не стали ближе и крепче, чем ранее и не ослабли до критической отметки. Они просто стали другими. Тэхён пересматривает приоритеты. Как не крути, а Гук ему ближе и роднее, чем Ким Намджун. Значит ли это, что парень плохой друг? Навряд ли. Просто есть люди без которых невозможно дышать, а есть те, кого ценишь на расстоянии. Обсудив проблему с ревностью и получив десятки тысяч раз «прости меня, пожалуйста» от Чонгука, тема с ударом закрылась. Ким предпочитает не акцентировать внимание на неприятном моменте, младший переживал его сильнее, чем сам Тэхён. До выпуска из школы остаётся чуть больше трёх недель. Ким начинает усиленно готовиться к экзамену. Парни засиживаются в библиотеке школы или молча сидят дома в комнате, но всегда вместе. Чонгук увлеченно рассматривает картинки в книжках и изредка что-то читает. Может порисовать. В его очередном скетчбуке собралась целая коллекция зарисовок хёна. Он там и читает, и ест, и спит. В творчестве младшего отображается вся его жизнь. На каждой странице Тэхён и пара сердечек. Парень больше ни разу не признается. Он молча ждёт ответа. Ким отвечает, но не словами. Его руки больше никогда не отрываются от младшего. Всё время Тэхён норовит прикоснуться. Он гладит ноги Чона под столом в библиотеке, водит за руку в столовую и обнимает в свободное время на переменах. Он стал ещё более тактильным, но при этом собранным и молчаливее. Тэхён принимает для себя тот факт, что его детская жизнь заканчивается. Он вступает во взрослую, где ему скоро исполнится девятнадцать и он возложит на себя ответственность за мандаринку с глазами — виноградинами кëхо. Почти полностью переехав в дом к Чонгуку Ким молча жмётся к парню ночами. Не позволяя ни себе, ни младшему поползновений, зажимает строптивое тело руками и ногами, и жадно дышит запахом своей ягодки, не в силах насладиться вдоволь. Чонгук терпит. Всё больше ему хочется вкусить запретного плода, но хён неприступен. Ким не разрешает своим рукам спускаться ниже груди при просмотрах фильмов и младшему ничего не остаётся как засыпать от нежных поглаживаний эрогенных зон. Это своего рода спасение, чтобы ничего лишнего не хотелось. *** Очередное утро. Школа. Коридор. Шумная ватага учеников и пара Ким-Чон в воздушном шаре своего идеального маленького мира. Хосок и Юнги уже почти привыкли видеть этих приятелей словно в зазеркалье. Они вроде здесь, вместе со всеми, но каждую минуту молчания уносятся куда-то в глубину невиданного пространства, где нет слов и есть только прикосновения. — Почему ты меня так не гладишь? — Дует щеки Чон наблюдая как Тэхён проводит ладонью по руке Гука. Он нежно массирует плечо и ведёт по всей длине. Гладит пальцами по ладошке и пропуская их между пальцев младшего, сцепляя в замок. — Зато я делаю то, что Чону и не снилось в исполнении Кима. — Не очень весело напоминает Мин эпизод из их недавней совместной ночи. Хосок молча соглашается одаривая одноклассника красноречивым взглядом и довольной улыбкой. Парень готов пожертвовать невинными милостями ради откровенной ласки до которой скромники напротив так далеки. Тэхён же не торопится развратить невинную близость. Он заметил, что Чонгук за это время уже не раз просыпался в поту и болью в паху, но к старшему не обращался. Ким не железный, но подходящий момент ещё не настал. Потому он молча провожает, в такие моменты, измученного младшего, потухшим взглядом в душ. Сейчас происходит сращивание душ. Прямо в этот момент и старший, и младший ощущают как их ментальная связь крепнет. Пока за спиной не раздаётся голос смотрителя. — Ким Тэхён. — Ли прожигает парня взглядом наблюдая как тот прижимается к чужому телу. — Прошу принять внешний вид выпускника. Вы всё-таки в школе. Дохва не оставил надежд отомстить школьнику. Пристыженный младшим братом, он сбавил обороты и теперь постоянно следит за Кимом. Каждый раз, замечая как Тэхён обнимает Чонгука, начинает на весь коридор басистым рокотом призывать его к правилам поведения в школе. — Давай пожалуемся дяде. — В десятый раз тихо шепчет Чонгук. — Не нужно. Пока он просто смотрит, пусть смотрит. Если прикоснётся к тебе — я ему ещё раз нос сломаю. — Примирительно уговаривает Ким. Ему не жаль Ли. Смотритель чертовски надоел школьнику, но Тэхён не может забыть чей он брат. Джихо не выелся из памяти. Глядя на смотрителя парень скучает по другу. — А если к тебе — я ему его откушу. — Шутит Чон. Слух о том, что по школе ходила байка как ученик откусил нос смотрителю, дошла до Гука. Он от души посмеялся над фантазией одноклассников, что ему и рассказали. — Мой маленький звереныш. — Мурлычет Ким и трётся щекой о щеку младшего. За спиной снова разносится голос смотрителя. Выглядит так, словно он приставлен не за школой приглядывать, а исключительно за одним учеником. — Когда-нибудь его попрут из школы. — Хихикает Хосок. На его плечах покоится рука Мина, но почему-то Ли Дохва это момент никак не затрагивает, а стоящие рядом друг с другом Чон и Ким как бельмо на глазу. — Как только я выпущусь он успокоится. — Заверяет Тэхён. Он не рассказал никому, какие сообщения присылал ему Ли. Они были без подписи и с неизвестного Киму номера, но парень без ошибки определил отправителя. Одной оплошной или намеренной фразы хватило, чтобы понять кто адресант. «Хочу погонять с тобой в «тачки». Ты бы сидел на моих ногах, а я находился в тебе» Мерзко. Ким с содроганием вспоминает десятки пошлых посланий. Он каждый раз благодарит Гука за отважное спасение. После налёта младшего на смотрителя сообщения прекратились. Звонок разделяет парочки в коридоре. Ким нехотя отпускает руку младшего подводя к дверям класса. — Я буду скучать, ягодка. — Тихо шепчет на ухо. Чон молча смотрит в глаза и Ким видит в них не менее искреннее признание. Расходятся. Под пристальным взглядом Ли Тэхён в сопровождении Чона и Мина заходит в свой кабинет. Всё, как всегда, привычная обстановка. Дохва потирает руки провожая взглядом спину младшего. *** После последнего урока Тэхён, как обычно, приходит к кабинету Гука, но его там не обнаруживает. В голове роятся мысли, где же он может быть. — Вы видели Чонгука? — Цепляет за руки выходящих школьников. Девчонки шарахаются, кто-то даже взвизгивает. Парни смотрят настороженно с подозрением. Киму всё нипочём. — Что ты истеришь? Может он домой уехал? — Предполагает Мин. Друзья поддерживают как могут, тоже останавливая прохожих со странным вопросом. Конечно, все знают потерянного парня, некоторое даже ходили за ним хвостом, но внятного ответа никто не даёт. — Он бы сообщил. Чон не кинет меня вот так вот. Он бы написал, что уходит раньше. — Без конца мотает головой уверяя сам себя. Парни пожимают плечами. Ситуация мутная. Кто-то из одноклассников сообщает, что Гук попросился выйти и обратно в класс не вернулся. Обыскав все парты Ким не находит вещей младшего. — Он что ушёл с сумкой? — Кричит в пустом классе, но рядом никого нет кроме своих парней. Оседает. Стучит по столу кулаком и вспоминает про телефон. «Абонент вне зоны действия сети…» — Ты подожди так убиваться. Пойдём к учителю. Может, он знает? — Разумно предлагает Чон. Троица направляется в учительскую. Рывком, без стука, Ким открывает дверь и осекается. На парня смотрят с десяток пытливых глаз. — Ким Тэхён? Тебе чего? — Удивляется учитель химии. — Кто вёл урок математики в первом старшем? — Едва склонив голову требует ответа. — У меня сейчас был там урок. — Учитель Сон признается поднимая руку. — В чем дело? — Чон Чонгук отпрашивался с урока? Он вышел с сумкой? — Пытает учителя. — Да. Он собрал сумку и вышел. — Подтверждает педагог. Тэхён опустошённо кивает головой на услышанные слова. Значит всё-таки бросил. Спрашивать больше не о чем. Ким прикрывает дверь и несмотря на одноклассников, ещё раз, более тщательно, проверяет мессенджер и звонки. Ничего. Куда мог уйти мальчишка, что без острой надобности не отходит от старшего дальше, чем на полшага? Добредая до холла с опущенной головой Ким плюхается на мягкое сиденье декоративного пуфика, предназначенного для украшения, но школьники на него садятся. Чон и Мин стоят рядом повесив носы. — Позвони ему ещё раз? — Настаивает Хосок. — У него выключен. — Фыркает Ким и набирает номер младшего на громкой связи. Механический голос оповещает, что парень в сети так и не появился. — Вот черт! — Ругается Мин. Он смекает, что Кима они не бросят, а время идёт. — Что думаешь делать? Тэхён крутит в руках телефон. Единственный способ быстро найти младшего — это геолокация. Беспокоить мистера Хвана хочется меньше всего, но ситуация выходит из-под контроля. — Отец. Где Чонгук? Дай мне его координаты. — Быстро тараторит, стараясь избежать лишних вопросов. — Просто скажи мне, где он? — Замирает ожидая ответа. Спустя минуту глаза парня наполняется паникой. Тэхён откладывает телефон и не моргая смотрит в одну точку. — Что? — Упавшим голосом басит Мин. — Не тяни. Где мелкий? — Не терпится Хосоку. — В школе. — Напряжённо выдаёт Ким. — Телефон его в школе. Он где-то здесь. — Давайте разделимся и поищем. — Предлагает Хосок. — Может он на крыше? — Предполагает Мин. Многие в школе знают, что парень имеет доступ к этому месту. — Не может быть. — Качает головой Ким. — Дохва сменил замок ещё в свои первые рабочие дни. Гук больше туда не ходит. — Ну, тогда колись, где ваши потайные местечки? — Без доли насмешки теребит Чон. — Да нет у нас местечек. Может в библиотеке? — Предполагает Ким и вскакивает с места. Парни громко топая бегут наверх. Сердца быстро колотятся предвкушая найти пропажу, но обойдя абсолютно все стеллажи, младший не находится. — Ягодка, где же ты? — Поднимая глаза к потолку Тэхён готов помолиться. — Давайте пройдёмся по всем классам, а после встретимся на лестнице. — Предлагает Юнги. Тэхён кивает. Он согласится сейчас на что угодно, лишь найти мандаринку, не важно в каком углу. Парни пускаются в поиски. Громко зовя младшего старшеклассники носятся по пустым кабинетам. — Чони, ну где же ты? — Уже в голос раздражается Ким, понимая, что всё в пустую. Встречаясь на лестнице сговариваются осмотреть нижний этаж, но спустя время и там постигает фатальная неудача. — Остался только кабинет смотрителя и подвал. В учительской его нет, у директора Су он то же навряд ли восседает. — Без задней мысли рассуждает Юнги, а Чон и Ким сбиваются в кучу. Для Хосока слова парня просто бред, а вот Тэхёна передёргивает. — Что? Кабинет Ли. — Прищуривает глаза и бьёт кулаком в ладонь. Грязный ублюдок писал однажды, что хотел бы попробовать с ними двумя. — Ну держись. Я разорву тебя в клочья. — Ты чего? — Настораживается Чон, но Тэхён уже торопится к заветной двери. Дергая её и толкая парень хочет ворваться в запертую дверь. — Ты что творишь? Совсем обезумел? Сейчас сигналка сработает. — Обхватывает и утаскивает в сторону Юнги. Друзья оттаскивают парня от запертой двери. Смотрителя в кабинете нет и в школе похоже то же. Перед глазами плывёт дымка, а в ушах стоит монотонный писк. Хочется вытряхнуть из себя это поганое состояние, но тогда Ким рассыплется в пыль. — Он угрожал расправиться с Гуки. — Мёртвым голосом признается Тэхён. — Что? — В один голос. — Похищение? — Предполагает Чон. — Это ж статья! — Восклицает Мин. — Я убью его. — Стряхивая с себя чужие руки Тэхён намеревается навестить старого друга. Пусть его не приветят в гостях. Может даже не впустят в квартиру на порог, но он вытряхнет адрес Дохва, чтобы ему это не стоило. — Ты куда? — Поражаются парни. — Я найду Гука. — Не оборачиваясь. Было бы проще проверить камеры и посмотреть, куда пошёл младший, но мониторная автоматизирована и вход в неё доступен только смотрителю. Для безопасности школы двери открываются магнитными ключами. Пройти в помещение и выйти из него незамеченным невозможно. Но увидеть этот момент без Ли Дохва, увы не получится. Уже на улице звенит телефон. Тэхён только сейчас замечает, что забыл в школе сумку. Он даже не вспомнит сейчас, где её оставил. — Что за черт? — Дрожащим голосом поражается Ким. Номер подписал бывшим смотрителем. — Сокджин? — Уточняет принимая вызов. — Узнал? Приятно, поганец, приятно. — Смеётся старший. Он похоже не совсем трезв. — Что тебе надо? — Напрягается младший. Не просто ж так бывший соперник решил пообщаться. Слышится кашель в сторону, а потом более собранным голосом Ким пытается говорить внятно. — Ты никого не потерял? — Внезапный вопрос. Тэхён направляется к выходу с территории, но останавливается на полпути. — Это ты? — Рычит в трубку срывая голос. — Нет. Точнее не совсем я. Меня попросили позвать Чонгуки. Я только написал ему сообщение. Больше я ничего не знаю. — Хмыкает в трубку. — Я и этого не хотел говорить, но Намджун меня вынудил. Утверждает, что Хван засадит меня за решётку. — Всё-таки пьяно икает и посмеивается. Столько всего и сразу. Тэхён не знает о чём первом подумать и расспросить. Когда Намджун снюхался с Кимом? Насколько они близки? Куда в конце концов делся Чон? Кто забрал его с территории школы? — Кто просил тебя его позвать? — Чётко проговаривая каждое слово. Тэхён решает, что вопросы дружбы подождут, нужно найти виновного в похищении. — Так я тебе и сказал. — Смеётся Сокджин. — О Чонгуки позаботятся, не волнуйся. — Похрюкивает в трубку. Ким в бешенстве. — Ты ублюдок. Я же задушу тебя, гада. Лучше скажи, кто забрал Чона, а то тюрьма тебе раем покажется. — Притопывает парень от беспомощности и дикой ярости от бездействия. — Ну-ну. — Гогочет старший и отключается. Ситуация запутывается ещё сильнее. Тэхён поверить не может, что всё это дерьмо происходит с ним. Что это коснулось Гука. Хочет выть в пустое сереющее небо и рвать на голове волосы, но в руке трезвонит телефон. Ким почти роняет его от неожиданности. Этого звонка он точно не ждал. — Джихо? — Звучит так, что неподготовленный человек усомнился бы в реальности настолько резкого и ржавого голоса. — Тэхён, я прошу прощения, что беспокою. — Нервничает бывший друг. — Я не уверен, что эта информация тебе интересна и может, я вообще, зря паникую и к тебе это никак не относится… Ким бесится. Вот именно в эту минуту ему совсем не нужны заикания младшего Ли. Он пользуется моментом и перебивает чужое блеяние. — Где твой брат? — Почти кричит в динамик заставляя Джихо на том конце поморщиться и отклонить голову. — Дохва? — Удивляется, словно забыл о его существовании. — Я не знаю. Я поэтому и звоню. Он куда-то ушёл, его похоже давно нет… — Торопится говорить, но Ким снова не слушает. — Ты решил мне поплакаться, что твой грёбаный братец пропал?! — Ревёт вепрем Тэхён. Парня трясёт от глупости, тупости и наивности. Джихо на том конце провода замолкает. Он знал, что Тэхён не обязан быть с ним любезен после всего произошедшего, но говорить невозможно, ком сдавливает горло. Тэхён чувствует недосказанность. — Говори! — Требует не оставляя варианта отмолчаться. Измеряя тропинку, выложенную плиткой, парень ходит как лев запертый в клетке. — В комнате Дохва лежит какой-то голый парень. — Пищит в трубку. У Кима из-под ног уходит земля. — Какой парень? — Едва выдавливает из себя Тэхён. Он уже готов зарыдать, что не сберёг младшего, но держит себя из последних сил. — Я его не знаю. Да и не рассматривал. — Дрожащим голосом объясняет Джихо и слышно как у него что-то упало и разбилось. — Я пришёл с работы, пошёл собирать грязные вещи для стирки… — Короче! — Воет в трубку Тэхён. — Я не знаю. — Ещё больше нервничает парень. — Я его увидел и сразу дверь закрыл. Сразу тебе стал звонить… Тэхён больше не может это слушать. С каких пор друг стал таким мямлей? Выбегая на дорогу с территории школы ловит проезжающее такси. Почти бросается под колёса. — Эй! Тебе жить надоело?! — Пожилой водитель кричит на школьника. — Мне нужно в Сонпагу. — Без спроса лезет в машину. — Но у меня заказ. — Возмущается водитель. — Плачу сто тысяч. — Бросает таксисту и тот быстро кивая соглашается сменить маршрут. — Джухо? — Зовёт ждущего на проводе друга. — Почему ты решил позвонить именно мне? — Старается внимательно слушать стихающий голос, но слышит лишь шёпот. — Дохва пришёл. — Зажимая динамик шипит младший Ли. — Адрес! — Резко орет Ким пугая водителя и тот вздрагивает. — Адрес быстро пришли! — Трясущимися руками сжимает телефон. Голос Джихо уже едва слышно. Можно только понять, что он разговаривает с кем-то другим. Колено простреливает так, что сводит под рёбрами и дёргается нога. Ким шипит от нахлынувшей боли и ужаса. Ещё не уверенный в том, что голый парень — Чон, он уже молится за его здоровье. — Быстрее, прошу вас! — Не может сдержать эмоции. Тэхён подгоняет водителя, а сам пялится в экран гаджета. Сообщение с адресом не приходит. *** Джихо прячет телефон за спину, когда старший заходит на кухню и оценивает обстановку. Испуганный парень сразу попадает под подозрения. — Ты что, заходил в мою комнату? — Смекает старший и смотрит на брата исподлобья. — Нет. — А сам согласно кивает. Дохва усмехается с бледного ошарашенного лица младшего. Парень жмёт за спиной спасительную трубку и молится, чтобы Тэхён скорее приехал, совсем забыв, что надо отправить адрес. — Видел моего парня? — Ехидно прищуривает глаз. — Я решил, что раз ты в курсе, что мне нравятся сладкие мальчики, то нечего стесняться? Мы здорово провели время, пока тебя не было. — Достаёт из кармана джинс пачку презервативов. — Вот закончились, пришлось ещё сбегать, купить. — Откуда ты его притащил? — Выпрямляясь в доску под зловещим взглядом брата, Джихо пытается не потерять сознание от ужаса. Глаза у Дохва такие странные, что младший начинает бояться за вменяемость старшего. — О, не переживай. Этот красавчик чист и невинен. Я уверен, что если я не первый, то точно второй. — Скалит зубы картавя ещё сильнее обычного. Слушать такие речи невыносимо. Джихо никогда не рассматривал для себя подобную альтернативу, потому кривит лицо смотря на коробочку контрацепции в чужих руках. — Кто он? Почему лежит как неживой? Ты держишь его здесь силой? — Перебирает самые пугающие варианты. Дохва перестаёт ухмыляться и делает несколько шагов на приближение. Джихо сжимается и на ощупь находит на мойке вымытую вилку. — Ты меня пугаешь, Дохва. Перестань. — Просит гримасничая, давя на жалость. — Где же твоя бойкая отвага, мелкий? Ты так громко отстаивал свои права на выбор счастья в жизни, что теперь прячешь башку в песок. Я тоже решил поиметь счастье, а ты морщишь нос. Пойдём со мной. — Кивает головой в сторону своей комнаты. — Подержишь его, а то ещё ерзает. — А мне попробовать дашь? — Неожиданно оживает брат. Дохва удивлённо и недоверчиво окидывает пристальным взглядом. — Нет, ну после тебя, конечно. — Тушуется Джихо. Старший начинает громко смеяться, наращивая тональность. — Вот, щенок. Так и знал, что он тебе приглянулся. Конечно, дам. Посмотришь как я это делаю, а потом сам. — Довольно хлопает младшего по плечу, да так, что Джихо едва стоит на ногах. — Я заодно растяну его для тебя. Пошли. Парень сглатывает, сжимая в одной руке телефон, в другой вилку. Деваться некуда. Медленными шагами младший идёт в комнату брата как на казнь. В голове крутится ураган и ни одной путной мысли. Ким как назло так долго едет. Обнажённое тело едва шевелится. Дохва с удовольствием хлопает по ягодицам и довольно поглядывает на младшего, что смотреть на несчастного совсем не может. Он осматривает комнату на признак чего-нибудь полезного, но на глаза ничего не попадает. — Смотри какой, Джихо. Не стесняйся ты. Ещё не трахался ни с кем? Сейчас я тебя научу получать кайф. — Хватает младшего за плечо и притягивает ближе. — Ты посмотри какая у него задница. Розовенькая. — Смачно прикладывает ладонь к выпуклости. Звонкий шлепок разносится по комнате, а тихий болезненный скулёж едва долетает до ушей. Джихо вздрагивает и жмурит глаза. Он не хочет смотреть на чужую задницу. Тем более парня, да ещё и такого. Он же явно невменяемый. И Дохва со своими блестящими выпученными глазами то же не внушает доверия. — Я где-то читал, что перед этим надо поссать сходить. Расслабление настоящее получится и оргазм ярче будет. — С умным видом смотрит в расширенные зрачки. — Я не хочу. — Начинает гоготать старший. — Иди сходи, раз боишься. Джихо не хочет казаться трусом, но как потянуть время не понимает. Он бросается бежать из комнаты с криком: — Без меня не начинай. Руки дрожат. Вилка эта бесит. Толку от неё нет совсем, только пальцы заболели сжимать её до одури. Быстро стуча по экрану парень старается набрать вызов Киму, но сенсор заедает. — Да черт бы тебя побрал! — Шипит парень и вот первый гудок. Сердце колотится так сильно, что в глазах темнеет. Ли до жути боится возвращаться в комнату и до безумия боится, что брат отымеет обдолбанного паренька. Это же статья. Их обоих посадят. — Да! Джихо! — Крик в ухо и парень роняет телефон от неожиданности. — Черт, черт. — Сквозь грохот и помехи Тэхён слышит как ругается друг. — Джихо! — Во весь голос орёт Ким повергая водителя в ужас. — Адрес! Где ты?! — Рвёт глотку Ким трясясь на заднем сиденье такси. Они уже пересекли мост и дальше ехать нет смысла. Квартира друга может быть где угодно. Если Чонгук в ней, то это точно не по адресу родителей Ли. Джихо опускается на пол, соскребает разбившийся телефон с пола. Экран пошёл мелкой паутиной трещин. — Тэхён, — старается говорить чётко и внятно, но голос дрожит — кафешку помнишь, С27? Мы отмечали в ней твоё последнее день рождения. — Что? Какого чёрта? — Злится Ким. Ему сейчас вообще не до ностальгии. — Я живу в доме напротив этого кафе. Первый подъезд четвёртый этаж. Дверь без номера. Быстрее. — Умоляюще просит парень. За дверью слышатся шаги и стук кулаком. — Джихо, ты сдох что ли там? — Гневно рычит картавый голос. — Быстро пошли. У меня времени в обрез. Парень поднимается на дрожащих онемевших ногах. Щёлкает запором замка и тянет вымученную улыбку на бледном лице. — Я помылся. — Старается посмеяться. Дохва скептически смотрит на одетого брата. Джихо понимает, что лажает. — Я только его. — Кривится и опускает взгляд на себя ниже. — Ааа. — Понимающе тянет старший. Увесисто хлопает по лопатке и подталкивает мнущегося к комнате. — Пошли уже. Я его разработал. Сердце ухает. Неужели Ким опоздал? Джихо заходит в комнату и не может стерпеть. Закрывает глаза рукой. Парень сидит на коленях на полу и не может оторвать голову от постели. Его руки связаны за спиной. — Что ты с ним сделал? — С ужасом и подступающей тошнотой. — Растянул. — Показывает два пальца и с удовольствием лижет языком указательный. Джихо таращит глаза и не в силах принять данность зажимает руками рот. — Я сейчас. — Кричит на ходу и едва успевает к унитазу. Парня впервые рвёт только от того, что он что-то увидел. — Эй, малой, ты начинаешь напрягать! — Картавая речь пугает грозным тоном. Джихо видит в раковине вилку и понимает, что время пришло. Тянуть больше нет смысла, да уже и опасно. Ослабевший, но полный решимости, парень с диким криком толкает дверь и бросается на недовольного брата. Четыре зубчика прибора входят в грудь старшего наполовину. — Ааа! — Раненным зверем кричит Дохва. Кровь сначала не идёт и младший дивится, но потом она проступает и Джихо крупно трясёт. — Прости, Дохва, но так надо. Ты не в себе. Ты не понимаешь, что творишь. — Сожалея о содеянном парень проливает первые слезы. Вилка не убивает мерзавца. Она обезоруживает на короткое время, а потом старший приходит в состояние ярости и бьёт брата в лицо. Джихо отлетает на пол к входной двери. Резкий бой в металлическую поверхность руками и ногами окрыляет. Это Ким. Он успел, он спасёт, он поможет. Шатаясь от потери равновесия парень топает два шага открыть. Дверь распахивается. Тэхён влетает в квартиру и сметая друга с пути бросается на смотрителя. Тот как циклоп, поражённый в глаз, стоит разведя руки в стороны. Из его груди торчит вилка. Ким успевает подумать: «Жаль не в глаз» и кидается с кулаками. Ошалевший от неожиданности Дохва валится на пол. — Где он? — Сверкая безумием в глазах Тэхён оборачивается к Ли. Видя, что старший уже с голым торсом мысли начинают сводить с ума. — Там. — Всё ещё дрожа парень бежит в свою комнату. Ким бежит в спальню сволочи. — Ягодка. — Сердце падает вниз. В ушах поднимается шум. — Мандаринка моя. — Приближается достаточно медленно боясь прикоснуться. В глазах копятся слезы и полными реками стекают по щекам. — Душа моя, что он с тобой сделал? — Плачет протягивая руки к голому телу, что неподвижно сидит на затекших ногах. В комнату вбегает Джихо. Он бросает на кровать стопку вещей и стягивая с постели покрывало накидывает на пострадавшего. Пока Ким оплакивает Чонгука, Ли реально ему помогает. Выхватывая ножницы из органайзера на столе разрезает бинт. Откуда он тут взялся, сейчас не имеет значения. Руки затекли и на них остались тёмные борозды. Закидывая безвольное тело на постель растирает ноги. Чон очень долго был обездвижен в таком положении. Реагируя на колющую боль и сильные с нажимом движения, парень начинает стонать. — Помоги его одеть. — Просит Кима, что потерянно смотрит на происходящее. — Он что, под наркотой? Вызови скорую, ему нужна помощь. — Оживает Тэхён и отпихивает от Гука друга. Джихо смотрит в коридор, где на полу растянулся брат и набирает номер спасательной службы. Тэхён причитает нежности, целует руки и одевает знакомую до боли одежду. Это его вещи. Те самые, что он отдал Джихо, а тот так бессовестно не вернул. Значит не зря. Ничего не происходит просто так. Когда Чонгук тихо постанывая лежит одетым, Джихо внезапно начинает хрипеть. Ким не понимая причину звуков оборачивается. Дохва очнувшись, вытащил из груди вилку и пришёл разобраться с предателем. Сильная хватка сжимает шею младшего и он смертельно багровеет. Машет рукой прося о помощи и тут же цепляется в удушающую, стараясь отцепиться. Ким не раздумывая хватает тяжелый стул на колесиках, что припаркован к столу и с замаха от плеча накрывает «циклопа» сиденьем по голове. Если бы не сжигающая ненависть и отвращение, желание отомстить, Тэхён бы так никогда не сделал. Он и стул бы так не поднял, но адреналин в крови придаёт столько сил, что их нужно куда-то выплеснуть. С рычащим гортанным криком, напрягающим связки на максимум, Ким переебал падлу стулом (иначе не скажешь). Дохва замертво валится на пол безжизненной массой. Спустя минуту, откашлявшись, Джихо смотрит на друга всё ещё красный и в слезах. — Ты его убил? — Тихо шепчет в шоковом состоянии. Тэхён тяжело дышит. Он сам не может до конца понять, как и что произошло. Руки до сих пор крепко держат спинку стула, что отломилась от основной части. Удар был сокрушительный. В квартиру с громкими возгласами вбегают полицейские и затем медики. Тэхёна, как единственного не пострадавшего физически, увозят правоохранительные органы, Чона и Ли забирают врачи.