Чёрная вдова

Её третий муж скончался так же скоропостижно, как и предыдущие два. Он был так же стар, неимоверно богат и души в ней не чаял, как двое других. Вот только здоровье у него было покрепче, а дети от предыдущих браков – повнимательнее.  – Это ты убила нашего отца! – чуть не бросается в истерике на мачеху-ровесницу младшая дочь. – Он сам умер, – холодно отвечает Рэйна. Он правда умер сам. Не её вина, что его организм не смог переварить медленно убивающий его яд.  Это была неверная тактика. Ей, очевидно, нужно было биться в истерике и строить из себя безутешную трижды вдову, вот только ей не очень хочется размазывать макияж, портить причёску и показывать слабость, которой нет, перед посторонними, чужими людьми. Но именно из-за того, что она не устроила показательного выступления, женщина оказалась здесь. В грязном, противном, мерзком учреждении под названием тюрьма. Рэйне здесь не нравится, поэтому она готова потратить кучу денег, оставшихся ей в наследство от двух прошлых супругов, лишь бы поскорее убраться отсюда. После такого стресса улетит из Японии куда подальше. Эта страна ей уже осточертела. Да и она слишком маленькая для неё. Об этом стало известно относительно недавно.  Мужчина в костюме вздыхает перед ней. Они уже битый час общаются, но он так ничего полезного для себя и не узнал. А ведь именно он – тот человек, которому нужно знать всё. Остальным, конечно, необязательно, но он и есть то исключение из правил.  Рэйне же место в разведке. Молчит, как партизан. Главное, чтобы не оказалась самураем – ему не очень бы хотелось стать свидетелем сэппуку. Но девушке жизнь дорога, а особенно дорогая жизнь, поэтому расставаться с ней она не намерена. Адвокату повезло хоть в чем-то. Хироми Хигурума смотрит на свою клиентку через железный ввинченный в пол стол: она сидит и руки перед собой держит. Запястья скованы наручниками, ноготочки с розовым маникюром. Таких гламурных дамочек ему еще не доводилось защищать.  – Мисора-сан, скажите мне честно, – устало говорит он, смотря на клиентку исподлобья, – вы убили своего мужа или нет? – Хигурума-сан, – отвечает она, наклоняясь к столу, – скажите мне честно, вы лучший адвокат или нет? И если да, то какая разница, делала я это или нет? Хироми тяжело вздыхает. Он не адвокат дьявола. Он обычный адвокат, которому надо установить доверительные отношения со своей клиенткой. Но пока что она просто ведет себя, как богатая сучка, которая считает, что ей все дозволено. С таким отношением, само собой, не может идти и речи о победе или справедливости.   – Потому что мне нужны все подробности, – спокойно произносит мужчина. – Если вы отравили его, то я должен знать, какой это был яд, у кого вы его покупали, как он действует, выявит ли экспертиза его на вскрытии и так далее.  – То есть версию о том, что это была не я, вы даже не рассматриваете? – молодая женщина откинулась на спинку металлического стула и пытается сложить руки на груди, забывая о том, что наручники не позволяют ей проделать такой маневр. Не удалось произвести впечатление. – Вы считаете меня виновной, как и все, правда?  Хироми переводит дыхание, достаёт из нагрудного кармана носовой платок и промокает вспотевший лоб. Во-первых, в этой маленькой камере довольно душно, а во-вторых, происходящее его нервирует.  – Я сказал “если”, – собирается с мыслями Хигурума. Периодически нужно делать паузы на обдумывание. Девчонка ещё та змея. – Если нет – мне нужны доказательства. Это необходимо для моей работы. – Клянусь, это не я, – поднимает ладони Рэйна.  Адвокат же уверен, что у неё ни совести, ни души. И слова её не стоят ничего. – Если бы клятв было достаточно, – замечает он, – судов бы не существовало.  – Не понимаю, в чем проблема, – пожимает подсудимая плечами. – В том, что мы не можем сдвинуться с мертвой точки уже очень долго, – стонет Хироми, пряча лицо в ладонях. Трёт глаза, массирует виски. – Ну-ну, Хигурума-сан, – ласково зовёт она его, – вам просто нужно вытащить меня отсюда – и все. Делов-то. Он смотрит на неё убито. “Делов-то”. Ну да. Кому-то работа адвоката видится именно так, а на самом деле, процесс не из лёгких и не из коротких. Порой работа по делам может длиться год и дольше. Конечно, в её случае можно попробовать и такой вариант – просто когда истечет срок давности по делу… вот только ждать тогда придётся очень долго, а подсудимая хочет покинуть тюрьму очень быстро. – Рэйна Мисора-сан, – строго говорит ей адвокат, – спрашиваю вас в последний раз: это вы убили Сёта Кисида? – Ой-ой, как страшно, – с лукавой улыбкой отвечает ему Мисора. – Я отвечаю вам в последний раз: это не я.  – Хорошо, – соглашается с ней мужчина, – если это не вы, Рэйна Мисора-сан, тогда – кто? Она хлопает глазами и смотрит на него удивленно. Откуда же ей это знать?  – Это остаётся на совести полиции. – Она снова пожимает плечами и волосы за спину отбрасывает. Хигурума не понимает, как она продолжает оставаться такой гламурной даже в тюрьме. – То есть, Рэйна Мисора-сан, – ему нравится называть её имя полностью, в третий раз уже это делает. – Вы хотите сказать, что три ваших мужа подряд погибли по чистой случайности?  – Ну, я люблю мужчин постарше, – отвечает она, щурясь на него. – А мужчины постарше, как известно, слабы здоровьем. Особенно если заниматься сексом столько, сколько хочу я… – она прикусывает губу и смотрит проницательно в хмурые глаза Хигурумы.  Как и ожидалось, он смущенно отводит взгляд.  То есть она их не отравляла, как все думают, а буквально вытрахивала из них жизнь? От этой мысли адвокату становится немного не по себе. Может, она какой-нибудь суккуб, и он имеет дело с реальной чертовщиной?  – И сколько же вы хотите? – он сам не понимает, почему задаёт этот вопрос и как ответ на него может помочь следствию. Наверное, уже слишком устал. Им бы закругляться. – О-о-о, – сладко протянула Рэйна, – очень, очень много, Хигурума. Много, всегда и везде. В разных позициях, разных местах… даже здесь, Хи-гу-ру-ма, и сейчас.  Хигурума вздрогнул. Но продолжал слушать клиентку. Не смел перебить. Впитывал каждое слово, как губка. Может, что-то ему поможет в работе из того, что она ещё скажет? – В этой противной тюремной комнате, которая, конечно, почище моей камеры, и на том спасибо, пока ты меня допрашиваешь, – переходит на “ты”, но он её не исправляет, – в этом что-то есть. Может, свет удачно падает? – она задумчиво наклоняет голову, внимательно изучая Хироми, – В твои волосы, наверное, очень приятно запускать пальцы и оттягивать пряди, чтобы открыть шею. У тебя уставшие глаза. Наверное, ты тоже немало пожил. Как я люблю, – ёрзает на кресле немного, прежде чем продолжить. Её так легко заводит возраст?  – Я бы с удовольствием притянула тебя за галстук, – кивает на него, – тебе очень идёт, когда он немного расслаблен – тебе кто-нибудь говорил об этом? – Нет… – Ну, теперь сказали. Не благодари. Твой нос хорош, – продолжает она непринужденно, – наверное, член тоже.  Руки у неё стянуты наручниками, зато ноги свободны. Она протягивает их под столом и касается лодыжки адвоката, тянет ножку выше. – Такие разговоры недопустимы, – качает головой Хигурума. Потом хватает её за ногу и отнимает от себя. Мисора надувает губки обиженно.  – Сколько тебе лет? – уточняет она. – У тебя есть девушка? Кольца на пальце нет, значит, не женат. – Это неважно, – он тяжело вздыхает опять и понимает, что на этом больше ничего от неё не добьется. Оставляет свою визитку на столе. – Вспомните какие-то подробности, звоните. Следующее свидание у нас с вами через неделю. Он стремительно поднимается, стараясь как можно незаметнее поправить член, который проявил заинтересованность в клиентке. Не оборачивается, поэтому не видит, как Рэйна плотоядно облизывается.