Двадцать пять перьев

***

*** - Nikolas, s'il te plaît, calme-toi. - Француз наблюдал за гневом империи, что никак не мог успокоиться. - Как я могу успокоиться, когда происходит такое?! - Мужчина, что был одет в военную форму, ходил из стороны в сторону, даже не собираясь успокаиваться. - Этот чёртов немец, да как он смеет! Первая мировая война только началась, а Романов младший уже начинал сходить с ума. Мало того, что его брат был серьёзно болен, так ещё и бунты в стране никак не могли успокоиться, из-за чего было не возможно бросить все свои силы на оборону. - Господь всемогущий, спаси и сохрани! - Русский всплеснул руками, останавливаясь рядом со своим столом и беря очередной отчёт в руки. - Карл, что мне делать? Услышав голос боевого товарища, Бурбон обомлел. Впервые он слышал такого Николая, разбитого и подавленного. В первые секунды он даже не знал, стоит ли вообще говорить хоть что-то, но, спустя мгновение, понял, что сейчас императору не нужен совет товарища, а лишь поддержка того, кто стал ему по-настоящему близок. - Nicolas, tu sais que je serai toujours là. Je t'aiderai toujours si nécessaire. - Подойдя к Романову ближе, республика обнял дорогого друга, успокаивающе поглаживая. - La seule chose dont je suis sûr, c'est que tu dois te ressaisir. Ton frère ne peut pas t'aider. - Я знаю, mon cher. Не понимаю, как Руслан справлялся со всем этим в одиночку... - Ruslan n'était pas seul, tu étais toujours avec lui. - Мягко улыбнувшись, француз чмокнул своего русского в нос. - Bien sûr, puis il y avait prussien, mais cela ne change pas l'essence. - Прекрати, слышать о нём не могу. - Николая передёрнуло от упоминания приставучего немца. - Я и без того часто вижу это лицо... Карл весело рассмеялся, наблюдая за недовольным выражением лица возлюбленного. Русский ещё что-то бурчал, утыкаясь в шею Бурбона и вдыхая его сладкий парфюм. Сразу почувствовался аромат лаванды, бергамота и шалфея, что так любил император. - Как называются эти духи? - Mon chéri, je t'ai dit plus d'une fois le nom de ce parfum. Surtout, je t'ai donné un exemplaire. - Аккуратные пальцы мягко развязали ленту, что держала короткие, пшеничные волосы, и оттянул их, начиная массировать голову любимого. - Я никак не могу запомнить название. А тот флакон забрал себе Руслан, так что я не успел ими воспользоваться. - Голубые глаза блаженно закрылись, наслаждаясь массажем. - Tu devrais peut-être te reposer ce soir. Je peux te tenir compagnie. - Глаза, цвета бирюзы, весело сверкали, наблюдая за любимым. Русский кивнул, отстраняясь от француза и направляясь к двери. Не долго думая, Карл пошёл следом, одновременно с этим бросая последний взгляд на новую картину, что висела рядом с дверью. На ней были изображены ночные Спасские ворота в Москве. - C'Est Moscou... Pourquoi as-tu décidé d'accrocher ce tableau chez toi? - Догнав Николая, мужчина схватился за его руку, обращая внимание на себя. - Ты про ту картину... - Взгляд империи стал суровее, а между бровей появилась морщинка. - Почему-то, когда я на неё смотрю, мне становится легче делать выбор. - Voici comment... Дальше они шли в тишине, лишь изредка Бурбон чувствовал как его руку сжимают. В такие моменты республика сочувственно посматривал на любимого, сжимая его руку в ответ. Эта война на всех сказывается ужасно, но смотреть, как невероятно сильная империя затухают на глазах... Карла это убивало. - Карл, как ты думаешь, что будет после войны? - Остановившись посреди коридора, император странно и немного пугающе посмотрел на француза. - Je pense que beaucoup de pays vont tomber. - Республика отвёл взгляд в сторону, чувствуя неприятное покалывание. - Мне кажется, что мы с братом будем в числе этих стран... - Опустив голову, русский развернулся, готовясь идти дальше. - Ne dis pas ça! Vous et Ruslan survivrez et serez parmi les gagnants. - Заявление империи сильно вывело Францию, из-за чего тот, чуть вспылил. Николай грустно посмотрел на любимого и пошёл дальше, крепко сжимая его руку. Мужчина предчувствовал, что скоро произойдёт что-то, после чего ни он, ни его брат не смогут продолжать существовать. Эти мысли, каждый день и каждую ночь мучили младшего Романова. А картина, со Спасскими воротами, молчаливо давали подсказку, которую мужчина никак не мог понять. - Nicholas, souviens-toi, Henry et moi sommes là pour t'aider si c'est ça. - Карл мягко сжал напряжённое плечо русского, стараясь его подбодрить. - Et en plus, nous sommes une équipe! - А все члены команды должны держаться вместе. - Император улыбнулся, чувствуя руку, что начала трепать его волосы. - Exactement! Et nous allons botter le cul de ces dindes austro-allemandes pompeuses! Возгласы француза сильно рассмешили империю, да так, что он залился громким смехом. Довольный своей работой, Бурбон улыбнулся и, с довольной выражением лица, подхватил Романова. От неожиданности, мужчина пискнул, но вскоре рассмеялся пуще прежнего. - Mon cher empereur russe, je veux entendre ton doux rire pour toujours. - Как закончится война и мы будем видеться чаще, я обещаю, что всегда буду смеяться рядом с тобой. Франция тихим шагом направился к библиотеке, грея совместные планы в своём сердце. Их команда, союз точно победит и в этом нет никаких сомнений. Всё будет по-прежнему: Руслан очнётся и снова возьмёт страну под своё крыло, а они с Николаем вновь будут сидеть где-нибудь во Франции или в России, и тихо читать книги или рисовать картины. И в каждую их встречу Романов будет задавать один и тот же вопрос "Как называются эти духи?", а Бурбон будет тихо посмеиваться и каждый раз говорить один и тот же ответ "Fougere royale".