Ребёнок – мечта Этого достопочтенного.

Мо Вэйюй жадно смотрел на каждое его движение и когда они тронулись с места наконец проговорил: — Включи мою песню, Ваньнин… Глаза мужчины, сидящего за рулем в мгновение расширились, услышав обращение использованное к нему. Что за неуважение… Хотя Мо Вэйюй и так был пьян до посинения, значит такое поведение можно было простить сегодня. — Это какие-то твои пьяные бредни? Чу Ваньнин действительно никогда не понимал своего ученика. Все его поступки. Все прикосновения. Он даже не понимал кем тот является на самом деле. Даже в прошлом он ничего не понимал. Песни? Какие песни? Шедевральные композиции от молодежи про наркотики и..? Нет, Ваньнин никогда не понимал и не слушал ничего с этого. Мо Жань тяжело вздохнул и стал прокручивать переключатель, отвечающий за каналы радио в машине, надеясь найти нужный канал. Омега внимательно смотрел за дорогой и не хотел обращать внимания на выходки его пассажира, но когда почувствовал знакомое ощущение теплой ладони на своей ноге задрожал. — Ваньнин, мы что не в моей машине?.. Парень недоуменно смотрел на своего покрасневшего учителя, который пытался стянуть чужую руку со своей онемевшей ноги, которая не желала слушаться своего носителя. Чу Ваньнин незамедлительно покачал головой, ведь не собирался воровать машину у своего ученика, чтобы позже добраться к себе домой. — Аа… Тогда ясно. Сказав это Мо Вэйюй убрал руку с дрожащего колена и достал из кармана телефон, начиная что-то искать. Второй удивленно уставился на того, ведь не ожидал, что его горе ученик так быстро сдастся, но это лишь облегчило ему поездку и Чу Ваньнин со спокойной душой сосредоточился на дороге, пока альфа злился, находясь в поисках чего-то. — О! Нашел… Проговорив это он громко тыкнул пальцем по экрану мобильного телефона и в перемешку со звуками ливня, неожиданно начавшемуся и бьющемуся по стеклу, по машине раздалась громкая мелодия гитары, а затем стал слышаться голос, схожий на голос Мо Вэйюя. Последний в свою очередь прикрыл глаза, пока в его руках находился гаджет, издававший звуки. Ваньнин не мог разобрать текст, ведь не знал английского, но не отводя взгляда от дороги стал вслушиваться в некоторые слова, которые его ученик в полу-дреме тихо подпевал в такт с музыкой. (Дальнейший текст взят из песни группы Three Days Grace – Never Too Late) — This world will never be.. What I expected. Слушая томный голос Мо Жаня, Чу Ваньнин успокаивался и в его голове, даже не стали появляться мысли о том, был ли этот пьяница действительно известной личностью, ведь с его внешностью и характером всё возможно. Но вслушиваясь в слова, Ваньнин находил в них что-то интересное, хотя даже не понимал текст. I will not leave alone Everything that I own To make you feel like it's not too late It's never too late Громкая музыка припева резко ударила в уши, выбивая водителя из колеи. Когда он уже собирался попросить выключить, услышал тот же знакомый голос, что из аудио. Громко поющий голос. Поднимая голову с кресла мужчина увидел незнакомое, разозленное выражение лица, которое на удивление не было отправлено в сторону Ваньнина, а куда-то вдаль. Его эмоции сменялись с разозленных на отчаянные, а руки сжимались в кулаки до побеления костяшек. Сердце Чу Ваньнина замерло увидев такого ученика и он почувствовал страх, который никогда не испытывал. Учуяв негативные эмоции хозяина, собака на заднем сидении подскочила и начала лаять на обладателя красивого голоса. Музыка резко выключилась и пьяный певец оглянулся на задние сидения. — Тяфкалка, я пою в соло, чего ты вылезла?! Эта сцена определенно была забавной и сердце Чу Ваньнина смягчилось. Остановив машину он оглянулся на своего питомца, давая понять что все хорошо. Глаза Мо Вэйюя постепенно стали закрываться и он тихо пробормотал: — Мы уже приехали?… Держа руку полузаснувшего альфы на своем плече, Чу Ваньнин с трудом зашел в подъезд и вызвал лифт. Мужчина с несчастной судьбой узнал адрес своего горе алкоголика у его опекунов, которые явно знали, каким их сын является, будучи пьяным. Сейчас ожидая лифт, трезвый, как стеклышко мужчина, недоумевал как он оказался в такой ситуации, пока другой идиот тихо сопел, упираясь подбородком в макушку своего преподавателя. Бессовестный… Зачем было так напиваться, зная что на следующий день концерт? Профессиональный певец. Не то чтобы Ваньнин разбирался в музыкальной индустрии и жизни певцов, но обычные правила ответственности точно говорят не поступать так, как Мо Вэйюй. Но мужчина не хотел об этом думать, ведь даже не знал ни одного популярного исполнителя старых времен, не говоря уже о новых, а о своем ученике он точно раньше не слышал как о известной личности. Возможно такое поведение для него нормально и фанаты привыкли. Раздался тихий звук, предупреждающий о том, что лифт приехал. Двери медленно отворились и Чу Ваньнин вошел внутрь, не отпуская Мо Жаня и нажимая на нужный этаж. Металлические двери постепенно стали закрываться, пока глаза пьяной псины стали постепенно открываться. Немного придя в себя он почувствовал чужое невозмутимое дыхание, которое так и просилось сделать себя прерывистым, или вовсе прервать себя и заставить молить о пощаде. Пока в голову лезли дурные мысли, руки уже начинали выполнять свои заветные желания. Дыхание Чу Ваньнина перехватило когда он обнаружил руку дурного мальчишки не на своем плече, а плавно переходящую на его талию. Ласковым рукам больше не было за что опираться и не было возможности устоять на ватных ногах, поэтому медленными шагами Мо Вэйюй прижал объект своей ненависти к стене и прислонился к уже покрасневшему уху. — Ваньнин… Останься со мной, хотя бы сегодня. Сердце Чу Ваньнина сжалось, также как и всё его тело скованное в объятия того, за кем он больше всего тосковал в своей жизни и не желал бросать. Он всё помнит?… Руки встревоженного мужчины резко задрожали и не находили в себе силы оттолкнуть того, к кому сердце больше всего тянулось. Он не хотел отталкивать. Ему нравилось чувствовать легкие поцелуи на своем чувствительном ухе и на своей мягкой щеке. Руки сами потянулись, чтобы обнять крепкую спину окутанную кожаной курткой. Глаза Мо Жаня округлились, почувствовав тонкие пальцы, хватающиеся за его одежду и сладкий яблочный аромат, исходящий от шеи омеги. Блять да он его с ума свести хочет. Пускает блядские феромоны, чтобы его ученик оценил товар по достоинству. Такой желанный. Когда Мо Вэйюй уже собирался перейти с обычных поцелуев в щеку к чему-то более серьезному, раздался звук, предупреждающий об остановке лифта и двери стали медленно открываться. Чу Ваньнин быстро опомнился, и отрываясь от альфы стал отталкивать того. — Мо Вэйюй, нам нужно идти. Последний в свою очередь был недоволен таким результатом, но усталость всё же его победила и силы настаивать на своем покинули его тело. Когда Чу Ваньнин уложил Мо Жаня в кровать, он наконец со спокойной душой сел в машину и мог уезжать домой, но что-то не давало ему покоя. Места, к которым прикасался студент обгорали пламенем, а живот скручивало от странного ощущения. Омега тяжело вздохнул и отчаянно ударился головой об руль. Это неправильно. Неправильно любить того, кого знаешь с его очень юного возраста… Но сердце треснуло еще больше в тот момент, когда Чу Ваньнин вспомнил слова сказанные пьяным Мо Жанем. — Прости, что снова не смог выполнить твое желание…

༺༻

На следующее утро Мо Вэйюя поприветствовали не нежные лучи солнца, а ебаный бодун и настойчивые стуки в дверь. — Блядь… Тихо сказал молодой альфа, когда наконец собрался с духом и встал на ноги, направляясь к входной двери своей квартиры. Мо Жань никогда не имел инстинкта самосохранения, по этой причине он сразу открывал свою дверь, не задумываясь о том, кто может стоять там. Но сегодня он ждал только одних гостей. — Каково хрена вы с самого утра долбите мне в квартиру? Два парня блондина, которых отличала лишь длина волос и стиль одежды, стояли в дверном проеме квартиры Мо Жаня и недовольно смотрели на того. Им часто приходится слушать претензии от их друга, даже когда они не виноваты. — И тебя с добрым утром. К концерту готов? Блять. Точно. Концерт. Мо Жаня природа наградила всем, чтобы стать певцом. Красивый голос, умение писать тексты и конечно же, – трагическая история. Все свои песни парень старался наделить особым смыслом, ведь считал, если он поделится своими прожитыми переживаниями они смогут помочь кому-то ещё справится с проблемами. Возможно, он всячески отказывался от идеи помогать другим, но это было единственное занятие, которому он себя настолько сильно посвящал, и не осознавая спасал жизни многим. После концерта Мо Вэйюй решил отдохнуть в свой единственный выходной. Он думал пригласить Ши Мэя куда-нибудь, но решил что лучше не стоит. Ведь бодун медленно, но верно давал о себе знать, а при фанатах и, тем более любимом человеке показывать это было явно неуместным, хотя молодой парень раздумывал над тем, что они готовы простить ему всё, что угодно. Но всё же лучше не рисковать. А после не мало алкогольных напитков память Мо Жаня выбивало из без того пустых мозгов. Насколько бы сильно он не желал вспомнить о том, что происходило вчерашним вечером, – у него ничего не выходило. Он был уверен, что опекуны вызвали такси для него, ведь его машина не стояла на парковке возле его жилого комплекса. Надо будет забрать. Единственное, что Мо Вэйюй идеально запомнил – это лицо неряшливого Чу Ваньнина, приводящего свой внешний вид в порядок. Какое очарование. Нет. Бодун всё же плохо влияет на разум тупой псины.

༺༻

Чу Ваньнина целую ночь мучали кошмары, но когда он проснулся внизу живота появилась тянущая, но приятная боль. Кажется, это называют бабочками в животе. Но омега отряхнул себя от мыслей влюбленной несовершеннолетней школьницы, ведь уверен, что Мо Жань сделал это неосознанно. Он просто был пьян, а Ваньнин поддался ласкам и больше не ожидает почувствовать это вновь. Не заслуживает этого. Неужели Мо Вэйюй помнит меня? Нет… Его кошмары были о былых временах. Временах когда он совершил самую худшую ошибку в своей никудышней жизни. Если Мо Жань действительно помнит всё то, что их связывало раньше и насколько плохо он с ним поступил, то прямо сейчас Чу Ваньнин желал провалиться под землю. Взглянув на часы мужчина увидел, что час близится к обеду, а значит пора уже отдохнуть и привести мысли в порядок.