Коммерческое предложение

Марат привел целую толпу пацанов, и они, словно муравьи, за час вытащили весь хлам, до блеска отмыли запыленный пол, отвинтили решетку и вымыли окна, а потом заклеили их пожелтевшими от времени газетами. В зал было два входа – один через комиссионный, второй у противоположной стены и вел через небольшой предбанничек на улицу. Ключи нашлись быстро, и Вова решительно запер дверь, ведущую в комиссионный. Женщины оказались на редкость любопытными, нужно было уберечь зал от их глаз. Чтобы пресечь все обиды на корню, сказал, что заботится исключительно о чистоте полов в магазине. - Сами понимаете, мальчишки, будут туда-сюда таскаться, топтать, снег, грязь, вот это все. Дамы снова растаяли, растроганные его заботой, и вопрос был закрыт. Помещение было небольшим, Вова прикинул, что максимально в нем одновременно смогут заниматься не больше пятнадцати человек и то, если потесниться. В планах было пройтись по школам, учагам, найти подходящий зал на постоянку, но опять же, больших надежд на это возлагать нельзя. Эти залы свободны только по вечерам и выходным. А Вова планировал тренировать с утра до вечера семь дней в неделю. Гриня перед отъездом рекомендовал отправиться в местную администрацию и официально представиться, налить в уши про казанский филиал московской школы самбо «Красная звезда», они с Гурьевым даже сопроводительный документ ему склепали с печатью. Но Вова не знал, насколько этот вариант рабочий. Ведь что позволено в Москве, может и не прокатить в Казани. Но документ взял, крепко обнялся с Гриней и даже с Гурьевым, еще раз извинился за то, что уезжает. - Не извиняйся! Ты хорошее дело едешь делать, - заверил его Гурьев. – А будут трудности, звони, приезжай, поможем. Он и правда был «идейный», а потому, когда они с насупленным Гриней приехали к нему с ошеломляющей новостью о том, что Вова едет в Казань внедрять каратэ в массы, засиял улыбкой. Глядя на него, повеселел и Гриня, даже предложил: - Пацанов привози на турнир! И сам давай не расслабляйся – оранжевый пояс ждет. С собой Вова увез несколько пар перчаток для самбо, пару "лап", и два шлема. Всё не новое, пользованное, но зато фабричное. На дно рюкзака уложил свое кимоно и пояс. Чтобы меньше было вопросов, в дорогу оделся в армейское, и поразился тому, насколько в форме стало неудобно. Зато никто не приставал, документы не спрашивали, в объемный рюкзак не заглядывали. И вот оно – его школа почти готова к открытию. Часть помещения у глухой стены напротив окна было отгорожено витой решеткой, за ней получался небольшой закуток. Туда он втиснул крохотный стол и там же развесил на гвоздики нехитрый инвентарь. Вышел в зал и осмотрел столпившихся пацанов, во главе которых стоял сияющий улыбкой Марат. - Спасибо за помощь, - сказал Вова. - Че еще надо делать, ты скажи. Марата распирало от счастья, он готов был весь город обежать и добыть перо Жар-птицы для брата. - Реклама еще нужна. Марат на секунду задумался, пошушукался с пацанами, и трое вылетели из здания. - А когда тренировки начнутся? – спросил сумрачный парнишка с лезущей на глаза челкой. - Лампе не терпится, - захохотали пацаны. – Он боевиков пересмотрел. - Тебя как зовут? – не обращая внимания на хохот, спросил Вова. - Лампа, - недоуменно пожал плечами парнишка. - Ну это ты там Лампа, - Вова кивнул на заклеенное газетами окно. – А в школе, дома? Пацан всерьез задумался, в нерешительности глянул на притихших друзей и нехотя выдавил: - Алик. Пацаны встретили это откровение еще одним взрывом хохота. - Ого, Алик! - Как, как он сказал? Шкалик? - Алла Пугачева… Лампа обиженно засопел. - В общем так, пацаны, - прервал вакханалию Вова. – Вы как хотите, но здесь обращаться к вам буду только по именам. И вы ко мне тоже. Договорились? Это было очень удивительное заявление, пацаны даже не поняли, как на него реагировать, и уставились на Марата как на старшего, чтобы он задал нужную линию поведения. - Договорились! – твердо сказал Марат. - Ну и хорошо. Первую тренировку проведем, как только я добуду хотя бы пару матов. - Я знаю, где можно достать, - подал голос Пальто. Вова вопросительно глянул на него. - Вчера в школе у нас физры не было, потому что инвентаризацию в спортзале проводили, несколько матов списали, они там валяются, можно свист… - он осекся. - Не нужно… Как тебя зовут? - Пальто… Андрей. - Андрей, спасибо за идею. Свистеть, тискать, тащить, красть для школы ни в коем случае не нужно, чтобы не привлекать лишнее внимание. Все будем добывать только легально. Марат, нарисуете рекламу? И он протянул лист с текстом брату. - А ты куда? – обеспокоенно уточнил Марат. С того момента, когда он узнал, что Вова отправился в пасть ко льву, то есть, к Кащею в подвал и навел там немалого шухера, у него теперь ёкало сердце, когда Вова исчезал из поля зрения. Все казалось, что он направится в более безумное место, к примеру, в гости к Хади Такташ и начнет меситься там со всеми подряд. - В школу пойду. Андрей, ты в какой школе учишься? - Он в нашей учится, я с тобой, - Марат смотрел встревоженно. - Не надо. - Ну как не надо, ты эти маты сам попрешь? - Да мне их еще не дали, - засмеялся Вова. - Ну и что, а если дадут, мы с пацанами их быстренько заберем, а то пока будешь ходить туда-сюда, они передумают или еще чего. Правда в его словах была, и Вова согласно кивнул. Конечно, с ним пошли все, по дороге Вова расспрашивал, почему хотят заниматься, все как один сказали, что больше всего нравится, что можно одним ударом завалить кого угодно. Ну что ж, для начала сойдет и эта мотивация. - Адидас, а ты нас научишь тому приему? – вдруг спросил парнишка с голубыми глазами и застенчивой улыбкой. Вова хотел было напомнить, что договорились пользоваться именами, но спохватился, что шли-то они по улице. - Какому? – уточнил он, уже зная, что мальчишка имеет в виду. - Ну которым ты Дёму уложил. Пацаны довольно заржали, заулюлюкали, начали коряво изображать вчерашний Вовин май-гери. - Тебя как зовут? – уточнил Вова. - Меня? – почему-то удивился парнишка. – Ералаш. Вова улыбнулся этой кличке, подходящей мальчишке. Ему бы и в самом деле в «Ералаше» сниматься. - Научу. В школе все решилось довольно быстро. Вова был ослепительно вежлив, разговаривал с директором – дородной дамой глубоко забальзаковского возраста – так, словно она знатная княгиня и это подействовало даже сильнее, чем документ Грини. Дама растаяла, подмахнула, не глядя, докладную и сопроводила Вову в спортзал. Таким образом, за полчаса они добыли пять матов, а еще Вова прихватил парочку навесных турников с проржавевшими уголками. - А это нахрена? – удивился Марат. – У нас и стенки шведской нет. - Да мы их без шведской стенки присобачим. Когда они подошли к спортзалу, груженые добычей, на пороге стояло несколько парней, все они были вчера в подвале, и все как один были заинтригованы. - Пришли посмотреть, как вы обустроились, - пояснил тот самый парень, который вчера встретил Вову первым. Мальчишки, пыхтя, потащили маты внутрь, некоторые парни начали им помогать. - Ну в общем-то обустроились уже, сегодня приступим к тренировкам, - заявил Вова. Услышав это, парни заметно оживились. Они, конечно, не стали ржать и изображать удар Вовы, как это сделали мальчишки, но глаза у них засветились. - Слыхал, Зима? Сегодня начинают! А сколько вообще надо тренироваться, чтобы… ну… - Тебя как зовут? – перебил его Вова. Все удивленно посмотрели на него. Да что ж такое? Обычный вопрос, но почему такая реакция. - Я же не могу обращаться к тебе «эй, ты, в шапке», или «эй, ты, с фингалом», - раздраженно объяснил Вова. - Турбо его зовут, - ответил за приятеля парень в черной шапке до бровей. – Я – Зима, это Рыба, Сутулый, Али, Дино… С именами тут следовало подождать, ну ладно, пусть хотя бы так. На крыльцо вышли мальчишки со свеженарисованным плакатом. Огромные алые буквы складывались в два слова одно под другим «ШКОЛА САМБО», под ними - черные боксерские перчатки, пухлые и неуклюжие, похожие на варежки. Внизу маленькими буквами была выведена черной краской фраза «Отделение московской школы «Красная звезда». - О-о-о-о! – прошелестело по рядам с ноткой восхищения. - Лампа либо перчатки рисовал? – ехидно уточнил Турбо. - Лампа, - подтвердил Марат. - Как бабушкины пирожки, - заржал Турбо. - А ты сам нарисуй лучше! – вступился Зима. - И нарисую. - Да у тебя руки из жопы… Миг – и они уже вцепились друг другу в отвороты курток, а еще через миг пацаны их моментально растащили по разные стороны крыльца. Вова понял, что такие стычки бывают частенько, все действовали привычно, а младшие даже внимания на это не обратили. - Куда вешать? – спросил Ералаш. В принципе, Вова понимал, что никакая реклама ему не нужна. Мальчишечье сарафанное радио в этом плане куда надежнее и быстрее. Но он не собирался таиться, наоборот, хотел, чтобы все в районе – и пацаны, и взрослые – знали, что здесь школа самбо, и был готов к тому, что к нему нагрянут с проверкой дружинники, милиция, комсомольцы. Это тоже было необходимо, достаточно одного их визита, чтобы они оставили его в покое надолго. Этот прием тоже подсказал Гурьев: - Будь всегда на виду, тогда никому в голову не придет в чем-то тебя обвинять. Достаточно одного раза, чтобы все эти проверяющие пришли, убедились, что у тебя тренировки по самбо, и все. Больше ты никому не будешь нужен. Взъерошенный Турбо забрал ватман у мальчишки и заодно прихватил молоток с гвоздями из рук второго. - Я сам все сделаю! - Вов, а мы татами уложили, - крикнул Марат. Эти слова произвели эффект разорвавшейся бомбы, пацаны мигом всосались внутрь. На улице остались только Турбо, торопливо стукающий по гвоздю, и Вова, наблюдающий за ним. - Криво, - подсказал он. - Что-о-о?! – моментально вспылил Турбо. - Криво, говорю, повесил. Турбо отошел на полшага, убедился, что и в самом деле приколотил криво, один угол выше другого, с раздражением сунул молоток Вове: - На, сам делай, раз такой умный! - Хорошо, - покладисто сказал Вова. Ожидавший, видимо, ответного всплеска эмоций Турбо потоптался рядом, вырвал молоток обратно. - Дай! Снова начал приколачивать, но теперь куда старательнее. - А со скольки лет принимают? – вдруг раздался тонкий голосок. Вова и Турбо обернулись. На утоптанном снегу стояли трое мальчишек, по виду еще октябрята. Из-под кроличьих треухов на Вову смотрели внимательные и ожидающие глаза. - Брысь отсюда, малявки, - привычно рявкнул Турбо. Что Вове понравилось, мальчишки даже не дернулись, смотрели только на него, ожидая ответа. - Клиентов мне не распугивай, - тихонько сказал он. - Кого? – поднял брови Турбо. – Эти, что ли, клиенты? Ты бы еще тараканов взялся тренировать. Вова так глянул, что Турбо наконец заткнулся и только пожал плечами. - Вы в каком классе? – спускаясь к мальчишкам, спросил Вова. - Мы все в третьем классе учимся, - ответил парнишка, который и спросил про возраст. Он был самый щупленький из троицы и, видимо, самый бойкий. Слева от него стоял мальчишка с синяком недельной давности на скуле и свежим под глазом, а справа насупившийся толстячок с рассеченной губой. В принципе, картина была ясна. Все трое нехило и часто огребают от группировщиков. То, что нужно. - Давайте знакомиться. Я – тренер, меня зовут Владимир Кириллович. Вова протянул руку бойкому мальчишке, тот торопливо стянул варежку, которая заболталась на резинке, и сжал ладонь Вовы тонкими горячими пальцами. - Дима. - Ваня, - пожал руку мальчишка с синяками. - Петя, - буркнул толстячок. - Итак, Дмитрий, Иван, Петр. Мальчишки удивленно переглянулись. - Вообще я планировал заниматься с ребятами постарше… - Нас весной уже в пионеры примут! – с отчаянным звоном в голосе крикнул Дима. Вова уже все решил для себя, но немного потомил ребят, а потом спросил: - Учитесь во вторую смену? Они торопливо закивали. - Значите, будете ходить на тренировку с утра. - Про оплату не забудь, – лениво помахивая молотком, подошел Турбо. Вова скрипнул зубами, принесла его нелегкая. С другой стороны, он прав, такие вопросы нужно обговаривать сразу. - Да, имейте в виду, занятия у нас платные. Пацаны сникли. - Сколько? – прошептал Дима. - Рубль в месяц. - Чё, какой рубль? – возмутился Турбо. - Ты про дифференцированный тариф слышал? – ледяным тоном уточнил Вова. - Чего? – поднял брови Турбо. - Я так и думал. Ну, что скажете, ребята, по рублю в месяц потянете? Те уже оживились, яростно перешептывались, наконец Дима кивнул: - Да, будем на завтраках экономить. «Завтраках», - усмехнулся Вова. - Тогда ваше время – понедельник, среда, пятница, с восьми до девяти утра, приходите в спортивной форме сюда, - Вова кивнул на дверь. - Хорошо, мы придем! Обязательно! Все трое долго и яростно трясли его руку, пятьсот раз сказали «до свиданья, Владимир Кириллович!» и наконец вприпрыжку ускакали, размахивая портфелями и сумками со сменкой. - Че ты вот полез? – с досадой повернулся Вова к Турбо. – Глянь на них, какая им пятерка в месяц, начнут у мамок из кошельков таскать, мамки - в милицию, милиция – сюда, надо оно нам? Об этом Турбо, конечно, не думал. В его мире все было гораздо проще – нужна трешка, прописал фанеру, получил трешку, ну или на следующий день нашел пацана, прописал еще раз, получил трешку. - Ну а че, ты ж Кащею про пятерку в месяц сказал, вот я и… - Давай я как-нибудь сам с Кащеем разберусь. И с ценами тоже, - резко ответил Вова. - Слышь, Адидас, - Турбо придвинулся к нему вплотную, нарочито помахивая молотком. – Ты не борзей слишком уж. Вот этим «завтракам» своим можешь указывать, - он кивнул в ту сторону, куда убежала троица. - Кстати, про «завтраки», - перебил его Вова. – Ты запомнил, как они выглядят? - Да делать мне больше нечего, - сплюнул ему под ноги Турбо. - А зря. Турбо вопросительно поднял брови. - Раз уж ты про уговор с Кащеем вспомнил, напомню еще одно условие – я вас тренирую, а вы не трогаете моих учеников. Теперь они, - Вова махнул ладонью. – Мои ученики. И трогать вы их не должны. Ни на улице, ни в школе, ни в кино, нигде! -Чего?! - Я рад, что мы поняли друг друга, - лучезарно улыбнулся Вова. – Ну пойдем. Пора приступать к тренировкам.