bloodborne

      Мрачная болотистая местность сменяется открытым лугом, освещённым яркими лучами восходного солнца. Этот луг был так сильно похож на тот, который находился рядом с родной деревней Чона.       Раньше Чонгуку так сильно нравилось гулять по лугу, ступать босыми ногами на землю, ощущая кожей прохладу травы. Сейчас же, находясь на похожей местности, Чон ощущал только лишь тоску.       Именно на лугу и началась вся страшная история осознания Чонгуком своей силы. На лугу нашли первую жертву, который приписали смерть от лапы оборотня.       Чонгук и не заметил, как быстро пролетела вся ночь в пути. Он только лишь чувствовал, как под лапами мерзко проваливается зыбкая почва, но та не успевала засосать в трясину.       Омега практически и не ощущает усталости, он готов бежать дальше, не останавливаясь. Чонгуку не хотелось признаваться самому себе, но всё-таки в обличие оборотня были и свои достоинства: несоизмеримые человеческим возможностям скорость и сила.       Старший Чон всё-таки уменьшает темп бега, пока практически не останавливается. Задремавший Чимин во время их ночной поездки даже просыпается и неохотно слезает с оборотня, чтобы немного размяться.       — Настало время прощаться, Чонгукки, — произносит Хосок, превращаясь обратно в человека.       Чонгук в этот момент ощущает накатывающую грусть и тоску, он не готов прямо сейчас расставаться со своим братом. Вероятно, уже навсегда. Неизвестно, встретятся ли они ещё когда-либо.       Хосок выполнил своё обещание, вывел Чонгука и Чимина с другой стороны болота вблизи соседней деревни. Теперь настала пора старшему Чону возвращаться домой, чтобы не вызвать подозрений у жителей поселения.       Чонгук рефлекторно принимает человеческий облик, на удивление, это совершенно не составляет ему труда. Зверь подчиняется.       — Надеюсь, что мы когда-то ещё встретимся, — выдыхает Чонгук, подходя к брату. Его голос немного подрагивает, от накатывающих слёз, но омега старается всё-таки держаться.       Они обязательно ещё встретятся.        Нужно верить в лучшее.       — Конечно, встретимся, когда ситуация в нашей деревне наладится и в сердцах жителей перестанет господствовать страх и недоверие друг к другу, я непременно тебя отыщу, где бы ты ни был, Чонгукка, — произносит Хосок. — Я обязательно найду тебя.       И пусть сейчас старший Чон выглядел спокойно, непоколебимо, Чонгук ощущает всю нескончаемую боль своего брата с помощью их связи зверя. Уж лучше бы, этой связи не было.       — Я буду ждать, — шёпотом говорит Чонгук и тут же практически бросается на брата, заключая того в крепких объятиях.       И в этот момент Чон больше не может сдерживаться. Он ощущает, как по его лицу начинают скатываться горячие слёзы. Чонгук плачет тихо, практически беззвучно. И слёзы не приносят ему никакого облегчения.       Сейчас омега должен попрощаться со своей былой жизнью, со своим беззаботным детством и с человеком, с которым рос всю свою жизнь.       Чонгука радовал только лишь тот факт, что с Хосоком у него есть хотя бы возможность проститься. Папу омега уже никогда не увидит.       Быть может, даже лучше, что омега так и попрощался со своим родителем. Что Чонгук сказал бы папе, если бы у него всё-таки была возможность произнести последние слова? Пусть старший омега думает, что его сын был убит оборотнем, нежели правда растерзала бы в клочья его израненную душу. Папа Чон не пережил бы, если бы узнал истину, которую так ловко скрывал от него собственный супруг на протяжении стольких лет.       — Всё будет хорошо, Чонгукка, — шепчет Хосок, гладя брата по растрепанным волосам. — Мы обязательно ещё встретимся.       Чонгуку не хочется, чтобы их объятия заканчивались. Он желает, чтобы этот момент длился как можно больше. Целую вечность. Но целой вечности всё равно будет мало.       Хосок всё берёт в свои руки. Ему хватает силы воли разорвать объятия. И только лишь Чонгук понимает, насколько брату это было тяжело сделать.       — Береги моего брата, Чимин, — последнее, что произносит Хосок перед тем, как снова обратиться в оборотня.       Мгновение и Чонгук видит, как в чаще болотистого леса, мелькает рыжий мех, в ту же секунду исчезая. Словно и не было этих прощальных объятий. Словно и не было рядом с Чонгуком Хосока. Осталось лишь призрачное ощущение тепла.       — Береги себя, — шёпотом выдыхает Чонгук.       Омега падает на колени, впервые за прошедшее время ощущая, неизмеримую усталость. Он полностью измотан: физически и морально. Его душа разрывается от нескончаемой боли, а ноги горят адским пламенем.       — Чонгукка, всё будет хорошо, обещаю, — Чонгук слышит ласковый голос Чимина. Омега поднимает заплаканные глаза и видит, что альфа сидит на траве рядом с ним.       — Ты правда так думаешь?       — Я уверен. Ты и Хосок ещё непременно встретитесь, как только семья Кимов успокоится, поймёт, что оборотень ушёл из окрестностей деревни, всё наладится. Твой брат непременно тогда нас найдёт.       — Хотел бы я быть таким же оптимистично настроенным, — Чонгук печально улыбается, стряхивая непрекращающиеся слёзы со своих щёк.       — У нас всё будет хорошо.       — Ты же понимаешь, что нам придётся постоянно скитаться? — выдыхает Чонгук. — Пока я полностью не овладел силой оборотня, нам опасно будет находится долгое время на одном и том же месте.       И пусть Чонгук смог приручить своего внутреннего зверя, он не был столь уверен в покладистости монстра. Омега на протяжении года, сам того не понимая, растерзывал жителей своей деревни. Что, если он снова потеряет над собой контроль?       — Я понимаю, я готов пройти с тобой этот сложный путь.       — Ты всегда можешь вернуться домой, — шёпотом выдыхает Чонгук.       У Чимина есть выбор. Он может оставить Чонгука и вернуться к прежней жизни.       У Чимина есть дом, в котором его ждут и любят. Чон чувствует огромную вину из-за того, что из-за него Пак вынужден бросить привычный уклад жизни и отказаться от своих родных.       Чонгук не достоин такой жертвы.       Чимин не обязан ломать свою жизнь из-за того, что Чону не повезло с кровными связями.       — Ты можешь уйти прямо сейчас, пока не поздно, — неуверенно произносит омега.       Чонгук боится, что Чимин всё-таки уйдёт, тогда омега будет полностью сломлен, ведь рядом с ним не останется никого из близких. Однако Чон понимает, что, если Пак уйдёт, это будет правильным решением.       — Я не хочу уходить, — твердо выдыхает Пак. — Я уже взрослый мужчина, и могу принимать отчетливые взрослые решения. Когда-то я всё равно должен был покинуть родной дом и создать свою собственную семью. Ты и есть моя семья, Чонгукки.       Чонгук невольно улыбается. Он и не думал, что столь простые, но в данный момент нужные слова заставят в его душе разгореться огонь тёплой надежды на светлое будущее.       Пусть Чонгук намного сильнее Чимина из-за своего зверя, но находясь рядом с Паком он ощущал себя полностью защищённым.       — Мы обязательно узаконим наши отношения, пусть и без громких гуляний, когда сможем обосноваться в одной из деревень, хотя бы ненадолго. Я хочу связать всю оставшуюся жизнь с тобой, Чонгукки.       — Спасибо, что ты остался со мной, Чиминна, — произносит Чонгук, заключая в объятия альфу. — Я люблю тебя.       — Я люблю тебя.       Чон чувствует тепло чужих ладоней на своей спине. Эти объятия были наполнены надеждой и верой в то, что всё в жизни омеги может, действительно, наладится. В прикосновениях отчетливо читалась бесконечная любовь и желание оберегать, всегда быть рядом.       Быть может, даже у самого страшного зверя есть всё-таки шанс обрести счастье, если рядом есть обычный человек, который его любит?       — Всё будет хорошо, Чонгукки, — выдыхает Чимин, оставляя на макушке омеги нежный поцелуй. — У нас получится построить новую счастливую жизнь. Я обещаю тебе.       И Чонгук верит словам Пака.       Каждому, кто потерял практически всё, оказался в непроглядном отчаянии, нужна лишь капля надежды на лучшее.       — Чиминна, нужно снова выдвигаться в путь, — говорит Чонгук.       Они могут так сидеть на траве целую вечность, восстанавливая физические и моральные силы. Однако Чон понимает, что они не могут оставаться здесь слишком долго. Их родная деревня находилась не так уж и далеко, и разъяренные жители могут выйти из этого конца болота в любую минуту, если без остановки прочесывали этот отрезок местности на протяжении всей ночи.       — Хорошо, Чонгукка, у тебя есть ещё силы?       — До соседней деревни точно хватит, а там можно будет немного отдохнуть.       До соседней деревни от силы час. Совсем скоро они смогут передохнуть немного, сняв комнату в постоялом дворе на ночь. Однако в этой деревне опасно оставаться очень долго, слишком близко до их родного поселения, но другого выхода не было. И Чонгуку, и Чимину необходимо восстановить силы, привести себя в порядок, чтобы снова отправиться в путь.       В этот раз Чонгук намного быстрее превращается в оборотня. Ему не нужно столь долго концентрироваться, внутренний зверь и вправду начинает его слушаться. Сейчас Чонгук чувствовал себя в теле зверя намного увереннее, чем вчерашним вечером.       Чимин залезает сверху на рыжего волка, крепко обнимая за шею. Чонгук вовсе не ощущает вес старшего на себе. Вероятно, Чону ещё придётся познакомиться со многими достоинствами превращения в оборотня.       Совместный бесконечный путь Чонгука и Чимина только лишь начинается. Никто не знает, что ждёт их в будущем, смогут ли они когда-то найти постоянное пристанище? Или придется всю жизнь бродить по деревням, опасаясь за свою жизнь и раскрытие родовой тайны оборотней.       Однако Чон уверен, что рядом с Паком он будет чувствовать себя в безопасности. Он будет дома.       Эта история началась на лугу, на котором была пролита кровь невинной жертвы.       Эта история закончилась на лугу, на котором родилась надежда на то, что даже после полного отчаяния есть шанс обрести счастье.