Последние огни земли

Льюис проснулся в холодном поту. Остатки кошмара утекали из головы, оставляя глубокие рытвины на слабом по утру сознании. Дыхание юного Диктатора сбилось. Образы из сна плясали размытыми тенями вокруг кровати, на стенах и потолке. Льюис схватился за голову. Он уже слышал быстрые шаги из коридора. Он знал, что это Уруширо, но ночной бред рисовал образы заговорщиков, предателей или даже сенаторов и министров. Дверь бесшумно растворилась, и в проёме вырос высокий ящер с мечом в правой руке. Личный телохранитель никогда не отходил от Льюиса. Диктатор сам об этом просил и готов был заплатить любые деньги, чтобы тот всегда был на чеку. Самому телохранителю лишняя плата была не нужна. Уруширо и Льюис знали друг друга ещё со времён обучения в институте. Хорь попал в престижное учебное заведение без особых проблем - аристократическое происхождение и связи семьи позволили получить стипендию. Ящер вырвал это место потом и кровью, работая как проклятый и в стенах института и на различных складах. Однако цена оказалась слишком неподъёмной. Уруширо стал участвовать в подпольных боях без правил. Там он мог получить достаточно денег, ставя на себя как на дебютанта и выигрывая тяжёлые схватки против именитых соперников. Эта история вскрылась, как только он расплатился с ВУЗом мечеными Э-Поинтами. К тому времени между ним и Льюисом сформировалась прочная дружба. В основном благодаря тому, что Уруширо единственный, кто был сильнее будущего Диктатора в фехтовании. Хорь замял всю эту ситуацию, а ящер получил должность телохранителя уже на 2 курсе. После окончания обучения они пошли совершенно разными дорогами. Льюис увлёкся политикой. Уруширо подписал контракт с армией. Годы тянулись для друзей совершенно по-разному. Будущий Диктатор вёл богемную жизнь. Ящер стал бойцом специального назначения секретного диверсионного отряда. Когда они встретились снова - у каждого накопилось порядком травм. Солдат вовсе лишился хвоста, но, благодаря дорогой медицинской страховке, ему заменили потерю протезом новейшего уровня. - Что тут за шум? - Уруширо оглядел комнату. - Я... просто дурной сон, - Льюис сел на край кровати. - Но я же не кричал, кажется? - Верно. Ты просто громко шуршал. - У тебя настолько хороший слух? Ящер убрал клинок, затем прошёл к окнам и отключил защитные экраны, впуская в комнату свет. Он открыл платяной шкаф и бросил Льюису один из парадных мундиров. - Да. Не забывай об этом. Спустя час Диктатор и его телохранитель уже направлялись в Кулак на очередное собрание сената. Окружённый кортежем охраны, бронированный лимузин плавно рассекал чистый воздух третьего этажа. Льюис прокручивал в голове детали ещё не позабытого сна. Кошмары снились ему часто, и всегда у них был схожий сюжет. Заговор, предательство, убийство. Отец Льюиса был частью сената - он занимал пост долгое время и честно исполнял обязанности. Падение пришло к нему в виде ножа в спину. Ящер открыл минибар и демонстративно наполнил пару бокалов шампанским. - Всё ещё нервничаешь? - Уруширо протянул ёмкость Диктатору. - Ненавижу. - Льюис не отрывал взгляд от окна. - Бояться? - Знать, что бояться оправдано. - Пей. - А? - он наконец заметил бокал. -Прости, я просто... - Сомневаешься в моей компетенции. - Нет, я... - Отставить. Уруширо прикончил напиток. Он достал из контейнера возле сиденья папку с бумагами и щёлкнул по нескольким кнопкам на встроенном в подлокотник пульте. Через пару секунд внутри машины уже был разложен небольшой столик. Он распределил бумаги, упорядочил их. Льюис внимательно наблюдал за действиями ящера. Руки телохранителя всегда вызывали в нём настоящее восхищение. Сильные, точные, смертоносные. Он прочно держит всё, что дорого Льюису и неумолимо уничтожает любых нарушителей спокойствия. Как жаль, что он не может раздавить страх. Если бы он только дотянулся... - Избранный Диктатор, взгляните сюда. Льюис отставил фужер. Этот своеобразный ритуал они проделывали каждый раз, когда нужно было ехать на собрание. Уруширо раскладывал ожидающие подписи документы в порядке их важности, либо комичности. Любимым таким документом для них обоих был "План постройки четвёртого этажа". - Этот Глоббенс всё ни как не успокоится? - Хорь с лёгкой ухмылкой бегал взглядом по бумаге. - Можно просто свозить его на первый и показать реальные проблемы. - А он поймёт? Ты ведь считаешь меня избалованным... - Считаю. - Ох-х! -Диктатор наиграно фыркнул. - Чешуйчатая морда! Да я крестьянин по сравнению с этим...мальчиком. - Так точно. - Вот видишь, хоть в чём-то мы согласны. - Я про свою морду. Друзья рассмеялись. Уруширо не нравилось видеть Льюиса расстроенным. Рептилии всегда восхищались красотой мохнатых, хотя никто из них никогда не признается в этом. Ящер давно привык видеть только грубых и обтёсанных тяжестью жизни солдат. Для него наличие столь открытых чувств - часть искусства. И хорь стал творцом номер один. Ему нравилось следить за гибким, выразительным лицом. - Продолжим, посмотри на это. - Нет, - правитель отмахнулся от бумажки.- Я не дам им разрешения на подобные глупости. - Не будет дачи у моллюска... - Уруширо спрятал бумагу в папку "Реформулировать". - Он головоногое. - А это не одно и то же? - А нам не плевать? Давай дальше. Следующие бумаги распределились по соответствующим папкам. Избранный Диктатор имеет абсолютную власть, но при этом не имеет её вовсе. Диктатора избирает народ - голосованием. Этот самый избранник должен олицетворять волю простых анимидов. Воплощением её является единственная функция Диктатора - печать Этернума. Если она есть на вашей бумажке - вам можно. Если её нет, попробуйте ещё раз, вам обязательно повезёт, но пока нельзя. Любые действия должны пройти через Льюиса, но он сам имеет право инициировать только один проект в год. - Осталась последняя. Она от Дорзена. - Что там? - Хорь явно помрачнел. - У полиции проблемы? Ты читал? - Да. - Ящер похрустел пальцами, размяв кулак о кулак. - Культисты, мать их. Диктатор со всей серьёзностью прочёл отчёт . - Ритуальные убийства. Жертвоприношения. Ну поднимем мы бюджет, и что это изменит? - Я могу... - Нет. - Льюис агрессивно дёрнулся. Уруширо прочёл искренний испуг. - Ты мне нужен здесь. Что если... - Ладно, я понял, хозяин. - наиграно промычал телохранитель. - Прекрати, ты понимаешь, о чём я. - Нет, не прекращу. До тех пор, пока ты позволяешь этим паразитам воровать деньги у граждан, тебе достаточно и простых АНУБИСов. - Тебя тянет на очередную войну? Ящер хотел ответить, но резкая остановка машины захватила его внимание. Они прибыли, никакой опасности. Телохранитель оставил в голове заметку "уволить водителя", вышел из гравимобиля и осмотрелся. АНУБИСы уже оцепили территорию. Репортёров и фанатов отсекли железным ограждением. Уруширо всмотрелся в толпу. Примерно пятнадцать секунд спустя, он дал знак капитану охраны, а тот в свою очередь, передал всем остальным охранникам важное сообщение - Диктатор прибыл. Уруширо подал руку Льюису. Тот с довольной улыбкой взялся за неё. Лимузин остановился на парковке у чёрного входа. Это не помешало толпе граждан взять в кольцо оцеплённую охраной территорию. Диктатор выработал важный навык - не слушать их крики. Само собой многие не довольны положением вещей в Этернуме. Город никогда не достигнет полного согласия. Часто доходит и до потасовок между активистами противоборствующих политических течений или каких-нибудь вычурных флешмобов. Всё это рутина для охраны. Луис и Уруширо быстро проследовали внутрь Кулака. Огромное здание, совмещающее парламент, суд, различные министерства и прочие, прочие, прочие... Идея совместить все органы управления в одном большом здании - совершенно идиотская. Но когда на земле наступил кризис - Кулак стал последним оплотом выживших. Это конкретное сооружение не было "тем самым" Кулаком. Руины древнего оплота украшали город Радикс на первом этаже. Великие Избранные Диктаторы прошлого, продолжали традицию и выстраивали всё новые здания на каждом новом этаже. Неподготовленному анимиду сложно разобраться во всех тонкостях и сплетениях внутренней работы правительства. Удивляться нечего - когда Земле пришёл конец, многие культуры и народы готовы были сражаться за свою систему власти. Поэтому самый первый сенат и сообразил смешать все политические структуры, а народу дать живой голос - Избранного Диктатора. Длинный коридор протянулся перед вошедшими. Мерцающий свет разливался сквозь драгоценные камни люстр под высоким арочным сводом. Белые стены из прочного инопланетного материала украшал тонкий синий узор из прожилок, имитирующий мрамор. Великую, но однообразную красоту дополняли прекрасные пейзажи ещё зелёной планеты. Массивные картины в рамах из настоящего дерева были любимой частью декора для Льюиса. Более того - большинство из них он пожертвовал из собственной коллекции. Диктатор даже потратился на лакированные деревянные двери для переходов в служебные помещения. Ворота в зал собраний являли несуразное бронированное железное пятно. Ещё одна причина, по которой он не любит собрания. Уруширо едва слышно хмыкнул. Так он обратил внимание завороженного картинами Диктатора на две фигуры, плавно рассекающие зал им навстречу. Это сенатор Глоббенс и его паж Мирош. Последние, с кем Льюис хотел бы иметь несчастье беседовать. - Молодой Избранный Диктатор! - громкий, практически преступно хамоватый голос Глоббенса прокатился эхом по потолку. - Мистер Глоббенс. - коротко бросил Хорь и попытался пройти мимо. - Ну что же вы думаете о моём проекте? По-моему просто обалденная идея, ну скажи, Уру? Уруширо даже бровью не повёл. Всё его внимание устремилось на Кристофа Мироша. Высокий тонкий, можно сказать, нескладный мужчина с серой кожей и аккуратным белым пятном в виде черепа на лице вызывал у него сильное беспокойство. Подкрепляло его подозрения то, что Мирош - иммигрант, инопланетянин, а информации о нём практически нет. Финальным штрихом было "чутьё", которое не раз спасало ящера на поле битвы. При взгляде на Мироша оно просто кричало - "опасность". Поведение Кристофа только ухудшало положение - его невозможно было застать без добродушной улыбки. Никогда. - Попрошу не фамильярничать с моим телохранителем, сенатор. - То-то вы в него так вцепились, прям ни на шаг не отходите. Я думал он должен вас защищать, а не наоборот. Диктатор тщательно скрывал гнев. - Послушайте. Ваш, откровенно говоря, нелепый проект - не выигрывает на фоне развязанного поведения. Глоббенс был обезьяной. Все знают, что они очень плохо контролируют эмоции. Сейчас явно взбешённый сенатор пытался подобрать ответ. Он расплылся в злобной улыбке и процедил: - Уж лучше жить ничего не боясь, чем утопать в постыдном страхе, Диктатор. Всего мгновение спустя между Льюисом и Глоббенсом уже стояли их пажи. Уруширо занёс руку над ножнами и испепелял ухмыляющегося Мироша взглядом. Паж сенатора держал обе руки за спиной, смотря снизу-вверх из кривого поклона. Никто не посмел схватиться за оружие - это было бы смертельным нарушением. АНУБИСы, до этого больше представлявшие мебель нежели охрану, резко оживились. Сейчас их дальнейшие действия зависели от поведения чиновников и пажей. - Да вы что, мужички? - Глоббенс расхохотался - Бросьте вы, мы же просто шутим! Пойдём, Крис, нам ещё надо успеть в буфет. Всего наилучшего, молодой Избранный Диктатор Льюис. - Всего доброго, сенатор. Когда они скрылись из виду, Льюис проследовал в переговорную комнату. Телохранитель мрачной тенью сопроводил его. На удачу - комната оказалась пустой. Хорь одёрнул ящера за рукав и злобно прошипел: - Ты что устраиваешь? Они ведь теперь растрезвонят всему Кулаку об этом случае! Выставят тебя агрессивным психом, а меня жалким трусом! Зачем ты... - Мне стыдно, Диктатор. Но не за мои действия, а за плохую работу. - Что? - гнев Льюиса смешался с недоумением - Объяснись. - Я не сводил с него глаз. Ни на секунду. Но я не заметил как он двинулся. Разница была почти нулевая, но он начал действовать...первым. Правитель быстро пришёл в себя. Он поправил накидку и цепи-украшения. Гордо вздёрнув голову он сказал, глядя Уруширо в глаза: - Спасибо, друг. Я перед тобой... Ящер сжал рукоять меча. Холодным тоном он закончил фразу: - В неоплатном долгу.