Koi no Yokan

— Куджо, сделай мне одолжение. Присмотри за Карерой, ладно? Вот что сказала Кира-семпай, когда она выпрыгнула перед ним у стоянки мотоциклов. Помимо того, что ее внезапное появление едва не вызвало у него сердечный приступ, тот факт, что все, что она могла ему сказать, касалось только Кареры-сан, а не, ну, ее брата... «Но почему она должна была что-то сказать об этом , она же не знает, что я... что мы...», - собственные мысли Джозефуми настолько запутали его, что он смог лишь кивнуть в ответ на просьбу Кей. Он даже думать о фестивале, не разгорячившись и не встревожившись, не мог. Не то чтобы она упоминала его при нем или что-то в этом роде, наоборот, Кира-семпай исчезла, как только ему пришло в голову спросить о той высокой блондинке, с которой он видел ее во время праздника. — Это не твое дело, Куджо! Просто... Просто делай, что я говорю, и все, - приказала тогда она ему дрожащим, но резким шепотом. Прикрыв глаза кепкой, девушка убежала так же быстро, как и появилась. Джозефуми боялся, что он ее разозлил, но даже не был уверен, что вообще произошло. Все, что он знал наверняка, так это то, что, даже если это была первая неделя после завершения каникул, учителя уже сваливали на него всю свою работу. Именно по этой причине он в данный момент нес более сорока тетрадей для Сузуки-сенсей, его классной руководительницы, когда его окликнули. — Куджо-семпай! Ого, ты такой сильный, - Ясухо Хиросе подбежала к нему, пока Юкако Ямагиши спокойно шла рядом с ней, - Это все тетради с домашкой за лето? – Да, у нас в классе занятия по математике, и... А! Извиняюсь!, - пара бегущих первогодок наткнулись на Джозефуми, чуть не опрокинув его вместе с тяжелой ношей. — Смотрите, куда прете, придурки!, - рявкнула Юкако, поймав неустойчивую башню из тетрадей, прежде чем та успела упасть. Двое мальчиков бросились прочь, не осмеливаясь затеять ссору с «Яндере из 1-3», - Э-э, ты в порядке… Куджо-семпай? Ошеломленный неожиданным жестом Юкако, все, что мог сделать Джозефуми, это кивнуть и попытаться получше ухватиться за стопку книг. Мимолетная улыбка скользнула по губам сварливой первогодки, улыбка, которая очень ясно говорила: «Не привыкай к этому». Тем не менее, он улыбнулся в ответ, искренне благодарный за ее внезапную руку помощи. — Юка-тян, ты такая классная!, - Ясухо взвизгнула, прижимаясь к подруге и чуть не врезалась в самого Джозефуми, - Ой! Прости! — Не беспокойся, Хиросе-сан, и спасибо за помощь, Ямагиши-сан, - наконец произнес он, но Юкако лишь равнодушно пожала плечами. Все, что ей нужно было получить, чтобы стать счастливой, это одобрение Ясухо, поэтому вся ситуация и так была для нее выигрышной, - О, точно. Ямагиши-сан, ты случайно не знаешь, где Карера-сан? Ее не было первые два урока, и я... Ну, босс сказала мне присматривать за ней. — Ее не было?, - Скептически переспросила Юкако, только чтобы снова пожать плечами и сказать, - Я не знаю, где она, но… Хм, сейчас начало месяца, так что она может быть на крыше, и..., - Ямагиши приложила два пальца к поджатым губам и выпустила немного воображаемого дыма. Ясухо и Джозефуми одарили Юкако долгими, недоумевающими взглядами, прежде чем до второгодки дошло. — А, она ку... Кушает! На крыше, ладно, - он поспешно исправился, когда взгляд Юкако потребовал, чтобы он не разбалтывал значение ее жеста на весь коридор, - Хорошо, понял. Спасибо, Ямагиши-сан, Хиросе-сан. Увидимся, - попрощался он с ними. Открыть тяжелую, никогда не запирающуюся дверь на крыше оказалось невозможно, неся тетради с собой, поэтому ему пришлось оставить стопку в самом дальнем углу, прямо за открытой дверью, прежде чем войти. Отличный выбор, учитывая, что крыша встретила Джозефуми порывами ветра, что чуть не сбили его с ног. Сначала он хотел даже окликнуть курящую фигуру у забора, желая убедиться, что это Карера, но ему не пришлось. Всего шума, который он произвел, просто забравшись на крышу, было достаточно, чтобы привлечь ее внимание. — Кто, блядь... А, Се-чан!, - злобный тон мгновенно превратился в радостный восторг, когда однокласссница приблизилась к нему, вся улыбаясь, - Ты что здесь забыл? Сюда приходят только плохие дети, ха-ха, - как и ожидалось, короткий, едва зажженный окурок сигареты находился меж ее указательным и средним пальцами. — Я искал тебя, я... Кхм, скучал по тебе?, - Джозефуми тут же поправился, как только встал на ноги. Он не скучал по ней, он просто заметил, насколько тихими и, честно говоря, скучными были их уроки без ее постоянных междометий, шуточек и комментариев. Ну, может быть, он действительно скучал по ней, хотя бы потому, что она была главным отвлекающим фактором. Без нее его мысли безнадежно уносились к фестивалю и.. а-а! Он просто не мог сосредоточиться! Все утро у него горели уши, - Я просто спросил Ямагиши-сан, где ты можешь быть и... — Она настучала? Вот же маленькая крыса. Люблю ее, но она продала бы меня за копейки, если бы это сделало Я-чан счастливой, - прервала Карера с саркастическим смехом, роняя окурок и наступая на него, - Хотя меня немного беспокоит то, что она знает, что я здесь. Например, знает ли она, почему ?, - задавалась она вопросом вслух, поглаживая свою поясницу с болезненным выражением лица. Джозефуми пожал плечами, - А ты знаешь, почему? Может, ты один из тех чудаков, которые могут это самое учуять? Например, как наш Фунгами Юя. — Я не совсем понимаю... Учуять что?, - Джозефуми был крайне сбит с толку, прежде чем догадаться, - Может, тебе грустно? Грустно, потому что ты все еще не помирилась с Кирой-семпай? Карера целую минуту смотрела прямо в темные, полные страха глаза Джозефуми, прежде чем рассмеяться и ответить: — Боже, нет, у меня просто выходной, понимаешь? Месячные. Это чертовски больно, Фуми-тян, и хоть я, конечно, не рекомендую, но пара сигарет отлично притупляют боль, - теперь Джозефуми разволновался и смутился совсем по другой причине, и когда он попытался (в конечном счете потерпя неудачу) извиниться за свое любопытство, Карера оборвала его, - Ерунда, мне все равно. О, но помоги мне зажечь еще одну сигарету, это почти невозможно из-за ветра. — А... конечно. Давай я тебя прикрою, - высокий старшеклассник заслонил ее от сильного ветра, что трепал длинные волосы и короткую юбку Кареры. Однако она, казалось, не возражала, и когда девушка сделала первую длинную затяжку своей новой сигареты, ее глаза выглядели… пустыми. Хм, возможно, у Киры-семпай были веские причины для беспокойства, - Это действительно так хорошо? Курить, я имею в виду, - размышлял Джозефуми вслух, прислонившись к забору. Небо было ясным, но он уже чувствовал, что температура понизилась. Лето закончилось. — Очень-очень. Вот, попробуй!, - Карера без промедления и предупреждения сунула отфильтрованную палочку Джозефуми в рот. От неожиданности тот резко вдохнул, почувствовав горячий серый дым. Через несколько секунд он уже цеплялся за забор изо всех сил, откашливаясь, а на глазах у него выступили слезы, - Ха-ха, да. В первый раз всегда так, - хихикнула девица с ухмылкой, почему-то наслаждаясь видом того, как Джозефуми чуть не стошнило. Из-за этого он весь день будет чувствовать себя немного не в своей тарелке, но, по крайней мере, он попробовал это, сказал он себе.

***

— Спасибо, что помогла с тетрадями, Карера-сан. — Да, без проблем. Я должна была это сделать, учитывая, что я немножечко подпортила твои легкие, - хихикая, ответила Карера, оставляя на своем столе гораздо меньшую стопку тетрадей, которую она взяла из рук Джозефуми, и, покопавшись в школьной сумке, добавила к ней свои собственные, - Спасибо, что напомнил мне сдать их, Се-чан. Не хочется, чтобы эта мымра наорала на меня. — Тогда не называй Сузуки-сенсей так, а то она все равно разозлится, - посоветовал ей Джозефуми, когда они вышли из класса и направились в учительскую. Утренняя перемена почти закончилась, но все вокруг казались довольно оживленными и беззаботными, ожидая возвращения в класс. Так было всегда на неделе, сразу после долгих каникул, - А, Сузуки-сенсей! Вот тетради нашего класса. Извините за задержку. — Что-то ты долго, Куджо. Я думала, у тебя снова неприятности или что-то в этом роде... Приятно видеть, что с тобой все в порядке, хотя, - отчитала его дама в очках, прежде чем перевести взгляд на Кареру, - Вижу, ты все еще якшаешься с плохой компанией. Осторожнее, Куджо. — Я вообще-то тут, Сузуки-сенсей. Вы могли бы, по крайней мере, ругать меня не при мне, - Карера шумно хлопнула по своей стопке тетрадей рядом с той, которую бережно нес Джозефуми. Учительница фыркнула и закатила глаза, даже не взглянув на Кареру, - И вообще-то! Я тоже тащила эту херню сюда, я помогала! Как я могу быть «плохой компанией», когда мы принесли все это барахло, которое вам было лень тащить сюда, а?, - настаивала она, набрасываясь на учительницу, в то время как Джозефуми изо всех сил старался держать ее на расстоянии, не прикасаясь ни к одной из женщин. — Ну, для начала, Сакунами, ты прогуливала все утренние занятия. Технически, ты сегодня отсутствуешь, тебя не было в классе во время переклички, - прямо заявила учительница, и ее слова заставили Кареру немного призадуматься, - Во-вторых, и это самое вопиющее, от тебя разит сигаретным дымом! Не могла бы ты хотя бы вымыть руки или съесть что-нибудь, прежде чем приходить сюда?, - женщина не обращала внимания на беспорядочно разложенные тетради перед ней, ее лицо преисполнилось скептицизмом и презрением. — Я... Э-э, ну... Я не курила, - пробормотала Карера, вытирая руки о юбку и бросая на Джозефуми слегка огорченный взгляд. Все, что он мог для нее сделать, это пожать плечами и кивнуть, подтверждая тот неоспоримый факт, что от нее воняло, как от пепельницы, как и говорила их учительница, - Я была в… лазарете. Все утро, да. Я чувствовала себя ужасно, до сих пор чувствую. Вы не поверите, какие спазмы у меня бывают, когда... — Мне все равно, Сакунами, я и не спрашивала. Придумывай любые отговорки, какие захочешь, они ничего не изменят. Насколько я понимаю, ты все еще отсутствуешь, - сказала учитель с разочарованным вздохом. — Я не лгу, мне действительно было плохо. Я больна, - холодно парировала Карера, бессознательно сжав кулаки. От одного взгляда, которым она смерила эту пожилую женщину, по спине Джозефуми пробежал холодок. — Карера-сан, ты действительно выглядишь немного неважно. Может быть, тебе стоит вернуться в лазарет и прилечь, чтобы еще немного поспать? В конце концов, следующий урок физкультуры, так что ты можешь попросить Киру-сенсея выписать тебе справку об освобождении, верно?, - предложил Джозефуми, осторожно кладя ладонь на напряженную руку Кареры. Он не очень-то верил, что она действительно ударит учителя, но… он также не был уверен на сто процентов. Ситуацию нужно разрядить, напряжение без всякой на то причины стало слишком высоким, все, очевидно, вернулись в школу, готовые к ссорам, даже учителя, - Я могу отвести тебя туда, если хочешь. Пойдем?, - он слегка потянул ее за короткий рукав майки, надеясь привлечь внимание. Карера медленно повернулась к нему лицом, затем одарила пустой улыбкой. — Ты прав, Се-чан. Из-за этих болячек я совсем расклеилась, мне нужно немного вздремнуть. Давай побеспокоим Йоши-нии-саму!, - она действительно пыталась сдержать свой гнев. Весь энтузиазм в ее голосе ни капли не отразился в глазах. Но она старалась, и уже за одно это Джозефуми был ей благодарен. — Стой, Куджо. Останься на секунду, я хочу поговорить с тобой, - попросила учительница, когда пара почти дошла до ближайшего выхода. Карера застонала, выглядя более чем готовой продолжать борьбу, если придется. — Я догоню тебя, обещаю, - Джозефуми начал мягко подталкивать подругу к двери. Стон Кареры медленно перешел в низкий рык, но это было все, что она могла сказать. Джозефуми каким-то образом оградил ее от конфликта, и это сработало как по волшебству, - Фух, это было близко, - пробормотал он себе под нос достаточно громко, чтобы вызвать у учительницы легкое недоумение, - Да, сенсей, что вы... — Куджо, - прервала его учительница, - Сакунами — сплошная головная боль. И хотя во всей школе не так уж много хорошеньких девушек, она — особенно плохая. Ты не мог бы найти себе девушку получше?, - ее забота о нем звучала скорее как упреки. — Карера-сан не моя девушка, - тут же ответил Джозефуми, прозвучав немного суровее, чем он намеревался, - Но она мой друг, и я ни о чем не жалею. Я знаю, что она... Хм, хаотичная, но именно это в ней и забавно. К тому же, она не раз выручала меня из неприятностей, настоящих неприятностей. Это намного больше, чем вы когда-либо делали для меня, Сузуки-сенсей, - разумеется, учительница пропустила его слова мимо ушей. Кира-сан был совершенно прав насчёт здешних учителей. — Хорошо, делай, что хочешь, но не приходи просить нас о помощи, когда она сделает очередную пакость, - сказала она, указывая на него тонким красным маркером, тем самым, с помощью которого она завалила половину класса. — Спасибо за совет, - пробормотал Джозефуми, низко кланяясь, затем повернулся, чтобы уйти. «Наша помощь? Это она и про остальных учителей? Я не помню, чтобы кто-нибудь из них хоть раз помогал мне, ни в этом году, ни в прошлом. Физрук до сих пор насмехается надо мной за то, что я слишком высокий и неуклюжий», - вспоминал он, и к разочарованию, вызванному коротким разговором, примешивалась легкая грусть. Только шум и крики в коридоре смогли вывести его из состояния душевной тоски, - Хм, Сузуки-сенсей, здесь... Что-то происходит. Драка, я думаю — Опять Сакунами?, - спросила невысокая женщина с явным раздражением. — Н-нет, это... Это, наверное, первогодки, - предположил он, высунув голову и мельком взглянув на происходящее. Уф, похоже, они собирались обменяться ударами. И... Это Хигашиката-сан ударилась об пол? О нет, - Может, вам стоит вмешаться? — Нет, если это первогодки, то это к Таниде, Китано и Накамуре. Пусть они разбираются со своими классами, я и так слишком занята с вами, - решительно оборвала его классная руководительница. Разочарованный, но не удивленный, молодой человек кивнул. Он крепко держал раздвижную дверь. Учителя были бесполезны, а его кохаи были избиты. Он должен был что-то с этим сделать.

***

— Скажешь это еще раз, и я разобью тебе ебало, Джошу! — Что именно, кузина? Что ты нищебродка, что у тебя стремная семья или что ты шлю... Ай! — Заткнись, черкаш! Никогда не смей так разговаривать с Джоко! И не смей прикасаться к ней, я убью тебя, если посмеешь! — Ай, мой нос! — Не приближайся, уродина! Он не с тобой разговаривал, пародия на женщину. Напряженная тишина окутала коридор, где собралась довольно большая толпа школьников, чтобы стать свидетелями долгожданного противостояния. Оба первогодки Хигашикаты наконец признали, что они родственники после долгого отрицания этого... Не то чтобы им кто-то верил, но все же. Все шло так хорошо, как только могло, а это означало, что настоящая схватка еще не началась. — Юка-тян, мы должны помочь!, - прошептала Ясухо Хиросе своей лучшей подруге тихим мышиным голосом, потянув ее за руку в сторону места конфликта. — Нет, не должны, нам пора на урок, - возразила Юкако, чертовски хорошо зная, как выбирать себе драки. Одного Джошу Хигашикату она вполне могла выдержать, но не тогда, когда у него было несколько дружков по бокам. Юкако как можно деликатнее потащила Ясухо вверх по лестнице, но маленькой любопытной бунтарке удалось остановить их отступление на полпути. — Пародия... На женщину?, - эхом отозвалась Окуна Ниджимура, глядя на свои крепкие кулаки. Немного крови из носа Джошу попало на костяшки ее пальцев. — Оджиро, ты, гандон! Вымой свой вонючий рот!, - Джоко Хигашиката накричала на одного из главных в банде кузена, загорелого, беззаботного блондина с ехидной ухмылкой, - Я выцарапаю тебе глаза, поскольку ты явно ими не пользуешься!, - пригрозила она, сверкнув своими заостренными акриловыми ногтями. — Как будто ты ими пользуешься, нищебродка, - пробормотал Джошу, потирая окровавленный нос и восстанавливая равновесие. Оглушение от удара Окуны начинало проходить, - Да у тебя не хватит духу даже влепить мне пощечину, не говоря уже о том, чтобы выцарапать глаза. Очевидно, твоя горилла делает за тебя всю грязную работу, - кривая улыбка расплылась на его лице. — Заткнись, ты... ты... — «Ты» что? У тебя уже закончились оскорбления, шлюха? Спорим, у тебя едва хватит мозговых клеток, чтобы придумать больше трех, ты, дойная корова. Весь твой человеческий потенциал испарился, когда твои сиськи стали огромными, Джоко. Может, именно поэтому ты дружишь с этой обезьяной, вы двое — ходячий зоопарк, ха-ха! Окуна была бледна и дрожала, разум ее совершенно опустел и все еще кружился. В то время как глаза Джоко были полны яростных слез. — Прекрати, дегенерат. Ты отвратительный урод, ты... Ты сын вороватой шлюхи!, - закричала она в отчаянии, только чтобы заметить, что последняя фраза, похоже, вызвала легкую реакцию у ее противника. Она его достала, - Да, именно так! Твой отец, может, чудак и все такое, но он все равно мой дальний дядя или что-то в этом роде, так что я уважаю его... Но твоя мама — преступница! Все мерзкое и грубое ты унаследовал от нее!, - продолжала она, заслоняя оскорбленную Окуну своим телом. Лицо Джошу стало ярко-красным, а из-за разбитого носа и неопрятного внешнего вида его глаза казались еще безумнее. — Не смей так говорить о моей матери, шлюха, - предупредил он. — Шлюха то, шлюха се! Это единственное слово, которое ты знаешь, Джошу?, - передразнила его Джоко, подняв руки вверх, - Может, ты научился у своей мамаши, ей, должно быть, так весело было блядствовать. Неудивительно, что твой отец развелся с ней, как только ее посадили. — Заткнись! Заткнись нахуй!, - завопил Джошу, бросаясь к Джоко с намерением убить ее. Все, что она могла сделать, чтобы избежать его хватки, — это отшатнуться назад, ударившись головой о стену, и упасть на землю. Остальные первогодки разразились радостными криками, стайка подростков разделилась во мнениях, за какого из Хигашикат стоит болеть. Но в конце концов, большинство из них просто хотели посмотреть, как эти двое дерутся. — Джоко!, - взвизгнула Окуна, наконец отреагировав. Она неуклюже схватила взбешенного Джошу прежде, чем он успел добраться до ошеломленной девочки, и хрипло прошептала ему на ухо, - Я прибью тебя. — Испытай меня, обезьяна!, - ответил он, сопротивляясь и почти одолевая ее. Прямо под ними Джоко застонала, выпрямляясь и потирая затылок. — Джошу Хигашиката, отойдите от моего кохая, - потребовал громоподобный низкий голос из соседнего учительского кабинета. Когда внимание толпы отвлеклось от драки и переключилось на нового игрока, крупная фигура медленно пробралась в коридор, сильные руки ухватились за дверной косяк. Голова почти касалась верхней части дверной рамы. Воздух наполнялся аурой опасности и ужаса. В то время как большинство первогодок застыли от страха, некоторым удалось удрать, как крысам. Тяжелые, угрожающие шаги раздавались теперь уже почти в пустом, мертвенно тихом коридоре, и когда это чудовищное существо достигло оцепеневших бойцов, оно добавило, - Пожалуйста, прекрати драку, или мне придется позвать учителя. — Куджо-семпай?, - спросила Окуна слабым голосом, слегка ослабляя хватку на куртке Джошу. Толпа вокруг них продолжала редеть, и даже союзники Джошу поспешно слиняли. Кулаки того обмякли, вся его ярость внезапно сменилась страхом. Холодное, как камень, выражение лица Джозефуми не изменилось, темные глаза были устремлены на нападавшего, Джошу Хигашикату. — Отпусти Ниджимуру-сан. Я больше не собираюсь тебя упрашивать, - сурово потребовал он, используя каждый дюйм своего огромного роста, чтобы подчеркнуть слова. В его голове уроки Кей повторялись и повторялись, как заевшая пластинка. «Тебе не обязательно бить, Куджо, но ты должен верить, что сделаешь это, когда скорчишь свое злое лицо. Угроза работает, только если ты действительно имеешь в виду то, что говоришь. Если у тебя есть уверенность, ты излучаешь ее, и они это видят, поэтому не лезут к тебе на рожон». И это сработало. Все, что Джошу Хигашиката успел прошептать, прежде чем убежать, поджав хвост, было жалкое «Да пошли вы все!», а когда настойчивый звонок возвестил о начале третьего урока, все исчезли из коридора. Остались только члены банды. — Ох, - пробормотала Джоко, пытаясь подняться на ноги, опираясь на стену, у нее явно все еще кружилась голова, - Оку-чан, ты в порядке?, - ее замешательство смешивалось с беспокойством за подругу. — Конечно, я в порядке, я даже не... Джоко, твоя голова. У тебя идет кровь? Больно?, - в отчаянии, Окуна взяла Джоко за руку и предложила ей на всякий случай опереться на ее плечо. — Крови нет, но вот сзади у меня точно шишка, - вздохнула Джоко, плюхнувшись на широкую грудь Окуны и позволив невысокой девушке крепко себя обнять. Прямо под высоким хвостом, собранным в конский хвост, по окружности головы Джоко проходила болезненная выпуклость. Ее руки и задница также слегка болели после падения. Она чувствовала себя такой глупой, ведь после всей этой драматичного обмена «любезностями», Джошу даже не прикоснулся к ней, все свои травмы она нанесла себе сама, - Больно, но не слишком сильно. Не волнуйся, Оку-чан, благодаря тебе со мной все в порядке. Ах, моя героиня! Окуна надулась и кивнула, все еще явно потрясенная всей этой дракой, но испытывая гораздо большее облегчение теперь, когда ее лучшая подруга была в целости и сохранности у нее на руках. — Хигашиката-сан, даже если это не очень больно, тебе все равно следует отправиться в лазарет. Кира-сенсей должен осмотреть рану, потому что никогда не знаешь, насколько все серьезно. Возможно, это сотрясение мозга, кто знает?, - прокомментировал Джозефуми, слишком хорошо осознавая, насколько серьезной может быть травма головы, гораздо более мягким тоном, возвращаясь к своему обычному поведению. Осторожно ступая, он подошел к двум первогодкам и предложил, - Если хочешь, я могу отнести тебя в лазарет, а Ниджимура-сан сообщит твоему учителю, что... — Н-нет! Я понесу Джоко!, - осмелилась прервать его Окуна, и ее все еще надутое личико теперь сияло от ревности. Она сильнее обхватила крепкую фигуру девушки своими сильными руками и добавила, - Извини за это и спасибо за всю твою помощь, семпай, но… Если кто-то и поднимет Джоко с земли, то это буду я!, - после столь бурного заявления ее лицо стало ярко-красным. Джоко хихикнула, уткнувшись в плечо Окуны, пряча свою покрасневшую физиономию. — Вы идите, девочки, а мы с Юка-тян можем сказать вашей учительнице, что вы в лазарете!, - предложил веселый голос откуда-то сверху. Трое подростков в коридоре обернулись и увидели, что Ясухо все еще стоит на лестничной площадке, наблюдая за ними с явным волнением. Позади нее Юкако Ямагиши стояла тихо и совершенно неподвижно, устремив большие, как тарелки, глаза прямо на Джозефуми. Лицо ее было бледным, а взгляд стал гораздо менее враждебным, чем обычно. Некоторые даже сказали бы, что она выглядела испуганной. — Я-чан, что ты вообще здесь делаешь?, - спросила Джоко, усмехнувшись, а затем добавила, - В любом случае, спасибо, - с этими словами она помахала обеим девушкам на прощание, когда те поднимались по лестнице, а взволнованный голос Ясухо все еще оглушал ее дорогую подругу. Очевидно, недавнее зрелище сильно взбудоражило девушку, - Итак, Оку-чан, ты собираешься нести меня, как принцессу? Лицо Окуны вспыхнуло еще сильнее, если такое вообще было возможно. — Эм, думала, что смогу нести тебя на спине, я не слишком уверена, что смогу нести тебя на руках, - призналась она, ее вышеупомянутые руки напряглись на талии Джоко. Даже будучи смертельно обеспокоенной за благополучие своей подруги, Окуна Ниджимура не могла не чувствовать себя чертовски близкой к эйфории. — Ладно, тогда поехали, - слова Джозефуми невольно снизили градус между первогодками. Он выглядел немного смущенным, как будто действительно не хотел прерывать их, но был вынужден. — О, Куджо-семпай, ты тоже идешь?, - спросила Джоко, неуклюже пытаясь взобраться на спину Окуны. После двух неудачных попыток, та поставила её у стены и присела перед ней, полностью предлагая свои услуги в качестве скакуна Джоко, - Ах, спасибо тебе, Оку-чан. Ты лучшая. — Да, я вообще шел именно туда, до того, как все это случилось, - он пожал плечами и непринужденно улыбнулся. Вся его мрачная, тяжелая аура опасности к этому времени исчезла, - Кроме того, я смогу помочь тебе, если Киры-сан не будет в лазарете. Он был так занят на прошлой неделе, я не удивлюсь, если бы он сейчас застрял на какой-нибудь скучной встрече или, возможно, боролся за пополнение запасов медикаментов, - объяснил он с кристально чистой уверенностью, направляясь вниз к противоположной стороне коридора, к помещению, где он проводил большую часть своего свободного времени в школе. Его ноги всегда могли привести его туда, даже вслепую. Притяжение лазарета к нему было магнитным, почти магическим. Некоторые назвали бы это проклятием... Но не он.

***

— Вот, пожалуйста, Хигашиката-сан. Возможно, он слишком холодный, поэтому я завернул его в полотенце. О, да, ты могла бы также лечь на него и, возможно, распустить свой хвостик? — Мне и так нормально, Куджо-семпай. В любом случае, спасибо, - пробормотала Джоко, осторожно прижимая его к своей голове, - О, жесть. Мои волосы приходят в полный бардак, как только я их распускаю. Я выгляжу как пудель... Лучше этого не делать. Верно, Оку? — Нет, я думаю, что они выглядит мило. И в хвостике тоже! Ты не можешь выглядеть плохо, Джоко, это буквально невозможно, - без колебаний сказала Окуна, положив голову на койку, просто чтобы быть поближе к своей дорогой подруге. Она уселась на табурет Джозефуми прежде, прежде чем он успел что-то сказать, да он и не стал бы, так что старшекласснику пришлось стоять и наблюдать за разворачивающейся картиной. — Вы двое так близки. Как давно вы дружите?, - с нескрываемым любопытством поинтересовался Джозефуми вслух. Девушки казались ему чуть ли не родственными душами. Даже будучи раненой, Джоко попыталась погладить Окуну по бритой голове, чтобы успокоить ее, в то время как сама Окуна изо всех сил держалась за макушку Джоко, как будто боялась, что та исчезнет, если отпустит ее. Восхищение и странный укол зависти охватили Джозефуми, когда он наблюдал за происходящим. Он задавался вопросом, смогут ли они с Кирой-сан когда-нибудь выглядеть вот так, так близко, так интимно… — Мы познакомились в этом году! В первый день в школе, - просто ответила Окуна, на секунду переведя взгляд на парня в комнате, - Значит, прошло два, три… примерно пять месяцев назад? — Даже нет, скорее, четыре с хвостиком. У нас уроки начались во вторую неделю апреля, - поправила Джоко с лёгкой усмешкой, которую сонно повторила Окуна. Забавные. — Ого, это... совсем немного, но вы двое действительно подходите друг другу! Прямо как..., - Джозефуми резко осекся. Неужели он собирался сравнить этих двух с Каваджири-семпай и Хигашикатой-семпай, настоящей парой? Черт возьми, нет, это было бы ужасно самонадеянно с его стороны, так что в итоге он исправился, - Э-э, Хиросе-сан и Ямагиши-сан?, - он поморщился, понимая, как неубедительно, должно быть, прозвучал. — Ой! Я-чан рассказывала мне, что они друзья детства. Юка, ой, я имею в виду, Ямагиши всегда присматривал за ней, с тех пор, как они учились в начальной школе. Разве это не очаровательно?, - Джоко прокомментировала это довольно оживленно для человека, у которого, возможно, черепная травма, так что Джозефуми предположил, что с ней все будет в порядке. — Вроде как… Но мне действительно жаль Ямагиши, потому что… Я-чан так помешана на пацанах и не замечает, ну, ты знаешь, - добавила Окуна, стараясь не говорить больше, чем следовало. — Это да, печально, что Хиросе-сан не понимает влюбленности Ямагиши-сан в нее, но мы же не можем ей сказать, верно?, - Джозефуми заявил это так, словно данная информация была общеизвестным фактом. Поэтому он удивился, заметив, что обе первогодки смотрят на него глазами, большими, как два блюдца, - А? Что случилось?, - спросил он, почти панику, Эм... я не так выразился? — Семпай, так ты знаешь?, - Джоуко аж подскочила от удивления. Окуна, нежно подтолкнув Джоко обратно на койку, добавила: — Да, и каким образом? И ты говоришь так уверенно. Может, ты слышал это от Сакунами-семпай? Или... Ямагиши сама тебе рассказала? Хотя вряд ли. — Ничего из этого. Я не уверен в том, что известно Карере-сан, к тому же, в последнее время у нее своих проблем хватает, - начал объяснять Джозефуми в самых общих чертах, на какие был способен. Почесав в затылке, он продолжил, - Возможно, я перегибаю палку, говоря, что Ямагиши-сан влюблена в Хиросе-сан, но… Не знаю, это кажется очевидным? Ну серьёзно, это правда очевидно. Ямагиши-сан, вероятно, даже не стала бы отрицать этого, если бы мы спросили. — Ну, да, это очевидно, - согласилась Окуна, кивая, - Я просто выпала с того, что парень… понимает это. Я уверена, что большинство пацанов бы не поняли. Мой старший брат, например, такие вещи совершенно не воспринимает. — Я думаю, это потому, что он занятой мужик, Окуна. В конце концов, Кейчо работает очень усердно, - прокомментировала Джоко, - Но от Куджо-семпая немного другая энергия, чем у других чуваков. Ты как будто умеешь читать мысли девушек!, - взвизгнула она, и Окуна, улыбаясь, кивнула в знак согласия, - Не сочти за оскорбление. Просто приятно быть рядом с тобой, и совсем не страшно. — Ох, это чересчур. Ты, должно быть, преувеличиваешь, - отшутился Джозефуми, чувствуя себя странно польщенным и смущенным словами Джоко, - Я просто привык находиться в обществе женщин. В конце концов, я живу один со своей матерью, - сказал он с оттенком горечи, - А вообще, я рад, что мое присутствие не неприятное, особенно для вас, первогодок, - после этих слов на лицах младших учениц появились улыбки, - Но я действительно ничего не смыслю в девушках, я тоже могу быть довольно невежественным. Например, мне потребовалось много времени, чтобы заметить, что твоя двоюродная сестра и Каваджири-сан встречаются, Хигашиката-сан. Я почувствовал себя таким тупым, когда до меня дошло... — Хе, не парься, Куджо-семпай, эти двое не очень-то разбираются в романтике. Особенно Томоко, она больше любит шпынять парней и все такое, - отшутилась Джоко, - О, и, кстати, об этом, ты же у нее научился запугивать людей? — Ни за что, отвечаю, он это у Сакунами-семпай перенял. Она может быть безумно пугающей, когда захочет. Она и Куджо-семпай всегда тусуются вместе, как говорится, скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты! — На самом деле, - заговорил Джозефуми, - это босс учила меня... Эм, «запугивать». Я не склонен к насилию, и я уверен, что она бы меня уложила, если бы мы подрались, - скромно рассмеялся он. — А-а, в этом есть смысл, - Джоко с умным видом почесала подбородок и заговорчески ухмыльнулась, - Видала? Я-чан тот еще параноик. Она единственная заметила, как ты уединялся с боссом, и теперь она убеждена, что ты с Кирой-семпай тайно встречаешься. Но это же бредятина, верно? — Ага, бредятина, - согласилась Окуна, но затем поинтересовалась, - Хотя... Я слышала, что во время того фестиваля ты отказал одной из чирлидерш Юны. Это ведь не потому, что ты гоняешься за кем-то другим, Куджо-семпай? Может, за кем-то с тёмными волосами и синими глазами, как у Киры-сем… — Нет-нет-нет, - Джозефуми замотал головой так сильно, что у него закружилась голова. Девушки рассмеялись, а его щеки вспыхнули. Ниджимура-сан явно говорила не о Кире-сан, а о его сестре, и все же… Это было слишком близко, а воспоминания о произошедшем все еще слишком свежи. Он прикусил губу, предаваясь сладострастным моментам из прошлого. И смутился пуще прежнего. — Ну же, Оку-чан, не задирай его!, - Джоко хихикнула, прикрыв рот рукой. Ах, сплетни с девочками действительно были палкой о двух концах, - Эй, знаешь, что я услышала от Томоко? В какой-то момент босс исчезла из толпы. Она же отвлекала эту соплячку Дайю и других спиногрызов, но кто знает? На самом деле никто не видел ее после... — О, а я видел, - прервал ее Джозефуми, и четкий образ вспыхнул в его голове среди предыдущих, желанных, но постыдных, - Я видел, как Киру-семпай таскала за собой очень высокая блондинка, - и сразу он словил на себе скептические взгляды первогодок, - Нет, правда! Я направлялся в туалет, когда увидел их. Эта девушка была потрясающей, очень стройной и... привлекательной, я полагаю? И она была примерно такого же роста, как босс, что довольно странно. Может быть, она иностранная модель или что-то вроде того? Ее волосы не похожи на крашеные, а еще они были очень длинными и прямыми. Ты знаешь ту, о ком я говорю? — Не-а, - мягко улыбнулась Окуна. — Может быть, - прошептала Джоко, прищурившись. Легкий скрип раздвижной двери медпункта вывел всех троих учеников из напряженных дум. Пока девушки гадали, кто бы это мог быть, сердце Джозефуми подпрыгнуло от радости и подтолкнуло его к скрытому из виду входу. Слегка потянув на себя, Джозефуми открыл дверь и просто пролепетал «Привет», на сто процентов уверенный, что его единственный и неповторимвй находится по ту сторону: — Может, тебе помочь с этим, Кира-сан? Удивление доктора быстро сменилось теплой, искренней улыбкой. — Привет, - ответил Йошикаге, едва удерживая большую коробку в руках, - Премного благодарен, - он передал вещь юнцу покрепче и радостно направился к своему рабочему месту, прежде чем заметил, что они не одни, - Что ты здесь делаешь, Джозефуми? Ты ждал меня что-ли? — Да, и еще, - быстро ответил старшеклассник, торопясь объяснить, - У Хигашикаты-сан походу серьезная травма, поэтому мы пришли сюда. Сейчас с ней, кажется, все в порядке, но не мог бы ты еще раз проверить? Пожалуйста?, - Джозефуми не мог жестикулировать так сильно, как ему хотелось, неся эту огромную коробку, полную... бинтов, наверное? Она была не слишком тяжелой, просто громоздкой, поэтому ему пришлось ограничиться умоляющим выражением лица, что заставило Киру-сан тихо рассмеяться, в то время как тот указал, куда ставить коробку. — Д-да, пожалуйста, Кира-сенсей! Джоко-тян очень досталось от этого ублюдка Джошу. Я уверена, что она даже потеряла сознание! На минуту! Нет, две!, - драматично пересказала Окуна, держа подругу за руку так, словно та была на грани смерти, или вообще в коме. — Я не теряла сознания, Оку-чан. Не нужно так преувеличивать!, - Джоко щелкнула подругу пальцами по носу, и они оба захихикали, - Уверена, что именно Джошу в итоге проиграл, потому что я даже не пролила кровь в этом лютом побоище, в то время как ему придется снова копить деньжата на ринопластику! Ха-ха-ха! Нет, ну ты же видала, как я ему нос размазала? — А, так вот кто оставил то неприглядное пятно крови возле учительской, - прокомментировал Йошикаге, закатывая глаза и роясь в коробке, пока не нашел то, что хотел, одну из множества маленьких коробочек с таблетками ибупрофена, - Этого Джошу Хигашикату, кажись, в детстве роняли. Я даже подумываю пожаловаться на него завучу за отвратительное поведение, в конце концов, именно мне приходится иметь дело с последствиями его постоянных драк, - простонал он, скрестив руки на груди, после того как убрал коробочку с таблетками в карман, - В прошлом семестре у нас заканчивались бинты, сколько, три раза? — Пять, - поправил Джозефуми, отчего доктор проворчал еще сильнее. Второгодка не был уверен, как относиться к Хигашикате-куну. С одной стороны, он не одобрял его жестокости и ненужных конфликтов. Но, с другой стороны, если бы не его терроризирование, возможно, они с Кирой-сан никогда бы не встретились. Противоречивые чувства затрепетали в груди Джозефуми, когда он обдумал эти два весомых факта, и после долгих размышлений он... Молча поблагодарил Джошу Хигашикату за то, что тот существует, - Хм, так что ты думаешь, Кира-сан? Что с Хигашикатой-сан? — С ней все в порядке, как ты и сказал, это просто шишка. Пакет со льдом уже устранил большую часть воспаления, - поставил диагноз Йошикаге, отодвинув Окуну в сторону и внимательно осмотрев голову Джоко, - Вы будете жить, юная леди, так что возвращайтесь на занятия. И вот, возьмите несколько слабых анальгетиков. Принимайте их, если хотите, я оставляю это на ваше усмотрение, - он протянул Джоко пару запечатанных таблеток, после того как помог ей подняться. Девушка потянулась и подняла большой палец вверх. — Вы уверены, док? А Джоко-тян не может остаться еще ненадолго?, - вкрадчиво спросила Окуна, разрываясь между профессионализмом Йошикаге и ее собственным беспокойством за подругу. Мужчина закатил глаза и вернулся к своему столу, изображая деловитость. — Она в полном порядке, а вы, эм... — Ниджимура-сан, - прошептал Джозефуми на ухо доктору сверху, в опасной близости от него. – А в-вы, Ниджимура-сан возвращайтесь в класс, я не одобряю пропуски занятий, - нагло солгал доктор, проводя рукой по затылку, чтобы пригладить торчащие там волоски. Он все еще слабо ощущал дыхание Джозефуми на своей обнаженной шее, даже несмотря на то, что молодой человек отошел и вернулся к разгрузке коробки. — Да, Оку-чан, пошли. Похоже, мы мешаем, - с улыбкой заметила Джоко, правильно поняв, что Йошикаге хочет, чтобы они оба ушли восвояси, - Спасибо за таблетки, Кира-сенсей! И спасибо за помощь, Куджо-семпай, ты нас реально спас! До скорой!, - сказала она, выходя из уютного лазарета, а Окуна следовал за ней по пятам, готовая подхватить, если та вдруг споткнется и упадет. — Отличная работа, Кира-сан, - Джозефуми робко улыбнулся и отошел от коробки с медицинскими средствами. На секунду он задумался, относится ли приказ вернуться в класс и к нему. Нервничая, как обычно, он еще немного помялся, но все же смог заставить себя спросить, - Могу я тебе немного помочь, Кира-сан? Я пока не хочу уходить... Йошикаге бросил на него растерянный взгляд, который тут же смягчился, когда он понял, насколько осторожно его... любимый по-прежнему ведет себя с ним. Доктор перестал перекладывать склянки и бинты, повернулся лицом к ученику, и ласково сказал: — Конечно, ты можешь остаться, Джозефуми. На самом деле, я настаиваю, не важно, будешь ли ты помогать мне или нет. У нас совсем не было времени поболтать с тех пор, как возобновились занятия, и я, черт возьми, почти страдаю от ломки, - его слова сопровождались смешком, от которого сердце Джозефуми затрепетало, - Но, если серьезно, пожалуйста, помоги. Я никогда не закончу, если попытаюсь разгрузить эту махину в одиночку. — О да, конечно!, - послушно согласился Джозефуми, возвращаясь к работе, раскладывая по полкам многочисленные безделушки и свертки. Его руки двигались чуть ли не автоматически, когда нужно было что-то найти и расставить по своим местам. Помогать в лазарете стало для него естественным, он мог делать это даже во сне. — Итак, Куджо-семпай, - произнес Йошикаге, легонько пихая высокого юношу локтем в бок, - Я вижу, ты неплохо продвигаешься в своем авторитете. Что ты сделал, вдарил этой обезьяне Джошу раз и навсегда? Или ты притащил сюда Хигашикату-младшую, как рыцарь в сияющих доспехах?, - продолжал он дразнить, слегка натыкаясь на крупную фигуру Джозефуми и почти физически требуя от него ответов. Молодой человек только покраснел и покачал головой, желая, чтобы доктор расспрашивал его еще и еще, - Эх, когда ты успел стать таким лихим? Ты заставишь всех младшеклассников влюбиться в тебя. Тебе не жаль их? Или бедного, завистливого старого меня? — Ни в коем случае, они не... Я не..., - Джозефуми от растерянности чуть не выронил многочисленные флаконы с дезинфицирующими средствами. Йошикаге лишь хихикнул, - Мне жаль, если кто-то из них имел несчастье влюбиться в меня, да и с чего бы им это, но... - неуверенно произнес он, ставя бутылки на стол, прочищая горло, и продолжил, - Все, что я знаю наверняка, это то, что… Ты единственный, кто мне нужен. Даже не сомневайся в этом, Кира-сан. Его слова были полны убежденности, а тихий голос снова щекотал кожу Йошикаге, хотя теперь молодой человек стоял рядом с ним, а не над ним. — Знаю, знаю, я просто дурачу тебя, - Йошикаге тихо рассмеялся. После нескольких дней постоянной, неблагодарной, изнурительной работы в этой дырявой школе возможность провести время с Джозефуми была поистине успокаивающей. Довольный, доктор уселся прямо на свое удобное сиденье и предложил ученику сделать то же самое, оставив работу на потом, - Давай сделаем перерыв. Готов поспорить, что так называемые учителя всю неделю пользовались тобой вовсю. Всякий раз, когда я замечаю твою прелестную макушку, ты обычно за очередным учителем, неся все их вещи. Черт, эти ублюдки, всегда все взваливают на хороших детей. — А, ну, да... Но это нормально, мне нравится помогать, - отшутился Джозефуми, подтаскивая табурет к столу и усаживаясь, все еще довольно напряженный. Чувство неуверенности омрачило его бешено колотящееся сердце, и вопрос так и не сорвался с его губ, - Мне нравится чувствовать себя полезным, это приятно. — Ух, я ненавижу, что ты себя так чувствуешь. Черт возьми, Киеми, делай свою работу!, - острые слова вызвали нервный смешок у Джозефуми, что не скрылось от Йошикаге, - Прости, просто… Твоя мама в целом приводит меня в бешенство, но к тебе это не имеет никакого отношения, ты просто жертва, - как можно более доходчиво объяснил доктор, наклоняясь вперед, чтобы привлечь внимание Джозефуми, - Кстати, о твоей матери, как она себя повела… Ну, знаешь, после фестиваля? Она выпытывала, почему тебя не было дома? — Нет, вовсе нет, - Джозефуми сильно покраснел при воспоминании о той ночи. Ничего особенного не произошло после того, как они закончили целоваться, но сам факт того, что это действительно произошло, взбудоражил его на весь вечер. В ту ночь он почти не мог уснуть, и не только потому, что другие члены банды тоже остались ночевать, но и потому, что каждый дюйм его кожи, к которому он прикасался, казалось, излучал сильный жар. И он горел всю ночь напролет, - Я не видел ее где-то два дня. Она всегда покидает Морио примерно в это время, в конце августа. Хотя я не знаю, куда она уезжает, - резюмировал он для доктора, который мысленно отметил эту информацию и в конце концов передал ее тому некомпетентному болвану, который копался в прошлом Киеми. — Ну, не очень хорошо само по себе, но и не плохо тоже. Я думаю, твоя мама была слишком занята, чтобы заниматься тобой в этот раз, - Йошикаге прикрыл глаза и откинулся на спинку кресла, уже измученный всеми этими разговорами о Киеми, которые он сам же и затеял. Однако, снова открыв глаза, мужчина увидел, что его любимый хочет сказать еще что-то, что разъедало его изнутри, - Хм? Что такое, Джозефуми? Ты хочешь что-то сказать мне? Или, может быть, спросить?, - он легонько подтолкнул его, медленно протягивая руки к рукам ученика. – Э-э, да! Да, я хочу, - Джозефуми пришлось выдавить это из себя, зная, что Кира-сан будет настаивать, пока не добьется правды. Потому он настроился, собрал все свое мужество и выпалил, - К-Кира-сан, мы в-встречаемся? Холодная, как камень, тишина заполнила прежде теплую комнату. Безнадежную гримасу Джозефуми встретилое пустое, почти паническое выражение на бледном лице Йошикаге. Что он мог сказать? Да? Нет? Был ли у него вообще ответ? Его протянутые руки дрожали от страха, он был полон сомнений и дурных предчувствий. Но постепенно, несмотря на всю эту путаницу эмоций, смятение улеглось, сменившись задумчивостью, а затем сдержанным спокойствием. Он знал, что ответить, он просто должен сказать ему правду. — Честно говоря, Джозефуми, я не знаю, - наконец признался Йошикаге, выглядя немного смущенным. Молодой человек оставался осторожным и молчаливым, - Я имею в виду, что, несмотря на весь мой опыт, технически, у меня никогда не было серьезных отношений за все двадцать шесть лет. Так что, честно говоря, я не знаю. И часть меня подсказывает мне, что об этом даже не стоит думать, так что… Я просто разрываюсь на части, - продолжил он, и в его словах прозвучал едва уловимый, но искренний оттенок стыда, - Все, что я знаю наверняка, это то, что ты мне нравишься… Очень. Признание Йошикаге разрядило бомбу, в которую превратилось сердце Джозефуми. И когда напряжение спало, его лицо расслабилось, превратившись в лицо кающегося мученика, в темных глазах которого не было ничего, кроме надежды и веры. — Ты мне тоже нравишься, Кира-сан. Я никогда в жизни не был так уверен ни в чем другом, - повторил он, держа мужчину за руки, чтобы подчеркнуть, насколько он серьезен. Йошикаге застенчиво улыбнулся ему, - Кхм, я не хотел лезть не в свое дело, но… Когда ты сказал, что у тебя есть опыт, но не в отношениях, ты имеел в виду... — Секс, - констатировал Йошикаге с потухшим взором и таким же потухшим тоном. Он не стыдился этого, никогда не стыдился, но казалось ужасно неправильным говорить ему об этом. Казалось, что он должен это скрыть, и именно поэтому он только что сказал это вслух. Он не позволил своей паранойе снова одержать верх, - Я трахался со многими мужчинами. Только с мужчинами. На самом деле мне не нравятся женщины, но это уже должно быть очевидно, - он сжал грубые пальцы Джозефуми, почти боясь, что тот отпустит их. Почувствует ли тот отвращение? Или обидится? Или... разозлится? Страх охватил Йошикаге, но он не сдавался, - Большинство парней, которых я знал, даже не японцы. Я моряк и шлюха, так что я просто... Имелся с новым парнем в каждом порту, - он невесело усмехнулся. Ему хотелось плакать. — Не говори так, пожалуйста, - прервал его Джозефуми, сжимая руки своего возлюбленного. Ошеломленное молчание Йошикаге позволило ему продолжить, - Пожалуйста, не называй себя... Этим словом. Не принижай себя, я... Я еще не уверен, как реагировать на все это, но знаю, что в какой-то степени ты… Не знаю, хорошо разбираешься в том, что касается жизни! Это звучит глупо, но я имею в виду, что ты искушенный человек, начитанный, много путешествовавший, ты говоришь на большем количестве языков, чем я, и знаешь так много интересного! Итак, секс... был... ну, я просто предположил, что ты и о нем много знаешь. И не в негативном смысле, не так, как то слово! Потому что это не так уж плохо, просто ты... Хорошо осведомлен в практическом смысле. Вот. Йошикаге почувствовал, как его глаза наполняются слезами. — Ты так добр, Джозефуми. Я... Хорошо, я не буду повторять это снова, в основном потому, что я даже не занимаюсь этим больше. Может быть, это из-за того, что я так долго пробыл на суше, но… Я бросил это дело. Надеюсь, навсегда. Я не чувствую необходимости спать с кем попало, находясь здесь, в Морио. Возможно, я становлюсь старше, - рассмеялся доктор, вытирая слезы рукавом белоснежного халата. — Или, может быть, твое сердце занято?, - смело предположил Джозефуми, но тут же смущенно отвел взгляд. Тем не менее, он отказался отпустить чужую руку. — Уверен, что так оно и есть, - согласился Йошикаге с легким смешком, а затем подумал про себя: «А может, и правда так и есть. К чему я вообще стремился раньше? Просто бездумное удовольствие, мимолетные интрижки, самые короткие, самые деловые взаимодействия, которые оставляли меня удовлетворенным на... такое короткое время. В ретроспективе это занятие не кажется таким уж приятным. Какого черта я вообще тогда этим занимался?». — Кира-сан, могу я спросить кое-что еще?, - пробормотал Джозефуми своим обычным тихим голосом. Но даже этот тихий вопрос вывел доктора из оцепенения, мягкие слова Джозефуми всегда могли заставить его сосредоточиться, - На самом деле, ты не обязан отвечать, если это личное, но мне было интересно еще со времен фестиваля. Кто был тот мужчина? Тот, которого я ударил. Он... кажется, знал тебя, - ученик прикусил нижнюю губу, чтобы она не дрожала. В отличие от того, что произошло после той встречи, расплывчатого образа этого человека было достаточно, чтобы заставить его кровь вскипеть. — Он действительно знает меня, мы были... коллегами, - Йошикаге тщательно подбирал слова, - Он занимается координацией моей текущей работы, так что формально он офисный работник, а не моряк, как я. И, как я уже говорил, у нас с ним никогда не было отношений, но у нас был роман на одну ночь в Сингапуре. Моей ошибкой было не разузнать как следует о его прошлом, я не знал, что он тоже живет в Морио. Хотя, в свою защиту, каковы были шансы? Он ведь был просто еще одним японцем в иностранном порту, который хотел хорошо провести время, таким же, как и я сам, - продолжил он, потирая переносицу и вспоминая, какой головной болью оказался Косаку Каваджири. Но, о, Йошикаге еще не закончил признавать свои ошибки, - Так что да, он тоже живет здесь, и недавно я понял, что он на самом деле родственник одной из подруг Кей, что только усугубляет ситуацию. Этот проклятый городишко совсем крошечный, серьезно. — Подожди, что?!, - Джозефуми отпустил руку доктора, чтобы прикрыть свой рот, - Я что, ударил чьего-то отца?, - на что Йошикаге хихикнул и покачал головой. — Не-ет, да ладно, он не такой уж и старый. Ему, наверное, около тридцати. Но, боже мой, он был бы ужасным отцом. Я искренне надеюсь, что у него никогда не будет детей, - съязвил мужчина, - На самом деле он брат Шинобу Каваджири. Или сводный брат, я уже не помню. Я даже рад, что ты избил его, как следует. У него были абсолютно дурные намерения. Представляешь, этот псих следил за нами всю ночь напролет, он даже потрудился описать наши передвижения и... Фу! У меня мурашки бегут по коже от его слов, - признался он, заметно съежившись при воспоминании о деталях. Джозефуми снова вскипел, хотя и понимал, что его злость сейчас бесполезна, - О, а еще он стащил мой кошелек, когда начал распускать руки. Так что, полагаю, о сборе фруктов можно забыть, - заключил доктор со вздохом. Тихий гнев Джозефуми быстро сменился бурным и очевидным разочарованием. — Что? Не-ет! Я так ждал этого, - воскликнул он, и его плечи поникли. Внезапная печаль согнула его спину, уменьшив его рост примерно на пять сантиметров, отчего надутое выражение лица стало еще более горестным. — Ох, не грусти, пожалуйста. Мы всегда можем заняться чем-нибудь другим, например... Скажем, мы могли бы отправиться в плавание с моим Жадеитом и любоваться на луну. Хотя я и не планирую выходить в море, пока у нас сезон тайфунов, но как только погода успокоится, эта большая луна на чистом небе станет прекрасным зрелищем вдали от светового загрязнения города, - предложил Йошикаге, уже очарованный картиной в своей голове. Он слишком хорошо знал, что любоваться луной по-настоящему можно только в море, но что бы сказал Джозефуми? Доктор очень хорошо представлял себе отвращение своего возлюбленного к открытому океану. Тем не менее, он предпочел закрыть рот и просто ждать. — Я..., - голос молодого человека был полон замешательства и волнения. Йошикаге нервно прикусил язык, заставляя себя позволить Джозефуми высказать то, что он думает, - Я бы с удовольствием, - наконец произнес ученик, и хотя его слова прозвучали неуверенно, но правдиво. — Правда?, - Йошикаге уже даже немного пожалел о своем грубом предложении. — Правда, - подтвердил Джозефуми с уверенной улыбкой на губах, - Я хотел увидеть твою яхту с тех пор, как ты упомянул о ней по звонку. Тогда плавание на ней не входило даже в мои самые большие надежды и мечты, но сейчас?, - он склонил голову набок и поднес руку к лицу Йошикаге, отводя его прядку в сторону, - Теперь я могу, да? Щеки Йошикаге залились краской, когда он прошептал: — Теперь ты можешь. Джозефуми наклонился вперед, почти оторвавшись от стула, и его губы уже были готовы встретиться с губами доктора, когда тот остановился всего в нескольких дюймах от него и спросил: — Можно я тебя поцелую, Йошикаге? Доктор усмехнулся и парировал: — Зачем ты вообще спрашиваешь, когда ты уже так близок к..., - молодой человек заткнул его целомудренным поцелуем, на который Йошикаге ответил в полной мере, ненадолго углубив поцелуй и проведя языком по его губам. До тех пор, пока знакомый привкус не заставил его отстраниться и прикрыть рот рукой, - Что это за хрень, Джозефуми, ты курил?, - спросил он с неподдельным ужасом в голосе. — Нет! Я не курил, или, ну, я имею в виду, это был не я, я просто... Карера-сан, - попытался объяснить Джозефуми, но тут же застыл на месте. Ни одна часть его тела не двигалась, кроме глаз. Они метнулись в дальний конец лазарета, к рядам небольших перегородок, за которыми помещались одни койки, словно каждая из них была маленькой комнаткой. Была ли она там? Он пытался сосредоточиться даже на самых незначительных звуках, доносящихся оттуда, что казалось задачей совершенно невыполнимой, поскольку игнорировать сердцебиение, стучащее как товарный поезд, было непросто. — С нами еще кто-то есть?, - Йошикаге произнес это одними губами, не говоря ни слова, и теперь выглядел таким же встревоженным, как Джозефуми, если не больше. — Не уверен. Пойду проверю. Оставайся здесь, - так же беззвучно ответил Джозефуми, затем поцеловал доктора в лоб и медленно направился прочь, словно какое-то существо могло напасть на него, если он будет двигаться слишком быстро. За самой дальней от входа перегородкой он обнаружил явно бодрствующую Кареру, до самого носа укрытую прохладным одеялом. Конечно, ее глаза были закрыты, но подавить приступ отчаянного смеха у нее никак не получалось. Последним штрихом было ее притворное похрапывание и бормотание: — Я сплю, о-о, так хочу спать... — Да ладно, Карера-сан, просто прекрати это, - в голосе Джозефуми чувствовалось поражение. Говоря это, он услышал, как Кира-сан раздраженно вздохнул, - Мне все равно, если ты будешь издеваться надо мной, но, пожалуйста, не обижай Киру-сан, хорошо? Независимо от того, что ты услышала... — О, я почти ничего не слышала, - простодушно заявила Карера, откидывая одеяло, - Меня разбудило то, что ты позвал меня по имени, честное слово, - она скрестила пальцы и прижала руку к сердцу. Джозефуми хотел верить ей, он действительно хотел, но рвущиеся смешки Кареры-сан указывало на обратное. — Как будто я поверю хоть чему-то, что ты скажешь, Карера, - с вызовом произнес Йошикаге, входя в небольшое, отгороженное перегородкой пространство и пронзая взглядом девушку. Скрестив руки на груди, он, казалось, полностью перешел в режим школьного врача. Их момент упущен, молча посетовал Джозефуми. — Я серьезно!, - Карера попыталась невинно возразить, прежде чем ее ухмылка снова взяла верх, - Не то чтобы мне нужно было бодрствовать, чтобы догадаться, что вы, двое негодяев, здесь делаете, совсем одни. Я просто рада видеть, что вы оба все еще одеты, хе-хе. Оба мужчины покраснели и отвели глаза, не в силах опровергнуть ее слова. — Н-ну, может быть, тебе и не трудно догадаться, но… Босс бы хотела, чтобы ты сохранила это в тайне, правда же?, - Джозефуми тут же смирился, затем бросил на Йошикаге напряженный, почти безумный взгляд и подтолкнул его развить эту идею. Кто знает, может, это сработает. — А. Кхм, совершенно верно. Совершенно верно. Кей никогда не простит тебя, если ты начнешь доставлять нам неприятности, тебе так не кажется?, - Йошикаге отступил, подкрепляя свою скрытую угрозу прикосновением к нижней губе, как раз в том месте, где Карера укусила губу Кей, - Так, может быть, тебе лучше вернуться ко сну и забыть, что ты вообще видела нас здесь сегодня, как насчет этого? — Ладно, ладно. Да, босс… Ах, но, док, мне нужна справка, чтобы пропустить физкультуру, Се-чан сказал, что вы напишете ее для меня, - сказала Карера, медленно кивая. Теперь ее голос звучал гораздо более дезориентированно. Одно упоминание о Кей совершенно выбило ее из колеи. — Точно?, - Йошикаге с любопытством глядел на вышеупомянутого Се-чана. Молодой человек напряженно кивнул, он заметно вспотел, - Ладно, как скажешь. Просто оставайся тут и не мешай мне, Карера. Вздремни, если хочешь, мне все равно, но ровно до обеда, - приказал он, разворачиваясь и оставляя одноклассников пялиться друг на друга. Поскольку Джозефуми не решался пошевелиться, Карера пожала плечами и скользнула обратно на кровать, потирая поясницу и пытаясь вернуться к своему легкому сну. — Извини, - пробормотал Джозефуми, поспешив за Йошикаге, и догнал его, как только убедился, что Карера-сан отключилась, - Ты испугался? — Нет, не испугался. Но все это действительно сократило мою жизнь на десятилетия, - проворчал доктор, откидываясь на спинку своего мягкого кресла и доставая листочек для справки. Джозефуми снова бросил на него сожалеющий взгляд, который он просто не мог игнорировать. Оставив запись на потом, доктор встал и потянулся к лицу молодого человека. Обхватив его обеими руками, Йошикаге притянул его к себе и нежно поцеловал в губы, но затем отстранился, приложил указательный палец к губам Джозефуми и прошептал: — Больше никаких поцелуев в школе.