Утонуть, нельзя, плыть по течению

Томмиэль Воскресное утро началось на удивление спокойно. Я проснулся довольно рано, привел себя в порядок и засел на кухне. Наверху по-прежнему было тихо. Рассудив, что хозяину дома после тяжелой ночи не помешает горячий кофе, я занялся завтраком. Едва я разложил по тарелкам тосты, со второго этажа послышались негромкие шаги. Аллен спускался медленно, осторожно, словно прощупывал почву после нашей ночной встречи на лестнице. Когда он переступил порог кухни, я невольно засмотрелся. На нем был максимально расслабленный домашний лук: серое оверсайз-худи, широкие белые спортивные штаны, а длинная челка была упрямо надвинута на глаза, скрывая его взгляд. В руке он держал объемную спортивную сумку. Похоже, аналитик не просто проснулся, а целенаправленно шел на выход — собирался поехать в бассейн, чтобы хоть немного разгрузить изнывающее от цикла тело. На его лице снова застыла та самая настороженная маска строгого руководителя. Он явно ждал от меня неловких расспросов или неуместной альфовой опеки. Чтобы сразу растопить этот лед и сбить с него лишнее напряжение, я просто тепло улыбнулся и пододвинул к нему кружку с кофе: — Доброе утро, Лидс. Садись давай. Я, знаешь ли, терпеть не могу есть в одиночестве, особенно по утрам. А в этом доме, кроме тебя, компанию мне составить некому. Аллен замер. Мои слова явно застали его врасплох, но уже через секунду его плечи расслабились. Он вспомнил, что находится на собственной территории, и вся его настороженность мгновенно сменилась привычной, уверенной в себе ухмылкой. Он вальяжно закинул спортивную сумку на соседний стул и посмотрел на меня из-под челки: — По ходу, я сам завел в своем аквариуме акулу. Я не удержался и тихо рассмеялся, оценив его мгновенный возврат в форму. Гордости этому омеге было точно не занимать. — Акулы, между прочим, очень чистоплотные сожители, — парировал я, наблюдая, как Аллен вальяжно придвигает к себе кружку. Он обхватил её длинными пальцами, которые сегодня дрожали уже гораздо меньше, и сделал первый медленный глоток. Горячий аромат свежего кофе на секунду заставил его прикрыть глаза, смывая остатки утренней хмурости. Но стоило ему опустить кружку на стол, как на его губах снова заиграла та самая ехидная, уверенная ухмылка хозяина дома. — Рад за них, — Аллен легко подхватил свою спортивную сумку со стула и перекинул ремень через плечо. — Значит так, я в бассейн поеду. Я не завтракаю. И это тебе на будущее, Хьюз: поздравляю, ты всё-таки нашел себе компанию для завтрака. Я перевел взгляд с остывающих тостов на его решительную фигуру в сером худи. Навязаться силой и забрать ключи — значило нарваться на жесткий отпор. Действовать нужно было тоньше. Я спокойно поднялся со стула, подхватил с тумбочки у входа свою куртку и натянул ее на ходу. — Раз уж мне придется искать другую компанию для завтраков, то поиск я начну прямо сейчас. Поехали, Лидс. Покажешь, где тут у вас приличные спортивные комплексы. К тому же, за руль я тебя в таком виде не пущу, даже не спорь. Выполняю приказ Алекса: доставить твою тушку до понедельника в целости и сохранности. Ключи давай. Аллен на секунду нахмурился, явно собираясь выдать мне какую-то очередную колкость из своего офисного лексикона, но усталость и накатывающий спазм в животе взяли верх. Он лишь глухо вздохнул и молча бросил мне связку ключей от своей «Мазерати». Едва мы сели в машину и я выехал на шоссе, в салоне воцарилась тишина. Я краем глаза поглядывал на пассажирское сиденье. Аллен продержался от силы минут десять. Цикл все-таки брал свое, безжалостно вытягивая из него последние силы. Его гордая голова медленно опустилась набок, отросшая челка окончательно закрыла лицо, а дыхание стало глубоким и ровным. Он крепко заснул, поджав под себя одну ногу прямо в кресле. Смотреть на него сейчас, такого беззащитного и измотанного, было странно. В голове крутились мысли о том, как этот омега умудряется сочетать в себе стальную волю начальника и такую хрупкость. Минут через двадцать навигатор вывел меня к огромному современному спортивному комплексу. На парковке я аккуратно заглушил мотор и негромко позвал: — Эй, Лидс. Просыпайся, приехали. Аллен вздрогнул, открывая затуманенные сном голубые глаза, и пару секунд ошарашенно оглядывался, соображая, где находится. На его щеке остался легкий след от воротника худи, что делало его вид удивительно домашним. — Быстро мы... — пробормотал он, потирая виски и возвращая на лицо привычную непроницаемую маску. Мы вышли из машины и направились к стеклянным дверям комплекса. Судя по тому, как уверенно Аллен ориентировался внутри, он бывал здесь постоянно. Вместо того чтобы сразу пойти к раздевалкам, он повернул направо, вглубь просторного светлого холла, где располагался уютный спортивный кафетерий с паногараными окнами. За одним из столиков, лениво листая что-то в телефоне и попивая утренний латте, сидел высокий, широкоплечий парень с короткой стрижкой. Заметив нас, он широко улыбнулся и помахал рукой. Судя по отсутствию резкого феромонового фона, это был бета. — О, явился наконец, — негромко хмыкнул он, когда мы подошли. По его тону было понятно, что они с Алом общаются сто лет. — Лидс, ты опоздал на пятнадцать минут. Я уже думал, ты испугался нашего сегодняшнего заплыва на три мили. — Мечтай больше, Гейбл, — Аллен впервые за все утро открыто и тепло улыбнулся. Напряжение, которое сковывало его в машине, на секунду отступило. — Я просто дал тебе фору, чтобы ты совсем не раскис. Аллен по-хозяйски устроился на стуле, поставив сумку на пол. Из-за побочных эффектов таблеток к еде он даже не прикоснулся, а просто достал из автомата бутылку негазированной воды и открыл ее, собираясь посидеть за компанию. В этот момент Гейбл перевел любопытный, дружеский взгляд на меня. В его глазах не было альфовой агрессии — только чистое удивление, смешанное с интересом: — Том, значит... — протянул бета, хитро посмотрев на Ала, который как раз делал глоток воды. — И кто ты у нас? Я уж думал, Аллен никогда не нарушит свое правило одиночки. Он к нам еще ни разу в жизни не приводил своих парней. Вы давно вместе? От такой прямоты я едва не поперхнулся воздухом, а Аллен резко поставил бутылку на стол. На его щеках проступил едва заметный румянец — то ли от побочек таблеток, то ли от дикого смущения. — Гейбл, прикуси язык, — строго оборвал его Лидс, поспешно возвращая себе маску холодного руководителя. — Не неси чушь. Это Томмиэль Хьюз, мой новый исполнительный директор. Том, это Гейбл, мой друг. — Оу, босс, значит? — бета ничуть не испугался сурового тона Ала, а лишь понимающе ухмыльнулся, протягивая мне руку для рукопожатия. — Рад знакомству. Наслышан о переменах в компании. — Взаимно, — я ответил на крепкое рукопожатие. Аллен пару секунд молча переводил взгляд с меня на Гейбла, а затем шумно отодвинул стул и поднялся. — Я отойду на пару минут, — бросил он, поправляя ремень сумки. — Нужно забрать свой предзаказ у стойки спортивного питания. Скоро вернусь. Стоило серому худи Ала скрыться за поворотом к фито-бару, как атмосфера за столом мгновенно изменилась. Гейбл тут же подался вперед, опершись локтями о стол, но не успел он произнести и слова, как со стороны входа послышался уверенный стук кроссовок. К нашему столику подошла высокая, подтянутая девушка-альфа с собранными в тугой хвост волосами. В руках она держала два стакана с детокс-соком. — Опа, а у нас тут гости? — ее цепкий, оценивающий взгляд альфы мгновенно просканировал меня с головы до пят. Она поставила стаканы и бесцеремонно устроилась на освободившемся стуле Ала. — Привет, я Лайла. А где наш грозный аналитик? — Ал отошел к стойке питания, — тут же сдал его Гейбл, заговорщицки подмигивая девушке. — Лайла, знакомься, это Том. Новый большой босс Ала. — Хьюз? — Лайла удивленно приподняла бровь, переводя взгляд на меня. — А-а, так это тебя я сейчас видела через панорамное окно? Ты парковал серебристую «Мазерати» на углу и отдавал Алу ключи? Гейбл от такой новости даже рот приоткрыл и уставился на меня так, словно я только что совершил чудо. — Серьезно?! — бета заговорщицки понизил голос, подвигаясь ближе. — Ладно, Том, давай на чистоту, пока Ала нет. Мы знаем Аллена года четыре. Он упрямый, скрытный трудоголик, который вообще никого не подпускает к себе ближе, чем на пушечный выстрел. У него в жизни только цифры, спортзал и этот чертов бассейн. А тут он мало того, что притащил тебя в наше закрытое место, так еще и за руль своей тачки пустил! Для него машина — это святое. — Какими судьбами, Том? — поддакнула Лайла, скрестив руки на груди. — Он на работе со всеми такой же невыносимый, или с тобой как-то по-другому? Каким гипнозом ты заставил этого железного человека расслабиться? Он ведь даже нам половину своих тайн не рассказывает, вечно все сам вывозит. Вы реально просто коллеги, или между вами уже что-то искрит, а наш омежка просто боится признаться? Вопросы Гейбла и Лайлы сыпались один за другим, и в их глазах горел такой искренний, защищающий интерес к Алу, что я решил не играть в корпоративную дипломатию. Эти люди действительно пеклись о нем. — Слушайте, ребят, давайте на чистоту, — я спокойно откинулся на спинку стула и прямо посмотрел на обоих. — Между нами ничего не искрит, и я точно не его парень. Мы познакомились только вчера утром, когда я в экстренном порядке принял дела компании. А что касается отношений... — я сделал небольшую паузу, переводя дух. — Позавчера мне изменил мой омега, с которым мы были вместе несколько лет. Так что, поверьте, я сейчас меньше всего на свете думаю о каких-то новых романах. Я приехал сюда исключительно работать. Лайла и Гейбл синхронно замолчали. Наглая ухмылка беты тут же исчезла, а Лайла понимающе и сочувственно кивнула, оценив мою откровенность. — Оу... извини, чувак, паршивая ситуация, — негромко произнес Гейбл, потирая затылок. — Мы не знали. — Все нормально, — я чуть заметно улыбнулся. — Я просто хочу, чтобы вы понимали: я пулей вез его сюда не ради флирта. Я пообещал его брату Алексу, что присмотрю за Алом в эти выходные. В машине его просто срубило от усталости, поэтому он и отдал мне ключи. Я заговорщицки подался вперед, понижая голос, пока Аллен все еще возился у стойки спортивного питания. — Раз уж мы откровенны... расскажите мне про него. Он ведь всегда такой? Закидывается блокаторами до реанимации, пашет до двух ночи и никого не подпускает? У него вообще были... ну, хоть какие-то отношения с альфами? Почему он выстроил вокруг себя эту глухую стену? Лайла тяжело вздохнула, крутя в руках стакан с детокс-соком, а Гейбл мрачно нахмурился. Они переглянулись, словно решая, имеют ли право выдавать мне чужие секреты, но, помня, что я приехал по просьбе Алекса, Лайла все же заговорила: — Отношения? У Ала? — она горько усмехнулась. — Том, если честно, большинство альф в его присутствии ведут себя как закомплексованные идиоты. Видят его рост под метр девяносто, его мышцы, его стальной характер на работе — и у них сразу включается тупая уязвимость. Они либо пытаются его морально сломать, чтобы самоутвердиться, либо начинают относиться к нему как к бракованному омеге, который «слишком мужественный». А Аллен... он слишком гордый, чтобы терпеть это дерьмо. Он лучше сожрет пачку таблеток и сожжет свое здоровье в спортзале, чем позволит какому-то альфе жалостливо или презрительно на него посмотреть. — Да, — тихо добавил Гейбл, косясь в сторону фито-бара. — Он привык все вывозить сам. Для всех он каменная стена. И то, что он сегодня заснул у тебя в машине и отдал ключи... Хьюз, ты даже не представляешь, какой колоссальный кредит доверия ты от него получил. Он физически не способен расслабиться рядом с альфой, если не чувствует себя в абсолютной безопасности. — Значит, у тех альф просто напрочь отсутствует вкус, — ровно и твердо произнес я, прямо взглянув на притихших друзей. — Они бесхребетные. Если альфу пугает сила и независимость собственного омеги, значит, у самого этого альфы нет никакого внутреннего стержня. Пытаться сломать кого-то ради собственного эго — это признак слабости, а не силы. Алекс, мой старший брат, тоже поначалу видел в Алене только брутального начальника аналитики, но он хотя бы ценил его как верного друга. И я намерен сделать то же самое. Ломать его никто не собирается. Лайла и Гейбл переглянулись, и в их глазах я отчетливо прочитал немое облегчение. Кажется, этот перекрестный допрос я официально выдержал. — Ну что, косточки мне уже перемыли? — раздался над нашими головами хрипловатый, ироничный голос. Мы подняли глаза. К столику незаметно подошел Аллен. В его левой руке был зажат шейкер с протеиновым коктейлем для себя, а вот в правой... В правой он держал закрытый стакан с горячим фирменным кофе и завернутый в крафтовую бумагу свежий теплый сэндвич с индейкой. Не говоря ни слова, Аллен вальяжным, но точным движением опустил этот перекус прямо передо мной, аккурат на то место, где до этого сиротливо стоял мой пустой стакан из-под воды. Он оперся одной рукой о спинку пустого стула и посмотрел на меня из-под намокшей челки с едва заметной, ехидной ухмылкой: — Поздравляю, Хьюз. Ты всё-таки нашел себе компанию для завтрака. Я уставился на сэндвич, а затем поднял на него взгляд, чувствуя, как где-то в груди разливается неожиданное, очень приятное тепло. Этот упрямый, закрытый омега филигранно отыграл мою же утреннюю подачу. Он не стал разводить лишних нежностей, но делом показал, что услышал меня там, на кухне. Гейбл и Лайла за столом синхронно заулыбались, а бета даже тихонько толкнул девушку локтем в бок, без слов оценив этот жест. — Спасибо, Лидс, — я искренне улыбнулся, принимая его правила игры и подхватывая стакан с кофе. — Твоя правда. Отличная компания. — Мы тут вообще-то исключительно о погоде говорили, Ал, — Лайла заговорщицки подмигнула другу, мигом поднимаясь со стула и возвращаясь к своему обычному бойкому тону. — И о том, что у некоторых людей в этом городе действительно напрочь отсутствует вкус. Ладно, парни, допивайте свои напитки и валим в раздевалки. Вода сама себя не переплывет.