Mayday

— Подождите! Он, как всегда, впопыхах, опаздывая к назначенному времени, протискивался через толпу в лифт, что сердобольные люди, все же действительно существующие в этом издательстве, решили подержать. Боковым зрением замечая девушку в кепке, отчего-то довольно знакомую. Но не придавая этому какого-либо значения и наконец забежав в кабину, смотрит в ее удаляющуюся спину и покачивающийся хвостик черных волос. Все что он хотел, поднявшись на нужный этаж, отдать пару фотографий, несколько получить даже зарплату, а напомнить Джоне, что парень все еще в их штате и вообще-то планирует еще оставаться здесь работать. Несмотря на его частые пропуски, прогулы если можно так назвать. — Где носит его чертову задницу! Мне он нужен. Сейчас! Питер, выглядывая из дверного косяка на разбушевавшегося Джеймса, молча прячется обратно. Джона занят. И видимо не стоит попадаться под его разгоряченный и пышущий энтузиазмом кого-нибудь если не уволить, а словесно встряхнуть, нрав. И наклоняясь к Бет, давно привыкшей к выходкам своего начальства и спокойно продолжавшей заниматься своими делами, интересуется: — У нас какой-то праздник? — Паркер кивком головы указывает на пышный букет цветов. Это его действительно интересовало больше, чем, то какая муха сегодня укусила его босса. А Бет, принимающая у него фотографии и занятая выписыванием ему чека, лишь пожмет плечами. — Недавно доставили. Он даже принял курьера лично. — Она усмехается от чего-то забавляясь этим фактом. Для Питера, принимающего с благодарностью чек, все укладывается в картину типичного Джеймса. Он лишь надеется, что тот не приставал к девушке курьеру со своими бредовыми расспросами в стиле — считаете ли вы Человека Паука угрозой? Все, как всегда. А потом выйдет заголовок: Нынешнее поколение видит в преступниках в масках супергероев. С типичной припиской, а куда же катится наше поколение. Или иная очередная новость которую он может переврать и написать, то как считает нужным. Привлекая излишне консервативное население штата к выпускам их газеты. Пока через пару дней, листая новостную ленту, дабы понять на сколько плох соус из слов, под которым были поданы его снимки, он не натыкается на то, что было на первой полосе. И на сколько парень мог судить нынешняя статья была тем еще эксклюзивом. Тем эксклюзивом, что пытался написать Брок еще до своего увольнения. И все что мог сделать Питер, смотря на свои недавние контакты, выбирая с кем все же связаться, решить позвонить вначале Норману. Получить все же чуть больше информации прежде чем, попробовать хотя бы продумать взаимодействие с Гарри по этому поводу. Но в ответ, через пару звонков, когда удалось пробиться на свободную линию, получил лишь сухое — не по телефону. А секундой позже сообщение с временем встречи и неизменным адресом поместья Озборнов. Питер лишь вздохнет на эту конспирацию? Упрямство? Или Озборновскую гордость? Что-либо еще, поражаясь, как Гарри хватало порой терпения взаимодействовать со своим отцом. Благо времени ожидания было не слишком долгим и успев прервать одно небольшое ограбление магазинчика, Питер стоял в кабинете Нормана, несколько неловко сложа руки наблюдая, как отец его друга совместно с Отто крутились над какими-то документами, лежащими на столе. — Все настолько плохо? — Паркер наклоняет голову, больше интересуясь у запыхавшегося Отто, пока Озборн старший отвлёкся на очередной звонок. — Предстоит разбирательство и довольно громкое. — Доктор Октавиус присаживается рядом на ту самую кушетку, наблюдая за Норманом, отошедшему в другой конец кабинета и ходящему в зад перед, что ругался с кем-то по телефону. — Теперь всё подчищают, что можно, пытаясь избежать привлечения Озкорпа к суду над Фондом жизни. Они ждут еще немного, пока Питер, немного нервничающий, борется с теми воспоминаниями, что крепко связывали его с этим местом. Не то, чтобы они так часто были в кабинете самого мистера Озборна. Как бы часто Норман не просил его называть его по имени, но для Питера, привыкшего даже обращаясь к Мей, всегда добавлять уважительное тетя, об этом не могло быть и речи. Когда-то раньше, в детстве, они с Гарри играя в прятки, любили прятаться под столом или за увесистыми шторами. Водящему, как и тому, кто прятался, нужно было набраться смелости, чтобы зайти в этот кабинет, даже если сам Норман отсутствовал дома. Хоть в основном могло прилететь Гарри, Питер все равно боялся, даже в более старшем возрасте, попадая сюда, чувствовал себя крайне неуютно. Возможно дело было в коллекционных предметах, в виде тех еще жутких на вид масок, какого-то племени. Или той атмосферы, что была под гнётом суровости и серьезности Нормана. Но теперь после всего. Глаза цеплялись за другое… Вот там мелькает блеск знакомого кинжала, вот тумбочка, в которой должен лежать пистолет, что попытался направить на него Гарри. На кушетку, куда сел Отто, вовсе предпочитает не смотреть. А Норман наконец сбрасывает звонок, устало потирая переносицу и подходя к ним, отвлекая от нежелательных напоминаний. — Скандал в любом случае неизбежен. Вопрос лишь в убытках, что понесет компания, и того, кого решат назначить виновным. — Гарри? — Они могут попробовать. — Норман говорил с некой решимостью намекая, что попробовать то они могут, но не факт, что получится. Добавляя все же уставшим голосом. — Правда, у меня есть подозрения, что это действительно может быть Гарри. — Вы еще не разговаривали? Норман отрицательно кивает. — Их отдел, можно сказать, сейчас в осаде. Я пытался хотя бы дозвониться, но линия, что Гарри, что Фелиции занята. А Гарри — в этот момент у мужчины, с вечно прямой горделивой осанкой, словно опускаются плечи — на мобильный мне до сих пор не отвечает. — Но разве это имеет смысл? — Питер не знает и сам на что намекает. Подозревая, вряд ли мужчина знал, что творилось в жизни его сына. Например, на те отношения, что были между Дрейком и Гарри. — Я думаю, тебе стоит кое-что увидеть. — Он нажимает куда-то. Отодвигается зеркало под удивленный взгляд Питера. — Пойдем. И все что представилось перед глазами Паркера то, что когда-то возможно могло быть лабораторией. Но чем внимательно он вглядывался, аккуратно обходя довольно крупные осколки разбитых стекол, кусков арматуры, что возможно ранее было частями стеллажей или каких-то настенных креплений, тем сильнее его кожа покрывалась мурашками, знакомыми такими. А Озборн старший лишь подтвердил его ощущения. — Раньше здесь было логово Зеленого Гоблина. Парень смотрит с настороженностью на Нормана. — У нас были некоторые проекты. Так, заказ военных, государственный тендер. Довольно неплохие деньги, интересные исследования и конечно же карт-бланш от правительства на широту возможных экспериментов. Не прям разрешенные эксперименты над людьми, но послабления в следовании научной этики были. — Норман рассказывает с еле видной улыбкой на губах, под внимательный взгляд Питера, подходя к одному из немногочисленных металлических столов, что все еще стояли здесь. — Шли годы, и мы неплохо подняли уровень своей компании, открывая новые, скажем так, горизонты развития. Пока военные не решили, что им нужен более результативный прогресс в некоторых исследованиях. А уж с появлением Паука — Норман с грустной ухмылкой, оборачиваясь смотрит на Паркера — их требования стали, скажем так, более ультимативными. Озборн немного помолчит. Отряхивая ладонью кусок слоя пыли на столе. Поворачивается и облокачивается на стол. — Я не горжусь этим. Сожалею, что так все вышло. Но тогда мне действительно казалось, что это было правильным выходом испытать сыворотку на себе. Потом ты и сам знаешь, что из этого стало. Но я отчасти добился чего хотел. Был пересмотр некоторых соглашений. Озкорп, к тому времени смог сам себя обеспечивать, несмотря на частичный отзыв финансирования от государства. — Он оглядывает это помещение взглядом. А Питер, смотрящий на пустующие ниши в стенах, может лишь догадываться, что где было. С невольным любопытством рассматривая дальше помещение. — Когда я вернулся всё уже было в таком состоянии. И все что я смог узнать у Бернарда, что Гарри однажды нашел это место, разбив то зеркало. Он вынес все. Скорее всего уничтожив. Та же судьба постигла практически всю документацию, что хранилась в Озкорп связанная с проектом благодаря которому, Зеленый Гоблин появился. Озборн выпрямляется и направляется к выходу. Питер лишь молчит. Возвращаясь с мужчиной в кабинет. Позволяя тому дать в руки некоторые документы, связанные с Фондом жизни. Но в ответ вопросительно смотрит на мужчин. — Помимо Гарри, сделку должен был курировать еще один человек. Тот, с которым мы вели проекты, спонсированные военными. У него были связи, так сказать. На сколько крепкие тот еще вопрос, но иногда благодаря Уолтеру мы могли прийти к компромиссу, что позволял в те времена поддерживать компанию на плаву. — Но основная деятельность компании Дрейка это космические технологии. — Питер хмурится пытаясь вычленить хоть что-нибудь полезное из текста, что ему дали. — Почему…? — Этот — Норман морщится, пренебрежительно продолжая — считает, что жизнь на Земле закончена. Лечить никого тут уже не надо. Но вот тех, кто полетит осваивать другие планеты… У нас конечно есть некоторые разработки, которые могли бы быть интересны Дрейку, но что-то мне подсказывает, что дело не в них. Но заканчивать свою мысль Норман не стал, вновь раздражительно отвлекаясь на звонок. Питер недолго думая, кивнет, подошедшему в этот момент Отто с кружками кофе в руках, на прощание. Направляясь к дому Эдди. Считая, что присутствовала весомая вероятность, что люди Дрейка заинтересуются тем человеком, что однажды уже пытался копать под них. И подоспел отчасти как ни как вовремя, смотря на спешащий черный джип, отъезжающей от дома Брока. Питер не вмешивается, аккуратно следуя за машиной, в удачный момент прицепив метким выстрелом паутины следящего жучка. Дабы боле спокойно и на безопасном расстоянии преследовать машину, направляющуюся в одно из зданий Фонда Жизни. А уж там ища способы пробраться в помещение, Паук все же находит доступ к вентиляции, менее истыканный следящими камерами. Вот только под ним усердно крутился охранник. Особо не желающий в скором времени покидать свой пост. И решив, что ждать особо времени нет, Питер решается на действие. Подкрадываясь сверху, молниеносно стреляя паутиной в человека, подкидывает его к себе поближе, вырубая с одного удара в голову. Паркер удерживает за одежду, позволяя обмякшему телу повиснуть. Потихоньку опутывая тело слоем паутины, выключает рацию, прощупав, вытаскивает на всякий карту, похожей на пропуск, и прикрепляет тело паутиной, аккуратно напоследок заклеив рот. Уже сняв решётку с вентиляции, как можно тише ползет вперед, прислушиваясь и двигаясь внутрь, надеясь, что все же не сильно опаздывает на помощь. Смотря сквозь прутья, проползаемых вентиляционных решеток, выползает в широком коридоре. Понимая, что вот оно. Главный коридор. Но Паркер не останавливается, прислушиваясь и двигаясь в сторону шума. Колени повинуясь чутью резко подгибаются. И он практически падая спиной назад, наблюдает как над лицом пролетает довольно крупное острое лезвие. Что являлось трансформированной рукой симбионта, дугой возвращаясь обратно. Паук успевает паутиной взлететь к потолку, спасаясь от следующей атаки. Пасть пришельца скалится. А раздвоенный язык, противным сюрпом, облизывает эту улыбку из сотки заостренных зубов. — Букашке не следует здесь находиться. На что Питер, смотря на перевернутого симбионта, понимая, что это не Веном, удрученно вздохнет, готовясь к новой атаке. То, что это Карлтон Дрейк он узнает от Эдди, найдя их в лесу. После не самой лучшей его битвы с симбионтом, в ходе которой он так и не успеет особо воспользоваться слабостью пришельца. Оказавшись в итоге хорошо так прижатым между разрушенных стен. Но зная уже от Венома, каков был их план, найти сбежавшего будет не сложно. Остановить, другой вопрос.