Mayday

Казалось, что все вот-вот войдет в привычную колею. Да здравствует такое родное ощущение изнеможения всего тела. Недосып как будто привычка. Ему тяжело просматривать документы, ведь буквы мельтешат перед глазами, вглядываться в очередную псевдо тень ускользающего Дрейка где-нибудь в закоулках заброшек. Питер по идее знает, как все это исправить. Всего лишь начать хотя бы спать по шесть часов, что обычно ему хватало, вместо тех двух, что он позволяет себе. Но пока всего лишь старается получше концентрироваться. Собраться силами в очередной раз, по крайней мере те вечно ускользающие крохи. Пока пущенная паутина для следующего прыжка вовсе не долетит. Или даже пока не врежется в препятствие в виде рекламного щита, которое почему-то не заметит. Пока Веном, или скорее Эдди, буквально за шкирку не успеют схватить прежде чем он врежется во что-нибудь. Опять. Его от чего-то ругают практически все. Пытаются навязать свою заботу и говорят, что так нельзя. Кроме пожалуй одного. Того чья спина подозрительно вовремя оказывается уходящей куда-то. Но Питер пока смиряется с этим. Ведь вроде бы Гарри с ними может не разговаривает, но все же о чем то с ними говорит. Теперь отец и сын вроде неплохо стоят рядом, без того прям сильного нежелания или напряжения. Наверное. И Эдди с Веномом неплохо так вписываются в их компашку спасителей мира. Но им нужно найти Дрейка. Они разошлись. Без драки. Но хоть они и были готовы к тому, что у Гарри был сосед в лице инопланетянина, Питер видел лицо Нормана. Старающегося не смотреть, как инопланетная масса завладевает его сыном. Гарри морщится. Казалось ему все это не приятно. Возможно даже больно. Симбиот зол, это чувствовалось. Виделось по тем активным шевелениям серой массы с мало понятным проблеском другого цвета, что покрывало часть тела слегка согнувшегося Озборна младшего. — Давай уж я — тот словно шепчет и скорее всего не им. Симбиот уходит в его тело обратно. Парень выдыхает, поправляя ланцеты пиджака, пытаясь собраться с мыслями. Делает секундную паузу прежде чем начать, как будто его не ломало, как куклу пару мгновений назад. Подходит к одному из компьютеров. — Как я думаю можно не особо углубляться в историю начала. — Гарри высвечивает снимки новостей с некоторыми отчетами из Фонда Жизни. — Метеорит с нашими гостями и один из исследовательских шаттлов. Столкновение, внеплановое приземление и вуаля. — Кадры меняются на фотографии, отчетов исследований, проводимых по симбиозу земных организмов с симбиотами. — О наших ксеноморфных друзьях чуть позже. Однако, отдельно исследовался еще кусок того метеорита — все меняется на кадры с места приземления шаттла, по ощущениям, места его крушения — не по указке Дрейка, все же иначе данных было бы больше — отчеты по составу осколков, земли и кусков шаттла… Но Питера, все это время волнует другое. Он видит его. Знает его. Понимает, что ему все так же больно. И словно бы самому больно вместе с ним. В Гарри же недавно стреляли, проткнули плечо. Правда все зажило, как уверял сам Озборн. Хотя все могло быть и в самом сибиоте. Что казалось ревностно защищал пространство вокруг носителя. А Паркер попытался. Просто так подойти, коснуться. Узнать банально, как тот держится. И когда они наконец на мгновение остаются одни, в отчаянной и неловкой попытке, тянет руку. В желании коснуться плеча. Возможно поддержать или самому почувствовать поддержку. Сказать, что все хорошо. Однако не успел. Даже не то, чтобы коснуться. Дотянутся достаточно близко. Как серое щупальце с темно синими, словно венами, нитями попробовало шлёпнуть ему по руке. Практически удачно и ему бы это удалось, если бы не чуйка паучка. Гарри, разворачиваясь и смотря на это… Лишь фыркнет. Улыбаясь и явно забавляясь лицом своего друга. И тот, немного обиженный этим провалом, все же чувствует облегчение. Стараясь сохранить эту, редкую за последнии дни, улыбку в памяти. Немного ободряясь, что не все потеряно в их отношениях. Ведь Питер чувствует, как ходит по тонкому льду. Ведь есть звуковые переделанные бомбы Зеленого Гоблина. Даже низкочастотные, для, скажем так, более комфортной попытки их разделения. И все. Сделать ловушку, заманить и… Подобные желания нужно сдерживать. Не только у себя подобные мысли. Беспокойство все нарастало. Терзая их. — Как он? В ответ лишь усталый вздох Нормана. Его сын, как когда-то отец, упрямо держит дистанцию, довольно сухо, тем же стилем самого Озборна старшего, разговаривает исключительно по делу. И все бы ничего, кроме того масла, что подлили сами хосты ксеноморфных гостей. План-новая идея фикс Дрейка, озвученная Гарри, про призыв других симбиотов на Землю и превращение самой планеты в новый дом для тех существ, еще ладно. Они хотя бы понимают что может понадобиться самому Карлтону, где и как искать. Пока правда все выглядит, как игры в догонялки. — Не все совместимы. — из уст Эдди, голосом Венома, звучит как приговор — Они точно нет. Из всех них, казалось бы Веном должен был бы радоваться нахождению рядом более лояльного к нему собрата, так предполагал Эдди. В реальности они готовы были собачиться друг с другом, если бы не одно но. Гарри. Которому внутреннее возмущение симбота приносил дискомфорт. А рассказ самого Эдди про ту историю с раком и попытками Венома оправдаться, не давал ситуации выглядеть лучше. Для Нормана все это больше выглядело, что его сын в заложниках и в опасности. Добавляя тем самым некоторые сложности, которые пытался сгладить Октавиус, найдя им еще работу. Отчасти тайну. Хотя Питеру кажется, что все про все догадываются. Один из планов, как победить Дрейка. Симбиота в нем. И больше все же, как разлучить симбиота с Гарри, не на вредя. Паркера беспокоило еще и другое. То, что Веном, грубо пытался намекнуть. К счастью для непонимания остальных. Пока не в силах понять, пугает ли его сам факт, что симбиоты оказывается могут чувствовать, что с самим Питером, что-то не так. Что еще он один из бывших хостов. — Мы называем это связь с ульем. А чувствует ли что-то Гарри, наверное, его еще больше это пугало. Не то, чтобы Питер не был готов все рассказать. Найти бы момент. Явно уж не тогда, когда Земля будет захвачена симбиотами. Хотя, вот если поверить, в ту бредовую идею, что люди будут счастливы в слиянии с симбиотами, поможет ли ему это с Гарри? Правда где-то глубоко внутри страх, вновь потерять, опять не успеть, заставляет хвататься за каждую идею в попытке создать сыворотку, малейшую зацепку о местонахождении Дрейка. Питер просто должен. Они найдут. А уж там… Что же делать еще, если я тебя люблю?