南禅/Южный алтарь

[ Сцены, описанные в этой главе, могут показаться неприятными некоторым читателям. Будьте осторожны и, желательно, отложите еду в сторону на момент прочтения . ] Призрачная стража торопливо протащила тяжелую цепь мимо окна. Казалось, они ничего не подозревали, а может, у них были дела, и они не хотели усложнять ситуацию. Когда стража ушла, Цзин Линь убрал руку. Он смахнул пальцами пыль с передней части одежды, и она распахнулась, обнажив плечо. Мужчина рассеянно застегнул пояс и погрузился в раздумья. Цан Цзи последовал за ним и спросил: — Что это было? — Птица, — ответил Цзин Линь. Приведя себя в порядок, Цзин Линь уже собирался сделать шаг вперед, как вдруг ему преградили дорогу. Цан Цзи прислонился к двери, преграждая Цзин Линю путь. Он решительно двинулся вперед. — Почему призрачные стражи подземного мира гоняются за птицей? От нее воняет во все стороны, и, похоже, это не демон, а злой дух. — Это птица Лоча. Она создается из накопленной энергии трупов и мастерски меняет форму. Она…— Цзин Линь сделал паузу, а затем торжественно продолжил. — Она любит есть рыбу. Цан Цзи скрестил руки на груди и наклонился. — Любит есть рыбу? Тогда почему она не прилетела сюда, чтобы найти меня? — Где-то есть рыба пожирнее, — ответил Цзин Линь со всей серьёзностью. Цан Цзи с сомнением посмотрел на него. Ему показалось, что что-то не так, но он привык к серьёзности Цзин Линя и никогда не видел, чтобы тот кому-то лгал. Поэтому он снова спросил: — Почему призрачные стражи гонятся за птицей, которая ест рыбу? — Может, они гонятся не за ней. Но они берут под стражу душу. По пути в подземный мир нужно было переправляться через реку. Призрачные стражи, сопровождающие души, должны были пересечь реку, прежде чем попасть в зал Короля Ада. Духов и душ умерших в Чжунду было бесчисленное множество, так что работа эта была не из легких. Часто случалось такое, что душа, которая должна была быть задержана, не попадала в руки только потому, что немного опаздывала. Поэтому, как только чья-то жизнь заканчивалась в Реестре продолжительности жизни людей, призрачная стража затаивалась неподалеку и ждала, пока человек не испустит последний вздох. Затем они сковывали душу цепями и уводили ее. Но в Реестре продолжительности жизни людей можно было найти только тех, кто умер естественной смертью. Что касается тех, кто умер несправедливо или внезапно, то им приходилось полагаться на различных божеств, которые уведомляли свои соответствующие отделы, а те, в свою очередь, передавали дело в зал Короля ада. После этого за душами отправлялись призрачные стражи. Если во время всего процесса произойдет хоть мгновение задержки, они потеряют душу, предназначенную для захвата. Выследить и вернуть душу в обширных землях Чжунду было так же сложно, как найти иголку в стоге сена. И все же запись о поимке души часто была связана с повышением призрачного стража до более высокого ранга. Поэтому, как только заканчивалась человеческая жизнь, все призрачные стражи стремились раздобыть себе душу. Но сегодня все было несколько иначе: Птица Лоча опередила всех. Очевидно, что в городе умер кто-то, на кого затаили обиду. Это дело было настолько необычным, что, скорее всего, за ним стоял медный колокольчик. Цан Цзи пробрался сквозь рукав Цзин Линя и взял его за большой палец, а затем выглянул наружу. Уменьшившись до размеров маленького каменного человечка, он спрятался в рукаве мужчины. Цзин Линь сказал, что птица Лоча любит есть рыбу, а он еще не настолько силен, чтобы сожрать птицу, если она сейчас придет за ним. Ночь по-прежнему была тихой. Ветер утих, но начался снегопад. Цзин Линь, одетый в широкую одежду цвета воронова крыла, бесшумно ступал по тонкому слою мягкого снега, неся с собой фонарь, и выглядел совсем неприметным. Он не оставлял за собой следов и долго бродил по улице. — Ты все больше и больше становишься похожим на смертного, — Цан Цзи на мгновение поднял голову и продолжил.— Или ты изначально был смертным? Цзин Линь не ответил на вопрос, но сказал: — Потом, спрячься в рукаве. Не показывай свое лицо. — Должна быть причина, по которой ты всегда избегаешь ответов на мои вопросы, — Цан Цзи лениво обернул вокруг себя ткань рукава Цзин Линя, показав лишь голову. — Ты прячешь свою драгоценность, потому что боишься, что однажды я поглощу ее и получу знания о мирских желаниях? — Ты сам себе противоречишь, — ответил мужчина. Цан Цзи понял, что Цзин Линь говорит о словах, которые он произнес перед тем, как укусить Цзин Линя за шею. Он не удержался и прижал кончик языка к зубам. Он ответил: — Словам, сказанным в порыве гнева, верить нельзя. Разве никто не говорил тебе об этом раньше? Цзин Линь смотрел на него, не отвечая. Цан Цзи знал, что справедливость не на его стороне, но не считал себя неправым. Он лишь размышлял над вопросом, кем был Цзин Линь – смертным, божеством или призраком, но Цзин Линь всегда хранил молчание по этому поводу. Это так встревожило его, что он просто обязан был докопаться до истины. Пока Цан Цзи размышлял об этом, Цзин Линь остановился. Не успел юноша оглянуться, как Цзин Линь легонько толкнул его в рукав. Цан Цзи перевернулся в рукаве Цзин Линя, затем сделал карповое сальто [1] и сел, скрестив ноги, прислушиваясь к движениям снаружи. 鲤鱼打挺 lǐyúdǎtǐng (спорт. подъём-разгибом) Фонарь Цзин Линя внезапно погас, и он встал перед закрытой дверью. Карнизы двери были покрыты травой, а деревянные доски были старыми. Снег на земляных ступенях обледенел, похоже, уже давно, но никто его не чистил. В ночной темноте в воздухе витал металлический запах крови, от которого першило в горле и покалывало кожу головы. Цан Цзи услышал звук, похожий на звуки во время трапезы демона: раздавались хрустящие звуки разгрызаемых на куски костей. — Только днем я говорил, что это место не подходит для охоты, — Цан Цзи рассмеялся, заложив руки за голову. — Но теперь, похоже, это место явно подходит для кормёжки. Как только он заговорил, жевательные звуки прекратились. Дверь со скрипом открылась от прикосновения пальцев Цзин Линя. Призрачные стражи давно исчезли. На полу была лужа запекшейся крови, а от низкой узкой двери тянулся кровавый след. Цзин Линь переступил порог. Двор был узким и состоял всего из двух построек: комнаты для сна и сарая. На двери не было навесной сетки, а одно окно было сильно повреждено. Через дыру на подоконник брызнула кровь. Не так давно кто-то оставил кровавый след в форме лица на оконной бумаге. Трупа во дворе не было. Выглядело это так, словно кого-то оттащили от дома к входу в сарай, где его до неузнаваемости забили засовом двери, когда поняли, что он или она еще живы. Затем жертву тем же путем притащили обратно. На снегу еще оставались следы борьбы, но размер следов на снегу был как у ребенка. Цзин Линь стоял на месте и озирался по сторонам. Цан Цзи вдруг сказал: — Я чувствую запах человека. Это тот, кто украл медный колокольчик. Но это место уже было пустынным. Что здесь делал разбойник? Он прекрасно знал, что за ним гонится демон, и должен был скрыться, сбежав в город. Цзин Линь снова вошел во внутренние покои. Тьма поглотила его. Пламя его фонаря ожило, и он засветился. Но как только он зажегся, перед Цзин Линем возникло избитое и злобное лицо и уставилось на него с горькой обидой. Цзин Линь резко сделал шаг назад, но не от страха, а от отвращения. Рот этого человека едва закрывался, а плоть и кровь, которые он поглощал, казалось, застряли у него в горле, заставляя его с усилием отхаркиваться. — Моё…— Он засунул руки в рот и, пошатываясь, направился к Цзин Линю. — М... моё… Нос Цан Цзи дернулся: — Воняет до небес. Это она. Это та самая птица. Птица Лоча нагнулась, сглатывая, и по ее рту потекли струйки слюны и кусочки плоти. Она вытянулась вперед и направилась к Цзин Линю. Цан Цзи сразу же резко сказал: — Не позволяй ему до тебя дотронуться, иначе я разорву его! Цзин Линь взмахнул рукавом, чтобы заставить Цан Цзи замолчать. Но было уже поздно. Птица Лоча услышала звук, и ей в голову пришла злая мысль. Из ее горла вырвался гогот, и она набросилась на рукав Цзин Линя, пытаясь схватить Цан Цзи. Цан Цзи метался внутри рукава, пока не увидел звезды в глазах. Он крепко вцепился в палец Цзин Линя и, не задумываясь, укусил. Из рукава появилось длинное тело Цан Цзи с одной рукой, покрытой чешуей, как у Цзун Иня в тот день, когда он превратился в человека. Надавив на затылок птицы Лоча, он сбил ее с ног и разбил ее лицо о землю. — Мне все равно, кто ты такой, — угрожающе сказал Цан Цзи, — но ты смеешь отнимать у меня еду?! Не успел Цан Цзи договорить, как Цзин Линь потащил его за воротник, заставив перевернуться на спину. Мимо него пронеслось еще одно тело, тяжело падающее сверху. Обостренный слух Цзин Линя уловил звук медного колокольчика. Он поднял ногу, и внезапный порыв сильного ветра в тесной комнате заставил птицу Лоча отступить назад. Он поднял в одну руку сражающегося Цан Цзи, а другой нарисовал заклинание. Появилось зелёное сияние, и перед ними мгновенно появился нарисованный талисман, заслоняя их. Однако Цзин Линь был дважды укушен Цан Цзи за одну ночь. Откуда у него взялась духовная энергия для поддержания заклинания? В следующий миг зеленый свет заклинания замерцал под пронзительные крики птицы Лоча и рассыпался на осколки. В груди у Цзин Линя потяжелело, он прикрыл рот рукой и захлебнулся кровью. Птица Лоча собралась воедино и начала атаку, целясь прямо в глаза Цзин Линю. Цан Цзи заблокировал атаку руками. На руках быстро появилась чешуя, но Лоча успела проткнуть когтями кожу. — Прошло всего лишь мгновение. Как она стала такой сильной?! — спросил Цан Цзи. Цзин Линь дышал неровно, оба одновременно отступили. Он взмахнул рукавами, вызывая ветер, и снежинки посыпались вниз целыми гроздьями. Птица Лоча наконец показала свой настоящий облик, превратившись из имитации двух трупов в пожилого человека с деформацией лица. Снежинки закружились вокруг нее, словно режущие ножи. Птица закричала, но на ней не было ни одной раны. — Она съела медный колокольчик. Не успел Цзин Линь договорить, как спина птицы раскололась, и из нее вырвались серые крылья. Лоча, пронзая ветер и снег, устремилась к ним. Совершенствование Цан Цзи только началось, и его духовная энергия все еще оставалась нестабильной. Только благодаря неутолимой тяге к духовной энергии Цзин Линя, он смог создать свою первоначальную форму. Даже если бы он боролся за свою жизнь сейчас, не было никакой гарантии, что он сможет победить птицу. Если только он не укусит Цзин Линя еще несколько раз. Само собой разумеется, что из-за полученных травм Цзин Линь уже опустошил все запасы духовной энергии. Его жизнь висела на волоске. В саду он еще мог выкарабкаться, потому что там был медный колокольчик, чтобы держать оборону и поддерживать души. Если бы он все еще был рядом, они бы не попали в такую переделку. Но теперь, когда Цзин Линь потерял колокольчик, он оказался в невыгодном положении. Цан Цзи быстро поднял ногу и наступил на дверную доску, чтобы прижать птицу, пытавшуюся выскочить на улицу. Он сильно топнул ногой, и Лоча с диким воплем забила крыльями по двери. — Выплюнь его! — голос Цан Цзи стал еще глубже, когда он посмотрел вниз. Доска больше не выдерживала сильных ударов птицы. Голова Лочи внезапно пробила дверную доску и пронзительно закричала: — Моё... Моё! Цзин Линь сказал: — Эта птица точно такая же, как и ты. Цан Цзи тут же схватил Цзин Линя за руку и возмущенно сказал: — Чушь! Разве я так выгляжу? Таким ты меня видишь? Цзин Линь понял, что его неправильно поняли, но времени на исправление не было. Он развернулся и бросился к Цан Цзи, отчего тот сделал несколько шагов назад и упал на землю. Спиной Цан Цзи столкнулся с чем-то, и на него посыпались разбросанные дрова. Он выругался и отмахнулся от обломков. Цан Цзи подхватил Цзин Линя за талию, взвалил его на плечо и проворно поднялся. Серые крылья птицы Лоча окутали небо. Даже ее лицо превращалось в прежнюю птичью форму. Увлекая за собой Цзин Линя, Цан Цзи ухватился за верхнюю часть стены и стремительно поднялся на нее, чтобы сбежать. — Ты меня обманул. Она вовсе не ест рыбу. Она питается людьми, глазами и демонами! Цан Цзи спрыгнул с крыши и бешено помчался по снегу. Впервые Цзин Линя несли на плече. Его так сильно трясло, что желудок перевернулся, и он едва не извергнул его содержимое. Вздох вырвался из его рта, когда он надавил на шею Цан Цзи, чтобы приподняться. Неожиданно раздался треск, когда птица Лоча пронеслась мимо его макушки и опустилась вниз. Ее странная и уродливая морда склонилась к лицу Цзин Линя, словно нацеливаясь на него. Цзин Линь холодно посмотрел на неё. Ночной ветер снова поднялся, взъерошив перья. Именно в этот момент Лоча потеряла самообладание и испугалась. Воспользовавшись моментом, Цан Цзи перепрыгнул через несколько домов и, пригнувшись, понесся галопом по улицам. Цзин Линь не мог понять, что это за ночной пейзаж. В момент падения на землю к нему вернулись смутные воспоминания о прошлом. Он крепко вцепился в одежду Цан Цзи, а его голова словно раскалывалась. Цан Цзи понял, что с ним что-то не так, и притянул его к себе. — Цзин Линь? — Цан Цзи снова вскочил на ноги, пробираясь по плотному снегу, и взял Цзин Линя за лицо. — Не спи! Цзин Линь закрыл глаза и покрепче ухватился за одежду Цан Цзи. Он сказал: — Что-то не так с этим местом. Цан Цзи бежал за птицей с такой скоростью, что даже дыхание его стало неровным. Он не мог определить направление в этом сильном снегу, но сколько бы он ни бежал, крыши вокруг них, казалось, тянулись бесконечно! Порыв холодного ветра набросился на Цан Цзи сзади, и он пригнулся, чтобы уклониться от него. Но он не ожидал, что слева прямо в лицо ему прилетит железный замок. Он не смог уклониться от него, казалось, что он попадет под удар. В ту же секунду слева от Цан Цзи появилось белое запястье и схватило цепь, а тыльная сторона руки покрылась ледяной коркой. С руки Цзин Линя потекли капли крови, хотя явных признаков ран на ней не было. Цзин Линь вытер капли крови другой рукой и провел пальцами по губам Цан Цзи. — Ешь на здоровье, — Цзин Линь легонько потряс рукой, и лед разлетелся вдребезги. Он выкрикнул: — Мы больше не можем бежать. Призрачные стражи, похожие на бумагу, стояли вокруг них в торжественном молчании, пока цепи с грохотом обхватывали двух мужчин. Они явно были на шаг медленнее призрачных стражей и вообще не должны были с ними сталкиваться. Однако, они встретились. В этом месте явно было что-то странное. Казалось, что кто-то пытается заманить их в ловушку. Пока они бежали, Цан Цзи уже давно потерял терпение. Кончиком языка он провел по красному пятну и слизнул щедрый дар Цзин Линя.