南禅/Южный алтарь

Чу Лунь был одаренным человеком, с детства обладавшим прекрасной памятью. Он был уверен, что никогда раньше не видел этих двух мужчин, поэтому, поприветствовав их, насторожился. Цзин Линь ответил на приветствие, быстро превратившись из щеголеватого молодого господина в скромного джентльмена. Он сказал: — Я Линь Цзин из Дунхая. Полмесяца назад я случайно встретился с вашей честью Чу на лодке на реке. Ваша честь еще помнит меня? Стоило поразмыслить над реакцией Чу Луня. Он не был ни встревожен, ни взволнован и прекрасно скрывал свои эмоции, когда со всей искренностью сказал: — Прошу прощения, но я вас не помню. Могу ли я узнать цель вашего сегодняшнего визита? Цзин Линь многозначительно улыбнулся в ответ. Чу Лунь сказал: — Я слишком много выпил и был мертвецки пьян той ночью, отсюда и провалы в памяти. Пожалуйста, просто говорите, что думаете. Цзин Линь неожиданно ответил: — В тот вечер у вашей чести, похоже, были неотложные дела. Перед тем как поспешно уйти, вы одолжили у меня пятьдесят золотых жемчужин. Мне стыдно говорить об этом. Но когда я только приехал в столицу, то в порыве импульсивности растратил все деньги, которые дала мне семья. Поэтому сегодня я пришел нанести визит вашей чести. Чу Лунь спросил: — У вас есть какие-нибудь доказательства долга? Цзин Линь смущенно ответил: — Тогда ситуация была чрезвычайной. Мы не оформляли это письменно. Поскольку письменных доказательств не было, Чу Лунь мог просто отрицать это. Но он молчаливо признал это, как будто для него это было обычным делом. — Как повезло… — Чу Лунь, наконец, выглядел несколько смущенным. — Мне будет трудно собрать пятьдесят золотых в течение довольно долгого времени. Почему бы нам не изложить все в письменном виде сегодня вечером? Я верну вам долг, когда вы обратитесь ко мне в следующий раз. Цзин Линь сделал вид, что соглашается: — Хорошо. Чу Лунь провел их в резиденцию. Несмотря на то, что он был новым лучшим ученым, его только назначили на государственную службу, и его ранг и официальная должность были еще неизвестны. Ему еще предстояло дождаться, пока министерство обсудит и окончательно утвердит его, поэтому пока он жил здесь. Обстановка в его резиденции была простой. Было очевидно, что Чу Луню не хватает денег. Он собирался стать чиновником правящей династии, а вокруг не было ни одного слуги. Цан Цзи огляделся по сторонам в поисках запаха, но никакой “кисти” не увидел. Заключение письменного соглашения не заняло много времени. Цзин Линь и Чу Лунь еще немного пообщались, после чего те, кто должен был уйти, удалились, а те, кто должен был проводить гостей, проводили их. Цан Цзи обнаружил, что, как только Цзин Линь надевал маскировку, он часто становился другим человеком. То есть таким человеком, который, обманывая других, действовал плавно и естественно. Когда они уже собирались покинуть дом, в дверь заглянул еще один Чу Лунь. Они стояли по двое с каждой стороны, оказавшись лицом к лицу. Откуда этому Чу Луню было знать, что он столкнется с этим божеством? Выражение его лица изменилось, и он в ужасе отступил назад. Не произнеся ни слова приветствия, он перевернулся, спрыгнул с перил и устремился вперед. Цзин Линь медленно засунул документ в рукав и обратился к стоящему за ним Чу Луню: — Почему я не слышал, что у вашей чести еще есть брат-близнец? В голове Чу Луня закрутились шестеренки. Он раскинул руки, чтобы заслонить второго, и сказал: — Пожалуйста, подождите! Это действительно мой брат. Просто… — Просто он демон, — Цан Цзи прислонился к двери и улыбнулся. — А еще он очень быстро бегает. — Раз уж мы сегодня встретили настоящего должника, — сказал Цзин Линь, — мы больше не будем беспокоить вашу честь Чу. Чу Лунь хотел преградить им путь, но они исчезли прямо на его глазах. Он поднял халат и торопливо спустился по лестнице, желая пуститься в погоню. Но ноги не слушались, и он кувырком полетел вниз по лестнице. Его падение представляло собой поистине жалкое зрелище. Кто-то со стороны улицы узнал в нем ведущего ученого. Чу Лунь поднялся на ноги и, пошатываясь, прошел несколько шагов, но следов остальных троих уже не обнаружил. Демон кисти бежал так, словно спасался от смерти. Он прыгал по крышам вдоль улицы, как испуганный кролик, спасающийся бегством среди поднимающихся и опускающихся карнизов. Цзин Линь шел рядом, а Цан Цзи мчался впереди. Демон кисти почувствовал порыв прохладного ветра на затылке. Как он ни старался, он не мог избавиться от него. Демон-кисть громко всхлипывал, несясь галопом вперед. Повернув голову, он без тени достоинства крикнул Цан Цзи: — Владыка даже не гонится за мной. Почему ты продолжаешь преследовать меня? Цан Цзи вскочил на ноги и остановился, а демон кисти врезался в его грудь. Он упал на землю и вернулся к своему первоначальному облику: все еще молодой человек с красными губами и белыми зубами. Потрясенный, демон-кисть вскрикнул и оглянулся на тропинку, с которой пришел, и увидел, что позади него стоит Цзин Линь. Закрыв лицо, демон-кисть перевернулся на спину и застонал: — Я не хочу умирать! Я не сделал ничего плохого в своей жизни! Если я и ругал тебя, то не по своей воле! Цзин Линь спросил: — Чья ты кисть? Демон-кисть застонал, не отвечая. Цзин Линь уже собирался переспросить, как вдруг заметил изменение в ночном небе над головой. Из облаков внезапно вынырнул коготь, и из него высунулась массивная голова демонического волка. — Какой аромат! — демонический волк опустил глаза вниз. Он уставился на Цан Цзи и фыркнул. — В столице действует правило, согласно которому демоны не могут охотиться за пищей в частном порядке без разрешения. Откуда взялся такой мелкий демон, как ты? Как ты смеешь нарушать правила! Демонический волк издал мощный рык. Многочисленные демоны столицы зашептались между собой, и отовсюду послышался ответ. Хуачан сушила ногти перед окном. Услышав это, она сказала: — Зачем говорить о правилах? Это ты, почувствовав аромат, хочешь получить свою долю еды. — Даже так, — старая черепаха, державшая удочку под мостом, говорила с укором, — не стоит ссориться на крыше. Ваша личная неприязнь — пустяк. Но если вы привлечете внимание Демаркационной дивизии, у всех будут неприятности. — Старик, продолжай быть трусом, прячущимся в своей раковине, — жемчужная заколка Хуачан слегка покачивалась, когда она поднялась и взмахнула хвостом. — Кем себя возомнил Демаркационный отдел? Когда мы еще подчинялись императору Цану, а Чжунду был под нашим началом, они были нищими на улицах. А теперь, когда все изменилось, мы должны быть в их власти, даже когда едим? Аромат демона кисти усилился, и волк почувствовал еще большее слюноотделение. Он разорвал облака и, наклонившись, стал изучать Цан Цзи и Цзин Линя глазами: — Правила мертвы, но люди живы. Я не могу сидеть сложа руки и ничего не делать. Пока один из вас послушно следует за мной, вы можете поступать с этим демоном кисти как угодно. Однако Цан Цзи сказал: — Разве одного из нас хватит, чтобы наполнить твой желудок? Почему бы тебе не взять нас обоих? Мы с ним даже можем стать парой уток-мандаринок в загробном мире. — Разве тогда эта жалкая кисть не останется в одиночестве? — сказал Цзин Линь. — Просто съешь нас всех троих вместе. Демон кисти разрыдался: — Я не хочу умирать! — Как я вижу, ты все же хочешь умереть, — холодно ответил Цзин Линь. Демон задрожал и зашипел: — Господи, Господи… Крыша под ногами Цан Цзи загрохотала и рухнула, а слова демона-кисти оборвались, когда он провалился в яму. Мантия Цан Цзи затрепетала. На них набросился демонический волк, его проносящаяся тень была такой огромной и шокирующей, что карниз задрожал. Под разными крышами в испуге загрохотали лошади, сталкиваясь друг с другом. Демонический волк был не только массивным, но и быстрым. Цан Цзи увидел вспышку тени, и стальной волчий коготь прошелся возле его бровей. Мужчина увернулся от него и вскочил на конек крыши, не позволив волку даже коснуться уголка его халата. Эта сцена была ему незнакома, ведь она произошла еще во время первой битвы Цзин Линя с Цуй Шаньэном. Владыка Дун не ошибся в своих предположениях. Даже если бы Цан Цзи обладал способностью пожирать массы людей, он не обязательно стал бы катастрофой. Ведь у него не было учителя, и даже если бы он был полон духовной энергии, то не смог бы раскрыть свой потенциал в полной мере. Но Владыка Дун никогда не задумывался о том, что самый подходящий человек в этом мире, который мог бы стать учителем Цан Цзи, всегда находился прямо у него под носом. Дразнящее поведение и движения Цан Цзи привели демонического волка в ярость. Он был всего лишь парчовым карпом. Его совершенствование могло быть необычным, но разница между ними была все еще велика, и все же он вел волка за собой, как собаку. Демон-волк выкладывался на полную. Яростный ветер хлестал его по морде, а черные облака окутывали кулак. Затем он нанес удар в живот Цан Цзи. . . . — Есть только два вида грозных врагов. Жестких и неуступчивых не остановить, как паводковые воды, вызывающие лавину, и приливные волны, обрушивающиеся на сушу. Не бойся, когда сталкиваешься с такими врагами. Страх приводит к растерянности, растерянность — к рассеянности, а рассеянность — к открытию уязвимых мест, которыми может воспользоваться враг, — сказал Цзин Линь. Цан Цзи ответил: — Я совсем не боюсь. Не бояться — значит встретить врага лицом к лицу. И это означает уверенную победу? Цзин Линь не поднимал глаз от свитка, который держал в руках. Он сказал: — Не стоит торопиться. Сначала измотаем его. Играй с ним, как с марионеткой на ниточках. — . . . Цан Цзи заблокировал кулак, но сила черных облаков заставила его халат развеваться. Духовная энергия мгновенно скопилась, и слабый свет противостоял силе, как поверхность зеркала. Духовная аура Цан Цзи обволокла руку демонического волка, и на мгновение тот не смог вырваться. Волк издал резкий рык, ожидая, что он вот-вот схватится с Цан Цзи. Он не ожидал, что Цан Цзи будет двигаться, как неудержимая, пьянящая волна. Демонический волк упустил свой шанс. В следующее мгновение он почувствовал острую, пронзительную боль в руке, когда Цан Цзи с ужасающей грубой силой рванул его тело и подбросил в воздух. В один миг карнизы вдоль длинной улицы разлетелись на куски, фонари разметались на части и упали. Целая крыша рухнула, когда демона-волка швырнуло в дом. Волк больно вцепился в руку Цан Цзи, но Цан Цзи просто отпустил его. Раздалось громкое "бах", когда дверь и окна разлетелись на части, но не от рук Цан Цзи, а от его сокрушительной силы. Эта стойка была ни чем иным, как приемом, который использовали Цуй Шаньсэн и Владыка Дун, чтобы внушить трепет своим противникам. Его духовное пространство было подобно бушующему морю. Словно невидимая, но пугающая сила давила ему на горло, куда более опасная, чем обычные удары. Демонический волк чувствовал себя ужасно униженным, когда его повалила и прижала к земле рыба! Как он мог терпеть этот позор? Тогда он напряг все свои конечности и взмахнул огромным хвостом, открывая свою истинную форму. — Как только его изматываешь, его ярость возрастает, — сказал Цан Цзи. — Если бы это был Цуй Шаньсэн, пора было бы использовать изначальную форму. Но моя истинная форма не соответствует требованиям. Что же делать? Цзин Линь взял в руки страницу и слегка приподнял голову: — Ну… Цан Цзи спросил: — Ну? — Гнев затуманивает разум, — Цзин Линь постучал пальцем по краю чашки. — Просто сражайся с ним до смерти. — … Через мгновение после того, как демон-волк показал свою истинную форму, руки Цан Цзи покрылись чешуей. Чешуя напоминала прочную броню, неприступную и несокрушимую. Вопль еще не успел вырваться из пасти демона-волка, как он набросился на Цан Цзи. Массивные клыки впились в плечо мужчины, но не смогли пробить чешую. Цан Цзи повернул руку, чтобы схватить волка за голову. Прежде чем волк успел среагировать, Цан Цзи толкнул его к стене. Гигантский волк заскулил. Даже если бы он сейчас отпустил плечо, бежать ему было некуда. Раздался громкий ‘бум” — стена сломалась. Задние лапы волка ударились о пол, а на его голову опустился чешуйчатый коготь. Коготь впечатал его в стену. Сила давила на демона кисти. Поняв, что ситуация складывается против него, парень попытался перейти на бег. Цзин Линь опустился на землю и схватил его за воротник: — Я еще не закончил задавать свои вопросы. Куда ты собрался? Цзин Линь только успел произнести эти слова, как волк задохнулся и выполз между разгромленными стенами. На спине у него зияла рана от когтей, а задние лапы припадали к полу. Парчовый карп избивал его до тех пор, пока тот на последнем издыхании не превратился в собаку, пытающуюся бежать, поджав хвост. Он не успел сделать и шага, как Цан Цзи вновь схватил его. Демонический волк больше не заботился о своем достоинстве, он растянулся на земле и взвыл о пощаде. Поначалу он думал, что Цан Цзи — всего лишь рыба. Жадность взяла над ним верх, когда он увидел, как переполняется духовное море Цан Цзи. Хотя он не был таким могущественным и внушающим благоговение, как Девятихвостая Хуачан, он никак не ожидал, что будет побежден и доведен до такого состояния всего за мгновение! — Считайте меня слепым, раз я не признал героя! — сказал демонический волк. — Дедушка, пожалуйста, пощади меня! Хотя с момента появления Цан Цзи прошло не так много времени, именно Цуй Шаньсэн все это время обменивался с ним ударами. Если говорить о силе, то разве мог волк сравниться с быстрым и могучим посохом Сянмо Цуй Шаньсэна? Цан Цзи превратил свой коготь в руку и схватил волка-демона за загривок. Его нос дернулся. Он улыбнулся и спросил: — Что пощадить? Волк ответил: — Пощади мою жизнь. Цан Цзи разгладил шерсть волка кончиками пальцев и злобно сказал: — Но я тоже умираю от голода. Демон кисти задрожал, его дыхание участилось. Он поспешно отступил и прижался к земле. Он закрыл глаза, не решаясь смотреть. Цзин Линь молча ждал, пока не услышал, как демон-кисть всхлипывает и задает ему вопрос среди воплей и завываний волка: — Когда-то мой господин, Владыка, убивал демонов и усмирял зло... Но почему же сегодня… — юноша закрыл лицо руками и зарыдал: — ...ты можешь спокойно смотреть на то, как разыгрывается такая сцена, и даже позволяешь демонам пожирать других, когда им вздумается? Демон кисти зажал уши руками, закрыл глаза и разразился рыданиями. Цан Цзи напугал его до смерти. Но он не мог этого понять. Владыка Линь Сун убивал демонов, защищая Путь. Как он мог потакать такому поведению? Цзин Линь, казалось, улыбнулся, его холодные пальцы смахнули с демона кисти его шальные волосы. Опустив ледяные глаза, он посмотрел на юношу и сказал: — Мой Путь практически распался. Ночной ветер зашелестел в его рукавах. По позвоночнику демона кисти пробежал холодок. Его рыдания были тихими. Под взглядом Цзин Линя он не смел выдохнуть. Владыка Линь Сун мертв. Эта мысль промелькнула в его голове неожиданно.