Давай крутить романы

— Подожди, ты реально просто продинамил Лань Сичэня на утро? Цзян Чэн пожимает плечами, мол, да и что? Вэй Усянь хохочет и качает головой. Они ловко лавируют в толпе студентов, стараясь не разделяться. Кажется, во время длинного перерыва между второй и третьей парой в университет прибегает вдвое больше людей просто ради того, чтобы толпиться в коридорах. Ваньинь уже удивляется, чего брат так быстро затих после, но Вэй Ин, словно чувствуя, тут же снова заходится в приступе смеха. — «Давай крутить романы», А-Чэн, давно ты поёшь? И почему я ни разу не слы-ышал? — последние слова буквально тонут в хохоте, на который даже прохожие оборачиваются. — Да завали ты уже, — парень тыкает пальцем в чужие ребра, заставляя Вэй Усяня болезненно зашипеть — Пошли выйдем, на улице хоть воздух есть, а то в этом муравейнике не пообедаем нормально. — Да, давай. Парни выбрались из потока студентов на свежий воздух. Вэй Ин довольно сбежал вниз по ступенькам, подставляя лицо, возможно, последним теплым лучам осеннего солнца. Цзян Чэн спустился гораздо менее оптимистично, едва сдерживая желание противно шлепать ботинками, наступая на очередную ступень лестницы. И как Вэй Усянь постоянно умудряется так быстро оправляться от похмелья? Стакан воды и таблетка с утра — и он как новенький. Ваньиню не помогали даже две, и голова продолжала периодически посылать болезненные спазмы по всему телу. Парни заняли свое излюбленное место под деревом в небольшом сквере при университете. Многие располагались на искусственно выведенном газоне, пользуясь возможность подышать свежим воздухом на перерыве. Здание университета возвышалось над ними, отбрасывая тень, ненавязчиво напоминая — отдых от учебы у вас ненадолго. Вэй Ин, наконец замолчав, принялся уплетать один из бутербродов, который сестра сделала братьям с утра, заботливо завернув с собой. Цзян Чэн на еду пока не смотрел, периодически прикладываясь к бутылке минералки. Видимо, вода действительно источник жизни, потому что с каждым глотком парень чувствовал себя немного лучше. — Смотри-ка, кто идёт, — протянул Вэй Усянь. — Кто ещё? Твоя блудная совесть решила почтить нас своим визитом? — Скорее, твоя бурная ночь. Блять, и правда. Лань Сичэнь собственной персоной, вместе со своим братом. Пиджак на нем в этот раз белый и уже типичного классического кроя, и он, хвала небесам, в сторону Ваньиня даже не смотрит, занятый разговором с Лань Ванцзи. — Лань Чжань! Этот Вэй Усянь. Ладонь Цзян Чэна с характерным шлепком ударяет его собственное лицо, к его великому сожалению, не пробивая череп насквозь. Конечно, Вэй Ин всегда здоровается с Лань Ванцзи. И неважно, заметит он его на другом конце университета или на другом конце Китая. И, конечно, тот тоже приветствует его степенным наклоном головы и заметно подтаявшим взглядом. Лань Сичэнь тоже переводит взгляд на Усяня, и они обмениваются вежливыми кивками. Цзян Чэн со свернувшимися в рогалик внутренними органами ждет, когда золотистого цвета глаза обратятся к нему, но… этого не происходит. С нескрываемым удивлением Ваньинь смотрит, как Лань Хуань с братом скрываются в дверях университета. Всегда неизменно воспитанный и вежливый Лань Сичэнь только что проигнорировал его? Цзян Чэн с большей вероятностью поверил бы в то, что планета Земля на самом деле все-таки плоская и стоит на манерах семьи Лань, трех китах и черепахе. — Какого?.. — Обиделся, — хмыкает Вэй Ин.

***

Лань Сичэнь, вернувшись домой, в первую очередь плеснул себе в лицо прохладной водой в ванной комнате. «И что дальше?» Идиот. Какой же он идиот. Конечно, можно было бы сделать скидку на то, что его впервые так тупо кинули на утро, но непонятно, с чего Лань Хуань вообще решил, что после перепиха в отеле у них с Цзян Ваньинем начнется крепкая любовь со всеми вытекающими? Вторая порция ледяной воды не помогла, и парень оставил эту затею, покинув комнату. В коридоре тот встретил Ванцзи, который также собирался на учебу, но, в отличие от брата, ночь провел дома. — Доброе утро, А-Чжань. — Доброе, — младший окидывает Сичэня взглядом с ног до головы — Все нормально? Дежурный вопрос, который Лань Чжань задавал брату в нечастые дни, когда тот не ночевал дома или сидел где-то до поздна. Лань Хуань был уверен, что на лице у него написано, что ничего не нормально. Но с младшим братом он это обсуждать точно не будет. — Конечно, — мягкая улыбка — Тебе сегодня разве тоже к третьей паре? — Семинар перенесли на следующую неделю. — Тогда я соберусь и поедем вместе, ладно? Ванцзи кивает и Лань Сичэнь скрывается за дверью своей комнаты. Утром возле остановки, которую тот указал ориентиром для таксиста, парень увидел кафе, где взял себя чай с мятой и мелиссой, который прекрасно успокоил его организм. Так что теперь собирался Сичэнь почти без головной боли. Точнее, его головная боль не имела ничего общего с похмельем. Как там сказал Цзян Чэн? «Просто переспали и просто пошли по своим делам»? Действительно, больше у Сичэня совершенно не было возможности рефлексировать об этом — его ждет учеба и бесконечно следующий за ней ворох обязанностей и дел. Возможно, лучше действительно не придавать этому значения? Напоследок взглядом комнату — не забыл ли чего? — Лань Хуань, накинув белый пиджак на плечи и взяв сумку, вышел из комнаты, а в коридоре встретил обувающего ботинки брата. — Давай сегодня поедем на твоей, — предложил Сичэнь, памятуя о том, что ни один мессенджер в телефоне он еще не открывал, и дорога до университета вполне подойдет для того, чтобы разгрести входящие сообщения. За прошедшие вечер, ночь и утро про Сичэня, кажется, вспомнила добрая половина людей, которые имели его номер, да еще и деканат в придачу. Разумеется, первыми ответы получили Мэн Яо и Не Минцзюэ — всё нормально, до дома добрался, под мостом не ночевал. Деканат просто напоминал, что подходит срок сдачи заявок участников для соревнований по плаванию, и его обязанность, как капитана, их отправить. Напоминание получил, спасибо, в кратчайшие сроки всё будет у вас. Одногруппники получили лаконичные и исчерпывающие ответы на все категории своих вопросов. Да, дедлайн сдачи задания по макроэкономике завтра. Нет, он не станет пользоваться постом старосты и просить двигать сроки. Преподаватели не присылали ему список вопросов к зачету, для этого еще рано. В университете он практически сразу натыкается на Минцзюэ. Тот здоровается с Ванцзи, который тактично уходит в сторону аудитории, и хлопает по плечу Сичэня. — Можешь начинать рассказывать, — и пресекая все попытки Лань Хуаня отвертеться от разговора, продолжает — Мэн Яо сказал, что ты ушел с кем-то, подозрительно напоминающим Цз- — Тише, дагэ, тише! Упоминания того, что он куда-то с кем-то пошел в клубе посреди университета Сичэнь точно не переживет. К тому же, если этого кого-то он минуту назад видел на улице. — Понял, понял. Значит, после пар пересечемся. — Хорошо-хорошо. — Дагэ, Хуань-гэ, доброе утро, — Мэн Яо как всегда встречает их солнечной улыбкой — До пары пять минут, а вы еще здесь. — Точно, время. Спасибо, А-Яо, — Сичэнь тут же идет в сторону лестницы на второй этаж. Не хочешь говорить — уйди от разговора. Причем, лучше всего в прямом смысле этого слова. Не Минцзюэ пожимает плечами, и они с Мэн Яо тоже идут по коридору в сторону нужной им аудитории. — Так всё в порядке? Хуань-гэ какой-то…нервный. — Подробностей не знаю, но ночь у него была явно веселая и без нашей с тобой компании. Уголки губ Мэн Яо едва заметно дергаются.